и океан пусть смоет наши отголоски.

ноги ступают по горячему песку, обжигающим стопы. песчинки в перемешку с мелкими ракушками и камушками шуршат создавая тихую мелодию, которую могут слышать лишь те, кто забудет о существовании этого мира. пляж будто состоит из крохотных золотых камешков, которые переливаются на солнце. эта дорожка из золота рассыпалась на огромное количество километров сливаясь с шумным городом. в дали слышен звук громких голосов и музыки. где-то рядом парк аттракционов. это можно понять по возвышающемся над всем колесом обозрения, которое ночью, в свете огней выглядит еще более завораживающе. по небу плывут, словно корабли, пушистые облака. пролетают самолеты, оставляя после себя перистый след, который потом утонет в небосводе будто в океане под ним. в воде плавают маленькие рыбки, бледненькие и почти не заметные. они плавают небольшими стайками, проплывая мимо ног. чайки кричат «мяу» где-то сверху и кружатся белой метелью над водной гладью, пытаясь выловить взглядом рыбу, а после стрелой метнуться к воде и выхватить ее. закат берет свое, расскрашивая все в оранжевые и розовые цвета. на улице тепло и комфортно, а на пляже уже почти не осталось людей. на пляже, после бурного утра остаются целые песочные города, где на крышах домиков располагаются красивые ракушки. в этих песчаных замках никто не живет, но от чего-то кажется, что в этом городе и вправду кто-то обитает. волны наплывают на берег, смывая собой прибывания двух влюбленных друг в друга людей. их звонкий смех раскалывает мир на тысячи осколков. они кружатся по пляжу, создавая своми движениями новый, неповторимый танец. они ходят и рассматривают дно, ища на нем ракушки. и находят. разной и просто удивительной формы. эти ракушки они заберут с собой и будут хранить, как одно из своих сокровищ, которое не заменят любые сувениры. они бегут к воде и прыгают в нее, что все брызги остаются удивительным рисунком на одежде. он высохнет через некоторое время на солнце, они за неё не боятся. им уже совершенно не́чего бояться. сынмин и хенджун без какого-либо страха уехали из родного города и даже из родной страны, наплевав на чужие взгляды и языки, которые без умолку болтали о их безрассудстве. им хотелось остаться вдвоём, наедине со своими мыслями и шумом прибоя. так они и оказались здесь. сейчас они бегают и кричат на берегу тихого, хотя по звукам с него и не скажешь, океана в сиднее, куда прибыли пару дней назад. красивые виды, вкусная еда и романтичная атмосфера. они уже очень давно планировали данную поездку. сколько бы их не отговаривали люди, говоря о том, что денег у этих двоих не особо много. а они как на зло все равно поехали туда, преодолевая все трудности. все это того стоило. они не жалеют, что сейчас бегают по пляжу в промокшей до нитки одежде. они не жалеют, что решились на эту поездку, которая выдается просто потрясающей. они не жалеют, что однажды все-таки признались друг другу в чувствах, а теперь встречаются уже как 3 года. они не о чем не жалеют. и жалеть навряд ли будут. они может и живут не богато, но им и так хорошо. им хватает того, что они рядом, а деньги — это уже вторичное. джунхан смеётся обхватывая лицо ода, пока тот подхватывает его на руки. ладони горячие, даже обжигающие. они касаются кожи цвета спелой пшеницы, аккуратно оглаживают сияющие от солнца щеки, на которых потом нежно расцветают теплые поцелуи. это как поцелуи нежного, но, безжалостно палящего, солнца, которые расцветают угольками веснушек на лице. эти угольки жгуться, но эти маленькие огненные искры приятны и по вкусу, наверное, сладковаты. эти поцелуи оду хочется чувствовать каждую секунду, минуту, час — всегда. хочется, чтобы эти глаза смотрели лишь на него и ни на кого другого. чтобы эти губы прикасались лишь к нему. так много всего хочется, а самое главное, что все это «хочется» — можно. можно целовать, обнимать, пленить, кусать, можно все и сразу. сынмин крепко обнимает свою любовь, которая ощущается, как этот самый закат. в глазах сияет солнце, и сияет оно всегда. не важно ночь или день, этот огонек всегда горит и будет гореть в глазах хенджуна, сынмин пообещал это себе. им рядом друг с другом тепло. тепло даже холодной зимой, даже если батареи перестанут греть. им рядом друг с другом вкусно. любая еда будет вкусной, а самыми вкусными будут поцелуи, которые они готовы дарить друг другу постоянно. как волна выносит на берег камушки и ракушки, так и поцелуи ода наплывают на лицо джунхана. сначала маленький поцелуй в макушку. потом небольшой в лоб. после под правым глазом, а потом и под левым. левая щека и правая, а вслед за ними аккуратный носик. и хочется подарить ему еще бесконечное количество этих поцелуев. хочется, чтобы они рассыпались на его лице солнечными веснушками и осколками звезд. и в ясных угольных глазах отразится уходящее солнце. руки горят, как и все тело, и даже легкий морской ветер не делает легче. хочется задохнуться в этой любви, утонуть в ней, чтобы она наполнила все тело. и в голове мысли путаются от переполнения чувств, переплетаясь в узел, который развязать невозможно. они смотрят на друг друга, наблюдая за каждой эмоцией. они влюбленны, и это видно. это завораживающе, и даже удивительно. мир перестаёт существовать для них двоих. он затихает и замирает, оставляя их наедине. в этой тишине можно расслышать стук сердца, которое уже, наверное, пробило грудную клетку. и вроде ничего не происходит, но они волнуются. даже пальцы рук дрожат, это чувствуется, пусть и слабо. так хочется остаться здесь. остаться на этом пляже, в сиднее. хочется остаться в этой уютной атмосфере. в тихой и спокойной. и они возможно останутся, а может и нет. эти двое еще подумают над этим. им некуда торопиться. обо всем еще можно подумать и все еще можно обсудить. не спеша. они идут и держаться за руки, оставляя на мокром песке следы. их смывают морские волны, забирая их с собой глубоко в океан. и пусть волны их уносят, пусть от них ничего не остается. они вернутся сюда снова, оставив новые. океан может забрать все, но теплые чувства любви останутся. и океан пусть смоет их отголоски, они продолжат любить и говорить заветное «я люблю тебя», которое проросло корнями в их сердце и расскрасило мир закатными красками.