Конец игры – лишь начало

Разлепив глаза второй раз за утро, Энди почувствовала, что её левую руку неприятно покалывает. На плече всё также лежала голова Пристли, но теперь Миранда будто оплела брюнетку собой. Было слишком жарко. Андреа начала выпутываться из этого капкана, стараясь не потревожить сон седовласой леди. Это мероприятие она с успехом провалила. — Что такое?.. — сонно спросила главный редактор, наконец подняв голову с плеча девушки. Энди облегчённо опустила руку вниз, чувствуя, как кровь потихоньку начинает циркулировать по затекшей конечности. — Пора вставать. Уже… — Сакс бросила взгляд на будильник на тумбочке, — десять утра? — У нас есть ещё час, — вздохнула Пристли и опустилась обратно на подушки, забрав у Энди всё одеяло. Журналистка покачала головой и встала, поправив пижамную футболку. Миранде не нравилась ни одна из пижам Андреа, но девушка упорно игнорировала это. Конечно, её одежда не дотягивала до шелковых рубашек Грозы «Подиума», но Энди вполне устраивали собственные пижамы. Да и вообще, как можно спать, когда одежда скользит по тебе, как слизняк? Ноутбук и документы манили, но вместо того, чтобы сразу зарыться в работу, Энди поставила на огонь чайник и турку для кофе. К счастью, у неё были все ингредиенты, чтобы приготовить голубоглазой гостье кофе. Жаль только, что не было нерафинированного сахара. Пока вода нагревалась, Андреа взяла блокнот и карандаш, начав записывать идеи, которые сконфигурировал её мозг сегодня утром. Вот теперь она точно знала, что написать. И нет никаких сомнений в том, что ей удастся создать настоящий шедевр. Даже по меркам прожженных журналистов. Следя за кофе в турке, девушка мысленно набрасывала текст введения. Но даже несмотря на невиданную продуктивность мозга, она всё равно не чувствовала себя удовлетворенной тем, как получалось начало. Нужно почитать что-нибудь криминальное, может придет вдохновение? В комнате раздались шаги, и Энди увидела, как главный редактор, одетая во вчерашнее платье, опустилась на стул. Она сонно сощурилась от яркого света, заливающего кухню, и широко зевнула, прикрыв рот рукой. Миранда явно пыталась пригладить свои торчащие волосы, но ситуация не сильно улучшилась. — Снова доброе утро, — хмыкнула брюнетка и поставила перед женщиной кофе. На столе уже стояла тарелка с бутербродами с ветчиной, сыром и огурцом. Пристли только согласно промычала что-то и опять зевнула. Андреа с улыбкой пронаблюдала, как Гроза «Подиума» делает свой первый глоток кофе, а затем довольно вздыхает. Занятное зрелище. Седовласая леди явно не была готова к конструктивному диалогу, а потому Энди продолжила чиркать пометки в блокноте. Возможно, ей стоило опустить подробности того, как именно произошло подставление и убийство мистера Уорда, сконцентрировавшись на самой идее того, что именно министр был заказчиком. Она не показывала доказательства Чарльза Уорду, опасаясь, что он может наломать дров. Мужчина был довольно порывист, что могло навредить и делу, и статье, и даже их жизням. По правде сказать, писать о министре, который заказал убийство журналиста, было слегка страшновато. — Можно заказать машину на завтра, — негромко заметила Пристли и сделала глоток кофе. Девушка подняла взгляд и недоуменно нахмурилась: — Какую машину? — Грузовую, наверное. Перевезти твои вещи. Энди фыркнула и отложила блокнот, посмотрев на растрепанную Миранду. Та задумчиво жевала бутерброд и смотрела окно. Девушка даже начала опасаться, какие планы сейчас строит её партнёрша. — Давай займёмся этим на следующих выходных? Я за день не успею всё перебрать и уложить. Ещё нужно с хозяйкой квартиры связаться, да и вообще, я могу много всего забыть в такой спешке, — ответила Андреа и сделала глоток чая. — А за неделю я спокойно всё соберу. — Это слишком долго, — цокнув языком, заявила главный редактор. — Я куплю тебе то, что ты забудешь. — Мы куда-то торопимся? — поинтересовалась брюнетка. — Ты даже не поговорила с девочками по этому поводу. — Они не против. Я уже обговаривала с ними твой переезд. Не то чтобы Энди была сильно удивлена, но эта абсолютная готовность Миранды выглядела… слегка странно. Возможно, она давно это планировала, но, ради Бога, они встречались всего три месяца, один из которых вообще не виделись, а только разговаривали по телефону. — Дай мне неделю, и я всё устрою, хорошо? — попросила девушка. Безусловно, ей было прекрасно известно, что седовласая леди ненавидит ждать, но, в конце концов, неделя это не так уж и много. — Хорошо. Но если ты попытаешься снова залезть в эту свою «раковину»… — промолвила Миранда, показательно презрительным взглядом осматривая кухню квартиры, — то я приеду и без всяких вещей увезу тебя в таун-хаус. Энди спрятала лицо в ладонях и беззвучно засмеялась, пока её плечи тряслись от хохота. Пусть она и знала, что значит для своей гостьи очень много, но вот такого ультиматума не ожидала. — Это самая очаровательная угроза, которую я слышала… — задыхаясь от смеха, прошептала брюнетка и упёрлась лбом в стол. Ей было плохо. — С кем я связалась? — пробормотала главный редактор, цокнув языком. Эта фраза вызвала новый приступ смеха у Энди.

