Обрати на меня внимание, хён~

      День камбэка, назначенный на преддверие нового года, выходит максимально ярким, спонтанным и желанным. Такой активный стриминг и не ожидался, но он очень приятный.       Парни весь день занимались записью новогоднего эфира. Вся эта суета, веселье, коллаб с The Boys был максимально позитивным и плодотворным. И танец лидера с Минги очень милым и забавным. У них прекрасно получилось передать атмосферу.       Они проторчали в здании, где проходили съёмки практически полдня, и освободились ближе к вечеру. Уставшие, заморенные, голодные, но счастливые. Практически все. Сан снова надулся на Джуна, ведь тот сделал ему замечание. А если Сан обиделся, то это надолго.       В принципе, замечание было не беспочвенно, ведь Чхве немного заигрался, а когда он работает на эмоциях, то это всегда чревато катастрофе, которую, собственно, он и пытался предотвратить. Но благодарностью была лишь надутая моська, скрещенные руки на груди и хмурый, обиженный взгляд, с укором устремлённый на лидера.       Уён лишь забавлялся этой картине, и мысленно сочувствовал кэпу, ведь выпросить прощение у друга весьма сложно, а учитывая, что старший не умеет извиняться,- практически невозможно.       Парни решили пройтись до общежития пешком. Погода хорошая, все тепло одеты, да и в магазин они давно все вместе не ходили, а порадовать себя чем-то вкусненьким хотелось. Вот и было принято решение прогуляться, немного закупиться продуктами и зайти в кондитерскую, порадовать сладкоежек.       В супермаркете была всё та же история: Джун пытался подойти к Сану, а тот как от чёрта убегал, одаривая лишь злобным взглядом. Ким выдохнул, забил на все попытки, и, смирившись с таким исходом, направился в другую сторону, к прилавку с алкоголем. Никому не сообщил, даже никак не обозначил свой уход, просто взял и ушёл.       Ему тоже обидно. Но, почему-то, его редко спрашивают о самочувствии и моральном состоянии. Обидно-ли? Да! Привычно? Вполне! Хотелось бы иной реакции?... сложно.       Конечно хотелось бы. Кого он обманывает?! Порой, даже с самим собой сложно быть честным…       Он тормозит у отдела с алкоголем, останавливая выбор на виски. Грузит в корзину несколько бутылок и принимается рассматривать чего покрепче.       Они все устали и им нужен отдых. Они устали физически от вечных нагрузок и плотного расписания, они устали морально, от постоянных переживаний и таких же нагрузок, только уже со стороны компании. Но так же они устали друг от друга… Это вовсе не прискорбный факт. Такое бывает и очень часто. Люди не могут на регулярной основе жить и общаться так часто друг с другом. И даже невзирая на разное расписание и нагрузки – они видятся каждый день, и расход взглядов, мнений и вкусов очень угнетает.       Это не страшно. Им просто нужно отдохнуть друг от друга. Проветрить мозг, переключиться на что-то иное. Провести время с семьёй, родственниками или друзьями, побыть наедине, в конце концов. Сходить в кино или на каток, пройтись по магазинам, или просто посидеть дома в тишине и спокойствии пару дней. Тишина – это основное вдохновение Хонджуна. Даже не сосчитать, сколько всего он смог сотворить, смастерить и написать в период хоть и коротких, но нужных каникул.       Вот и в этот раз он планирует побыть один, в тишине и спокойствии. Провести время с братом в его квартире, поговорить по душам и просто выпить. Он так сильно этого ждёт. Он очень скучает…       Уже завтра утром он сможет уехать. Они все. Все разъедутся по домам к родным и близким и проведут новый год в кругу семьи и…       -Хён?- на плечо опускается ладонь Чона, и от неожиданности он вздрагивает. Поворачивает голову в сторону парня и вопросительно приподнимает бровь.- Ты чего ушёл?- спрашивает он обходя лидера и пристраиваясь сбоку, в полушаге от него.       