Слепая ненависть

Иногда Суэхиро казалось, что он попал в какую-то временную петлю. Один день сменял другой, а в сущности каждый из них был примерно таким же, каким был и прошлый; наполненный необоснованными претензиями, колкими насмешками и придирками со стороны одного из коллег. — Что ты ешь? Какая гадость. Пожалуй, только ты способен пойти на подобного рода извращения в еде. — Разве я не просил тебя молчать? Мой слух гораздо острее, нежели у других, и ты даже не представляешь, насколько мне порой трудно слышать тебя. — У тебя отвратительный вкус. Надеюсь, ты знаешь об этом? Разумеется, Тэтте совсем не сердился на подобного рода грубости. Он предпочитал пропускать все мимо ушей, игнорируя Дзёно и его плевки ядом. Ежедневно закрывая глаза на очередные попытки коллеги задеть своего напарника, Тэтте даже иногда забавлялся, мысленно пытаясь предугадать следующую причину, по которой Сайгику в своей привычной манере сделает замечание. Внешне, разумеется, он демонстрировал холодное спокойствие, сохраняя на лице немного скудный спектр эмоций, но маленькие искорки чувств все же проскакивали в груди, и зачастую причиной являлся Дзёно. Порой косвенно, а порой и непосредственно. Тэтте всегда молчал. Каким бы оскорблениям его не подвергал товарищ, Тэтте всегда понимал, что лучшим ответом на очередную дерзость будет тишина. Рассуждал он примерно так; «хуже от чужих слов мне не станет, а он, возможно, выговорится и успокоится. Если последует ответ — не миновать конфликта, а конфликт мне не нужен». Только вот Сайгику, казалось, молчание напарника было способно раззадорить не меньше, чем полноценный ответ. Спровоцировать словесную одностороннюю баталию могло что угодно, и даже полное отсутствие реакции собеседника на слова или поступки. В один из дней, конечно, все повторилось снова. На собрании элитного боевого отряда вновь случилась сцена с преимущественным участием Дзёно. — Может, прекратишь, наконец, писать мемуары? У нас, к слову, собрание идёт. Сидящий чуть поотдаль брюнет, почему-то, уже заранее был готов к подобной нелепой претензии. Не отрывая взгляда от своего творчества, но все же приостанавливая процесс, тот произнёс голосом, почти лишенным эмоциональной окраски. — Я рисую, а не пишу. — Какая разница? — мгновенно последовал ответ, — Звуки скольжения чернил по бумаге мешают мне воспринимать действительно важную информацию. Будь добр, черкай свои наброски в другом месте. Желательно как можно дальше от меня. Неожиданно Суэхиро впервые задумался о том, что уже давно воспринимал как простую данность. Как факт, который ничем не изменить, с которым остаётся лишь смириться. Рука, прежде рисовавшая ручкой маленьких муравьёв в блокноте, вдруг замерла. Взгляд немного напряжённо застыл на плиточном полу, смотря куда-то сквозь объекты. Мысль, вспыхнувшая столь неожиданно и теперь заглушавшая любые звуки извне, очень резво впилась в разум, не давая думать ни о чем другом. «Почему ты так ко мне относишься, Дзёно?..» Уступая своему коллеге, Суэхиро надел колпачок на ручку, убирая её вместе с блокнотом в небольшой карман стандартной формы «ищеек». Голос командира отряда звучал сегодня на собрании как-то особенно равномерно и скучно. Даже при желании вникнуть в суть разговора, Тэтте наверняка бы потерпел неудачу. Взгляд теперь то и дело самовольно падал на сидящего вблизи слепого коллегу, за что брюнет не единожды мысленно себя отдергивал, принуждая свои глаза обратить внимание на порядком надоевший вид из окна. Куда угодно, лишь бы не сверлить взглядом Дзёно. Только вот все было тщетно; всего на мгновение переставая контролировать свой взгляд, мечник вновь уже бегал глазами по складкам одежды Сайгику, изучал худые запястья, прятавшиеся за белыми перчатками, рассматривал серьгу, украшавшую правое ухо и светлые ресницы, как и всегда опущенные вниз. Интересно, может ли Дзёно чувствовать, как активно скользит по нему чужой взгляд, изучая каждую деталь в образе развалившегося в кресле блондина? Вряд ли. Вероятно, понять это можно только если увидеть своими глазами, а Дзёно таких возможностей был лишён. Напрочь. Когда собрание наконец подошло к концу, участники неторопливо принялись расходиться по своим делам. Кто-то обговаривал отдельные аспекты поручений, двигаясь в сторону двери, кто-то молча шагал по плиточному полу, немного шаркая обувью и кашляя, а Суэхиро продолжал неподвижно сидеть на своём месте, без особого энтузиазма рассматривая старое пятно от кофе на поверхности стола и перебирая пальцами обивку кресла. Дзёно тоже пока ещё был здесь, но уже, похоже, намеревался уходить. Поправляя фуражку и приподнимаясь со своего места, блондин вальяжно прошагал к окну, закрывая его и теперь направляясь в сторону выхода. Вдруг он остановился. Всего пару шагов разделяло друг от друга двух "ищеек". Немного помедлив, Сайгику с привычным недовольством в голосе задал вопрос, раздавшийся эхом по опустевшей комнате. – Какого чёрта ты все это время так внимательно на меня смотрел?