***

Статья наконец была закончена и даже несколько раз перечитана. Кэссиди и Кэролайн оценили текст, не обращая внимания на то, что их мать закатила глаза на интерес к криминалу. Девочки, на удивление, восприняли внезапный переезд Энди так, будто это дело было решено месяца три назад. Патриция недовольно что-то бурчала себе под нос, но стоило Миранде погладить её по голове, как собака в мгновение ока завиляла хвостом. Сакс всегда считала, что все животные к ней тянутся, но почему-то именно Патриция никак не поддавалась её природным чарам. Всё семейство Пристли установило с ней хорошие отношения, но именно собака продолжала порыкивать на неё. — Может, ты била собак в детстве? — предположила Гроза «Подиума», гладя домашнюю любимицу. — Вот сейчас обидно было. И вообще, я добрая и пушистая, — ответила Андреа, держась на почтительном расстоянии от сенбернара. Девочки захихикали и тоже начали гладить собаку, которая завиляла хвостом ещё радостнее. — Самая пушистая у нас здесь Патриция. Да, моя дорогая? — обращаясь к собаке, ласково произнесла главный редактор. Питомица, несмотря на свой почтенный возраст, перевернулась на спину, подставив живот. Энди с усмешкой наблюдала за домашней идиллией. Всё ещё трудно было поверить, что теперь это — её семья, с которой она будет видеться каждый день, жить под одной крышей. Перешагнув через порог «Элиас-Кларка» в первый раз, она даже не представляла, что попадет в сети голубоглазой дьяволицы. Ладно, не такой уж она и дьявол. Разве могут собаки так счастливо заглядывать в глаза исчадию Ада? Андреа была твердо уверена, что нет. Она забралась в кресло с ногами, поставив ноутбук на подлокотник. Так, всего несколько правок и можно было отправить статью. Трепет разлился по венам, поскольку ей очень уж хотелось, чтобы работу оценили по достоинству. Если судить по обмолвкам Брайана, он был ею вполне доволен, но нужно ещё узнать реакцию на статью. Решившись, Сакс нажала на кнопку «отправить».