Хонджун выдыхает, и потирает переносицу.       -Устал я от обиженных взглядов Сана. Ничего плохого не сделал и вот тебе благодарность,- возмущение скрыть никак не получается, да говорящий и не пытается вовсе.       Уён понимающе кивает, но улыбается.       -Понимаю, хён. Санни очень обидчивый. Но ты это и без меня знаешь,- старший кивает.- Знаешь как растопить его обиду? Могу дать несложный, но действенный совет. Всегда выручает.       Воодушевлению и энергии младшего нет предела. Так живо и с улыбкой разговаривать не каждый в силе, после тяжёлого рабочего дня. Джун не в силах сопротивляться очарованию и лучезарной энергии Уёна, вот и его губы прорезает улыбка.       -Что ж, давай делись своим советом.       Чон кивает и жестом призывает лидера следовать за ним, направляясь в колбасный отдел.       -Санни легко задобрить вкусной домашней едой. Он очень ценит, когда ему уделяют внимание, и готовят собственными руками…       -Стой,- Джун сам останавливается, чуть не врезавшись в Уёна, который уже успел что-то купить.- Ты хочешь, чтобы я что-то готовил?..- недоумевает он.- С ума сошёл? Да он меня проклянёт за мою стрепню. Так вообще никогда не простит.       Чон хихикает, двигаясь в сторону сырного отдела.       -Не переживай, хён. Ты не так плох, да и я помогу тебе,- погрузив в корзинку лидера кусочек моцареллы и пармезана, заверяет он.- Буду контролировать процесс и подсказывать. Всё будет хорошо. Главное верь в свои силы.       -Ну да…- со скепсисом начинает кэп.- Я твою кастрюлю сжёг в прошлый раз,- Уён хмыкает.       -Я знаю, но ничего. Купишь новую!!       

~

      На самом деле, процесс готовки оказался не так плох. Уён явно готовился к худшему, но увидев старания и послушание старшего,- выдохнул с облегчением. Он уже мысленно готовился оплакивать свою новую сковороду, но нет, целая, вроде…       Хонджун чётко следовал инструкциям младшего, безоговорочно отмеряя нужное количество ингредиентов, воды и специй. Действовал достаточно уверенно, но всё ещё нервничал и не отдавался готовке, фокусируясь лишь на правильности действий. Следил за своими конечностями, дабы ничего не рассыпать, пролить или разбить, ждал дальнейших указаний Уёна, вплоть до помешивания практически готового соуса, чем начинал немного раздражать. Но парень вновь успокаивал себя очередным глубоким выдохом, и возвращался к указаниям, чувствуя себя шеф-поваром.       Ким старался, это очень хорошо видно. Но и наслаждение от готовки получать нужно, хоть немного доверять интуиции и брать инициативу в свои руки. Но ничего, всё впереди.       -Выключай плиту, хён,- Уён даёт очередную инструкцию, которую мгновенно выполняют.       Парень чувствует себя неуязвимым на кухне. Это его стихия, хоть он и понимает, что знаний и практики мало, но это не мешает ему пробовать новое, усовершенствовать навыки и стремиться к лучшему и высокому. И пусть его эксперименты не всегда венчаются успехом – он черпает и из этого знания. Делает пометку, что тот ингредиент в излишке, а другого наоборот мало, что дрожжевое тесто требует более трепетного обращения и не такого интенсивного замешивания как остальные виды, что этот вид рыбы нужно готовить меньше или дольше остальных. Столько тонкостей и столько интересного, что и сам не замечаешь, как погружаешься в кулинарию с головой и ищешь свободную минутку для изучения очередного интересного рецепта.       Уён чувствует своё превосходство на кухне. Только рядом с Сонхва он ощущает некую равность. Это не конкуренция. Вовсе нет. Они учатся сами и учат друг друга чему-то новому. А это намного дороже и ценнее банальной конкуренции.       Вот и сейчас вокалист ощущает эту явную неравность в силе и знаниях. Это одно из немногих мест, где он может чему-то научить старшего, что-то подсказать, исправить, помочь и наругать (хоть этим он пока не пользовался, но чувствовал, что может).       