Trust me, please

      Джисон продолжал лежать на кровати, сжимая в руках простыни и загнанно дыша. Только что ему сделали самый потрясающий минет в его жизни. Хотя, если честно, то и минет ему никто никогда не делал, но он с уверенностью мог сказать, что с этим уже не сравнится ничего.       Прямо сейчас над ним нависал Минхо – такой спокойный и счастливый он наблюдал за послеоргазменным состоянием Джисона, зачесывая мокрые от пота волосы назад. Сердце продолжало бешено биться, правда уже не так, как несколько минут назад, когда его член находился в теплом рту старшего, который так умело его облизывал, доставляя ему удовольствие.       Хан повел головой, вдруг осознав все происходящее. Разве мог он подумать месяц назад, что прямо сейчас будет обжиматься на кровати с его «врагом», отходя от головокружительного оргазма, до которого он его довел. Конечно нет. Нравится ли Джисону это? Он пытается отрицать это как может, но в глубине души он по-настоящему счастлив. Сам того не понимая, он влюбился.       — Бельчонок, – вдруг вывел из раздумий бархатный голос Ли, который шептал прямо на ухо, из-за чего волосы становились дыбом. — Тебе нужно в душ.       Минхо поднялся с кровати, покрывая младшего внимательным взглядом, изучая того с ног до головы. А особенно обнаженные участки тела, которые ему удастся увидеть далеко не каждый день (Минхо надеется, что и не последний). Майка задралась до самой груди, открывая вид на тяжело вздымающуюся грудь, по которой стекали крошечные капельки пота. Внизу и вовсе не было никакой одежды, что позволяло Ли нагло сканировать каждый сантиметр голой кожи, совсем не стесняясь. Но ненадолго.       Джисон резко вскочил с места, тут же направляясь в ванную комнату. — Какой же ты до безумия милый, когда смущаешься, – мечтательно вздохнул Хо в пустоту, провожая взглядом голую задницу Сона.       — Минхо! – Джисон открыл дверь, зовя старшего. — Прине-       Не успел Хан договорить, как увидел перед собой руки, любезно протягивающие стопку аккуратно сложенной чистой одежды. Минхо с самого начала знал, что тому понадобится одежда. За это время он уже успел изучить младшего целиком и полностью, умело предсказывая каждое его действие и мысль. Как же сильно на них повлияла совместная жизнь. Минхо знал Джисона как никто другой. Никому еще не удавалось увидеть все эти скрытые стороны Хана, которые он умело скрывал всю свою жизнь. Никому, кроме Минхо.       Забирая одежду, Джисон почувствовал запах одеколона, которым Минхо не пользуется просто так, а только перед тем, как куда-то пойти. Он немного выглянул на дверной проем, увидев перед собой старшего, поправляющего причёску в зеркале. Точно, ему же сегодня в универ.       Джисону, на самом деле, тоже давно пора в университет, ведь тот почти две недели сидит дома, дома у Минхо, на секундочку, ни разу еще за все это время не выйдя на улицу. Болезнь давно прошла, он был абсолютно здоров, но по каким-то причинам все еще не выходил из дома. Он, кажется, и вовсе забыл про учебу, что для него нехарактерно, ведь тот обычно не пропускает ни одного учебного дня, даже по причине плохого самочувствия, получая только самые высшие баллы. Пора бы и ему возвращаться к привычной жизни.       Стоп, вы сказали привычной? Неужели все то, что сейчас происходит с ним может исчезнуть? Неужели всего этого когда-то не было? Он и правда раньше жил дома со своими до ужаса строгими и требовательными родителями, на стену залезая ради хороших оценок и высших баллов, а в университете собачась с Минхо, который прямо сейчас стоит в коридоре, а их разделяет всего лишь одна тонкая стена.       Джисон не хочет, чтобы все это исчезало. Но ему все равно рано или поздно придется вернуться домой, вернуться к прежнему образу жизни, но придется ли ему расставаться с Минхо?       Хан быстро натянул на себя одежду, через несколько минут выходя из ванной. Минхо уже завязывал шнурки и поднял взгляд на младшего, наблюдавшего за ним.       — Ты в университет? Во сколько вернешься? – Хан облокотился об стенку, сложив руки у себя на груди.       — Да, часов в пять вечера, – Минхо поднялся и уставился на младшего. — Все я пошел, пока, – помахал Ли вслед, хватая ручку двери и поворачивая, как его потянули за рукав пальто.       Ли повернул голову и вопросительно уставился на Джи, смотрящего на него снизу вверх щенячьими глазами.       — Что такое? – Хо взял руку младшего, теребящую ткань его пальто в свою, нежно поглаживая холодные пальцы.       Джисон смотрел на старшего так, будто хотел что-то сказать, но по какой-то причине не мог. Карие глаза отчаянно метались по лицу брюнета, пока их руки сплетались.       — Джи, – начал Мин, как вдруг его грубо притянули к себе за воротник резким, но неуверенным движением, сравнивая их взгляды так, что их разделяли жалкие сантиметры.       