Лицом к лицу

      Маски сброшены, и нет пути назад.       Он смотрит на её окровавленные ладони, она — на его дымящийся пистолет. Скрывать правду больше нет смысла — она сама вышла на свет.

***

      — Лойд, — позвала лжемужа Йор. — Не ждите меня к ужину, я задержусь на работе.       — Вот как… — задумчиво протянул он в ответ. — Мне тоже нужно остаться в больнице допоздна. Возможно, даже до утра. Кто же тогда позаботится об Ане?       Йор испуганно посмотрела на Лойда, в растерянности уставившегося на дочь. Его тонкие светлые брови сошлись на переносице, а на лбу появились обычно незаметные морщины. В его голубых глазах Йор отчётливо видела беспокойство и усиленную работу мысли. Похоже, что-то очень важное ждало его на работе, и в любой другой ситуации она как хорошая жена обязательно отказалась бы ото всех планов и пришла бы на подмогу мужу, но только не в этот раз. И почему именно сегодня их планы так неудачно совпали?       — Папа, мама, — поучающим тоном начала Аня. — Вы, что, забыли? Сегодня я иду ночевать к Бекки!       От слов девочки у Йор сразу от сердца отлегло. И правда, как же это она могла забыть? Приёмная дочь без устали болтала об этой ночёвке всю неделю, но, похоже, Йор снова не справилась с ролью матери — пропустила всё мимо ушей, зациклившись на задании, которое поручил Лавочник.       А не зациклиться на сегодняшней миссии было просто невозможно: предстояла серьёзная драка, в которой точно не оставалось места сантиментам и детским развлечениям. Как хорошо, что Бекки позвала Аню к себе! Если бы не эта девочка, то вся операция пошла бы под откос, и Сумрак ушёл бы от правосудия.       Йор мысленно ухмыльнулась. Против Принцессы шипов не было шансов даже у него — лучшего шпиона Весталиса.       — Ой, и правда, забыла. Что-то я совсем заработалась, — искренне повинилась Йор и ласково посмотрела на Аню. — Надеюсь, ты хорошо проведёшь время с подругой.       — Угу, — энергично закивала та. — Мы с Бекки будем заниматься всякими девчачьими штуками.       — Вот и славно, — расслабленная улыбка вновь появилась на лице Лойда, а сам он провёл руками по волосам, зачёсывая их назад. — Тогда собирайся, я отвезу тебя сегодня в школу. Йор, тебя подождать?       Она отрицательно покачала головой и отставила последнюю вымытую тарелку на полотенце.       — Нет, спасибо. Мне ещё кое-что нужно сделать.       Под «кое-чем» Йор подразумевала наточить шипы, но вслух этого она сказать, конечно же, не могла.       Лойд широко улыбнулся и кивнул ей в ответ. Сердце Йор ёкнуло. И когда она уже, наконец, привыкнет к его обезоруживающему обаянию? Она и так сопротивлялась ему из последних сил, едва удерживая себя в рамках фиктивных отношений. И почему быть ненастоящей женой так сложно и даже немного обидно?       В последнее время ей всё сильнее хотелось коснуться его. Провести пальцами по острым скулам, ощутить мягкость его волос и без остановки купаться в его глубоком, проницательном взгляде. Но он почему-то всё реже смотрел на неё и отводил глаза, когда случайно дотрагивался до её рук, забирая посуду. С каждым днём они становились даже дальше друг от друга, чем в день знакомства. Может, он нашёл себе другую? Ту, которую полюбил, и теперь лжежена лишь мешала ему?       Сердце неприятно сжалось, и Йор сглотнула ком, вставший в горле. Лойд ничего ей был не должен, наоборот, он дал ей даже больше, чем она когда-то мечтала — нормальную жизнь, которая, казалось, совсем ей не светила. Может, поэтому хотелось большего? Попробовав лишь маленький кусочек счастья, она попросту уже не могла остановиться? Ведь раньше в её жизни были лишь брат и бесконечные убийства на благо Родины, а сейчас куда важнее стали вечера в компании молодого красивого вдовца, его дочери и огромной ласковой собаки.       