Судьба?

Утром У Се проснулся по двум причинам. Первая – он выспался, и вся усталость исчезла. Вторая – его трогали копытцем и кусали за рукав. Он ощущал себя бревном. Да и не мудрено. Проспал же в одном положении всю ночь. - Ты решил весь год проспать? - в дверь комнаты постучали. Наивняшка затряс головой, стараясь вспомнить, что же произошло накануне вечером. Ах да. Его уволили со Склада 11, накричали, побили и выгнали из дома. Теперь он безработный и с маленьким цилинем на руках. Нет. Не безработный. Ван Юэбань предложил ему работу и кров. Что ж. Это значительно упрощало жизнь, но не отменяло наличия зверька. Хотя… сложись всё по-другому и У Се бы сделал точно такой же выбор. - Надеюсь ты скоро поправишься, - сев, молодой человек погладил цилиня по головке. Рассиживаться не было времени. Пора вставать, приводить себя в порядок и идти работать. Следовало провести инвентаризацию, чтоб понимать, где что стоит и с чем что едят. Все же чужое хозяйство и лучше запомнить сразу, чем по десять раз искать. Переодевшись в более удобную одежду, соответствующую погоде, Наивняшка спустился вниз, взяв с собой А-Луна. Пан Цзы не был настроен враждебно к зверьку и, следовательно, его можно было выпускать из комнаты. - Тебе не нравилось на складе и в том доме? - он погладил цилиня по головке, удобнее устраивая на сгибе своей левой руки. - Пан Цзы! Ты на малыша хорошо влияешь. - Очень за вас двоих рад. Но десять утра. Идите завтракать и до одиннадцати можете побродить где-нибудь. В одиннадцать придет тот парень на собеседование. Магазин сегодня закрыт и клиентов не будет. Будешь проводить экскурс и со всем знакомить, Наивняш. Ты в теме антиквариата лучше понимаешь, - Ван Юэбань, за воротник толстовки отловив друга, затащил на кухню и усадил на стул. – И что твоё маленькое чудо ест? - Проще говоря, ты открыл магазин, в котором ничего не понимаешь. Так? – У Се не сопротивлялся. Друг не навредит ни ему, ни зверьку. Он знал это. – А-Луну можно теплое молоко, морковку, листья салата, капусту, яблоки. Если честно, я сам не знаю, чем его кормить. Просто клал перед ним некоторые продукты, а он сам выбирал. Я постараюсь найти ему скорее врача и расспросить о том, чем именно можно кормить цилиней. - Это ты у нас образованный продавец антиквара, в магазине которого Ван Мэн постоянно фрилонил играя в компьютерные игры, - Юэбань задумался. Похоже, растить цилиня было не сильно трудно. Главное знать, чем именно можно кормить и как это правильно делать. – Есть морковка, вчера утром только купил. Ещё есть молоко и яблоки. - Завтракай, я пока для А-Луна приготовлю всё. Он тебя немного побаивается, - У Се поднялся, осторожно устраивая цилиня на стуле. Помыв морковку и почистив её, он достал из шкафчика небольшую тарелку. Морковь, яблоки и молоко – то, чем он чаще всего кормил своего маленького подопечного. Подогрев молоко, доведя его до приятного тепла, перелил в блюдце с высокими краями. Порезав морковку, он поставил две тарелочки перед А-Луном. У Се никогда не думал, что усвоенные в средней школе и институте уроки выживания, пригодятся в дальнейшей жизни. О чём-то не хотелось вспоминать, а что-то напоминали оставленные шрамы. Нельзя сказать, что он не боялся. Боялся. Ещё как боялся. Одиночества и непонимания со стороны других людей. То, что случилось… не иначе, как знак судьбы. Вернувшись за стол, Наивняшка придвинул к себе свою тарелку с завтраком и, размышляя о сложившейся ситуации, принялся есть. Он очнулся от своих мыслей только когда Юэбань поставил перед ним кружку с ароматным зеленым чаем. - О чём задумался? – Пан Цзы похлопал друга по