/ Вы выполнили задание «Преступник или злодей?» /

/ Уровень карьеры повышен с 8 до 9 уровня /

/ За выполнение данного задания вы получили следующие бусты /

+20% к шансу написать шедевр по теме «Политика»

+10% к авторитету

+5% к шансу стать «Звездой журналистики»

+30 очков интеллекта

+20 очков воли

Ого. Андреа была крайне удивлена тем, что задание так сильно подняло её характеристики. Да ещё и уровень карьеры повысился. Странно, но почему-то в газете уровень карьеры исчислялся числами или словами вроде «старший репортер», «младший репортёр». В журнале же почему-то система над ней насмехалась, то называя «Питомцем», то ещё кем-нибудь. — Откладывай ноутбук, Андреа, — приказала Миранда, вырвав брюнетку из раздумий. Она стояла рядом с креслом, в котором сидела Энди, и смотрела на Сакс, скрестив руки на груди. — Слушаюсь, — мягко улыбнувшись, подчинилась журналистка и отставила технику на столик рядом с креслом, опустив ноги на пол. Миранда же незамедлительно этим воспользовалась, полубоком опустившись на колени Энди. В мгновение ока её руки оплели плечи брюнетки, отрезав все пути к освобождению. — Слушай, я, конечно, понимаю, что твои девочки очень разумные, но разве не стоит повременить с подобным? — спросила Андреа, глядя в голубые глаза напротив. Она была рада тому, что женщина не стеснялась проявлять свою привязанность, но всё же не хотелось попадать в неудобное положение. Да и психика подростков довольно нежная. — Во-первых, я не делаю ничего «такого», — спокойно произнесла Миранда, убирая прядь волос с лица Энди. Девушка легко могла представить, как была бы поражена та же Эмили, увидев их в столь необычной позе. — Во-вторых, раз ты не услышала, девочки попросили пойти поиграть в приставку. Их теперь не вытянешь из комнаты до самой ночи. — Прости, что говорю об этом, но вряд ли ты сидела на коленях Стивена, тем более на глазах у детей. И не важно, что их сейчас здесь нет, — ответила журналистка, всё-таки обняв седовласую леди за талию. — Они могут зайти совсем неслышно. Она крайне опасалась того, что дети могут внезапно проникнуться к ней отрицательными чувствами. Вполне возможно, что двенадцатилетние девочки только выглядели взрослыми. А на самом деле, всего лишь не видели в ней достаточно важную фигуру, как их отец или Стивен. Детская психика может выкинуть и не такие фортели. — Да, со Стивеном я не вела себя так, как с тобой, — выпрямившись, отчеканила главный редактор. — И что с того? Ты бы хотела, чтобы мы спали в разных спальнях, изредка пересекаясь во время завтрака по выходным? — Я же не это имела ввиду, — вздохнула Сакс, почувствовав, что Миранда пытается встать с её колен. — Нет, сиди. Руки крепче прижали Пристли, не позволяя подняться. Как же порой было сложно с человеком, который запросто мог не считаться с мнением других. Вдобавок, седовласая леди воспринимала почти все слова в штыки. — Мне нравится, что ты так открыта со мной, но я боюсь, что девочки могут начать ревновать, — как можно более мягко промолвила Сакс, подняв одну ладонь, чтобы провести ею по щеке женщины. Миранда нехотя позволила прикоснуться к себе после вспышки раздражения. — Вы в совершенно разных позициях. — Это понимаем мы с тобой, но не двенадцатилетние дети, — покачала головой Энди. Она наклонилась вперед, почувствовав грудь Миранды своей. Тихий, но достаточно резкий вдох женщины выглядел забавно. — Я не хочу потом жить в атмосфере напряжения. — Помнится, это ты мне сказала, что я слишком всё усложняю, — ответила седовласая леди, сверкнув глазами. В её зрачках вспыхнул игривый огонёк. — Один — один, Пристли, — рассмеялась девушка и увидела, что главный редактор перевела взгляд на её губы, а затем наклонилась вперёд. — Р-р-р-р, — злобно раздалось от дивана, и Гроза «Подиума» чуть отодвинулась. — Это уже переходит всякие границы, Патриция, — повернувшись к собаке, недовольно заметила женщина. — В конце концов, хозяйка дома — я, а не ты. — Вот чьей ревности мне стоит опасаться, — тяжело вздохнула девушка и положила голову на плечо Миранды. Ладно, по крайней мере эта чрезмерно заботливая «девочка» не рычит, когда они обнимаются. — И за что я платила её дрессировщику? — задала риторический вопрос седовласая леди, проведя носом по волосам девушки. — Собака лезет в мою личную жизнь, с ума сойти. — Абсолютно неприемлемо, — чрезмерно серьезным тоном произнесла Энди. Она ещё помнила, что чаще этой фразы Миранда говорит только «это всё» и «свяжите меня с Демаршелье». — Ты совершенно невоспитанная девушка, Андреа, — фыркнула главный редактор, выпутываясь из объятий. — Мне больше нравится, когда ты называешь меня «дорогой», а не «невоспитанной». Андреа поднялась с кресла, с облегчением почувствовав отсутствие веса на своих коленях. Несмотря ни на что, Миранда отнюдь не была пушинкой. Но Энди не собиралась жаловаться. — Посмотрим на твое поведение, — с высокомерной усталостью вздохнула главный редактор, направившись к лестнице. Андреа не могла не улыбнуться.