Руки коснулась маленькая тёплая ладошка, и Йор опустила взгляд на приёмную дочь. Аня смотрела на неё по-взрослому серьёзно, нахмурившись, будто была чем-то очень недовольна.       — Мама, — сказала она. — Ты самая лучшая мама на свете, и никакая другая нам с папой не нужна.       — Аня, ты чего? — не меньше Йор удивился Лойд. — Что опять на тебя нашло?       — Ничего, — беззаботно пожав плечами, ответила девочка. — Просто напоминаю, как сильно вас люблю. Ведите себя хорошо, пока я буду у Бекки.       Йор поймала вопросительный взгляд Лойда и мягко улыбнулась, давая понять, что не меньше него удивлена поведением дочери. Хотя, справедливости ради сказать, Аня и раньше не раз делала нечто подобное. Девочка с завидной постоянностью будто предугадывала действия других или даже читала мысли, судя по тому, как проницательна она оказывалась во многих ситуациях.       — Обязательно, моя дорогая, — отгоняя подальше мысли о предстоящей миссии, сказала Йор.       Теперь нужно было быть вдвойне осторожной, чтобы не получить никаких ранений и не вызвать лишних вопросов у этой милой девочки, за которую она готова была отдать собственную жизнь.

***

      Окровавленные шипы выскальзывают из вмиг ослабевших рук и с металлическим звоном падают на кафельный пол.       — Принцесса шипов? — недоверчиво шепчет он, глядя ей прямо в глаза.       — Сумрак? — вопросом на вопрос отвечает она, не в силах отвести взгляд от холодной синевы, прожигающей насквозь.       В голове хаос, воспоминания вспышками бьют по чувствам, до боли в костях ломают всё, что Йор успела за эти полгода назвать про себя «нормальная жизнь».       Впервые она не знает, что делать дальше.

***

      Лойд смог добраться до поместья Десмондов лишь к полуночи. Весь день в больнице его то и дело задерживали всё новые и новые дела, бесконечный поток пациентов и Фиона. В последнее время она почему-то доставляла ему больше неудобств, чем помогала. Да и её излишнее внимание к Йор начинало напрягать. И чего она к ней прицепилась?       В любом случае, обдумывать всё это сейчас совершенно не было времени: он и так уже опаздывал на смертельное рандеву с Принцессой шипов. И не то чтобы он спешил именно из-за неё, нет, перед ним стояла ещё одна очень важная задача. В кабинете Донована Десмонда в одном из сейфов скрывались доказательства его причастности к подготовке войны с Весталисом.       Перемахнув через высокий каменный забор в слепой зоне охраны, Лойд бесшумно приземлился на рыхлую землю цветочной клумбы и замер, прислушиваясь. Вокруг не было ни души. Впереди — через огромный газон, залитый лунным светом, — величественно возвышалось старинное поместье, увитое плющом. Ни в одном из окон не горел свет, а значит, наводка информатора оказалась верной: сегодня дом пустовал.       Правда, и терять бдительность всё же не стоило, поэтому Лойд, скрываясь в тени забора, направился к заднему входу. Судя по планам здания, которые удалось раздобыть Фрэнки, оттуда было рукой подать до нужной комнаты, куда нужно было успеть добраться раньше Принцессы шипов.       Замок легко поддался простейшей манипуляции ножом, и дверь бесшумно отворилась внутрь подсобного кухонного помещения. Слабый лунный свет едва помогал разглядеть очертания мебели и других предметов, но Лойд был опытным шпионом, поэтому такая мелочь не стала препятствием на его пути. Можно было, конечно, достать фонарик, но он не решился — Принцесса шипов могла поджидать его где угодно, а давать ей преимущество он не собирался.       