Парень помешивает уже готовый соус. Зачерпнув немного в деревянную ложку, пробует, прикрывая глаза.       -Хм, очень неплохо, хён,- радостно заверяет он, и наталкивается на недовольный взгляд.       -Всего лишь «неплохо»? Всё настолько ужасно?- спрашивает он, забирая ложку из рук младшего, лично пробуя приготовленное.       -Да нет же, хён,- интенсивно машет руками Чон, пытаясь исправить сказанное.- Очень вкусно…       -Я знаю,- с самоуверенной улыбкой осведомляет Ким, облизывая губы.       Уён остолбенело смотрит на него, и недоумевает с его нахальства и такой явной уверенности. Что ж, ладно. Так даже интереснее.       -Приступим к тесту!- прихлопнув в ладоши, сообщает он. Лидер хмурится.       -Может сперва нарежем овощи и всё остальное?       «Во нахалюга!! Я ему помогаю а он… он…» А Уён ведь и вправду забыл нарезать ингредиенты, потому вопрос-замечание так сильно взбесил и вывел из себя младшего, кой всячески прятал это за улыбкой.       -Ты замесишь тесто, а я займусь нарезкой, дабы избежать возможных ранений,- подмигивает он, достаточно ловко выпутываясь из ситуации.       -Хочешь сказать, что я беспомощный и криворукий?- интересуется старший, отвлекая от принявшегося нарезать томаты младшего, кой подвисает.       -Вовсе нет,- спустя небольшую паузу начинает вокалист.- Просто ты очень нежный,- с улыбкой отвечает он, возвращаясь к процессу, и напрочь упустив возможность полюбоваться смущённым и обиженным хёном.       Ким переносит миску с тестом ближе к младшему и начинает обходить его с разных сторон, периодически меняя место самой тары. Подносит к нему руку и одёргивает её, затем повторяет упражнение. Берёт в руки лопатку, и тычет ею, отчего поднявшееся тесто падает. Он замирает и переводит взгляд на закатившего, но продолжающего молчать и наблюдать за этой вакханалией, младшего.       Хонджун меняет тактику, и начинает теперь тыкать пальцем по всему периметру. «Он его изнасилует» мысленно воет Чон и молится всем богам, чтоб это поскорее закончилось, и к лидеру снизошла светлая мысль. Но он не останавливает рэпера. Неа. Слишком интересно, что же будет дальше и попросит ли этот горделивый осёл помощи.       Но нет. Даже когда отчаянно чешет затылок и просит тесто встать, приподняться хоть немного… «Я так же со своим членом разговариваю, только я прошу его опуститься… а виной всему ты. Грёбаный лидер и его властный тон, которому хочется подчиняться и от которого встаёт…» Уён трясёт головой и случайно задевает ножом палец. До крови не прорезал, но кожу поцарапал, пустяки.       -Да что ж с тобой делать?..- отчаянно спрашивает он, судя по всему само тесто.       -Снимать штаны и бегать!- злобно рычит младший, всё больше окунаясь в пошлую фантазию, и в каждой фразе лидера находя двойное дно.       Джун приподнимает бровь и вопросительно смотрит на танцора. Но самое страшное то, что он задумывается над ответом!!!       -А как это поможет?- убирая с лица смольные пряди с недоверием интересуется он.- А мне с миской бегать или без? Или в руки тесто взять? Или просто перед ним побегать?.. Но я всё равно не понимаю, как это поможет. Типа охладить его? Я думал, его наоборот в тепле держать надо… Блин, вы повара такие странный. Какие-то непонятные приёмы и советы…       Чон охеревше пялится на него, и закрывает лицо ладонями.       -Боже, хён, ты ведь не серьёзно?..- с надеждой интересуется он.- Ты издеваешься, да?       -Да нет-нет, не издеваюсь. Просто забавляло твоё замешательство,- он улыбается, вновь переводя взгляд на злосчастное тесто.- Так а с ним что делать,- и кивает вниз, явно на миску, но Уён смотрит ниже, мгновенно отводя взгляд и закусывая губу.       -Ну, хён… кхм… разберись с этим как-то… сам? Не мне же тебе… помогать?!- теребя в руках полотенце, мямлит младший.       (Эта готовка приняла явно не тот оборот. Совсем не тот.)       Хонджун смотрит на него, сведя брови к переносице и восклицает:       -Конечно тебе! Ты в этом виноват!! Тебе и расхлёбывать,- Уён давится воздухом от возмущения и негодования, переваривая в голове вышесказанную информацию.       -Ну… кхм… я, конечно могу помочь, но… ты потом не пожалеешь?- спрашивает он, абсолютно не глядя в недоумённые глаза лидера.- Ты же противник всего… этого… ну… то есть… кхм…       Ким смотрит на Уёна, потом на тесто, потом снова на Уёна, непонимающе моргает и пытается уложить в голове всё… это? «Бред какой-то...»       -Ты чего несёшь?- нарушает затянувшееся молчание старший.- О чём пожалею-то? О том, что тесто пожамкал?       Чон подымает на него взгляд, демонстрируя розовые щёчки, хмурится, а потом заливается смехом, со спокойствием выдыхая.       -Так ты про тесто?- в промежутках между смехом уточняет он, вытирая уголки глаз от влаги.       -Ну не про член же,- недоумевает он, вновь заставляя младшего поперхнуться словами.       «О чём ты думаешь, Уён? Чтоб Ким Хонджун хоть когда-то, хоть немного хотел тебя… забудь!»       Невзирая на грустные мысли, они продолжают готовить. Уён натирает сыр, самый последний ингредиент, и нарезает брусочками пармезан. Завершив подготовку, обращает своё внимание на мнущегося около миски старшего. Его пробирает на смешок, но он подходит к нему.       -Нужно его немного вымесить,- Ким хватает силиконовую лопатку, продемонстрировав младшему, и уже было погружает её в миску, но младший тормозит, хватая его за руку, и пальцем второй отрицательно машет близь его лица.- Не так, хён. Рукой.       -Как рукой?- выпучив глаза, спрашивает он.- Прям туда?- вновь кивает вниз.       -Прям туда,- улыбается Уён, выхватив лопатку из рук Кима, и потянул чужую руку вниз.- Вот так, молодец,- хвалит он, направляя руку лидера.       Чон пачкается, потому обходит старшего, оставив правую руку погруженную в миску, накрывая своей чужую, а левой подсыпает муку с другой сторону. Ким оказывается будто в объятиях младшего, чего последний долгое время не замечает, а когда понимает в чём суть,- краснеет, но не отстраняется. Наоборот, пытается невзначай прижаться ближе и сжать в объятиях сильнее. Подходит вплотную и погружает вторую руку, накрывая ладони Джуна своими. Лидер будто не замечает этого, абсолютно никак не реагирует, не отталкивает и не отстраняется.       Лишь когда заканчивают вымешивать, Ким легонько ударяет локтём в бок, заставляя отойти, и тихо, но с холодом просит «не подходи так близко». Уён кивает, и, опустив голову, движется к раковине, ополоснуть руки.       Тем временем старший погружает раскатанное тесто на противень и принимается смазывать его соусом.       -Постой, хён,- он вопросительно переводит на него взгляд, но послушно останавливается, лишь соус капает с ложки на центр коржа.       Уён ничего не объясняя, просто начинает заворачивать пармезан по краям коржа. Проходится по всему периметру и одобрительно кивает изумлённому лидеру, разрешая продолжить.       -Никогда такого не видел,- поясняет он, продолжая начатое.       Чон хмыкает, поднося поближе нарезанные ингредиенты и дожидается старшего.       -Что дальше?- интересуется он, облизывая ложку. Уён сглатывает, протирая лоб бумажным полотенцем.       -А дальше моё любимое: никаких правил. Сплошной креатив.       -В смысле?       -Просто делай так как хочешь. Тут нет каких-то техник или запретов. Только одно скажу,- немного понизив голос, будто собирается сообщить тайну, начинает он,- добавь побольше колбаски и томатов. Санни любит именно так.       Джун с улыбкой кивает и принимается к делу.       