***

На улице глухо проезжали машины, шелестя колесами по нагретому за день асфальту. Чистое тёмно-синее небо блестело над Нью-Йорком, окутывая его в бархатное душное одеяло летней ночи. Луна зависла над городом белёсым диском, мешая спать людям, чувствительным к её свету. Темноволосая девушка сидела в одном из широких кресел спальни, с неярким блеском ночника на столике рядом. На её коленях стоял ноутбук, с максимально уменьшенной яркостью экрана. Брюнетка старалась как можно нежнее прикасаться к клавишам, чтобы не разбудить женщину, спящую в кровати напротив неё. Энди с удовольствием бы так же обнимала подушку, видя десятый сон, но луна, будь она неладна, уничтожала желание спать. Ворочание в кровати вполне могло разбудить Миранду, а этого девушка очень не хотела. Последние слова статьи потихоньку появлялись на экране, становясь частью её очередной завершенной работы. После того задания с расследованием «висяка» об убийстве Адама Уорда ей давали более серьезные статьи, более лакомые кусочки. Это было вполне неплохо, но Сакс надеялась, что позже её пригласят и в более хорошие газеты. В ту же «Times», например. Андреа явно не зря столько времени трудилась над этой работой. Статья о Блинкене произвела фурор и более того, теперь журналистка имела контакты с полицией. Чарльз Уорд может и не отомстил за сына, но по крайней мере нашел виновника. Суд пока не был завершён, но скорее всего бывший министр сядет за решетку за такие «проделки». Энди вполне устраивало то, что преступник будет наказан. Поставив точку в последнем предложении, Андреа довольно улыбнулась. Ну вот, и с этим она тоже закончила.

/ Уровень карьеры повышен с 9 до 10 уровня /

/ Внимание, игрок /

/ Вы выполнили все необходимые условия для прохождения основного сюжета. Хотите завершить игру? /

