Ох уж эти городские

      Первым уроком была алгебра. Молодая учительница стояла у доски что-то объясняя ученикам, но Диана, даже сидя за второй партой с Полиной, ее не слушала. Сильно клонило в сон.       Мама девушки работала врачом в соседнем поселке. Собственно там она и познакомилась со своим первым мужем и по совместительству отцом будущих детей. Что сейчас, что тогда женщина пропадала на работе сутками. Так случилось и вчера, а Диана, сильно беспокоясь за брата, всю ночь просидела на кресле рядом. Здоровому сну это не поспособствовало.       Что бы точно не уснуть, девушка взяла карандаш и начала что-то выводить на полях, ловя заинтересованные взгляды Полины. Рука выводила линии сама, Диана даже не сильно всматривалась в получавшийся рисунок. Только когда прозвенел звонок, она перевела взгляд на поля тетрадки и в ужасе распахнула глаза.       — Кто это? — спросила Морозова.       — Да так, — тихо прошептала девушка и поспешила неровными линиями зачеркнуть профиль такого знакомого парня. Но этого ей показалось мало, и Диана для надежности полностью вырвала лист бумаги, сминая его и оставляя возле пенала. — Пойдем, скоро физ-ра должна начаться.       — Давай. — Полина легко вскочила из-за стола.       Диана посмотрела на нее с легкой завистью. Девушка была красивой: высокая, стройная, еще и на скрипке играет. Ну разве не мечта любого мальчишки? Одноклассницы вышли из кабинета, заводя легкую беседу.       — Говоришь, вы сюда раньше приезжали? Извини, я тебя не помню, — Морозова расстроено покачала головой, словно это действительно была ее вина.       — Мы ненадолго обычно приезжали. На неделю-две. Так, с бабушкой встретиться. Чаще мама сама к нам приезжала. Мы с Митькой чаще дома или в саду зависали.       — Хочешь как-нибудь вместе куда-нибудь сходим, если вы тут ничего не знаете. Можем на речку, там сейчас каток сделали, или в Дом Культуры? О, или на санках!       — Я не против, — Диана весело улыбнулась.       Быстро переодевшись в спортивную форму, девушки зашли в спортзал. Половина одноклассников, в основном мальчики, уже разминались. На лавочке сидели Катя Смирнова и еще несколько девочек. Катя замахала рукой, подзывая к себе одноклассниц. Полина и Диана тоже сели рядом.       — Девочки, будете с нами играть? — деловито поинтересовалась Смирнова.       — Играть? — Диана удивленно вскинула брови. В ее предыдущей школе был не самый дружный класс, и такие посиделки с одноклассницами казались странными. — Во что?       — Мы в прошлом году придумали одну игру, — подхватила Настя. — Мы по очереди предлагаем одноклассников на выбор. — Кажется, озадаченность на ее лице была слишком явной, потому что девушка поспешила добавить — Мы начнем, ты увидишь. Так, я первая. Катенька, кого выберешь: Вову или Полину?       — Конечно же, Полиночку, — улыбнулась Смирнова.       — Полину или… Артема?       — Полину.       — Полину или Бяшу? — девочки захохотали.       — Полину, разумеется!       — Полину или Диму?       Катя замолчала, а Диана заметила, что одноклассница кинула на нее короткий взгляд.       — Наверное, Диму. Хочу узнать что из себя представляет новенький, — девочки захихикали, но Диана молчала, лишь вяло улыбнулась.       — Диму или Диану?       Девочки замолчали, ожидая ответ.       — Какая разница, мы же все равно вместе идем, — вдруг хмыкнула сама Майер.       Послышался новый взрыв смеха.       — Девчат, я не понял, чего это мы сидим? Смирнова, неужели опять живот болит?       — Да, Игорь Владиславович, — нагло улыбнулась Катя.       — А остальные?       — Уже идем, — раздался недружный хор, и девушки поспешили встать.       — Так, сегодня сдаем нормативы. Быстро разбиваемся на пары.       Диана тут же повернулась к Полине, но та стояла с Настей и лишь виновато пожала плечами. Девушка растеряно оглянулась, быть в паре с кем-то незнакомым не хотелось. Ну где же брат, когда его так не хватает?       Еще раз осмотрев одноклассниц и выбирая к кому можно подойти, Диана повернула голову и чуть не вскрикнула. Прямо перед ней стоял Рома.       — Ну? Так и будешь на меня смотреть? — он скептически поднял бровь.       