Еще несколько секунд колеблясь, Джисон все же примкнул к щеке старшего, оставляя на ней легкий целомудренный поцелуй, такой медленный, что Минхо мог чувствовать дыхание парня на своей коже. Он медленно отстранился, все еще находясь непозволительно близко. Их взгляды вновь встретились. Ресницы дрожали, пока глаза обоих медленно закрывались, а расстояние между ними постепенно сокращалось. Их приоткрытые губы уже в нескольких миллиметрах друг от друга, а глаза уже полностью закрылись, пока руки сплелись еще крепче. Наконец они преодолели этот жалкий барьер, разделяющий их, соединяя губы в столь желанном и долгожданном поцелуе. Рука Минхо переместилась на талию младшего, прижимая того ближе к себе, пока вторая продолжала сплетаться в замке с джисоновой. Они поочередно сминали губы друг друга, поддаваясь вперед как можно ближе. Тихие влажные звуки поцелуев распространились по всему коридору, нарушая глубокую тишину вместе с томными вздохами.       Язык Хо медленно проник в рот Хана, встречаясь с джисоновым в ленивом танце. Они обменивались слюной друг друга и терзали губы так, что они, вероятно, потом опухнут. Но им до этого не было дела. Они наслаждались этими прикосновениями, играющимися языками и горячими вздохами друг друга. Джисон впутался пятерней в волосы Минхо, слабо оттягивая их назад и притягивая парня еще ближе к себе, хотя казалось бы, куда еще ближе.       Ли почувствовал легкий укус на своей нижней губе, возмущенно открывая глаза и встречаясь с хитрым прищуром младшего. Закрывая глаза, Хо втянул в рот нижнюю губу Джисона, начиная безжалостно посасывать, а после впился зубами почти до крови, вызывая у того жалобный писк. Минхо лишь усмехнулся в губы, зализывая место укуса, словно извиняясь. Проворные языки вновь проникли к друг другу в рот, сплетаясь, пока те жадно причмокивали. Они буквально плавились под трепетными движениями их губ, пока какое-то теплое чувство кружилось вихрем в груди, а в животе порхали рои бабочек, отчего ноги начинали подкашиваться. Их щеки были красными, но не такими, как растерзанные губы, которые парни продолжали сминать своими.       Они целуются долго и мокро, лаская слух горячими вздохами друг друга, а иногда даже приглушенными поцелуем стонами, пока вибрация смартфона их не отвлекает.       Тонкая нить слюны тянется между ними, когда те отстраняются, медленно открывая глаза, сквозь пелену в них смотря то на губы, то на дрожащие ресницы. Минхо все же берет трубку, наконец полностью отстраняясь от парня.       — Алло? Извините, уже выхожу. – Джисон смотрел на Хо, слегка изогнув бровь.       — Извини, малыш, меня такси ждёт. Но не расстраивайся. Как только приду домой, можем целоваться хоть до ночи, – Минхо ехидно ухмыльнулся, подмигивая. Еще раз оставив легкий поцелуй на губах Хана, он открыл дверь и удалился за дверным проемом.       Джисон так и остался стоять в прострации, уходя глубоко в себя. Щеки были такими розовыми, а уши такими красными, что ему вмиг стало невыносимо жарко. Он только что сам поцеловал Минхо в щеку. Он только что целовался с Минхо в губы. Это очень странно осознавать, хоть это далеко не первый раз. «Как только приду домой, можем целоваться хоть до ночи». – Вспомнив эти слова, Хана вновь бросило в жар. Сколько бы он не отрицал, на самом деле он действительно хотел этого…       Джисон сел на кровать, листая телефон в поисках новых уведомлений, натыкаясь на сообщения родителей. Как же давно он не вспоминал об этом. В конце концов ему все же придется вернуться… Сообщения были все теми же, что и тогда, только не такими навязчивыми. Они просили Джисона вернуться, интересовались его жизнью, хорошо ли ему сейчас.       Неужели они могут интересоваться чем-то кроме его успеваемости? Джисон лишь нервно посмеялся, открывая клавиатуру, печатая сообщение. J.one: Привет. Со мной все хорошо. Живу у друга Как только Джисона нажал кнопку отправления, мать появилась в сети. Мама: Господи, неужели ты ответил. Прости нас с отцом, в частности меня. Я погорячилась, совсем не задумавшись о твоих чувствах, прости меня. Пожалуйста, возвращайся домой, мы с папой тебя ждём. Глаза накрыла пелена слез, которые начали медленно стекать по щекам, оставляя после себя влажную дорожку. Взгляд Хана уткнулся в телефон, в который раз перечитывая сообщение матери. Он ожидал очередной претензии или выговора, что позже перерастет в ссору, но не этого. Она что, правда извиняется и признает свою ошибку? Он поверить не может. Мама: Сынок, пожалуйста, не молчи. Мне правда жаль. Возвращайся домой. Ты уже и в университете столько не появляешься. J.one: Я вернусь в эти выходные, только прошу, без скандала. Я не жалею, что ушел из дома, мне так гораздо лучше, так что возвращаться домой для меня будет трудно. Мама: Да, я все понимаю. Мы с папой очень скучаем. Ждём тебя. Любим тебя, сынок. Слезы продолжали неконтролируемо стекать по щекам, а тело подрагивать. Странное чувство наполняло его разум. Он был… счастлив? Он не мог поверить, что когда-нибудь услышит извинения от своей мамы, не мог поверить, что будет целоваться со своим ненавистным врагом. Он не мог поверить, что все будет так. Он действительно счастлив.