Причастные

Теперь стараясь и вовсе не издавать каких-либо лишних звуков, и тем более уже не возмущаясь, как она делала до того, пока ещё не понимала сложившейся ситуации, да пока глупо упрямилась и показывала свой несносный характер, за проявление которого её раз за разом наказывали пробивающей всё тело нестерпимой болью, Утатане, поджав плечи и покорно сгорбив старую спину, медленно вошла в отведённую для её пребывания камеру, освещённую одной единственной лампой. Митокадо, провожая свою подругу хмурым и тяжёлым взглядом, закрыл за старухой с глухим ударом металлическую дверь и обернулся на блондина, стоявшего у него за спиной в темноте коридора, да внимательно поглядывающего на старейшину Конохи. «Ты хочешь, чтоб Утатане сломал для тебя Митокадо?» – услышал блондин у себя в голове голос Курамы, но вместо ответа привычно тому смолчал. -Господин Демон, сколько мне работать в паре с вашим клоном? – спросил советник по-своему раскусив план блондина. – Надо полагать, Утатане Кохару поселилась здесь не меньше, чем на пару суток. Я правильно думаю? «Он что, считает, что ты старуху отпустишь так рано?» – справедливо возмутился Лис. -Желаете, чтоб я дал ей послабление, Митокадо? Интересно, на каком основании? Из-за её почтенного возраста… из-за того, что она женщина… или из-за того, что она ваша давняя подруга? – блондин гадко усмехнулся советнику прямо в лицо, качнул в своей руке взятым заранее свитком для Митокадо и присев, неспешно стал разворачивать его на уже совсем за время их отсутствия запылившемся полу коридора. – Вам ли не знать, сколько раз Утатане злоупотребляла своим положением советницы Конохи и сколько раз она прикрывала деятельность Данзо вместе с вами и без вас? И заметьте, её… как и вас, не волновало, кто от её бездействия и высказанных лживых слов пострадает, – блондин жестом указал советнику встать на свиток, меж тем продолжая с ним говорить дальше. – У неё не осталось другой возможности уцелеть, кроме как подчинятся мне и выполнять то что я от неё требую. Пока она приходит к нужному мне решению, она посидит у нас в гостях под нашим скромным присмотром. Митокадо сухо прокашлялся в сжатый кулак. -Господин Демон, вы не колеблитесь… но, пожалуйста, не забывайте, что у Утатане слабое здоровье… и к тому же… ею уже пережитое… – советник попробовал сделать ещё одну попытку спасти свою подругу от заключения в холодной и сырой камере без элементарных удобств и без должного понимания, что ей самой в дальнейшем от всего этого ожидать, – почему бы вам не сделать ей послабление из-за этого? – Митокадо остановился возле края свитка и вопрошающе посмотрел на сидевшего перед ним на корточках блондина. «Чем эта старуха лучше других? Ха, ослабла, гляди-ка, он думает, что с ней соскочит на этом! Ты её и так не трогал до последнего! Думает, что её минует ответственность, лишь та оказалось слабой здоровьем!» – возмутился Лис, своим злым порывом сотрясая клетку, да тем принося блондину значительную головную боль. «Тише Курама. Никуда Утатане от нас не денется…» – блондин примиряюще шепнул Лису, сам же твёрдо продолжал смотреть на советника ледяным, бескомпромиссным взглядом. -Хотите изменить условия пребывания вашей подруги, выполняйте работу и за себя, и за неё. К концу недели Утатане должна быть полностью с нами, либо к концу недели она умрёт, – произнёс блондин несдержанные слова в ответ, и пока говорил он не отрывал своего взгляда от советника, который, как видно было даже во тьме коридора, на ответ блондина сильно побледнел лицом. -Неделя? – переспросил Митокадо морща свой лоб, да вероятно припоминая, насколько он продуктивно провёл свою первую неделю в бывшей лаборатории Орочимару. – Вам нужна Утатане Кохару в долгосрочной перспективе? – что ни говори, а их советник знал, какие ему задавать вопросы. Блондин ровно кивнул Митокадо, повторно указывая советнику рукой на развёрнутый свиток. Тот, верно уже и сам понимая, что дольше тянуть ему не дадут, всё-таки проявлял упрямство и сомнения оставлять свою подругу здесь одну, и видя замешательство у советника на лице, блондин, под одобряющий хохот Курамы, решительно озвучил ему свои мысли: -Поймите меня правильно, мне для работы нужны оба старейшины… с Утатане или без неё, это как она сама захочет. Митокадо, наконец-то соглашаясь со сказанными ему словами, сухо кивнул, встал в центр свитка, выдавая со своими действиями тяжкий вздох, который он скрыть уже не смог, а с ним произнёс то, что и ожидал услышать от него блондин. -Я сделаю всё, что в моих силах, господин Демон. Пожалуйста, проявите к нам терпение. Блондин, более не слушая его, быстро сложил ручную печать и Митокадо мгновенно исчез в облачке дымка, а блондин поспешил свернуть свиток, как услышал из своего подсознания рык Лиса. «Что тянешь с ним? Тебе ещё советника переть домой, и к красавице Сакуре заходить!» – Лис вымотался и сквозил злостью на их сильно затянувшуюся работу, а значит он скоро начнёт требовать свои положенные ему два часа отдыха и его будет уже не