Трансформеры Прайм: Сломанный канон.

Полутёмная, освещаемая двумя рядами пожелтевших, часто неисправных ламп, что были встроены в верхние углы, энергоновая шахта, представляющая из себя глубокий прямоугольный тоннель сквозь толщи металлической породы. Группа шахтёров, держа в манипуляторах что-то напоминающее земных огнетушителей, тяжело вентилировали системы. На их грязных, пыльных корпусах, покрытых железной крошкой, вмятинами, потёртостями и... энергоном, были то там, то тут видны болезненные на вид борозды, будто выгрызенные кем-то маленьким, с очень острыми дентапластинами. Один из них, низенький, в 5,9 метра, бот с черно-желтой разметкой на краях наплечников и корпусом белого, преобладающего над оранжевым, цвета, хромая на правый сервопривод, подошёл к шлюзу, что был в паре шагов от них. Тот, прислонив одну из своих антенн на шлеме начал прислушиваться к тому, что происходит за шлюзом. За толстым, почти в метр толщиной листом бот услышал звук разрываемого словно сотнями, а то и тысячами циркулярных пил. От страха тот, с, полной ужаса гримасой на фейсплейте, отпрыгнул назад, но почти тут же упал. Его стопа было почти насквозь разгрызена, а так же покрыта коркой льда, от чего эта часть корпуса потеряла окрас, что говорило о том, что поступление энергона к системам в ступне прекратилось и он потихоньку протекал сквозь повреждённые магистрали. Увидев это к нему, оставив свой "огнетушитель" подскочила фемботка. Она была достаточно высокой, 11,5 метров, и, несмотря на достаточно тонкое корпусосложение, выглядела достаточно крепко. Достигалось это, по большей части, за счёт довольно сильно погрызенных, аж до самых энергомагистралей, элементов буровой установки покрашенной в жёлтый, с элементами чёрного, покраской. Она, взяв того в манипуляторы как юную бету, от чего сам бот немного смутился, но возражать не стал, отнесла к остальным. Она, усадив на земле и прислонив к стене недалеко от своего "огнетушителя", присела рядом на колено: — Они всё ещё преследуют нас? — в полголоса, измученным и полным безграничной грусти голосом спросила фембот. — Да... — столь же печально ответил бот, смотря на постепенно отмирающую часть корпуса. После чего, уперев голову в стену, из злости, чувства беспомощности и безнадёжности ситуации, со всей силы ударил по полу, и выкрикнув во весь динамик: — ШЛАК! — полное боли и ненависти эхо разошлось по всему тоннелю. На него взглянули оставшиеся выжившие шахтёры. Их испуганные взгляды почти моментально сменились на полные печали, покосившиеся в стороны и притухшие. Они понимали его чувства. Каждый потирал и зажимал свою собственную энерноточащую рану. Каждый чувствовал эту безысходность. Покосила взгляд и фемботка. Но звук разрываемого металла начал слышаться всё более явно за её спиной. Привстав она с серьёзным взглядом посмотрела на шлюз, с прорывающими его тварями. Но почти сразу её взгляд стал менее ярким и та, покосив голову обратилась к твоим товарищам: — Нам не нужно останавливаться. — повернувшись она открыла панель на своём предплечье, после чего вывелась голографическая карта сетей шахт и скопление из 7 зелёных точек. — мы не так далеко от следующего контрольного пункта. Если получится, то мы сможем выбраться из этого кошмара. Идёмте. С этими словами фемботка направилась к группе. Подойдя к серьёзно раненному в грудную пластину оранжевому боту с альтформой самосвала, что был лишь немногим выше самой фемботки, она перекинула его манипулятор через своё плечо. Все потихоньку начали собираться с силами для продолжения пути. Хромой на правый сервопривод бот, взглянув на распрыскиватель шахтёрши, перевёл взгляд на свою группу. Его взгляд слегка ещё больше потускнел, став практически таким же как у мертвецов. Когда остальные собирались начать к тому подошел его чёрно-оранжевый товарищ, попытавшись поставить того на сервоприводы, но тот, оттолкнув его, с трудом встал сам, утяну за собой распрыскиватель шахтёрши и достав свой собственный из-за спины. Это не только удивило и обеспокоило его товарища, но и привлекло внимание остальных. — Спарк, ты ведь не собрался... — начал было его товарищ, но его тут же перебил сам Спарк. — Поршень, не надо. Я буду только задерживать вас. У вас уже есть Фугас — указав на бота на плече высокой фемботки сказал тот, после чего повернувшись к шлюзу, добавил — Да и времени у нас мало. А так я смогу выиграть хотя бы один клик. Взглянув на состояние бота на своём плече высокая, вначале была обеспокоена, но, осознавая ситуацию, сдавила кулак и отвела взгляд куда-то в пол. — Идёмте... — будто бы пустым, но, на самом деле, сдавленным где-то в глубине искры грустью и чувством вины произнесла та, развернувшись спиной к шлюзу с прорывающимися монстрами. — Старкрафт, ты серьёзно!? — возразил было Поршень — Нас и так осталось с Неонов выхлоп, а ты решила бро... — но тут того перебила сама Старкрафт — ИДЁМТЕ! — крикнула, топнув сервоприводом, да так, что эхо разлетелось по всему тоннелю. Бот тут же замолк. Нет, не из-за крика. Из-за омывателя что тёк по краям фейсплейта Старкрафт. Только сейчас он понял насколько ей самой больно, а потому и замолк и опустил взгляд в пол. Все начали потихоньку идти. А вот Поршень хотел было возразить уже Спарку. В его оптиге горело пламя, на по краям начали проглядывать, капли омывателя, но из динамика бота не вырвалось слова. На это Спарк лишь улыбнулся, похлопав по наплечнику друга, после чего слегка толкнул того, давая понять чтобы тот шёл с остальными. Неуверенно шагая и оборачиваясь Поршень поплелся в самом хвосте. Вскоре вся группа скрылась в тоннеле, что плавно уходил вверх. На протяжении всего этого времени звук циркулярных пил всё усиливался. И мало было этого — звук становился объёмнее. В какой-то момент Спарку даже казалось что звук циркулярных пил охватил весь шлюз. И вот в шлюще начала образовываться идеально круглая дыра. Малюсенький, по обруч из мелких, колоссально прочных зубцов в два, потом в три и четыре кольца начали разгрызать металл. Спарк, улыбнувшись, сказал: — Попались — после чего, вклучив разбрызгиватель в правом манипуляторе, направил дуло в место где появились обручи. Поток ярко-голубого дыма тут же вылетел в нужную точку, покрыв его тонким слоем льда. Пол почти сразу был покрыт лёгким, прозрачным, и настолько холодным туманом, что казалось что казалось что ступни сервоприводов вморозили в пол. Как только поток прекратился Спарк увидел что дуги пилок исчезли, оставив лишь обледенелую дырку. В это же мгновение в другом месте шлюза появился ещё один ряд обручей. Взгляд Спарка изменился. На место уверенности пришли раздражение и еле заметное на его фоне беспокойство. Он направил струю из второго разбрызгивателя в то место, временно заморозив то. Но то было лишь началом. Появилось ещё две пары колец пил, а из замороженных начали лезть маленькие, размером с земную кошку, твари. На маленьком тельце с четырьмя