Девушка удивилась и это еще мягко сказано. Почему Пятифанов подошел именно к ней?       — Что тебе от меня нужно? — она вмиг ощетинилась, скривившись.       — Предложил стать в пару, сечешь? Но если тебе так хочется заниматься с Бабуриным, — Рома сделал демонстративный шаг назад, а Семен наоборот — вперед.       Диана вдруг почувствовала себя загнанным кроликом, лишь сильнее хмурясь.       — Нет, не хочется, — процедила она, но вдруг забавно хмыкнула. Схватив Бяшу за локоть, потащила его к матам. — Ну, кто первый?       — Чего, на?       — Спрашиваю, кто первый пресс качать будет? Ты или я?       Парень удивленно уставился на девушку.       — Да ты че, на? Меня ж Ромка убьет.       — А ты все делаешь как Ромка сказал? А, ну теперь понятно, — она насмешливо подняла брови и закивала головой.       Бяша кинул взгляд на Пятифана и все-таки лег на маты.       Первые 10 секунд Диана молчала, но потом все-таки задала вопрос.       — А Бяша это твое имя?       — Не, эт кликуха.       — А… А почему именно такая?       — Потому что я волк в овечьей шкуре, на.       Девушка хохотнула.       — Ну да, верю.       — А че с твоей фамилией?       — А что с ней не так?       — Ну… Она не такая какая-то.       — Мой дед по папиной линии немец, — после небольшой паузы все-таки ответила Диана. — Вот и фамилия от него. Майер.       — А че она значит, на?       — А вот не скажу, — девушка что хитро прищурилась, в глазах затанцевали чертики. — Если так захочешь — сам узнаешь.       — Та ну тебя, с тобой не интересно, на. — Девушка засмеялась, чем заставила и Бяшу неловко улыбнуться. — Ну, скок я там накачал?       — 52.       Раздался свисток, одноклассники поменялись местами.       — Говоришь, дед немцем был? А за кого воевал-то тогда?       — Дедушка не очень любит об этом говорить, да и я не очень немецкий понимаю, но вроде бы первый год за Германию… Потом его в плен взяли, он с бабушкой как-то познакомился… Понял, что Германия неправильно сделала, поэтому на нашу сторону перешел. Он же вообще-то воевать и не хотел…       Бяша молчал.       — Так получается ради бабы на другую сторону перешел, на?       — Не думаю, но любовь к бабушке однозначно сыграла какую-то роль. Может, дедушка когда-нибудь мне все подробнее расскажет.       Раздался повторный свисток. Одноклассники встали с матов, подходя к физруку что бы записать результаты нормативов. Бяша так и остался стоять возле стенки, о чем-то задумавшись.       — Ты че завис? — Рома хлопнул его по плечу. — Неужели новенькая так задушнила? Или втюхался?       — Та ну тя, на. Про деда ее поговорили. От него фамилия Майер пошла, на.       — От деда, говоришь, — Рома уставился на девушку, что о чем-то щебетала с Полиной.       Где-то в глубине души всколыхнулось раздражение. Эта новенькая должна была с ним в паре стоять, ну или с Бабуриным. А она обвела его вокруг пальца, сука. Как какого-то ребенка. Все упражнение он, нет-нет, да поглядывал в сторону лучшего друга и Дианы. Какого же было его удивление, когда она засмеялась! Что ж там Бяша ляпнуть-то такого мог?       По всем ее движениям, взглядам Пятифанов приблизительно создал ее портрет еще вчера. Спокойная, тихая, в чем-то даже величественно себя ведет, точно будет дружить с девчонками и в сторону парней, если не считать ее брата, даже не посмотрит.       Зацепила ли она его? Относительно. Интереса, как девушка она не представляла. Даже Катька эффектнее была, но хотелось бы еще понаблюдать за этой приезжей, что бы точно убедиться — она обычная, никакая.       Но почему-то на этом уроке образ, так четко выверенный, слепленный в голове, дал трещину, когда девушка засмеялась. И не абы с кого, а с шутки Бяши.       К Бабурину она, ясное дело, питала только негативные эмоции. А к нему, к Ромке? Когда он подошел к ней, она ясно дала понять, что он ее… раздражает? Но почему? Что он сделал не так?       Всколыхнулась новая волна раздражения, но уже не на Бяшу, а на эту Диану.       Выругавшись сквозь зубы, Рома подошел к учителю.       У него еще будет время разобраться с этой занозой.      