Из кухни Лойд попал прямиком в коридор, ведущий через холл к кабинету Десмонда. Там на гладком кафельном полу вдоль стен стояли статуи, вазы и даже рыцарские доспехи. Всё это могло бы издавать хоть какие-то звуки — отражать едва слышный скрип шагов или шуршать от потоков ветра, — но вместо этого пространство вокруг звенело тишиной.       Все чувства Лойда обострились: опасность поджидала на каждом углу. Каждый вздох, каждый шаг по квадратным плитам казался шагом по кочкам на болоте — любое неверное движение, и миссия будет провалена. Адреналин зашкаливал в крови, как обычно это бывало на заданиях, но Лойд не поддавался реакциям своего организма. За годы шпионской работы он выучил одно — самое важное — правило: жизни сотен тысяч людей важнее всего одной — его.       Так что помешать планам Десмонда развязать войну между Весталисом и Останией было важнейшей задачей, которую он обязательно выполнит несмотря ни на что. И раз уж план «А» явно не задался (Аня звёзд с неба не хватала, во всех смыслах), на план «Б» тоже надеяться не стоило — Йор была слишком наивна, чтобы через неё он смог как-то повлиять на её новую подругу — жену Десмонда, то оставался лишь план «Сделай всё сам, если хочешь, чтобы всё получилось». Единственное, что усложняло этот план, так это возможное вмешательство третьего лица.       Поручая ему это задание, Сильвия предупредила, что он может столкнуться с той самой — неуловимой и крайне жестокой — Принцессой шипов, и лучше ему расправиться с ней на месте. В управлении уже давно ходили слухи об этой женщине, о том, что за ней охотились и сами останцы, так что в своём роде она была такой же легендой, как и он сам. Но что она забыла в этом месте? Зачем ей нужны были документы, обличающие Десмонда? Да и на кого она в таком случае работала, раз сама служба безопасности Остании имела с ней счёты?       Раздобыть ответы на эти вопросы до сегодняшнего вечера Лойд не смог: Принцесса шипов была призраком, не оставляющим следов; неуловимым мстителем, карающим коррумпированных останцев. Единственным, что можно было сказать о ней точно, так это то, что в уборке ей не было равных. На своём пути Лойд ещё не встречал никого, кто бы так искусно избавлялся ото всех улик. Пожалуй, конкуренцию в этом ей могла составить лишь Йор, и то с натяжкой, ведь его лжежена была так рассеянна.       «Так рассеянна и так красива…», — тут же пронеслось у него в голове, и мысли направились совсем не туда, куда нужно.       За этот месяц Лойд уже выяснил, что фантазии о Йор — это дорога в никуда, и допускать их ни в коем случае нельзя, но… так хочется. Ему ведь нужно было совсем немного: всего лишь обнять её, прижать к себе и, если она позволит, коснуться её губ своими. И не то, чтобы он не мог получить всего этого силой, нет, просто с ней он не мог поступить так, как с другими женщинами-прикрытиями. За эти полгода Йор стала для него особенной.       Внезапный далёкий стук каблуков по кафельному полу разорвал тишину. Лойд напрягся и молниеносно вытащил пистолет, направив его затем на пространство перед собой. Огромный холл впереди был пуст, но звук становился всё громче. Похоже, кто-то шёл сюда из противоположного коридора.       Спрятавшись за колонной, Лойд принялся ждать. Времени на серьёзный план не осталось, поэтому оставалось импровизировать. Ну, ничего, Принцесса шипов ничем не лучше других его противников, нужно всего лишь найти её слабое место.       Но чем ближе она подходила, чем громче становился стук её каблуков, тем сильнее Лойд понимал, что эта схватка будет отличаться от всех его предыдущих сражений. Уверенность, с которой Принцесса шипов шла по чужой территории, совершенно не страшась охраны, восхищала и вызывала опасения одновременно. Любители так себя не ведут.       