когтистыми сервоприводами и двумя трёхпалыми манипуляторами сидела непропорционально большая голова с двумя ярко-фиолетовыми линзами на 2/3 фейсплейта. Самый первый вылезший, завидев шахтёра, раскрыл свою широкую пасть, обнажив несколько рядов крутящихся с неистовой скоростью пил. С трещящим звуком крутящихся внутри пасти пил тот полетел на Спарка. Вовремя среагировав шахтёр брызнув в паразита струёх креогена, от чего скраплет тут же упал на пол льдышкой. Однако триумф был мимолётен. За одним паразитом начали вылезать и другие, прогрызая новые пути и расширяя уже имеющиеся. Вьясь словно скопления земных муравьёв, те начали быстро заполнять собой пространство. Старания Спарка давали мало эффекта, а эти паразиты всё лезли и лезли... В ЭТО ВРЕМЯ В 60-ти метрах под поверхностью планеты, на шахтёрской контрольной точке стояла почти гробовая тишина. Большая часть шахтёров была эвакуирована и лишь несколько смельчаков остались здесь чтобы следить за ситуацией. Сама контрольная точка представляла из себя не слишком большую коробку: 30 метров в высоту, и 60 в ширину и длину. К помещению были пристроены небольшой склад запасного шахтерского оборудования; лазарет для дачи первой помощи пострадавшим; капсулы для оффлайна, ради экономии места и возможности быстро передохнуть, так как в них, по словам пользователей, бот может пробыть недолго, но по прибытии из мира кибер-грёз чувствует себя так же, как после долгого отдыха. Так же, в правую, от входа сверху, стену встроена панель управления контрольной точкой и сектором, что к ней прилегает: всё тоннели, что отходят от неё, вплоть до следующей контрольной точки. Сама панель напоминает ту, что была на секретной базе автоботов в Джаспере, но по своей структуре являющейся более новой и технологичной сборкой, нежели та, что была бы на Земле. От конкретно этой контрольной точки, помимо тоннеля с поверхности, вниз шло ещё четыре. И, как и ожидаемо, все из-за строгого карантина заперты. За панелью управления контрольной точкой сидел бот среднего роста. Его крепкий полностью белый корпус, покрытый лёгким слоем пыли и вмятин, по краям опоясывали черно-желтые полосы. Судя по деталям на корпусе его альтмодом является бульдозер с модификацией в виде буровой установки сзади, что в робомоде крепится к спине. Судя по взгляду бот уже устал от всего этого, но каждый раз когда он хочет сказать что-то по типу "Ладно, хватит, на этом мои полномочия закончены" или "Я сделал всё что было в моих силах" он вновь смотрит на экраны. Большая часть уже показывают лишь белый шум и помехи, но на оставшихся видны вьющиеся, словно живой ураган, стайки скраплетов, Луди энергона, что были когда-то полноценными ботами и... сами боты. Остатки шахтёрских бригад, что попрятались то тут, то там в ветвистых и извилистых путях шахт, в надежде что паразиты их не найдут. При виде всего этого его физическая часть его искры словно трескалась. Он не мог вот так вот всё бросить, а потому, вместе с ещё двумя ботами, что были в лазарете и занимались очередной спасенной искрой, остались дожидаясь пока силы спецслужб Кибертрона не прибудут. Он, связываясь с ботами через их коммуникаторы, проводил тех по наиболее безопасным маршрутам. Как раз очередная группа шла ко входу. Но что больше всего беспокоило его, так это то, что за ними увязался хвост в виде достаточно крупной стаи скраплетов. Он размышлял над тем, что же им делать, ведь на этом участке отсутствовали системы охраны от подобных тварей — не предполагалось что они смогут зайти настолько далеко. Но размышления продлились недолго. Каково же было его потрясение, когда прямо посреди помещения открылся странного вида сине-зелёный деформационный мост. Бот тут же соскочил со стула, и, встав в защитную позу, приготовился к тому, чего сам не знал. Через несколько нанокликов из моста вылетел тяжёлый истребитель стального-серого окраса, что почти сразу же трансформировался в того, кого тут, бот, даже представить себе не мог — Легенду Каона — Мегатрона. Гладиатор приземлился в десятке метров от моста, повернувшись к нему и будто ожидая кого-то. Почти сразу из него вылетел ещё один истребитель, но уже явно легче. Его черный корпус с алой подсветкой резка выделялся на фоне хорошо освещённого помещения с хромированными стенами. Трансформировавшись истребитель подошёл к Мегатрону и те начали что-то обсуждать. Хоть и с задержкой, но бульдозер узнал что это был за бот — Саундвейв. Нашумевший недавно бета, и вторая, после Мегатрона, звёзда Каона. Его появление не так сильно шокировало бота, ведь он слышал о том, что Саундвейв часто сопровождает Мегатрона после их первой встречи на арене, и сам редко где либо появляется. Но вот последний появившийся бот заставил шахтёра на мгновение выпасть из реальности. Самым последним из моста выехал небольшой грузовик красно-синей окраски. Шахтёр мгновенно узнал этот альтмод. То был молодой сенатор и будущий Прайм — Орион Пакс. Он помнил его первую речь, что превзошла даже его близкого соратника — Мегатронуса, чьё имя ныне Мегатрон. Именно на него он, да и многие боты со всего Кибертрона возлагают надежду на перемены. Но сейчас не об этом. Орион, трансформируясь, подошёл к Мегатрону и Саундвейву задал резонный вопрос: — Каковы наши следующие действия? — осматриваясь спросил бот. — Можно спросить у него — ответил Саундвейв, кивнув головой в сторону больдозера, что и так еле стоял на сервоприводах от удивления. Но не успел шахтёр и что-либо ответить как шлюз лазарета приоткрылся, и оттуда выглянула фемботка в своеобразном халате из тонкой проволоки, заляпанном в энергоне. Судя по тонкому и минималистичному строению хромированного, с переливистым зелёным, корпуса и нескольким дополнительным манипуляторами с различными инструментами, ты была медиком. Её ярко-зеленая оптика злобно взглянула в первую очередь на шахтёра, чьё выражение фейсплейта сменилось с удивлённого, на уже более напуганное. — Что я говорила по поводу шума!? Пациентам нужен по... кой... — и лишь на этих словах она заметила троицу новоприбывших. Её оптика округлилась. Она, не сводя взгляда с троицы ударила по панели управления шлюзом со своей стороны, закрыв и заблокировав его изнутри. Это немного ошарашило всех, от чего повисла тишина. Но именно благодаря ней все наконец услышали стук из-за 2 шахтерского шлюза. В первую очередь отреагировал шахтёр за панелью управления. Услышав стут тот тут же пришел в себя. Обеспокоенно и в попыхах тот привстал на сервоприводы и спешно открыл проход остаткам шахтёрской группы. В помещение вывалилось шестеро шахтёров. Все они были погрызаны, покрыты чуть ли ни с сервоприводов до антенн в стальной стружке, пыли и энерноге, а также же, судя по тяжёлому вентелированию систем, невероятно уставшими. Высокая вемботка с альт-модом шахтерского бура, тяжело вваливаясь с сильно раненным товарищем на наплечнике, выпалила: — Чего ж вы так долго то!? — с невероятным