~

      -Не буду,- воротит носом Сан от предложенной Уёном пиццы.       Джун обиделся на такое поведение младшего, потому после первого отказа сразу ушёл от него, устроившись в дальнем углу на кресле. Всему есть свой предел, вот и терпению лидера подошел конец. Он так старался, и вот благодарность.       -Ну Санни,- канючит младший не теряя надежду,- ну попробуй. Хён так старался для тебя. Сам продукты покупал, тесто замешивал, всё нарезал и соус варил… даже пальчик обжёг, когда противень вытягивал. Хён, покажи!!- кричит он на всю комнату, чтобы Джун услышал, хотя он и так прекрасно слышал весь диалог.       Сан переводит на него взгляд не без доли интереса, и Ким показывает… средний палец.       -Хёооон…- отчаянно вопит Уён. Сан лишь закатывает глаза и в очередной раз отказывается.       А ведь Хонджун и вправду обжёгся. Да вот только на жалость давить не хочется, и доказывать Чхве не пойми что. Не хочет – пусть не ест. Больно надо.       Но попробуйте это донести до оптимистично настроенного Уёна, кой побежал к духовке, вытягивая два кусочка и кладя на блюдце. Возвращается к насупленному Сану и садится радом с ним на плед.       -Попробуй,- протягивает еду, улыбаясь.       Сан и голову какое-то время не поворачивает, но потом принюхивается.       -С помидоркой?- будто с надеждой спрашивает он, растягивая губы в улыбке. Уён ярко улыбается и кивает.- И колбаской?       -Да, с помидоркой и колбаской. А ещё тут много сыра и грибочков. Попробуешь?- Сан мнётся, но недолго думая кивает, неуверенно взяв кусочек.       Хонджун незаметно поворачивает голову, следя за сменой обстановки, и кротко улыбается, замечая радостно набитые щёки Санни и искреннюю улыбку Уёна, который перевёл на него взгляд. Ким благодарно кивает, улыбаясь, а младший смущённо опускает взгляд, накрывая щёки руками. «Мило» мелькает в голове весьма уместное описание, даже не так картины в целом, как самого зарумянившегося младшего, кой так мило, красиво и тепло улыбается. «Солнышко» именно так можно охарактеризовать его в данный момент.       -Спасибо, хён,- немного смущённо, но искренне благодарит его Чхве. Джун кивает, поймав его улыбку.       «Спасибо, Уён.»       

~

      -Ты зачем скрывал свои феноменальные кулинарные способности?- с набитыми щеками спрашивает Юнхо, потягивая очередную порцию (явно чужую) пиццы.       Хонджун с Уёном испекли 5 больших штук, две из которых отдали стаффу, а три оставили на растерзание парней, кои сперва с подозрением отнеслись к предложенному, услышав кто её готовил. Но почуяв такой чудный запах, исходящий от неё - не удержались, а теперь во всю нахваливают лидера, кой от такого внимания весь покраснел и не знал, куда деть руки и куда отводить взгляд. К еде не притрагивался, так как чувствовал сковывающую неловкость. Вовсе нет, ему было приятно и лестно, но… ему ведь помогали. Та даже помощью это назвать, значит приуменьшить правду, ведь младший буквально руководил процессом, наставлял и многое делал сам, либо же руками старшего… а вот на счёт этого у Джуна много вопросов.       Даже глядя на невероятную тактильность и любвеобильность Уёна – это странно. Очень странно и непривычно. Но непривычно даже не получать эти прикосновения и дыхание в шею, а ощущать и понимать кто касается и сжимает в, вроде как, невзрачных объятиях. Для него все парни равны, и такие явные знаки внимания… чужды и непонятны. Ему не нравится. Ему это тягостно и… даже как-то болезненно. Будто несёт бремя.       Он машет головой, пытаясь вытряхнуть все мысли, поставив заметку вернуться к этой теме и раздумьям над ней чуть позже, так как сейчас немного иная атмосфера и тематика.       -Да, точно,- гласит Чонхо,- ещё немного практики, и наш кэп будет составлять конкуренцию Уёну.       