На долю секунды Лойд выглянул из-за колонны и в тени коридора успел заметить силуэт девушки в вечернем платье. В её сжатых ладонях поблескивали острые стилеты-шипы, от которых у него прошёл мороз по коже. Действовать нужно было прямо сейчас.       Он развернулся и выстрелил, прицелившись ей прямо в голову. Глухой щелчок не успел раствориться в воздухе, как Лойд понял — он промахнулся. Принцессы шипов не было в коридоре — она, ловко увернувшись от пули, стояла в тени противоположной колонны и потирала плечо. Похоже, он ранил её лишь по касательной, едва оцарапав кожу.       Она вскинула голову — две длинные пряди, обрамлявшие её лицо, взметнулись вверх — и громко цокнула. Лойд попытался разглядеть хоть что-то в этой проклятой темноте, но тщетно, всё плыло, теряясь в полумраке.       Молниеносно — он даже не успел заметить, когда, — Принцесса шипов оказалась рядом с ним и чуть не заколола его, не увернись он в последнюю секунду от смертельного удара. Но она не сдавалась. Обрушивала на него всё новые и новые выпады, разрывая его одежду, а он едва успевал уворачиваться и блокировать движение острых стилетов, отступая, будто в танце в спасительную тьму коридора.       По рукам неприятно текла кровь, дыхание у Лойда немного сбилось, но Принцесса шипов не отступала, будто не знала, что такое усталость. Толкнув спиной ближайшую дверь, Лойд заскочил внутрь и выстрелил почти наугад. Затем ещё и ещё, едва поспевая за нечеловечески быстрыми движениями девушки. Заметив выключатель, он решил выиграть пару секунд на её дезориентации, и включил свет. Но когда он увидел, кто был перед ним, то замер, не веря своим глазам.

***

      — Что ты здесь делаешь? — спрашивает он, лихорадочно перебирая сотни вариантов исхода этой встречи.       — А ты? — в ответ говорит она, не сводя с него настороженного взгляда. В эту минуту она похожа на кошку, готовую броситься либо на него, либо прочь из комнаты.       Ему нельзя её упустить. Но и убивать — тоже не выход. Почему-то от этой мысли сердце неприятно сжимается. Он не хочет терять Йор. Не хочет терять семью. Он лишь хочет понять, почему всё произошло именно так.       — Тебе нужен честный ответ?       Лицо Йор серьёзно, как никогда раньше. Она напряжена и опасна. Осознание приходит внезапно — вот почему его так к ней тянуло. За безобидной внешностью скрывается опаснейший зверь. Такой же смертоносный, как и он сам.       Мгновение — её стилеты прижаты к его горлу с обеих сторон. Он не может, не хочет, шевелиться, иначе придётся отвести взгляд от её пылающих силой глаз.       — Я должна убить тебя, Ло… Сумрак. Во благо Остании я должна убить тебя и уйти.       — Так чего же ты медлишь?       В пистолете осталась ещё пара пуль. Пожалуй, если он будет достаточно проворен, то сможет её ранить. Но хочет ли он этого?       — Не понимаю, почему именно ты?       Её голос дрожит, и на секунду она теряет бдительность. Этого хватает, чтобы он перехватил её запястья и, толкнув, прижал к стене.       Их лица так близко — наклонись он чуть вперёд, и коснётся её губ. Так, как и хотел этого уже очень давно. Но…       — На кого ты работаешь? — тихо спрашивает он, чтоб не выдать своё возбуждение. — Зачем тебе документы Десмонда?       Глаза её округляются, и он понимает: она здесь совсем не за этим.       — Я пришла за тобой, Лойд. И я сделаю, что должна.       Она резко подпрыгивает, толкает коленом его в грудь так, что он тут же ослабляет хватку на её запястьях, а следом оказывается на спине на полу, прижатый к ковру сильными бёдрами Йор. Стилеты вновь оказываются у его горла, но сейчас он не дышит не поэтому.       