раздражением в голосе процедила та сквозь дентапластины. Но не успела она пройти и пары шагов как услышала мягкое, звучащее по доброму обращение: "Позвольте". С этими словами она почувствовала что кто-то подпёр её товарища. Взглянув, её фейсплейт выразил её удивление. Низенький, красно-синий бот подпёр высокого шахтера, помогая ей. Но удивляло ни это, а то, что это был сенатор! Да какой — сам Орион Пакс! Да, слухи говорили что он чуток к проблемам народа, но чтобы Он, рискуя своей искрой вваливался сюда было немыслимым для неё. От этого шахтёрша потеряла концентрацию и почти упала, но тут же её и раненного подхватили ещё двое: Фугаса подхватил Мегатрон, а её саму — Саундвейв. Она могла бы продолжить удивляться тому как эти трое сюда попали, могла бы задать вопросы, но сейчас она ощутила что они наконец в безопасности и, расслабившись, обмякла на манипуляторах Саундвейва. Тоже касалось и остальных. Большая часть из шахтёров, почувствовав, что наконец всё спокойно распластавшись по полу. Лишь буквально пара ботов осталось в сознании — полуживой Фугас на плечах Ориона и Мегатрона и Поршень, что с поникший головой и угрюмым видом сел у стены по правую сторону от шлюза. — Как она? — взглянув из-за наплечника спросил Мегатрон, обращаясь к Саундвейву. — Жива, но её системы были сильно перенапряжены. Ей... — он осмотрел всех ввалившихся — Да и в принципе всем им нужен отдых. После этого он взглянул в сторону заблокированного лазарета, а после на бота за панелью. — Тебя как звать то? — обратился молодой гладиатор к шахтёру. — Э-э... С-счётчик... — неуверенно ответил тот. — Ладно, Счётчик, я так понимаю всех кто сильно пострадал в лазарет? — кивнул Саундвейв головой в сторону заблокированного шлюза. После секундной задержки тот немного нервно кивая взялся за панель, разблокируя шлюз. Сам же Саундвейв аккуратно отложил шахтершу к стене. К этому моменту Мегатрон и Орион Пакс уже отвели Фугаса к шлюзу. Заблокированный проход поддался команде с панели, и перед ними предстала в некотором роде комичная, но вызывающая чувство уважения сцена: — Стоять! Я не дам вам навредить моим пациентам! — вскрикнула фемботка направив на Ориона и Мегатрона скальпель и сварочный аппарат в основных манипуляторах и заклепкомет, ещё один скальпель, но уже потоньше, циркулярную пилу и хирургический лазер в дополнительных. За её спиной была видна палата с рядами коек-капсул, парочка из которых были заняты отдыхающими после кошмарной смены шахтерами. Видимо шахта была довольно крупной, рас уж тут работало столько ботов. — Не беспокойтесь мисс, — вытянув в сторону фемботки сказал Орион, пытаясь её успокоить. — Мы пришли помочь. — А- Что... А-а Орион Пакс? — словно только сейчас осознав произнесла та. — Чт-что вы тут делаете? При чем вместе с... Ним — чутка брезгливо указывая на Мегатрона спросила она. На удивление гладиатор отреагировал более чем спокойно, чем ожидала медик. Он осознавал, что его звание чемпиона Каона, за пределами самого Каона — его клеймо. Клеймо безжалостного убийцы. Он лишь отвёл взгляд в сторону, что ввело фемботку в ступор. Но всё прервал Саундвейв. — Орион, Мегатрон, оставьте раненных на меня. — сказал тот беря на наплечник шахтёра сменяя архивиста. — Я передал экзоскелет Поршню, тому шахтёру что остался в сознании. В шахте ниже остался один из их бригады – Спарк, что решил задержать стаю скраплетов. Поршень уже забежал вниз, так что поскорее гоните за ним. Параллельно переносу разъяснил ситуацию гладиатор. На удивление к Саундвейву медик оказалась более лояльной, при чём сам её вид говорил что она не против его помощи. Видимо его репутация как "Гладиатора-медика" была ей ближе. Вскоре медики с пациентом скрылись в хирургии, а гладиатор и архивист, не теряя ни наноклика, трансформировались и помчали за Поршнем. Поршень, несмотря на то, что и трансформировался в довольно громоздкий тягач, да и вышел он раньше, но всё равно был обогнан тяжёлым истребителем, а на хвосте уже был грузовик. Но это его не волновало. Единственное что было в его процессоре: "Как я мог его вообще оставить!? Шлак, шлак, шлак, шлак! О во имя Праймуса и 13 Первых, пожалуйста, пусть всё не будет как с ними..." Перед ботом начали проскакивать моменты из недалёкого прошлого. Как внезапно из самого глубокого тоннеля выползло целые полчища этих паразитов. Как шахтеры в панике убегали, прятались, отбивались как могли... И как от тех не оставалось и следа, когда облако пожирающее всё вокруг окутывало их. Их-за склона шахты Поршень не сразу заметил гладиатора, что, встав поперёк тоннеля, выставил манипуляторы перед собой. Резко дав по тормозам тот, развернувшись корпусом начал замедляться, но из-за набранной скорости он начал переворачиваться. Параллельно его переворотам тот так же трансформировался и, когда наконец закончив своё падение, оказался у сервоприводов Мегатрона. В его фейсплейт тут же ударил до невозможного холодный воздух, что из-з вентиляции систем, по ощущениям Поршня, они промерзали насквозь. Встав тот увидел перед собой лишь Гладиатора. Всё, что было после него было в густом, до ужаса холодном тумане голубоватого оттенка. — Осторожнее с баллонами, мальчишка. Если они повредятся, то криоген, содержащийся в них, может убить всех нас — взглянув на шахтёра из-за наплечника сказал гладиатор, после чего, повернувшись к туману, в полголоса добавил — А ведь это всего-лишь 5-ти нанокликовая струя... — сказал он, смотря на выдвинутое дуло разбрызгивателя на своём предплечье. Поравнявшись с Мегатроном, Орион, что-то сверяя с голопроектором на левом предплечье, ответил гладиатору: — Сверяясь с данными тестов наиболее эффективна струя в 2,5 наноклика. Все трое стояли перед стеной морозной "свежести". Первым с явно раздражённым видом и словами: "Да чего мы вообще ждём!?" шагнул Поршень. Он, трясясь от холода начал путь по коридору. Почти сразу его сервоприводы пнули что-то маленькое. Было плохо видно из-за голубоватой дымки-залонки, но когда тот склонился, то он почти сразу побледнел и отскачил назад с вскриком: то был замёрзший, судя по всему, прямо в полёте скраплет, с раскрытой до не могу пастью усеянной сотнями циркулярных рядов клыков-дентопластин. Из-за холода подвижность бота снизилась и тот, из-за того что слишком сильно отскочил, не смог быстро сгруппироваться в устойчивую стойку. Но благо его подхватил Орион. — Будь осторожнее. — он взглянул на десятки мелких корпусов скраплетов лежищих на полу — Хоть мы и в относительной безопасности, но из-за экстремального холода любое падение может сильно навредить внутренним системам. Поставив бота на сервоприводы Орион похлопал того по наплечнику. В то же время гладиатор шел вперёд, утянув своим уходящим в голубую неизвестность силуэтом оставшихся двух. Не прошло и клика как туман всё же рассеялся показывая чистую дорогу впереди. Взволнованный, в плохом смысле, Поршень ринулся вперёд. Он быстро добрался до