Чхве хмыкает, а Ким уже готовится возразить и отрицать, но Чон быстро машет головой, улыбаясь. Он заранее сказал и попросил никому не говорить о его помощи. Намерения были чисты, как и побуждения, вот и не было необходимости оглашать о его «скромном», как он заявил, участии.       Джун закатывает глаза, но послушно молчит, подтянув ноги поближе. Он хочет попить, но вновь просить Уёна об очередной услуге – неудобно. Пусть он и может приготовить кофе, но в данный момент ему хочется именно чая с молоком и пряностями, того самого, который готовит ему танцор. Пора бы попросить парня научить и его готовить этот пряный и такой нежный напиток, с приятной нежностью и сладостью, чтобы постоянно не донимать его просьбами.       И как же сильно Ким ошибается в своих побуждениях, ведь именно это и приносит удовольствие и радость Чону.       Лидер немного дёргается, от появившейся перед его лицом кружки. Он поворачивает голову, и встречается с неуверенным взглядом Уёна. У Джуна от благодарности и неожиданности приподнимаются уголки губ и он не раздумывая перенимает кружку из чужих рук, сразу жадно припадая к напитку. Младший облегчённо выдыхает, и, выхватив кусочек пиццы, перекладывает на блюдце, которое оставляет у опешившего старшего. Тот, в свою очередь, с долей непонимания прожигает взглядом еду, какое-то время, но, всё же принимается за её поглощение, вновь отложив раздумья на потом.       -Мгм, ещё неплохим решением было завернуть в края теста сыр,- откусывая именно эту часть, заверяет Минги.       -Знакомый почерк,- хмыкает Пак, притягивая к себе вопросительные взгляды.       -Ты о чём?- интересуется Сан.       -Да так,- увиливает Хва, косо и с ехидной улыбкой глядя на стушевавшегося Уёна.- Ни о чём,- заверяет он, отпивая травяного чая.       Ещё во время стажировки, Уён много времени проводил с Сонхва, делился кулинарными хитростями, танцевальными движениями, пластичными и грациозными техниками (коими старший умело пользуется сейчас). А Хва, в свою очередь, делился знаниями, традиционными семейными рецептами и пытался научить терпению (так как младший был гиперактивен, непоседлив и абсолютно не умел проигрывать, что было самым опасным и сложным в исправлении и подавлении).       Уён часто ночевал в маленькой, но такой уютной и чистой комнатке старшего, которая находилась в соседнем блоке их кишащем людьми общежитии, полном шума и беспокойства. Но там, в этой маленькой комнате, в этом чистом, светлом и уютном месте, было так спокойно, тихо и приятно, что невольно отрываешься от всего шума, ссор и недопонимания за этими старыми и потёртыми дверьми. Это иной мир. Это было его место умиротворения и вдохновения, в котором он придумал и разучил так много движений и разработал несколько непонятных ранее техник. Хоть места и было чертовски мало, но это не мешало творить… и писать.       У парня до сих пор остались давние записи того времени. Те стихи, строчки неувиденных никем песен, его переживания, его срывы на бумаге, слёзы, размазывающие чернила гелевой ручки, которые оставили такие болезненные кляксы на режущих воспоминаниях. Именно из-за этого, после дебюта и переезда в другое общежитие, он выбросил все ручки и начал писать карандашом,- не так заметно, да и комфортнее.       Уён нежно улыбается, вспоминая такую нужную поддержку старшего и всё то время, проведённое в его тихой гавани. Одни из самых тёплых и приятным моментов преддебютного времени.       