Её грудь упирается в его, а на пах давят её ягодицы. Лойд понимает, что должен думать совсем о другом: о том, как схватить пистолет, выпавший из рук, или о том, как быстрее убить свою лжежену. Но мысли сами собой вертятся лишь вокруг одного — её полного страсти взгляда. Всем телом он ощущает бешеный стук её сердца, которое, кажется, бьётся в унисон с его, и не может принять решение, как быть дальше.       — Ты же не хочешь этого делать, — шепчет он, пока острые грани шипов царапают ему шею. Он не понимает, почему она медлит, почему тянет время до неизбежной развязки их встречи. Что удерживает её?       — Я должна… — бормочет, будто в бреду, Йор, — Но как же Анечка? Она же останется без отца…       Слеза стекает по щеке Йор, а сама она всхлипывает.       — Если тебя останавливает только это, — начинает Лойд, догадываясь, что причина кроется совершенно в другом. Быть может, она испытывает к нему то же, что и он? — Я скажу тебе правду. Аня — приёмная. Я удочерил её за пару недель до нашей с тобой встречи. Она — моё прикрытие.       Йор изумлённо смотрит на него с чуть приоткрытым от удивления ртом, а он глазам своим не верит. И как такая сентиментальность сочетается с жестокостью, о которой ходят легенды?       — Ты мне врёшь?..       — Нет.       И почему-то вместо того, чтобы вонзиться в его горло, шипы падают на пол. Не теряя ни секунды, Лойд переворачивается и оказывается сверху Йор. Заводит её руки над головой, сжимает запястья, зависнув прямо над её лицом, и спрашивает:       — Почему ты меня не убила?       — Я не могу, — шепчет она и отводит взгляд. — Ты…       — Что я? — Он наклоняется ещё ближе, так, что выдыхает ей свой вопрос прямо в губы.       — Ты… — едва слышно говорит она и смотрит ему прямо в глаза.       — Я?.. — Он наклоняется так близко, что уже почти касается её, но замирает, оставляя ей выбор.       И Йор выбирает то, на что он очень надеялся. Она чуть приподнимается и прижимается своими губами к его. На мгновение дыхание перехватывает, после чего приятное тепло разливается по телу. Лойд углубляет поцелуй и растворяется в чувстве долгожданного удовольствия. Наконец-то он получил, что хотел.       Йор вырывает руки из захвата Лойда и запускает пальцы в его волосы. Жадно целуя его в ответ, она выгибается, прижимается к нему всем телом. Кровь тут же отливает от его головы и стремительно несётся в пах. На мгновение Лойд отстраняется, чтобы перевести дыхание, но взгляд Йор, полный недовольства и желания, возвращает его обратно.       Внутри всё кипит — требует продолжения. Требует чего-то большего, чем поцелуи, лишающие способности мыслить. Но может ли он продвинуться дальше? Может ли переступить черту, после которой пути обратно уже не будет?       Он немного отстраняется и медленно проводит кончиками пальцев по щеке Йор, опускаясь по шее к груди. Едва касаясь оголённой кожи в просветах между лентами причудливого лифа, повторяет изгибы её тела. Ладонью накрывает грудь, чуть сжимая её, и слышит в ответ приглушённый поцелуем стон.       Кажется, может.       Так же мучительно медленно спускается пальцами к её животу, отчего Йор немного дёргается, но затем тут же расслабляется, когда он кладёт ладонь чуть ниже. Даже через плотную ткань платья Лойд чувствует сильное тепло, а, может, ему просто кажется. Но он не успевает хорошо обдумать эту мысль.       Йор резко переворачивается вместе с ним, и он оказывается снизу. Смотреть на неё с такого ракурса ему нравится даже больше — так она ни на секунду не даёт ему забыть, насколько опасна.       Она откидывает подол платья в сторону, а само оно задирается, поднявшись почти до талии. От возбуждения у Лойда плывёт перед глазами. От безумства его отделяет лишь ткань его брюк. И лучше бы Йор так не ёрзала, если не собирается с него их снимать.       