помещения перед шлюзом, около которого остался Спарк. Но свершилось то, чего он боялся больше всего на свете — в коридоре было пусто. Хотя, сказать что тут ничего не было было бы ошибкой — всё же тут лежали с полсотни самороженных паразитов, два разбрызгивателя и... огромная лужа энергона. В этот момент Поршень почувствовал словно незримая молния, ударило его в голову, поражая жгучим, трещящим, словно электрические всполохи, чувством вины и отчаяния. Но, трясясь всем своим естеством, начал шагать к этой луже, но сервоприводы начали подкрашивать и заплетаться. С каждым шагом следующий довался всё труднее и труднее. И вот, тот упал на колени прямо перед тем, что осталось от его друга: огромное, разбрызгавшееся по полу и стенам скопление крови Праймуса, вперемешку в мелкой железной стружкой и, чудом оставшимися не пожранными кусочки корпуса, в частности часть наплечника с знаком отличия шахтёров — оранжевые бур и кирка заключённые в голубой шестерне. Склонившись над этим осколком Поршень зарыдал. Зарыдал как это мог только тот, кто потерял друга. Близкого друга. Речки омывателя, стекая по его фейсплейту, стекались об осколок наплечника, чуть-чуть смывая с него энергон. Прибывшие к этому моменту Орион и Мегатрон заметили эту сцену. Довольно раниму юному Паксу это ударило сильно. Он, закрыв фейсплейт ладонью отвёл взгляд в сторону, с трудом держась на сервоприводах. Мегатрона, несмотря на ворны проведенные в боях, гладиатора, что повидал ни одну смерть, был сильно поражен этой сценой. — Подобная смерть... ужасная участь — упираясь кулаком в стену коридора в полголоса произнёс бот, так же отведя взгляд в сторону. Повисла тяжёлая, давящая тишина, разрываемая лишь всхлипываниями и рыданием Поршня, продлившаяся не весть Праймус сколько времени. Но в итоге, когда Орион успокоился и чутка пришёл в себя, он аккуратно подошёл к шахтёру и, встав на одно колено, положил манипулятор на его наплечник, подтянув к себе и выпрямив его. — Я... извини, но я не способен понять твою боль и горечь, но... — он взглянул на осколок, продолжив — Думаешь он бы хотел видеть тебя таким? Он остался тут, чтобы ты мог с гордостью поднять свою грудную пластину и идти вперёд. — Орион хоть и трясущимся от страха пред осознанием манипулятором, подобрал осколок наплечника, протягивая его Поршню, — Не дай его искре уйти зря. Не дай своей искре погаснуть из-за горечи, ведь только её свет ведёт к истинному пути. Поршень, вытирая омыватель с фейсплейта, принял осколок, прижав его к грудной пластине. Помогая тому встать Орион повел его обратно. Он видел что Мегатрон всё ещё был глубоко в моих мыслях. По взгляду гладиатора было видно, что тот что-то вспоминал. Вспоминал не самые яркие и хорошие моменты из своего прошлого, причиной чего была бьющаяся по психосвязям сцена перед ним. Его усклый взгляд был устремлён вдаль, глубже, дальше этих стен и толщ металла. Сколько же погибло таких вот шахтёров таким образом? И сколько вообще погибло... от его собственных манипуляторов? Но из этого состояния его вывел архивист. Слегка постучав по наплечнику друга он заставил гладиатора обратить внимание на себя. Он жестом указал на верх, после чего медленно, держа подмышку шахтёра, начал путь назад. Долго ли, коротко ли, но троица вернулась обратно на контрольную точку. К их удивлению многие из бригады Поршня уже пришли в себя, а Саундвейв даже закончил работу над Фугасом, который лежал в одной из капсул в оффлайне, и спорил о чем-то с Счётчиком. Первой на них отреагировала Старкрафт, что уперевшись в стену спиной сидела там же, где Саундвейв её и положил ранее. Подскочив к троице она хотела было начать задавать вопросы, но почти сразу заметила что в прижатых к грудной пластине манипуляторах Поршня было что-то. Что-то маленькое и... покрытое ещё свежим энергоном. В это мгновение она всё поняла. Его сервоприводы подкосились, что зацепило внимание всех присутствующих. Она не упала на колени. Нет. Она осталась стоять на сервоприводах. Отойдя к стене она положила не нё сначало кулак, а после не него упёрлась лбом. На наноклик повисла тишина, которая была разорвана гуским ударом. Кулак Старкрафт, превращенный в булаву, врезался с стену. Несмотря на чудовищную силу удара, на сене бала лишь небольшая вмятина, короткую фемботка решила углубить. Она раз за разом била булавой по стене, параллельно плача и тихо рыдая. Это привлекло внимание даже тех, кто был в лазарете, в том числе и медика, что сразу же поняла что к чему и закрыла лазарет, приказав всем вернуться на сви койки. Несколько кликов спустя, когда булава шахтёрши пришла в негодность, будучи смятой до подтёков энергона, она, повернувшись спиной к стене медленно по ней сползла. Стоявшие в стороне Саундвейв и Счётчик не решались что-либо делать, но когда всё начало успокаиваться, гладиатор явно раздосадованный тоном спросил: — Хочешь чтобы этого стало больше? — тихо спросил он, поворачивая голову к шахтёру. — Даже если и нет, это всё настоящее безумие! Одно дело проложить маршрут деформационного моста по поверхности через пилоны-передатчики и спутники, и совсем другое провести его через километровые толщи металла! Мощность, необходимая для деформации пространства в столь плотной материи у нашего мост нет! А даже если и получится это сделать, то мост получится хрупким и нестабильным! — активно жестикулируя ответил бот. В его голосе слышалось раздражение, но не из-за настойчивости каонца. Нет, наоборот – он раздражен тем, что он понимает что сделать ничего не может. Так, спор бы и продолжился, но на панели управления взревел сигнал, что мгновенно притянул к себе шахтёра. — Шлак! — стукнув по панели процедил сквозь дентопластины бот. — Что случилось? — спросил Мегатрон, подходя к недавно спорившим ботам, на что получил в ответ лишь молчание и направленный в один из мониторов указательный палец. Взгляд гладиатора омрачился, а Орион, что оставив Поршня рядом с Старкрафт и утешающими их остатками их бригады, заметил как тот до скрежета сжал свои острые дентапластины. Бригада шахтёров, что шли по маршруту Счётчика и должны были вскоре прийти через 1 шлюз попали в ловушку в одном из рабочих помещений между тупиком и стаей скраплетов. Саундвейв, не смотря на Мегатрона и Ориона повернулся к выходу на верх, со словами: — Орион, Мегатрон, вы пока отправляйтесь к ней. Счётчик должен проложить ближайший маршрут к ним. — по обычному холодно проговорил бот. — А ты, как я понял, решил поиграть с судьбой, юникронов сын!? — крикнул ему вслед Счётчик раздраженным тоном. Гладиатор было на мгновение остановился, послего чего с сухим: "Да", трансформировался и полетел вдоль туннеля наверх. И не успел силуэт бота исчезнуть в тоннеле, как и второй гладиатор исчез в другом под номером "1". За ним последовал и архивист, что выглядел так же хмуро как и его друг. Опечаленно поникший голову Счётчик упёрся манипуляторами в панель. Через несколько нанокликов после ухода Ориона и Мегатрона тот тяжело поднял голову к экрану, на котором была группа сдавшихся от страха шахтёров. Он еле слышимо произнёс: — Да сохранит вас Праймус. 