Помимо общежития, младший так же часто приезжал в гости семейства Пак, кои так любезно его принимали. Самые добрые люди, которые подарили ему больше любви, чем родная мать и брат… а ведь сами абсолютно чужие ему. Но никогда этого не показывали и никак не обделяли его. Ни родители, ни брат. Приняли как родного, и к каждому визиту Уёна готовились: спрашивали, что ему приготовить, хотелось бы ему съездить на природу в горы или отправиться чуть дальше к морю, а может он захочет прогуляться ночными улицами Санчхона… и так всегда. Всегда интересовались его здоровьем, интересами и достижениями, чем заставляли прослезиться расчувствовавшегося такой заботой и опекой Уёна, кой вечерами плакал на коленях Сонхва и благодарил его за всё…       Тогда-то и было много совместного времяпровождения за едой и готовкой в целом. В то время, младший и поделился своей любимой хитростью заворачивать именно пармезан в края теста. Это и стало новой традицией семейства Пак, и самого Сонхва.       Но факт того, что мэмберы только сейчас обратили на это внимание - немного огорчал, потому старший поднапряг память, пытаясь вспомнить все предыдущие приготовления этого блюда младшим. И да! Удивительно, но Уён ранее не использовал пармезан таким образом, будто позабыв о собственном кулинарном штрихе. Либо хранил его для какого-то особенного момента. Но какого?       Сонхва вновь хмыкает, складывая в голове все недостающие пазлы, формируя готовую, и такую очевидную картину.       Он немного теряется в обсуждаемой теме, из-за всплывших воспоминаний, и замечает, что Уён так же погружён в них, кротко улыбаясь.       -Ты жадная и ненасытная морда!!- вопит чей-то недовольный голос. Сонхва поворачивает голову – Минги.- Ты сожрал больше всех!! Имел бы совесть, и хоть бы ради приличия оставил последний кусочек…- осуждающе смотрит на набитые щёки обвиняемого.       -А я неприличный,- горделиво заявляет он, на смех всем, кроме самого Сона.       Тот закатывает глаза и нервно тянет кофе через соломинку, покусывая её.       -Это действительно было не вежливо с твоей стороны, Минги,- вступает в дискуссию Чонхо.- Вообще, всё самое лучшее надо отдавать детям.       -Это ты себя-то «дитём» именуешь?- недоумевает Ёсан.       -Я самый младший!- загибает первый палец он.- Всю любовь и всё самое лучшее нужно отдавать мне,- заверяет он, загибая второй палец.- Я самый скромный и щедрый.       Ёсан не без доли скепсиса смотрит на него, пожёвывая трубочку от выпитого какао, и звучно сёрбает остатки напитка.       -Нет, правда. Я самый щедрый среди вас!- пытается убедить всех присутствующих, которые подавляют смешки, Чхве (но, должно быть, в первую очередь себя).- Добрый, нежный и не жадный.       -Сказал тот, кто мне двести вон под расписку давал,- язвит Ёсан, вальяжно откидываясь на поручень кресла, ведь все сидели на полу.       По гостиной проходится волна смеха, от дикой чайки Уёна, до оленя Минги. Младший Чон вообще валится на бок, задыхаясь от смеха.       Не смеются лишь Чхве, кой без каких-либо эмоций в упор глядит на второго не смеющегося. Ёсан неспешно поедает желе (не пойми, откуда взявшееся), довольно улыбаясь, и напрочь игнорирует взгляд младшего.       -Кстати, хорошо, что напомнил. Где мои десять вон?- интересуется он, наклонившись вперёд, пытаясь поймать взгляд наглеца.- Там уже проценты набежали.       Рука Ёсана, застывает, так и не донеся до рта лакомство. Он неверяще переводит взгляд на Чонхо и всё спокойствие разбивается о стены негодования и злости.       -Ты меня на счетчик поставил???- медленно подымается со своего места он, и, передав в руки ржущего Сонхва желе, подходит к Чонхо.- Ах ты скотина этакая,- кидается он на младшего, принимаясь щекотать.       Чхве заливается смехом и пытается оттолкнуть от себя, навалившегося на него парня, но всё тщетно.       -А не надо было дерзить старшим,- издевательски проговаривает Кан, ехидно улыбаясь.       Чхве выворачивается, и меняет их местами, седлая и принимаясь за ту же пытку, мстя за собственные страдания. Парни лишь посмеиваются, переглядываясь, и пытаются восстановить дыхание, умиляясь с такого забавного и милого ребячества.       