Сакс испуганно уставилась на уведомление перед своими глазами. Завершить игру? Система предлагает ей… вернуться в тот мир? Снова стать обычной девочкой Грейс? Так значит, она всё-таки «прошла игру». Теперь стоит только сделать небольшое мысленное усилие и ответить «да», чтобы перенестись в ту больничную палату. К матери и отцу. К старым друзьям, университету. К одинокой пустой квартире. То есть, все её достижения, вся работа, весь кропотливый труд, которым она занималась эти полтора года, канут в Лету? И у неё не будет системы, к которой она так привыкла, не будет «бустов», как было написано в меню. Девушка взглянула на кровать, в которой мирно спала Миранда. В горле образовался тугой комок, а к глазам подступили слёзы. Больше она не увидит эту женщину, никогда не обнимет и не поцелует. Больше на неё не обратят внимание морозные голубые глаза, которые быстро смягчались, стоило Энди улыбнуться. Прижав руку ко рту, девушка подавила всхлип. Но она же так долго ждала этой возможности. Вся её жизнь здесь и весь её труд были направлены на достижение этой цели. Заветная мечта появилась на горизонте, ей стоило радоваться, прыгать от счастья. Никаких раздумий и мук совести, всего лишь одно просто «да» и она вернётся домой. И всё-таки её тело дрожало не от восторга, а от страха. Как могла она теперь жить без Миранды, без рыжих близняшек, без Найджела, Эмили, Серены и Лили? Как, скажите на милость, ей согласиться разрушить счастливую жизнь, на которую ей не приходилось даже рассчитывать дома? Пусть даже система сотрёт ей память об этом, пусть позже всё будет казаться галлюцинацией комы, но безграничную любовь, испытываемую Энди, ничто не смогло бы спрятать. Девушка точно знала, что даже если ей сотрут воспоминания, душе всё равно будет чего-то не хватать. Поднявшись на слабых ногах, Андреа обошла кровать и встала на колени перед спящей седовласой леди. Она была гораздо старше неё. Миранда часто раздражалась, ни с кем не считалась, обрывала разговоры, была невежливой, да и вообще. Ей не просто так дали прозвище «Дьяволица». Но всё это меркло по сравнению с тем, как порою она смотрела на Сакс. Как нежно и осторожно прикасалась к коже, будто не верила, что Энди — не мираж, который рассыпется от одного прикосновения. Андреа даже не была уверена, что когда-либо видела такую всепоглощающую любовь. Слёзы лились горячими ручьями по щекам. Девушка ощущала, что на её колени падают соленые капли, срываясь с края подбородка. Как ей проститься с ней? Как суметь согласиться исчезнуть из жизни этой женщины, которая стала для неё… Андреа даже не могла подобрать слов. В голове всё путалось, и только окошко неизменно стояло перед её взором.

/ Внимание! Вы не сможете поменять свой выбор /

/ Завершить игру? /

/ Да /. / Нет /

— Андреа? — Миранда открыла глаза, в полусне пытаясь сосредоточиться. — Дорогая, что случилось? Почему ты плачешь?

// Нет //

— Я… мне просто приснилось, что я тебя забыла. И что больше никогда не смогу увидеть, — продолжая стоять на коленях у кровати, выдохнула Энди с улыбкой. Седовласая леди спустила ноги на пол и взволнованно вглядывалась в лицо девушки, положив ладони на щеки. Андреа чувствовала, как её затопила волна облегчения. К черту этот истинный мир, плевать на прошлое. Она живёт настоящим, а настоящее — это Миранда, которая подняла её с пола и усадила на кровать, крепко обняв.

/ Вы уверены? /

Да. — Всё хорошо, милая. Это всего лишь сон, — женщина прижалась губами ко лбу Энди, успокаивающе медленно раскачиваясь из стороны в сторону. — Я люблю тебя больше, чем могу выдержать, — пробормотала девушка, ощущая, как спокойствие разливается внутри. Теперь всё кончилось. Ей больше не нужно делать выбор, больше нет нужды думать о том, как она будет жить без всех тех людей, ради которых готова отдать жизнь. — Я тоже люблю тебя, Андреа. Но это не причина плакать, — погладив девушку по голове, прошептала главный редактор. — Хотя, «Шестая страница» явно считает иначе. — «Шестая страница» ничего не понимает в великолепных женщинах, — подняв голову, улыбнулась журналистка и коротко поцеловала Пристли в губы. На них ощущался соленый привкус её слёз. — Прости, что разбудила. — Всё в порядке. Ложись спать и ни о чем не думай, — с мягкой шелковистой улыбкой ответила Миранда. — Иначе одной великолепной женщине придется самой уложить тебя в постель. — Да, Миранда, — прошептала Энди и благодарно поцеловала женщину в щеку. Что ж.

Конец игры — это всего лишь начало.