1,5 КЛИКА СПУСТЯ Боты, ведомые Счётчиком по самым коротким маршрутам, быстро добрались до места назначения. То была ещё одна контрольная точка, что была довольно глубоко, почти в 6 километрах под поверхностью планеты. Перед ними открылся вид на разъеденные стеры, панели, оборудование, а так же те же знакомые ботам большие лужи энергона, остатки ботов в которых доедали отделившиеся от основой кучи, что, образовав огромную, переливающихся в мигающем неисправном свете спышками массу, что постоянно движется. Не теряя и мгновения друзья начали свои ледяные залпы. Несмотря на то, что струи были не слишком большими, но их мощности хватало чтобы заморозить не только тех скраплетов, что были на передовой – они поражали многих тех, что были и за ними, выбивая из строя целые скопления их. На мгновение вся масса остановилась, и тысячи ярких, зловеще-фиолетовых оптических линз направилось в их сторону. Мегатрон, выступив чуть вперёд Ориона, вновь направил распрыскиватели и начал распылять криоген на скопление паразитов. Стая, раскрыв свои пасти, начали издовать пронзительный, пробивающий дло дрожи в сочленениях сервоприводов, звуки сотен тысяч циркулярных пил, слившихся в единую какофонию, что одним лишь звуком резала металл. Рассыпавшись они образовали купол вокруг ботов, что начал стремительно сужаться. Но, не растерявшись Пакс и Мегатрон, встав спина к спине начали крутиться на месте распыляя криоген повсюду, от чего масса жуткого потока биомеханических паразитов начала уменьшаться. Но, увы, не всё так радужно как казалось в начале: основная масса хоть и уменьшалась, но отделившинся от общей массы и избежавшие потоков криогена твари пробивались к ним, пожирая, раскусывая до протёков энергона их корпус, оставляя болезненные борозды и отделяя отдельные элементы брони и корпуса. Боты же в свою очередь довили, прихлопывали, отбрасывали и замораживали паразитов. С каждым нанокликом напряжение напростало. Звуки падающих и рассыпающихся словно сосульки паразитов переплелись с общей какофонией разрава, ломания и пожирания металла. Бой вскоре был окончен. В итоге от пола на 3 метра поднималась голубая, мертвенно холодная дымка. А над ней и миллионами осколков и целых корпусов замороженных скраплетов во всё ещё мигающем поврежденной свете возвышалось две фигуры: низенький красно-синий бот, с серьёзно проведенной до разрыва энергомагистрали боком, который тот прикрывал манипулятором, а так же множеством борозд по корпусу, разбитым стеклом на грудной пластине. Спиной к его спине стоял другой — широкий, мощный бот с стально6о цвета корпусом, что выглядел не намного лучше: борозды с подтеками энергона, раскусаные и съеденные рога наплечников, съеденная насквозь ладонь и зияющая дыра в правом предплечье. Тяжело вентилируя холодный воздух они осматривались. Их усталые взгляды медленно шли по помещению. Взгляд Мегатрона замер на шлюзе склада. Судя по тому, что говорил Счётчик бригада заблокировала с именно там. Но что ужаснуло бесстрашного гладиатора, так это то, что шлюз был пробит: выеденная по краям дыра в полтора-два метра диаметром. Ещё больше нагнетало атмосферу то, что в мигающем свете блеск металла казался частичками энергона, что на самом деле было лишь иллюзией и игрой воображения, но от этого спокойней не становилось. С трясущимися взглядом, держась за повреждённый манипулятор тот, со скрежетом в замёрзших суставах, медленно захромал к шлюзу. Орион, услышав движение обернулся полубоком, а после и всем корпусом, ужаснувшись не меньше своего друга. Медленно, в страхе перед ожиданием жутчайшей энерноговой сцены, они шли, расталкивая и давя под собой корпуса скраплетов и их осколки, что ещё сильнее сжимало их искры. Мегатрон, подойдя первым, положил целый манипулятор на сквозное отверстие в шлюзе, до последнего не веря что это так. Но реальности было не избежать. В ладонь гладиатора врезались острые края выгрызенного металла. Его оптика вздрогнула, после чего надбровные пластины сомкнулись, а фейсплейт исказился в досаде и гневе. Сверкнув алой оптикой бот, вцепившись острыми когтистыми пальцами в металл шлюза, попутно смяв его в месте захвата, и вырвал одну из пластин. Оторвав несколько из них тот добрался до той, что уходила бок и, встав в стойку, начал толкать её. Пластина поддавалась очень туго. Гладиатор, крича от внутренней боли, приложил остатки всех своих сил. Несколько нанокликов и часть шлюза, наконец, поддалась отойдя в сторону и дав хоть и частичный, но проход внутрь для полноразмерных ботов. Орион лишь стоял в стороне. Он прекрасно понимал боль Мегатрона – столько стараться, столь рьяно бороться, чтобы узнать что твои силы не оправдались, что ты не смог сберечь искры от столь ужасной участи. Когда Мегатрон открыл путь дальше, Орион хотел было положить манипулятор на его разгрызенный наплечник, но тот, держась за повреждённый манипулятор, шагнул внутрь раньше. Перед гладиатором открылся хоть жутковатый вид полного погрома, разведённого оборудования и замороженных скраплетов, но брызгов энергона было намного меньше чем рисовало его воображение, но даже этого было достаточно чтобы ещё сильнее подкосить Мегатрона. Завалившись на правую сторону и слегка стукнувшись шлемом о стену, тот в пол голоса проговорил: — Опоздали... — тихо произнес гладиатор, и, уперевшись спиной к стене медленно сполз по ней, опустив голову. Его оптика потускнела до такой степени, что граничила с полностью отключённой. Рядом подсел и Орион. Держась за повреждённый и энерноточащий бок, тот с трудом, но всё же сполз на пол так же как и его товарищ. Он не стал утешать гладиатора, оправдывать всё тем, что они старались и тому подобное. Нет, он не мог выдавить из себя подобное, ведь ему самому было бы отвратно их слышать, а потому просто молчал, разделяя клик боли вместе с тем, кто прекрасно понимает эту боль. Так бы и продолжилось самобичевание, если бы на встроенную панель Ориона не пришло сообщение. Его оптика с каждым мгновением чтения загоралась всё ярче и ярче, превращаясь постепенно в два сияющих, во всех смыслах, лучина, исторгающих надежду и облегчение. Подняв голову он перевел взгляд на Мегатрона и, несмотря на рану в боку, потянулся манипулятором к нему, показывая сообщение: "Я вижу как вы рефлексируете. Странное зрелище: видеть как гладиатор и сенатор горюют по шахтёрам которых даже не видели в фейсплейт... В общем, не беспокойтесь — план вашего камикадзе сработал — он смог открыть деформационных мост и вывести шахтеров. Но, как вы видите, часть скраплетов успело пробиться и теперь Саундвейв, на пару с Квинтессой, нашим медиком, проводят параллельно две операции на серьезно раненных. Так что вам придётся возвращаться своим ходом. Всё остальное расскажу при встрече.