~

      Поздний вечер. Парни пакуют чемоданы и новогодние подарки для завтрашнего отъезда к родным. Все в приподнятом предпраздничном настроении, абсолютно спокойные и умиротворённые. Завтра выходной, и последующие три дня тоже, так как ближайшее мероприятие шестого января, а сама съёмка пятого. Так что до вечера четвёртого числа можно спокойно отдыхать, что парни и собираются делать.       -Поедешь к брату?- интересуется Сонхва, запихивая в сумку ту самую неизменно любимую подушку с ушками.       -Да,- моментально отвечает лидер.- Ты ведь знаешь, шестой год вместе праздновать будем, это уже традиция,- с улыбкой делится он, не глядя, закидывая в чемодан брюки. Сонхва цокает на такое действие, но тактично молчит, заглушая свою педантичность.       -Столько лет празднуете вместе, а он ни разу не знакомил тебя со своей девушкой? Ни разу не отказывал в совместном времяпровождении в праздники, и всегда откликался на твои просьбы… какой-то слишком идеальный твой брат.       Хонджун тихонько посмеивается, но, в каком-то роде, соглашается с другом. Но не особо уверен в том, стоит ли посвящать во все подробности Пака, ведь о… вкусах и предпочтениях старшего, Джун ни разу не заикался.       -Он… у него немного специфичные вкусы, скажем так,- увилисто отвечает Ким, надеясь на позитивную реакцию, но Сонхва лишь замирает, и абсолютно непонимающим взглядом глядит на него. Джун вздыхает и присаживается на диван, теребя в руках футболку.- Парни ему нравятся, Хва,- проводя ладонью по шее информирует он.- Нравятся и всегда нравились.       -Поэтому он ушёл из дома?- спрашивает старший, присаживаясь рядом. Ким кивает, а Пак хмыкает.- Интересная ситуация, Джун, не находишь?- мягко интересуется он, ловля вопросительный взгляд.- Ты с таким негативом и таким ярым противником… всего этого выступал тогда в автобусе, а у самого брат цветной.       Джун давится воздухом от возмущения, и смотрит тем же возмущённым взглядом в ответ.       -Что? Правду ведь говорю.       И ведь не поспоришь. Но ответить не получится.       -И такое бывает, Хва. Как говорится, «в семье не без уродов».       Старший переводит нечитабельный взгляд на младшего, и всячески сдерживает свой гневный порыв.       -Осуждаешь его?       Хонджун хмыкает и отворачивается, глядя на противоположную стенку.       -Нет. Он другой, и абсолютно никакого негатива или отвращения не вызывает… Быть может это потому, что он мой брат?- интересуется он, не глядя на собеседника, который хмурится от такого заключения.       -А может это потому, что тут нет ничего негативного и отвратительного?- всё же не сдерживается он, прожигая лидера гневным взглядом, но продолжая сохранять непринуждённый тон.- Пойми, Джун~а, это нормально, просто… непривычно для тебя.       Ким никак не реагирует на слова Пака, встаёт с дивана и возвращается к собиранию вещей.       -Почему бы тебе не поговорить с братом?- вдруг цепляется за некий якорь Хва. Лидер замирает, и переводит заинтересованный взгляд на него.- Просто поговори.       -О чём? Расспросить его о процессе и всех тонкостях постельных дел?- язвит он. Сонхва лишь обречённо выдыхает, сложив руки в замок за головой.       -Он ведь как-то пришёл к такому выбору и решению. Вот об этом и узнай. Если тебе не тягостно общение с Бомджуном, то обратись к брату. Он ведь не откажет…       «Никогда не отказывал»