Верь мне.

      Поттер весь вечер и утро до свадьбы был предоставлен полностью сам себе. После ужина Нарцисса заставила Драко остаться в мэноре согласно традиции, что молодые не должны видеться до свадьбы. Гарри нервничал, Гарри переживал, Гарри провел вечер в библиотеке в компании Вальбурги и старого Кикимера, который то и дело подливал ему успокаивающий чай с травами. Единственная свадьба, на которой ему довелось побывать, была очень давно, ещё во времена учебы в Хогвартсе и закончилась она не совсем успешно, ведь к Норе спешили Пожиратели. Брюнет тряхнул головой, стараясь отогнать непрошенные мысли, в конце концов, все давным-давно закончилось, эту свадьбу организовывала Нарцисса, что уже говорило о том, что все продумано до мелочей и что-то пойти не по плану попросту не может. Церемония была назначена на четыре дня, а за два часа до начала к нему должны были прибыть его друзья и несколько помощников, которых пригласила леди Малфой, чтобы помочь собраться и все было просто идеально, однако проснулся он в этот день довольно рано, проведя часть утра в библиотеке, и теперь коротал время, прогуливаясь по своему особняку. В какой-то момент он настолько задумался, что из мыслей его вырвал чей-то звонкий голос, переливающийся миллионами колокольчиков, и только сейчас он заметил, что оказался в ритуальном зале.       — Эх, Гарри-Гарри… Ты же должен быть счастлив в этот прекрасный день, а ты с самого утра ходишь с таким видом, будто составляешь очередной план по спасению мира, — Магия тихо рассмеялась, заставляя Поттера забыть обо всех невеселых мыслях одним своим присутствием.       — Простите, Великая, я просто немного взволнован, всё-таки в первый раз выхожу замуж да ещё и в интересном положении.       — Я понимаю, но поверь, в вашей с Драко жизни было достаточно боли и страданий, чтобы вы все четверо заслужили счастье.       — Кстати, это была моя идея, — рядом с прозрачно-белым сгустком появился темный, смотря на него антрацитовыми глазами.       — Я так благодарен вам за это, ведь сначала я решил, что ничего не вышло, что что-то пошло не так, а потом… Это большая честь для меня, Великие, — парень опустился на колено, прикладывая ладонь к сердцу совсем как тогда.       — Мы проследим, чтобы беременность и роды прошли успешно, мы будем приглядывать за вами. Я бы советовала обратиться к одному целителю, его давний предок передавал свои знания из поколения в поколение, пока не дождался такого упорного тебя, — в светлых глазах появились искры смеха и счастья.       — Простите меня за мой последующий вопрос и мое любопытство, но…       — Скорпиус Гиперион Малфой и Джеймс Северус Поттер, — усмехнулась Магия и переглянулась с сестрой, на что Смерть лишь прищурила глаза, но после с тихим вздохом медленно моргнула. — Сириус Орион и Лили Нимфадора Блэки, — светлые глаза младшей явно были довольны собой.       — Но…       — А теперь, Гарри, тебе пора идти, ты и так узнал больше, чем следовало. Моя сестра слишком ценит и уважает тебя, чтобы позволить кому-то навредить тебе и твоей семье, — темное облако начало растворяться, утягивая за собой светлое и оставляя шокированного Поттера одного. Если бы не вовремя появившийся Кикимер, сообщивший о прибытии семьи Грейнджер-Уизли, он бы остался в ритуальном зале ещё на долгие часы, но теперь его улыбку с лица сегодня точно никто и ничто не сможет стереть.       Последующие два часа пролетели для него, как один миг. Пришедшие Рон и Гермиона, которые знали о его положении, помогли наложить долгодействующие чары иллюзии, скрывающие начавший формироваться живот, помощники, присланные Нарциссой, подогнали на нем костюм и мантию, которые смотрелись теперь просто идеально, привели в порядок его волосы, соорудив прическу, которая явно добавляла ему пару очков к образу. И Гарри, смотря на свое отражение в зеркале, видел молодого статного мужчину в белоснежных рубашке с бабочкой и жилетке, узких черных брюках, и такой же белоснежной мантии, изящно расшитой переливающейся антрацитовой нитью с мелкими стеклянными камушками, и просто не верил, что сегодня он официально станет частью семьи Малфой. Лёгкость и ощущение чистой радости и счастья, появившееся после разговора с двумя Великими, кажется, передавалось и всем присутствующим, потому что даже старый Кикимер, тихонько дернувший его за подол и протянувший небольшую немного потрёпанную временем коробочку, выглядел как-то особенно счастливым, а не уголке его рубашки были влажные пятна, которыми он явно украдкой вытирал слезы.       — Открой ее, — раздался голос с картины до этого молчаливой Вальбурги и брюнет послушался совета, открывая и ахая. — Эту брошь Кикимер нашел давно в комнате Сириуса, переверни ее.       Аккуратно достав маленькую белую лилию, будто бы уменьшенную версию живого цветка, Гарри ее перевернул и присмотрелся. По стеблю тянулась едва различимая надпись «Милой Лили от Сириуса».       — Скорее всего, это был подарок на Рождество, который он не успел подарить.       — Что-то старое, — догадалась Гермиона, подходя ближе и рассматривая украшение. — Давай я помогу ее приколоть, — и, пока она возилась с мантией и брошью, продолжила: — Что-то новое все на тебе. Что-то голубое?       — Подкладка по подолу расшита голубыми нитями рун. А что-то взятое взаймы — любимые запонки Люциуса. Я полностью готов, — он все также улыбался, смотря на своих друзей.       — Будь счастлив, Гарри, — вновь донеслось с картины и женщина, достав платок из мантии, скрылась, не желая показывать слабость.

***

      Уже стоя на террасе под руку с Нарциссой, Гарри с неприкрытым восхищением осматривал изысканно украшенный и подготовленный к церемонии сад. Дорожка, по которой ему уже не терпелось пройти к Драко, тянулась вдоль небольших столов расставленных по кругу и уже занятых ожидающими начала гостями, до круглой арки, где стояли в ожидании Гермиона с Роном и его жених с шафером. Рядом с аркой была воздвигнута небольшая сцена, где разместились музыканты и сейчас готовились начать вечер. Все было декорировано белоснежными лилиями, веточками рускуса и ели и множеством стеклянных излучающих мягкий белый свет сфер, смотрелось это на фоне падающего снега, что растворялся в воздухе, не долетая до столов, просто волшебно и восхитительно. Он даже представить не мог, каких усилий и средств стоило создать эту зимнюю сказку, ещё и воздвигнуть магический купол, который бы пропускал снег, но в котором было бы тепло и комфортно.       — Я думаю, нам пора, — стоило зазвучать первым нотам, как дверь террасы открылась и они медленно прошли вперёд, к его новой жизни.       Остановившись напротив Драко, который выглядел просто восхитительно в почти таком же, как у него, костюме, лишь мантия была черной, расшитой серебряными нитями с такими же небольшими камнями, Гарри вложил свои ладони в его, смотря в любимые глаза напротив.       — Перед тем как официально заключить ваш брак я хотела бы услышать является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным? Прошу ответить тебя, Гарри, — всю предыдущую речь Гермионы он благополучно пропустил мимо ушей, думая лишь о парне, стоящем напротив него и крепко держащем ладони.       — Да, — закусив внутреннюю сторону щеки, он с замиранием сердца ждал ответа слизеринца, до сих пор переживая, что это просто сон и вот сейчас он проснется и вся эта сказка исчезнет, но, сильнее сжав ладони после такого же «да», он с улыбкой на мгновение прикрыл глаза.       — Прошу скрепить клятвами ваше желание стать супругами.       — Я, Гарольд Джеймс Поттер-Блэк, беру тебя, Драко Люциус Малфой, в законные мужья. Я счастлив за предоставленную возможность быть рядом с тобой. Просто сказать что я тебя люблю, это значит ничего не сказать. Никакие слова не смогут рассказать о тех чувствах, которые я испытываю к тебе. Я не буду говорить тебе ни про то, как я ценю тебя, ни про то, каким ты можешь быть нежным и заботливым, ни про радость, которую я ощущаю, когда ты смеёшься, ни про слезы, которые я сдерживаю, когда тебе плохо, ни про поддержку, которую ты оказываешь мне, когда это необходимо, ни про удовольствие, которое я испытываю при прикосновении к тебе. Но, если я говорю, что люблю тебя, что я верю тебе, это подразумевает все перечисленное. Моя любовь к тебе растет с каждым днём, она бьётся в унисон с моим сердцем.       — Я, Драко Люциус Малфой, беру тебя, Гарольд Джеймс Поттер-Блэк, в законные мужья. Ты мой самый лучший друг и моя единственная настоящая любовь. Когда я с тобой, я чувствую, что я тот, кем я хочу быть и не могу представить свою жизнь без тебя. Ты заставляешь меня улыбаться, поддерживаешь меня, заботишься обо мне, и всегда интересуешься тем, что я хочу сказать и сделать. Сегодня я хочу пообещать себе и тебе, что буду любить и почитать, защищать и уважать тебя всю свою жизнь. Я клянусь доверять тебе, любить тебя, ценить твое мнение и помогать тебе. Давай будем друзьями и любимыми, и сделаем так, чтобы наши совместные годы стали лучшими годами жизни. Сегодня и всегда.       Их запястья опоясала тонкая переливающаяся голубая нить, медленно прошедшая через их ладони и пальцы, останавливаясь на безымянных пальцах тонкими кольцами, и слабый ветерок, прошедший от ног до макушек их волос рассыпался в воздухе яркими искрами. Сама Магия благословила их брак и это было самым лучшим подтверждением их любви и верности друг к другу.       — Правом, данным мне, я подтверждаю ваше искреннее желание и объявляю вас мужьями. Вы можете обменяться кольцами и скрепить ваши слова поцелуем, — Гермиона взмахнула палочкой, призывая кольца, и, произнеся заклинание, холодный металл оказался на их пальцах поверх тонких полосок, оставленных Магией, согревая и покалывая кожу.       — Мой муж, — очень тихо произнес Драко, чтобы мог услышать только он, и, медленно проведя большим пальцем по щеке брюнета, убирая влагу, коснулся его губ. Вокруг них появилось лёгкое свечение, которое они даже не заметили, окрыленные счастьем сегодняшнего дня. Сзади раздались аплодисменты и поздравления, все гости встали, поддерживая и разделяя их счастье.       После окончания официальной части, музыканты заиграли новую композицию и Малфой вывел мужа в центр, начиная кружить в их первом танце.       — Я так счастлив, что ты теперь действительно только мой и ничей больше, — тихий шепот куда-то на ухо, — я так благодарен Великим, что дали мне этот шанс, дали мне в супруги такого упертого гриффиндорца, который не остановится ни перед какими препятствиями.       — Я сегодня по чистой случайности снова с ними поговорил, — Поттер обернулся вокруг себя и снова оказался в горячих объятиях и под заинтересованным взглядом серебряных глаз. — Скорпиус Гиперион Малфой и Джеймс Северус Поттер.       Отойдя от первого шока, блондин крепче прижал к себе темноволосого, впиваясь в его губы нежным благодарным поцелуем и кружа его в своих руках, на что Гарри только тихо счастливо рассмеялся, замечая начавших подтягиваться на импровизированный танцпол пар.       — Спасибо, ты бы знал, как я тебе благодарен за все.       И празднование пошло своим чередом, поздравления старших Малфоев, Гермионы и Рона, семьи Уизли и других гостей, смех, слезы счастья, нескрываемая радость, бокалы с алкоголем и соком, закуски и многое-многое другое. Спустя несколько часов Гарри утащил своего теперь мужа в мэнор подальше от чужих глаз, прижимая его к стене и тут же накрывая его губы страстным поцелуем и получая в ответ такую же страсть и нежность.       — Мерлин, как я этого хотел и ждал, не могу больше, — признался Поттер, стягивая с Драко мантию и принимаясь за жилет и рубашку. — Мне не хватало тебя рядом.       — Мне тоже не хватало твоего тепла ночью, не хватало твоей чувственности, ненасытности, тебя не хватало, — смазанные поцелуями и стонами признания отдавались эхом в голове и сердце, желание пульсировало в их венах, оно ощущалось в каждом касании, когда они кожа к коже прижимались друг к другу.       Они были счастливы и любимы здесь и сейчас.       И они будут счастливы и любимы всю жизнь. И никакие ссоры и скандалы не изменят это, ведь они готовы пройти через все это рядом друг с другом и пронести свою любовь и преданность через многие года.