Счётчик. "

Оптика гладиатора вновь разгорелась. Распахнутыми окулярами , выражающими облегчение и удивление одновременно, Мегатрон, с слегка приоткрытым ртом он взглянул на Ориона, чей фейсплейт прямо таки сиял. Вновь отведя взгляд Мегатрон вновь ушёл в свои раздумья, но на этот раз те были куда светлее: "Неужто именно это и есть настоящее облегчение? Облегчение от осознания, что ты смог кого-то защитить. Что силы были потрачены не в пустую и чья-то искра продолжила гореть..." Бот вдохнул проникший в помещение холодный воздух и, проведя его по всем системам, выдохнул с улыбкой, прикрыв оптику. — Приятное ощущение... — тихо проговорил тот наслаждаясь моментом. Но, спустя пару нанокликов, бот вспомнил о боли, что дёргала его за манипулятор, после чего перевёл взгляд на бок своего товарища, что по виду уже начал потихоньку бледнеть. Понимая что с каждым мгновением всё будет хуже и хуже тот, слегка напуганным взглядом посмотрел в пол, а после, будто вспомнив что-то, начал вставать. Медленно, с болями в сочленениях сервоприводов и дёргающей, словно заклинивший механизм, в манипуляторе, он вновь встал. Протянув манипулятор Паксу тот сказал: — Ладно, Пакс, надо бы тебя подлатать. — для любого другого промелькнувшая улыбка на фейсплейте бота показалась бы жутковатой, но только не для Пакса, что видел в ней хоть и слегка исказившуюся из-за острых дентапластин, но всё же улыбку своего старого друга. Он взялся за протянутый манипулятор свободным и, болезненно всхлипывая поднялся на сервоприводы, что казалось уже с трудом держали его вес. Перекинув его манипулятор через свой наплечник Мегатрон, похрамывая, направился к лазарету. На удивление лазарет оказался во всё ещё пригодном для эксплуатации состоянии. Да, немного погрызенном там и тут, отсутствием некоторых препаратов, но того, что было, вполне хватало чтобы хотя бы чутка залатать рану до полноценной операции. Положив друга на операционный стол гладиатор начал искать необходимое оборудование. Придерживая рану тот задал неожиданный вопрос: — А откуда ты знаешь о медицине, раз столь не наигранно серьёзным тоном сказал о том, что подлатаешь меня? — ослабшим голосом спросил тот. — Хах, с Саундвейвом и не такому под нахватаешься. На его отработках медицинских навыков на наших шистернутых я присутствовал лично, время от времени получая ответы на вопросы, которые я не задавал. — бот, расталкивая ненужное барахло с полок, вновь ухмыльнулся — Теперь буду почаще спрашивать. В ответ он услышал слабое посмеивание Пакса, что уже перемешалось с кашлем, что напрягло гладиатора, и тот в усиленном темпе продолжил искать необходимое для операции Спустя примерно с брийм с начала поисков всего необходимого Мегатрон вернулся с аптечкой первой помощи, несколькими инструментами и несколькими свежими капельницами с плещущейся в них голубой жизнетворной жидкостью к операционному столу с Паксом. Сам бот выглядел неважно. Несмотря на то, что терял он не так много энергона, но делал он это слишком долго. Корпус его уже заметно потерял былую красочность. Подставив поближе поднос со всеми инструментами гладиатор-НЕмедик включил осветительную лампу, направив основной поток света на область раны. Взяв автоматический шприц он ввёл анестетик и, дождавшись когда Орион уйдёт в крепкий оффлайн, перешёл к самой ране. — А тебе повезло, Ори. — сказал он закрепляя стяжки на крупных повреждённых энергомагистралях — Если бы скраплет загрызся поглубже, то энергоновый протёк был бы намного серьёзнее. Около четырёх бриймов Мегатрон занимался раной Ориона, но в итоге, кое-как он всё же подлатал друга, после чего, подключив системой к капельнице с энергоном. Выдохнув с облегчением бот сел рядом со столом. Он был невероятно измотан. Как физически, так и ментально. В конце концов, хоть операция была и сама по себе не сложная, но сложно делать что либо одним манипулятором, особенно когда речь заходит о сохранении жизни другу. Всё это какое-то время давило на него, но в один момент он просто устал от этого и, расслабившись, дал разуму отдохнуть. Закрыв оптику гладиатор ушёл в оффлайн. Проснулся же он от того, что кто-то аккуратно подёргивал того за наплечник. С трудом выйдя из оффлайна, проморгавшись перед его оптикой бил знакомый фейсплейт с двумя горящими алыми оптическими линзами. Присев на один коленчатый сустав он держал Мегатрона за наплечники, ну или за то, что от них осталось. — Да уж, помогало вас тут — проговорил тот, осматривая комнату, а после и Ориона, что всё так же был в оффлайне. — Прости что не смог прийти раньше — виновато проговорил тот, сильно снизив громкость. Взявшись за повреждённый манипулятор гладиатора он достал несколько инструментов из своей внутренней деки и принялся за работу, прежде всего введя в манипулятор биомеханические ферменты, что отключили чувствительность нейронных систем. — Сейчас это не имеет значения... — на мгновение он замолчал и в комнате повисла тишина, разрываемая лишь тонкими шприцами, щипчами и сварочным аппаратом Саундвейва, но после он неожиданно продолжил — Как они... там? — чутка неуверенно спросил гладиатор у своего друга. Не отрываясь от работы он ответил: — В порядке. — сухо было ответил он, но после, остановившись, взглянул в оптику Мегатрона, более мягко и дружелюбно добавив с улегкой улыбкой— Только благодаря вам. — Не сказал бы. В итоге именно ты открыл деформационный мост и вытащил их — опустив голову с грустью ответил он, в начале сжав кулак от гнева, но вновь разжав его, в осознании своего бессилия. — Если бы ты не успел, то они бы точно погибли, и мы ничего не смогли бы сделать... И вновь повисла тишина, и на этот раз её не разрушал даже звук работы инструментов. Оба замерли не в состоянии первое мгновение ничего ответить. Но, подумав, Саундвейв всё же решился ответить, паралельно продолжив работу на предплечье. — Может быть... Но, думаешь сдаться и бросить всё на произвол судьбы было бы лучше? — с этими словами голова бота начала потихоньку подниматься, — Лучше попробовать и пожалеть, чем не попробовать и пожалеть в двойне. Каждый наш шаг – это сотни выборов и тысячи дорог. Но суждено нам пройти лишь по одной – той, что мы создаём сами, своими выборами. Думаю, о том же думал и Орион, ввязываясь во всё это. Он понимал риски, понимал что ему предстоит увидеть, но продолжил идти, считая, что так нужно. Что лучше сделать что-то заведомо провальное, чем просто стоять в стороне. И так же думаю я. Так же думал и ты, идя на это — на этих словах Саунд положил манипулятор на грудную пластину Мегатрона, закончив — Ты сделал не мало выборов на основе спонтанных эмоций и холодного, беспринципного расчёта, так дай теперь и твоей искре делать выбор. Гладиатор мог лишь молча слушать друга. Он