Будто прочитав его мысли, она улыбается и наклоняется, чтобы его поцеловать, но в последний момент замирает, так и не коснувшись его губ. Вместо этого она расстёгивает сначала пуговицу, а затем и молнию на его брюках и, чуть приподнявшись, стягивает их немного вниз.       — Йор, — хрипло шепчет он, не зная даже, что сказать дальше.       — Лойд, — страстно выдыхает она и прижимается промежностью к его паху.       Из глаз сыплются искры, но он не успевает сосредоточиться на этом ощущении, потому что Йор вновь его целует. В ответ он сжимает её ягодицы, едва прикрытые тонкой тканью трусиков, и подталкивает её к медленным движениям вперёд-назад.       Он бы с радостью и сам застонал, как Йор, но все силы уходят на то, чтобы не послать всё к чёрту и не сорвать с неё одежду, чтобы жадно брать её на этом полу, пока сил не останется даже на то, чтобы открыть глаза.       Едва справляясь с желанием, захватившим и тело, и разум, Лойд вдруг краем уха слышит звук, которого здесь быть не должно: стук когтей по кафельному полу. Он становится всё громче и громче, пока не стихает у самых дверей.       Вместе с Йор, практически синхронно, он подскакивает на ноги, параллельно натягивая брюки и поправляя рубашку. И удивлённо упирается взглядом в неожиданного гостя, застывшего в дверях.       — Мама, папа! Нет времени объяснять, следуйте за мной! — командным тоном говорит Аня, сидящая верхом на Бонде. — Лавочник и Начальница уже близко.       Она на секунду замирает, прищурившись, а затем добавляет:       — Дядя Юрий тоже скоро будет здесь.       В голове всё ещё туман и бешеное желание продолжить то, что они начали с Йор, но новые обстоятельства заставляют Лойда вернуться к реальности. Шестеренки крутятся, соединяя пробелы в информации, но много чего всё равно не сходится. Да и должно ли? Сегодняшний вечер оказался настолько непредсказуемым, что Лойд не удивится, если всё, что сказала сейчас Аня, окажется правдой.       — Подожди. Как ты сюда попала? Что всё это значит? — спрашивает в итоге Лойд, строго глядя на приёмную дочь.       — Мы никуда не пойдём, пока не объяснишь, — присоединяется к нему Йор, поправляя платье.       Аня вздыхает, будто они задали ей самые глупые вопросы на свете, и на одном дыхании выпаливает:       — Я умею читать мысли, Бонд видит будущее. Мы — результаты экспериментов. Дядя Юрий — агент контрразведки. Если мы сейчас не сбежим отсюда, нам всем крышка.       — Ты опять насмотрелась мультиков про своего детектива?       — Нет! — обиженно вскрикивает Аня. — Это чистая правда!       Лойд смотрит на Йор — она на него. И если в то, что Аня и Бонд — жертвы экспериментов, он верил с натяжкой, то вот про Юрия он догадывался давно. Неужели Йор знала про своего брата и молчала?       — Нет, мама не знала про дядю Юрия. Пойдёмте скорее. Дядя Фрэнки уже устал нас ждать.       Во всё происходящее верится с трудом: всего минуту назад он едва не переспал со своей лжеженой на полу кабинета в доме своего врага, а сейчас должен уже куда-то бежать, спасая себя и свою фиктивную семью. Лойд переводит взгляд на Йор и видит на её лице те же чувства и вопросы, что переполняют его самого.       — Что будем делать? — спрашивает он.       — Бежать, — твёрдо заявляет Йор. — Разобраться во всём мы успеем позже.       Она подкидывает носком туфли свои шипы и ловко ловит их обеими руками одновременно. На лице её вновь серьёзное выражение, а в глазах плещется та самая решимость, от которой у Лойда внутри всё сжимается от желания. Да, пожалуй, Йор права, они успеют ещё разобраться во всём. Сейчас главное выбраться с территории врага. А уж потом они обязательно продолжат то, что начали здесь. И ничто и никто им не помешает.       Он решительно поднимает свой пистолет и спрашивает:       — Ну, что, семья, готовы к опасностям?