плечу. – Ты давно не отдыхал и по сему кофе тебе пить сейчас вредно. Так что довольствуйся чаем и водой. И гони сигареты. Не думаю, что А-Луна понравится их запах. И следи за своей кружкой. - Ощущаю себя твоим младшим братом, - усмехнулся Наивняшка, доставая из кармана толстовки припрятанную пачку и отодвигая подальше чай. Он едва успел поймать цилиня, когда у него подогнулась ножка. Такой непоседа. – Пан Цзы, скажу сразу. Если А-Лун случайно что-то разобьёт из-за своего любопытства – я компенсирую. И под ворчание друга он поднялся, взяв на руки зверька и прихватив кружку с чаем. Следовало немного проветрится и привести мысли в порядок. Да и после дождя всегда дышится лучше. Выйдя на дорогу, У Се обернулся, внимательно рассматривая вывеску. Конечно. В его У Шань Цзюй она была куда больше и более приметной, но и это не плохая. Только вот, немножечко подкрасить и повесить поровнее. «Заменить вывеску и покрасить ворота. И тогда будет симпатичнее», - размышлял парень, рассматривая окрестности. Давно же он тут не был. Он не мог не сравнивать себя с медленно плывущими по небу облаками. Они были куда свободнее, чем могли себе представить. Их ничего не держало. Они плыли, куда хотели. Дружили с ветром и солнцем. А он? Он не мог даже отстоять свою точку зрения, не говоря уже о том, чтоб предъявить права на управление магазином, который восстановил буквально с нуля. У Шань Цзюй был его любимым местом, в которое он вложил душу. Но разругавшись со вторым дядей, У Се потерял магазин, которым управлял со своих двадцати лет. На восстановление здания он не просил денег у родителей. Всё делал сам. Работал грузчиком, по ночам официантом. Все заработанные деньги шли на реконструкцию У Шань Цзюй. И в одночасье потерять его было больно. Да и причина была глупая. Он разругался со своим вторым дядей из-за свадьбы. Ну не хотел У Се женится так рано. Кто ж знал, что родственников это так разозлит и они заберут от него магазин, а самого отправят на Склад 11. Им всем казалось, что это место поможет перевоспитать непослушного мальчишку. Но всё обернулось совсем иначе. А-Лун, забывающий порой о том, что травмированная ножка всё ещё болит, покусывал его за рукав толстовки, просясь на землю. Это место определённо начинало ему нравится. Тепло, сухо, интересный человек рядом – куда спокойнее, чем на 11 Складе и в том странном доме. Там он мог только жаться к У Се, и прятать мордочку в его шее. - Хочешь погулять? Не боишься? – он присел, опуская цилиня на землю, готовый в любой момент поддержать его и не дать упасть. Стоя на месте, зверёк обнюхивал каменную дорожку, постукивая копытцем по крупным булыжникам и вслушиваясь в их звук. Отходить от молодого человека он побаивался. Всё же страшновато. А так – можно прижаться к нему в поисках опоры, защиты и поддержки. Наблюдая за цилинем, У Се не сразу услышал шаги за своей спиной. Он вскрикнул, когда в спину ему прилетел увесистый предмет. Выпрямившись, он обернулся и посмотрел на троих подростков во главе с Чень И, сыном одного из глав девяти семей, входящих в организацию Цзюмэй. - Что вам нужно? Магазин сегодня не работает, - Наивняшка старался стоять так, чтобы А-Лун мог спрятаться за ним. - А мы и не в магазин, - Чень И, подобрав с земли камень, кинул его в цилиня, стараясь попасть с первого раза. Наивняшка едва успел отбить снаряд ладонью. От резкого движения, кружка выпала из его руки и разбилась. Ничего. Он купит новую. А вот травмировать зверька какой-то шпане не позволит. - Что вам нужно? – повторил У Се свой вопрос. - Чтоб ты проваливал из Ханчжоу. Только и делаешь, что позоришь девять семей и