понимал и впитывал, вбивал в процессор каждое слово, в особенности последние. Пару нанокликов тот, посмеиваясь ответил: — И где же ты научился такие речи вести? — вначале покачивая головой проговорил он, после чего взглянул на мед-гладиатора. — А у кого же как не у великого Мегатронуса? — посмеиваясь сказал он, продолжив — Твои речи настолько вьелись мне в карту памяти, что они время от времени проигрываются раз за разом. Они вместе тихо и сдержанно рассмеялась. И буквально через пару нанокликов Саундвейв, чутка грустно сказал: "Закончено". Подняв манипулятор тот лишь хмурым взглядом осмотрел её: системы в предплечье по ощущениям внутри, хоть и были восстановлены, но чувствовалась явная инородность, а закрывала дыру чутка небрежная заплатка. Что же до кисти, то её не было. Повреждения были слишком большими чтобы пытаться её восстановить, а потому после шарнира пясти начиналась пустота. — Прости... Одно дело восстановить порез или заменить простреленную броне пластину, чем восстановить погрызенные части... — виноватым тоном константировал бот, отведя взгляд в сторону. Мегатрон, осмотрев конечность, лишь ухмыльнулся, а после, вставая, ответил: — Ничего. Ты сделал всё возможное в нашем положении. — после этого бот обернулся к столу на котором до сих пор в оффлайне лежал будущий Прайм. — Не беспокойся. Я вижу как ты постарался. Он в приемлимом состоянии. Осталось лишь отвести его в более целое медицинское учреждение — уперев манипуляторы в бока проговорил бот вновь осмотрев помещение. Развернувшись спиной к гладиатору тот вытянул манипулятор перед собой. Перед ним открылся зеленоватый, до боли знакомый по своей структуре и излучаемой энергии, деформационный мост. Это немного насторожило бота, и тот спросил: — Откуда такая неожиданность? — прикрывая фейсплейт от яркого потока света моста в полутёмной комнате культяпкой правого манипулятора. — А, да так, — повернувшись к гладиатору сказал он, взмахивая манипулятором — Нашёл какой-то синий камушек в энергетическом кубе — ответил он чутка посмеявшись просебя, а после, более серьёзно добавил: — А если серьезно, то при подключении к системам триангуляции деформационного моста произошел ска... — но тут его перебил Мегатрон. — Ты подключался к системам Деформационного моста!? Я бы понял если бы ты занялся перепрограммированим внутри систем моста, но... подключаться к ним напрямую... это же чистое бе — и вновь собеседник перебил собеседника, но на этот раз перебили Мегатрона. — Да... — тихо проговорил он, отведя голову в сторону, но уже оттуда, не поворачиваясь к гладиатору он продолжил, постепенно павышая тон — Да, это было безумием, но времени на перепрограммирование не было. Я следил за шахтерами и чувствовал всё напряжение, всё давление, весь их страх... У меня не было права медлить! — топнув сказал он, после чего, повернувшись, положив манипуляторы на грудную пластину, и взглянув в фейсплейт друга он продолжил — Я подключился к системам триангуляции деформационного моста, параллельно взламывая систему безопасности для снятия ограничений... — И из-за неудачного момента взлома скачек мощности ударил по твоему процессору? — сложив манипуляторы на грудной пластине, продолжил он, заискивающим тоном. После мгновения молчания он продолжил. — Да. — виновато ответил он, и, повернувшись к мосту, зашагал вовнутрь. Мегатрон, пристально следя за мостом, подошёл к Ориону и, подведя к столу носилки на колесах, кое-как переложил друга в них, последовав вместе с ним в мост. На удивление бота он не успел пройти и нескольких шагов, как мост уже кончился, выведя его с Орионом на контрольной точке. Все уже столпились у конца моста, что закрылся, стоило Мегатрону, вместе с Орионом на носилках. Среди фейсплейтов уже ранее виденных тут, Мегатрон подметил два новых — красно-корпусный бот и фемка с голыбого цвета корпусом. Низенькие, 5,1 бот и 5,4 местра фемботка, но коренастые, похожие внешне ввиду одинаковых альтмодов — тягачей. Они, несмотря на недавно пережитый ужас, держались довально хорошо. Похрамывая и переваливаясь с ноги на ногу они подошли к гладиатору. Бот, сная свой шлем, приложил его к грудной пластине, а фемботка так же сложила манипуляторы. Сделав небольшой поклон головой, первым начал бот: — Благодарим вас, от фейсплейта 13-ой и всех шахтёров, что здесь присутствуют... Спасибо что рискнули искрами ради чумазых работяг — улыбнувшись закончил он, передав эстафету фемботке — Мы... мы даже не знаем как вас отблагодарить... — опустив взгляд в пол проговорила она. На это гладиатор лишь с приятной улыбкой и, к удивлению многих присутствующих, приклонив коленчатый сустав перед шахтерами, чтобы быть с ними на одном уровне, приложив культяпку к искре. — Вы уже сделали многое и благодарить я должен вас. — с этими словами он приклонил голову перед коренастым. Вновь встав он развел манипуляторы, — Всех вас... Спасибо что... что вновь разожгли мою искру. — не переставая улыбаться закончил он. Все, будучи пальщенными, один за другим начали хлопать ему, опыпая его ликованием и свистками. Впервые за долгое время он слышит искренне благодарную похвалу и аплодисменты. Ну, а Саундвейв, тихонько отведя носилки с Орионом в лазарет, переложил того в койку, так как несмотря на большие удобства оффлайн капсул, они имели ужасную звукоизоляцию. "Хотя, судя по всему этого крепыша мало что способно сейчас разбудить", промелькнуло в процессоре бота. Но вновь перед оптикой начали мельках видения. Картинка исказилась в помехах, и вот, вокруг бота лишь бескрайняя, черная пустота, а его корпус пробило полотно меча, воткнутое в спину и вышедшее через грудную пластину. Плывущая от боли и шока картинка не позволила нормально разглядеть клинок, покрытый его энергоном, он он был необычного, голубого, с преобладанием оттенка салатового, цвета с лёгким зелёным свечением. Ещё больше дизоориентировал голос, что говорил откуда-то позади. Открытки слов и фраз на неизвестном, древнем диалектике кибертронского, проходили сквозь бота, и каждое слово могучего, глубокого, с лёгкой хрипотой, голоса эхом боли расходилось по корпусу, но, боль отступала, а на её место приходило ощущение... свободы? Словно он мог попасть в любую точку вселенной по собственному желанию. И даже это... это лишь послеобраз, размытые видения и воспоминания недавнего сна. Но ощущение свободы... Его он ощущал как никогда чётко. Отведя взгляд с Ориона, бот помахал головой из стороны в сторону, после чего переключился и иному делу: дружелюбный шум из-за шлюза сменился на мгновение тишины. Это сильно насторожило Саундвейва. Прислушавшись тот услышал шум шагов. Их было намного больше чем общего количества трансформеров, что вышли встречать гладиатора и архивиста. И один из них подходил