Прекрасный

***

Феликс действительно восхищается Данте. Тот всегда спокоен, в некоторой степени ленив, красив в своей небрежности и всегда ведёт себя так, словно все идёт ровно так, как нужно. Прекрасные качества, можно сказать - жизненно необходимые, как минимум самому Феликсу. Ему недостаёт спокойствия, он вспыльчив и может натворить глупостей лишь потому что не может контролировать свой гнев. А сам Данте имеет длинные волосы, до лопаток, которые никак не может отстричь, так себе вкус в одежде и прекрасного парня, которого до безумия любит. Любит его солнечные волосы, янтарные глаза и прекрасные веснушки. Любит успокаивать его и помогает сдерживать гнев. Успокаивает его, а после включает новую серию сериала. *** Аккуратные движение губ по телу ощущаются иллюзией. Ниже-ниже-ниже. Пальцы подрагивают, мягкая лента оставит следы на запястьях, двинуться невозможно. Руки сжимают колени и мягко разводят в стороны. Шумный выдох, шорохи и тяжёлое дыхание. Горячий выдох ощущается там. Краснеть уже некуда, но лицо все равно опаляет жаром. Движение чужого, горячего, языка слизывает появившиеся капли, после чего становится жутко влажно, он проходится по головке, а затем губы сжимаются вокруг, всасывают. И вскоре становится гораздо прохладнее, а язык идёт ниже, прямо к кольцу мышц. Сжимаясь, скулит. Смущение накрывает с головой. Расслабляется, движения языка помогают. Он проходится по кольцу, расслабляет, кончик языка входит. Проникновение, влажное, до безумия смущающее, но тем не менее - приятное до дрожи коленок, становится глубже. Одна рука опускается на член, пока другая сжимает бедро. Движений слишком много, Феликс даже не знает хочется, чтобы рука двигалась быстрее или язык зашёл глубже. Словно издеваясь, рука с бедра движется к талии, сжимает сильнее. Поддаётся назад, уже в нетерпении, но язык уже исчез. Тихий смешок, а затем от него отстраняются, руки исчезают, слышится шум, после чего чувствуется, как над ним наклоняются. Облизывают губы, лишь только за тем целуют, одновременно с этим вводят смазанный палец. Прохлада заставляет напрячься, но не надолго, вскоре становится теплее и движений становится больше. Язык на шее слизывает пот, а затем дуют, кожа покрывается мурашками. Два пальца, на манер ножниц, расходятся. Сгибаются, движутся. Поцелуи проходятся по плечами, по груди, возвращаются к шее. Вскоре становится пусто, руки по телу и в него медленно входят. Мгновения кажутся вечностью, а затем начинаются движения. Внимательные, мучительные. Они знают друг друга, знают как надо, поэтому разряд удовольствия не заставляет себя долго ждать. С каждым разом всё сильнее. «Больше, пожалуйста, дай мне больше» - стон, тихий до безумия, практически бесшумный. Но его слышат и внимают словам. Грубее, быстрее, дольше. Затем медленнее, издевательски. Рука на члене, движется совсем не в такт, но такой контраст распаляет сильнее. Она исчезает и передвигается на бедро, затем колено, закидывает его на плечо. Возвращается на место. Вторая в это же время сжимает второе бедро, раздвигая сильнее. Губы целуют вновь, глубоко, до жути приятно. Язык скользит по нёбу, зубам. Рука снизу ускоряется, как и покачивания. Пик настаёт неожиданно, ярко, даже темнота взрывается цветами. Бесконечность длится не больше мгновения, а затем наступает тишина. Некоторое время лежит без сознания, а потом чувствует, как из него выходят. Шум и вскоре лента с рук пропадает, а затем развязывают глаза. Жмурится, мягкий синий свет от полоски у потолка слегка ослепляет, но к счастью лишь на пару секунд. Шуршат упаковкой влажных салфеток, затем вытирают семя с живота и груди, вкидывают куда-то на пол, помогают устроиться поудобнее и укрывают одеялом, выключают свет и обнимают со спины. Тепло разливается в груди от счастья.