Цзюмэй, - мальчишки расхохотались. Они чувствовали себя вершителями судеб. Ведь бывший владелец У Шань Цзюй ничего не мог сделать им. Его выгнали из семьи. У Эрбай лично объявил на срочном заседание девяти семей о том, что те могут делать с его племянником что хотят. Семья У не будет вмешиваться. - Позорю девять семей? – переспросил У Се. – Раз это так, то почему же вы тогда разговариваете со мной? Да и в чём заключается мой позор? Иногда, прикинутся дурачком было лучше, чем строить из себя заумного. Он не понимал, когда доброта к маленьким зверькам становилась позором. Но что поделать, если твоим «найдёнышем» является мистический зверь? - Ты спутался с монстром и держишь подле себя. Только и делаешь, что позоришь всех, - не унимался Чень И. «Так вот в чём дело», - мысленно выдохнул У Се. Спорить и что-то доказывать подросткам было делом бесполезным и неблагодарным. - Он не монстр! – Наивняшка, подняв с земли небольшой камушек, кинул его в Чень И. – Что? Больно? А ведь я кинул всего лишь маленький камешек, в отличии от тебя, запустившего в полёт булыжник. Обо мне можете говорить, что угодно. Но запомните раз и навсегда. Он. Не. Монстр! У Се все года терпел унижения от детей других семей. И все потому, что ему было сказано – «не смей вступать в конфликт с теми, кто младше». Но сейчас его действия никак не могли отразится на репутации семьи У. - Чудик! – один из мальчишек, подобрав камень по крупнее, кинул его в У Се. Раз в цилиня, спрятавшегося за молодым человеком не попасть, он попытает удачу по другому. Наивняшка зажмурился, понимая, что сейчас пострадает его голова, а не рука. Отбить увесистый крупный камень он не сможет. - Весело? – строгий голос заставил открыть глаза. Между У Се и мальчишками стоял черноволосый парень. Держа в руке перехваченный в полете камень, он гневно взирал на Чень И его компанию. - Н-нет, - заикаясь, ответили подростки. Развернувшись, они побежали прочь, только пятки замелькали. Наивняшка, присев, потянулся к осколкам. Нужно было убрать их, чтоб никто не порезался. Всё же Ван Юэбань открыл свой магазин в этом районе сравнительно недавно и портить репутацию другу не сильно хотелось. Спасибо и на том, что согласился приютить у себя такого проблемного парня и его маленького зверька. - Ты в порядке? – руку У Се перехватили, не сильно сжав запястье пальцами. – Я сам приберу тут всё. - Не стоит, - Наивняшка поднял голову, встретившись со взглядом темных, почти черных, глаз. – Если ты в магазин, то он сегодня закрыт. - Я на собеседование, - Цилин отпустив чужую руку, медленно начал собирать осколки. – Почему они пытались закидать тебя камнями? - Из-за него, - У Се, слегка улыбнувшись, поднял на руки А-Луна. Не хотелось, чтобы цилинь поранился об осколки. – Я не стыжусь того, что забрал его с 11 Склада. Он не монстр. Он – тот, кого оставили родители и кого обделили заботой и любовью. Наивняшка не стыдился А-Луна. Да и если этот красивый юноша пришел на собеседование в магазинчик Пан Цзы, то следовало сразу предупредить о таком маленьком нюансе. А то вдруг решит выгнать вон его подопечного. Или того хуже – навредить. - Ты связался с каким-то божественным зверем, - понимающе кивнул Чжан, продолжая собирать осколки. – Но почему ты уверен, что он не монстр? - Людям сложно принять такое, - У Се попытался забрать осколки, оставшиеся от кружки, но ему не позволили. – Потому что у него повадки человека. Он любит вредничать, как мальчишка семи лет. Наивняшка всмотрелся в человека рядом с собой. Он привык, что их загадочный друг, которого они никогда не могли уговорить заглянуть на чашечку кофе, ходит всегда