к шлюзу. Он отошёл чуть назад, прикрывая койку Ориона раскладной металлической ширмой. Но к его облегчению то был не незнакомец. В помещение зашмыгнула и тут же закрыла шлюз тонкая зелёная фигура. — Кто там, Квинтесса? — с лёгкой осторожностью спросил тот. — Это службы экстренного реагирования. — с лёгкой брезгливостью ответила фемботка, продолжив уже с явным негодованием. — Приехали, услышав о нападении скраплетов. По виду и файлам государственная организация, а на деле ничем не лучше наемников. Правда разница в том, что в отличии от последних, для них важен приказ, а не деньги... — Я вижу что ты многих недолюбливаешь. — сложив манипуляторы на грудном пластине чутка посмеиваясь подметил бот. — Если ты про твоего дружка-гладиатора – я ненавижу бессмысленное насилие — чутка огрызлась та, не отрывая антенн от шлюза, следя за тем, что да как шумит. — А у тебя стальная искра, рас хватает смелости так высказываться о "Молодой Легенде Каона" — слегка посмеиваясь ответил бот. Но, приглушив своё чувство юмора он обернулся к Ориону. — Надо бы, во избежание скандала, вывести его от... — но не успел он договорить так шлюз был взломан. Проход открылся, и в помещение забежало четыре вооружённых распылителями, на манер тех, что использовали шахтёры, но явно помощнее, что встали в два ряда по бокам входа, направив дула распылителей на медика и гладиатора. Но ни это было основной проблемой: в помещение вальяжно вошла 10-ти метровая фигура в светло-голубых тонах, с альтмодом, а точнее альтмодами автомобиля и истребителя, что было видно по деталям на его грудной пластине и крыльям ярко-жёлтого цвета за спиной. На его наплечнике красовался знак автоботов, заключённый в стилизованный ураган, состоявший из двух кривых, что следуют друг за другом. — Ого, кого я тут вижу — всплеснув манипуляторами сказал тот рассматривая ботов, — Это ведь сам Саундвейв! Если честно, я не удивлён – ты, как хвостик, везде где этот бугай. — посмеиваясь сказал он, смотря на них сверху вниз. Саундвейв, немного вытянув шею у сторону бота, прищуренным взглядом осмотрел того, не понимая кто это. Но, стоило в его процессоре промелькнуть вопросу, по типу: "А это кто вообще такой?", как Квинтесса, словно прочитав мысли, сквозь дентапластины, процедила: — Это Сентинел – глава одной из группировок С.Э.Р. — с явным раздражением сказала та, закидывая манипуляторы за голову. — Благодарю, М.И.С., — приложив манипулятор к искре, сказал Сентинел, сделав лёгкий поклон посмеиваясь, но после, вновь выпрямившись, щёлкнул пальцами, жестом показав осмотреть всё. — К нам поступила информация, что вы помогали шахтёрам в обороне от скраплетов. Что ж это было благородно. Очень благородно. Вас бы могли приставить к награде, если бы не нарушение запрета на посещение частного объекта в период карантина, кража архивных прототипов экзоселетов и... — бот, увидев как один из вехиконов приоткрыл железную ширму, указывая на Ориона, что лежал без сознания на койке, очень недобро улыбнулся — Похищение сенатора, а по совместительству будущего Прайма, и его несильное удержание. — внезапно голос его сменился, тембр с наигранно дружелюбного стал более тяжёлым и давящим — Вы хоть понимаете на что это тянет? "Твою ж дивизию...", единственное что промелькнуло в процессоре Саундвейва

Продолжение следует...

Сцена после титров Разветвлённые тоннели шахт шли очень глубоко. Шахтёры даже не понимали, что бурятся прямо к собственной кончине. Не осознавали этого до самого последнего момента. Но, там где есть лишения, там есть и возможности. На самую последнюю, на данный момент, контрольную точку прибыл дрон. Среднего размера с угловатым корпусом, матово чёрного цвета, испещрённого золотистым акцентом и двумя винтокрылыми двигателями, он, сделав несколько оборотов трансформировался в фемботку с, не мешающим её элегантности, крепким корпусосложением, а в манипуляторе был среднего, по кибертронским размерам, кейс. Её шлем закрывал гибкий капюшон-трансформер, а фейсплейт закрывала маска: оптику единая оптическая линза-полоса жёлтого цвета, а всё, что ниже, цельная маска. Несмотря на трансформацию она, благодаря двум винтокрылым двигателям, перетёкшим к спине, пролетела ещё несколько десятков метров, до самого шлюза №1. Хотя самого шлюза по сути и не было – по сути всё, что тут осталось лишь внутренние механизмы, что втягивали часть пластин шлюза. Из-за бедра она достала два крупных, под метр в диаметр, сферы, состоящих из плотно прилегающих друг к другу пластин, и, нажав на кнопки на их поверхности, активировала. Сферы раскрылись, выдвинув гравитационные платформы и оптические линзы. Вспарив над полом они тут же помчались вперёд на разведку. Сканируя пространство лазерными сетками они искали намёки на чужеродные и опасные формы жизни, но на счастье незнакомки скраплетов вблизи не оказалось. Следя за дронами по встроенной панели на левом предплечье она медленно направилась вперёд. Объеденные стены, испещрённые бороздами зубов, клинков и ледяных полос, а так же покрытые энергоном все стены не на мгновение не подкосили фемботку. Она спокойно и бесчувственно прошла вперёд. К самой близкой разработке энергона. В скором времени узкий тоннель резко перешёл в огромное, широкое и высокое помещение произвольной формы. Несмотря на отсутствие привычных источников света оно освещалось кристаллами энергона и энергоновыми сферами. Всё, от самого основания пола, до самого потолка было заставлено материнскими капсулами. Но не совсем обычными. Они были совсем маленькими и могли легко уместиться в элегантной ладони фемботки. В каждой из них можно было увидеть скраплетов на разных этапах развития их протоформ. Оглядев всё она подметила те, что ещё не были развиты до конца, в частности те, кто только-только начали своё развитие. Раскрыв кейс внутри, на одной половине был набор инструментов. Дроны, выпущенные ранее, подлетели к фемботке и, выдвинув манипуляторы, приняли часть инструментов. С хирургической точностью она отделила материнские капсулы от энергоканалов, закрыв при этом трубки, дабы протоформы внутри не погибли. Собрав четыре образца она убрала их во вторую секцию кейса, где за защитным листом был паз заполненный гелием, что, приняв эти четыре "колбы" мгновенно затвердел, став упругим и мягким. Убрав всё оборудование и закрыв кейс она, развернувшись к выходу, она начала что-то набирать на встроенной панели своего манипулятора. Через пару нанокликов ей, судя по тому, что она приложила манипулятор к антенне, кто-то ответил. — Это Дарклайт. Объект захвачен. Готовьте оставшуюся сумму. — сухо и холодно произнесла фемботка покидая помещение. Но, кое-что всё-таки она решила оставить — мигающие алыми огоньками почти по всему помещению магнитные мины.