заткнуть. Блондин мягко улыбнулся кончиками губ, убрал свиток в печать на руке, но вдруг резво вскочил на ноги и замер на месте. «Что случилось, Намикадзе?» – спросил Курама у неожиданно встревоженного джинчурики. «Хатаке», – произнёс он одно слово и тут же исчез в жёлтой вспышке, появляясь уже в доме Саске, в кухне которого происходила не шуточная битва между Хатаке и двумя людьми старика Данзо, на чьи поиски блондин ещё загодя отправил нескольких своих клонов. О спину пригнувшегося к полу бывшего Анбу старика Данзо явно раззадоренный битвой Хатаке со всей силы разбил кухонный стул в труху. Противник Хатаке, попавший под удар, покачнулся, цепляясь рукой за стол, с него слетела светлая маска, показывая под собой вторую синюю маску с очками для глаз, закрывающую верхних пол-лица у оказавшегося весьма юного шиноби. «Абураме!» – проорал на всю голову Лис. Но блондин, мгновенно проанализировав ситуацию, оставил юного представителя клана Абураме на ладно с ним справляющегося Хатаке, сам же ухватился взглядом за стоявшего к нему спиной второго шиноби в маске. Тот, до того заторможено пялившись на бушевавшего Хатаке, со знакомо сложенной ручной печатью пытался пробиться в сознание Хатаке, и только пару секунд назад приметив, что в кухне появился четвёртый, стал оборачиваться себе за спину. Блондин среагировал опережая его, как он и привык действовать, он стремительно метнул два своих куная, один чуть влево, целясь за спину противника, второй немного над его головой, на случай, если необходимо будет уйти из-под атаки, но он не забывал также, что в кухне Саске у него было ещё две метки для техники переноса. Опять блеснула яркая жёлтая вспышка, озарившая тёмную кухню слепящим светом, и блондин, мгновенно перерезавший горло шиноби переместился ко второму своему кунаю, хватая за его рукоять ещё в полёте, а за тем назад к плите, наблюдая из-за спины Хатаке за его сражением, перешедшим на чисто молниеносное тайдзюцу, в котором Хатаке бесспорно выигрывал, нещадно избивая противника и вместе с ним грубо ломая ещё один кухонный стул. «А-а… Саске оценит погром в своей кухне…» – едко заметил Курама, попадая своим высказыванием в точку. «Да, – блондин согласился с Лисом не долго раздумывая, и с придавленным смешком добавил. – Придётся нам потратить два часа отдыха на незапланированную уборку у Саске в кухне». Лис громко фыркнул на всё подсознание блондина и грозно напомнил ему: «Лучше узнайся, почему здесь орудует Хатаке, который должен быть сейчас в другом месте!» Блондин зло цыкнул, и заметив, что Абураме неподвижным мешком свалился сначала на стол, после скатившись по нему упал и на пол, вынул пустой свиток для переноса, произнося ровным голосом стоявшему к нему спиной Хатаке. -Вы долго, сенсей, – Хатаке обернулся, оглядел блондина двумя разными глазами, одним чёрным, а вторым светящимся в темноте кроваво-красным шаринганом с тремя чёрными томое. – Абураме жив? – блондин знал, что юный Абураме был без сознания, и уже рассчитывал забрать подчинённого Данзо себе, потому он привлекал нужное ему внимание у Хатаке, заставляя его рационально думать, и внимательно следить за тем, что он делает. -Наруто? – Хатаке пребывал в несколько неустойчивом состоянии, его взгляд не имел ясности и цепкости, правая рука чуть подрагивала, а дыхание было до сих пор сбито и шумно. «С ним что-то сделал тот, кого ты убил… – поспешил объяснить Курама, но блондин сам понимал, что именно случилось с Хатаке. Посередине кухонного стола всем на обозрение была усажена проклятая кукла, и блондин с первого взгляда на неё вполне ясно сообразил, почему сработала всплеском чакры сигнальная печать на Хатаке и с этим твёрдо знал, кого он убил. – Второй, это же Яманака? – спросил Курама, сам сделав правильные выводы. – Тот, за кем ты охотился, малец Яманака Фу?» «Моя защита не дала пробиться Яманака в сознание Хатаке», – подтвердил слова Лиса блондин, мысленно ругая себя за расточительные и непродуманные действия связанные с Яманака, которого он бы в любом другом случае попытался бы заполучить живьём. -Что ты здесь делаешь? – Хатаке дезактивировал свой шаринган и для надёжности ещё и закрыл глаз повязкой, а после заглянул за стол, отмечая второго убитого шиноби, лежавшего в луже собственной крови. -Проверяю свои печати, – честно признался блондин, вольно обходя Хатаке, нацеливаясь заполучить живого Абураме, но Хатаке, стоило блондину приблизиться к своему сенсею, резко схватил того за руку и без прелюдий притянул к себе. «Начинается! – успел шикнуть зло Курама, как Хатаке, склонившись к блондину, стал трепать подрагивающей рукой его за волосы. – Не надоело ему твоего папочку изображать! – продолжал давить Курама, а блондин замер и не шевелился. – Опять тебя обнюхивать будет!» На последние слова Лиса блондин зло цыкнул и отвернув свою голову от груди Хатаке не менее зло, чем его Лис, протянул: -Это я, сенсей. -Ага… – раздался голос у него над головой, и Хатаке прижав блондина к себе крепче, облегчённо выдохнул. – Я вижу…