в черном. И сейчас, в тёмно-серых джинсах и синей толстовке, он не сразу смог признать того, с кем был знаком. - Сяогэ? – молодой человек удивленно моргнул. – Почему сразу не сказал, что это ты? Мы с Пан Цзы переживали, что опять от тебя ни слуху ни духу. Спрятался, небось, где-нибудь. Признавайся, опять лазал в гробницу и зализывал свои раны, забыв о том, что есть люди, которые всегда рады тебе помочь? Цилин, закончив собирать осколки, поднялся. Опять этот нескончаемый поток вопросов. За полтора года он успел отвыкнуть от шумного напарника. Да и не думал он, что У Се и Ван Юэбань будут ждать его. Он всегда уходил, никого не предупредив. - Почему ты решил оставить его? – Чжана давно интересовал этот вопрос. У Се, каким бы добрым не был, не обязан был портить свою жизнь, заботясь о цилине. - А нужна причина? А-Лун плакал, пытаясь найти маму. Он не сразу привык ко мне, - Наивняшка погладил зверька по голове. А-Лун, склонив головку, с интересом рассматривая человека перед собой. Принюхавшись, он запищал, чем вызвал непонимание со стороны У Се. – Что случилось? Ножка болит? - Он хочет больше внимания, - предположил Цилин. – Похоже, его напугали те подростки. - Ты понимаешь его речь? Мне только удается угадывать, что нужно, - У Се устроил цилиня на сгибе своей правой руки, придерживая другой. – Сяогэ, мы столько знакомы, но я не знаю твоего имени. - Чжан Цилин, - представился гость. Наивняшка непонимающе посмотрел на парня. Неужели он был из самой влиятельной семьи Китая? Совпадение? Или просто однофамилиц Чжан Жи Шаня? Спрашивать было неудобно. Вдруг это личное? - У Се, - представился он в свою очередь. – Хотя, не думаю, что могу использовать фамилию семьи. Но ты можешь звать меня Сяо Се. Или просто – Недоразумение. Я не буду обижаться. Сейчас позову Пан Цзы. Цилин кивнул. Он смотрел вслед уходящему У Се и не мог не думать о том, как же несправедлива была жизнь. Если бы они не были выходцами из девяти семей, то, как бы сложилась их жизнь? Он понимал – семья У поступила так, чтобы сохранить свою репутацию. Но, разве она имеет место быть? Оставить нуждающегося в поддержке и понимании человека без всего. Разве это правильно? - Жи Шань везде появлялся один. Обо мне знают лишь в теории, - тихо проговорил Цилин. Он являлся главой своей семьи. Но, по сути, совсем не занимался своими прямыми обязанностями. Странствовал по свету, боролся с кланом Ван за свою жизнь. Да если бы не эти Ваны, он бы не связал свою жизнь с женщиной. Но сделанного не исправить. Ему случайно удалось узнать о сыне и выяснить, что его отправили на 11 Склад. Туда, где работала его бывшая жена. И сейчас винить в произошедшем было некого. Ему следовало раньше явиться и защитить своего сына. Не позволить ему навредить. Но ему повезло узнать об У Се, работающем там же, на том же складе. Чжан переживал, что У Се сердится на цилиня за то, что вынужден ухаживать за зверьком. Но все переживания развеялись как дым, когда он услышал заветные слова – «он не монстр». Эти слова грели душу. Может, если он останется рядом с У Се, то тот позволит чаще видеться с А-Луном. Ему не важно, как тот будет относиться к нему. Только б знать, что все без происшествий в жизни цилиня. Цилин боялся. Боялся, что парень будет холоден к зверьку и, как только тот поправиться, погонит прочь. Да и зачем Наивняшке было портить свою жизнь из-за кого попало. Но, похоже, он в нём ошибся. Он поморщился. Рука болела. Поймать камень в полете было сложно. Да и… ему пришлось солгать. А-Лун учуял в нём родственника. Всё же будет лучшим исходом, если он скроет своё кровное родство с маленьким зверьком…