----------- ✶ -----------

      После уроков Полина перехватила Диану в раздевалке.       — Хочешь сегодня на коньках пойдем покатаемся?       — Полин, извини, давай на выходных? Дима нехорошо себя чувствует, не хочу оставлять его одного.       — Да, конечно. Тогда до завтра.       Диана улыбнулась подруге и поспешила выйти из школы. Мороз неприятно заколол лицо, с губ сорвалось теплое облачко пара.       Девушка быстрым шагом направилась вдоль уже знакомой улицы. Снег не шел, его и так было очень много.       «Самое время кататься на санках» — мелькнула мысль, которая заставила улыбнуться. Сразу вспомнилось, как в позапрошлом году она ходила кататься на санках с папой, Даней и Димой. Кажется, на следующий день еще мама приехала, а Даня жаловался ей, что его заставили катать сестру на санках. Диана догадывалась, что сам брат был, в целом-то, не против, но слишком любил возмущаться на сестру. Сейчас, спустя столько времени разлуки, девушка была бы не против снова услышать его притворно недовольные реплики.       Впереди показались гаражи, заставляя Диану неприятно повести плечами. Уж слишком вчерашнее затронуло ее. Среди железных построек особенно выделялось одно — полностью черный гараж сильно контрастировал с зелеными, голубыми и красными. Девушка удивленно остановилась. Вряд ли она вчера обратила бы внимание, но этот гараж определенно бы запомнила. Да и в отличие от остальных, на нем не было снега, словно снежинки специально облетали его стороной. Дверь гаража скрипнула и открылась. Что-то ужасное было в этом, но что именно — Диана понять не могла. Страх сковал тело. Прямо перед дверью заскользили какие-то тени. Сердце гулко застучало где-то у горла. Вторая дверь тоже скрипнула. Это послужило своеобразным сигналом и девушка со всех ног понеслась дальше по улице, оббегая чертовы гаражи.       В дом Диана почти влетела, громко захлопывая деревянную дверь и закрывая ее на два замка.       — Еще раз ты мне дверью хлопнешь! — раздался громкий голос отчима. — Не ты за нее платила, не тебе ломать!       Девушка скривилась, глубокими вдохами пытаясь успокоить гулко бьющееся сердце.       — Не кричи на мою внучку! — раздался голос пожилой женщины. «Бабушка» — радостно подумала Диана. — Ты за нее тоже не платил.       — Как скажете, мама. — Елейным голосом ответил Миша из гостиной.       — И не смей называть меня мамой! Вот Гришенька — настоящий мужчина! И сыновья у него прекрасные, и дочка — красавица, и мне помогал. А ты что? Лежишь на диване, окно починить не можешь!       Быстро разувшись, девушка проскочила к бабушке в комнату.       — Да ладно тебе, ба, — тихо прошептала Диана, обнимая женщину. — Будешь ты на него еще нервы свои тратить.       — Твоя правда. А ты чего, бежала что ли?       — Да там… — девушка неопределенно махнула рукой. — Неважно, короче.       — Да починю я это сраное окно! — раздался еще более злой крик отчима и звон разбившейся о пол бутылки.       — Как там Дима? Спит?       — Наверное, внученька. Вниз он еще не спускался.       — А, ну ладно. К обеду спустимся, ба, — чмокнув бабушку на прощание, девушка подхватила рюкзак и быстро поднялась на второй этаж в комнату брата.       Кинув рюкзак на пол у входа, Диана рухнула на спину на кровать Димы. Близнецы внимательно друг на друга уставились. Дима рассматривал сестру, словно угадывал дралась она сегодня или нет. Диана же всматривалась в лицо брата, пытаясь понять лучше ему уже или нет. Но сделать это в перевернутом виде, не получилось. Так что приняв сидячее положение и облокотившись на стенку, она заговорила первая.       — Ну, как ты себя чувствуешь?       — Благодаря тебе уже лучше, — уголки губ дрогнули вверх, но полноценной улыбка не стала. Дима поморщился от приглушенной боли. — Лучше расскажи, как в школе дела.       Девушка еще пару секунд всматривалась в лицо брата, отмечая, что кожа уже не такая бледная, как вчера, да и он уже сидеть и говорить может, а потом принялась в подробностях рассказывать как прошел день.       — И знаешь, Бяша этот не такой уж и плохой. Конечно, не приятно понимать, что он гопник и это его постоянное «на» в конце… Но все-таки поговорить с ним можно, — такими словами закончила Диана свой рассказ.       — Я сегодня весь день думал о вчерашней ситуации, и… Мне кажется, этот Пятифанов не такую ж и говнюк, каким хочет показаться. Бабурин — одно дело. Этот даун с головой совсем не дружит, а Рома… В конце-то концов, он этого долбаеба отогнал от меня и тебе помог меня дотащить…       — Прекращай уже материться, — насупилась сестра, но почти тут же замотала головой. — Мне все равно, Мить, помог он мне или нет. Пока я его треплом не назвала, он, кажется, даже и не думал тебе помогать! Самодовольный индюк, вот он кто! Необразованный гопник, который даже за свои слова не может ответить!       — Ну все, все! — слабо рассмеялся Дима. — Я понял твою позицию. Может, все так как ты говоришь. Зато на выходных на каток пойдем.       — Тебя побили, а ты на каток хочешь, бестолочь?       — Да ладно тебе, я к субботе уже поправлюсь.       — Ну да, удачи оклематься за два дня. Сегодня четверг, если ты не забыл.       Дима дернул сестру за руку, заставляя ее упасть рядом, и крепко обнял.       — Ох, сестренка, как же я тебя люблю.       — Что это за приливы братской любви? — Тем не менее девушка обняла Диму в ответ, прислушиваясь к равномерным неспешным ударам сердца.       — Дурочка. Ты ж мне помогла, а я даже спасибо не сказал, — он положил подбородок сестре на макушку.       А Диана тот час решила для себя, что сегодняшний вечер она ни за что не испортит своим рассказом о черном гараже.