Ох уж эти городские

      В понедельник новой недели в поселок приехал мужчина. Незнакомая местным машина остановилась у некогда красных ворот. Его уже ждали. С громким радостным криком «папа» на шее мужчины повисла девушка лет 15, легко одетая для середины зимы.       — Ты все-таки приехал!       — Дианка, а ну быстро в дом, заболеешь! — улыбнулся отец, прижимая дочь к себе.       — Уже бегу! А то сейчас еще и от Дани с Димой получу, — девушка забежала в дом, закрывая дверь за папой.       — Мелкая, я не понял, ты обалдела в такой холод выскакивать? — высокий светловолосый парень выглянул в коридор, но как только увидел отца, просиял. — Пап, рад тебя видеть.       Мужчины обнялись.       — Ну, не злись на нее, Дань. Отца ж как никак встречала, — хохотнул Григорий, подмигивая дочери.       — Ладно, но только потому, что завтра Новый год.       Девушка засмеялась, убегая на кухню. Оттуда послышался смех женщины и громкое, притворно обиженное: «Почему Мите можно крабовые палочки, а мне нельзя?» Даниил и его отец рассмеялись.       — Диана! — раздался злой вопль Димы.       — Даня! На помощь! — закричала Диана, выбегая в гостиную, где уже стояли Григорий и его старший сын.       — Даня! Не смей ей помогать! — сам Дима выскочил в гостиную секундой позже.       — ПАПА! — одновременно закричали близнецы — Он меня обижает! Она меня обижает! Врешь! Неправда!       Дима кинулся к сестре, а та, пискнув, кинулась за старшего брата.       — Данечка, ну пожалуйста, у тебя сестёр больше нет!       — Братьев у него тоже кроме меня нет! — Митя попытался обогнуть Даниила, но Диана забежала за отца.       — Не, мелкотня, вы сами разбирайтесь, я никому помогать не буду.       — Твоё бездействие — только ей в помощь! Гони мои крабовые палочки назад!       — Да не дождешься!       Девушка перебежала за стол. Тут как раз вышла Светлана со своей матерью.       — Дианочка, Димочка, ну что вы так ссоритесь?       — Мама! Она у меня крабовую палочку спи… — громкое «Дима!» сказанное папой, мамой и Даней одновременно, перебило парня, — спионерила! Где она?       Воспользовавшись моментом, девушка улизнула куда-то.       — Я тут! Лови! — Диана вылетела из кухни и кинула брату почти целую пачку крабовых палочек.       «А он тебя целует, говорит, что любит!..» — запело радио, когда девушка пробегала мимо. Когда парень получил свои заветные крабовые палочки, то тут же перешел на сторону сестры.       — Диана! Это на новый год! Куда ж ты целую пачку потащила?       — Бежим!       Близнецы кинулись к лестнице на второй этаж, пробегая прямо перед пузатым телевизором.       — Да вы заткнетесь сегодня или нет! Я телевизор, блять, нормально посмотреть не могу! — дядя Миша гаркнул это настолько громко и неожиданно, что близнецы замерли как вкопанные, чуть не падая по инерции.       — Простите, — пискнула Диана, выглядывая из-за плеча брата.       — А ты на моих детей не кричи, — Григорий сделал шаг вперед, и пусть он был несколько меньше мужчины, но в глазах читалась более сильная злость.       — В моем доме я буду кричать на того, на кого посчитаю нужным.       — Не твой это дом, — возразила бабушка.       В комнате повисло напряженное молчание. Только радио продолжало вопить «А я мучаюсь от боли…»       — Она, Гриша, вся в тебя пошла, — презрительно скривился отчим. — Знаешь, как трудно иногда её терпеть? С трудом старших совсем не считается. Вот Даниил в милиции работает, разбирается с делами несовершеннолетних, а Диана с гопотой якшается. В дом своей матери приводила. А ведь и кражи начались. Сначала крабовые палочки, потом сигареты, потом деньги, не успеешь оглянуться, как вещи пропадать начнут.       — Еще хоть слово о моей дочери скажешь и я не посмотрю, что сегодня праздник.       — Мальчики, успокойтесь. Мишенька, ты выпил, иди ложись, поспи, — засуетилась Светлана. — Гриша, а ты пока можешь принести свои вещи. Дети, а вы…       Диана сорвалась с места быстрее, чем успела услышать поручение от матери. Но закрыть дверь в комнату она не успела, нога в полосатом тапочке стала ровно между дверью и косяком. В комнату зашел Дима.       — Сильно зацепил?       — Наверное… И чем я ему не угодила? — девушка не плакала, но в глазах сквозила обида и непонимание.       — Тем, что сильнее нас с Данькой на папу похожа, — Дима сел рядом с сестрой на кровать, обнимая ту за плечи. — Глазенки свои видела? Он просто бесится. И крабовые палочки ты крадешь не как будущая преступница, а как кошка, за которой не уследили.       — Я вот думаю… — не уверенно начала девушка. — А что если после нового года к Дане перебраться? Он же сам в субботу говорил, что ему самому скучно. А маме же нам никто не запрещает помогать. До школы только дольше идти, а так — одни плюсы.       — Надо будет с Даней и мамой поговорить. А так я только «за».       Дима пододвинул сестре лишнюю крабовую палочку, про себя радуясь, когда Диана наконец улыбнулась.

----------- ✶ -----------

      Новый год прошел весело, с большой компанией. Даня, Дима и Диана всю ночь хохотали, устроившись в одной комнате. Папа и отчим демонстративно не обращали друг на друга внимание, что всех устраивало. Сидя за столом в новогоднюю ночь и жуя мандарины, Диана вдруг четко сформулировала своё желание — пусть её жизнь изменится к лучшему, без оглядки на прошлое. Пусть её наконец-то отпустят кошмары о бывших друзьях и парне. Может, отпустив старое, у неё появится что-то новое?       — Дианка, о чём думаешь? — толкая сестру в бок, поинтересовался Дима.       — Вспоминаю своё желание на Новый год.       — А что ты загадала? — Даня потянулся и перевернулся на живот.       — Не скажу, а то не сбудется. А мне очень хочется что бы сбылось, — девушка мечтательно вздохнула.       — На то оно и желание, — улыбнулся Дима. — Я вот загадал что бы было больше веселья. Ай-да за мной.       — Ты нормальный? Второй час ночи, — Даня скептически уставился на брата.       — Вот видишь, он нам желание рассказал и оно не сбывается. Тебе, что, Митю совсем не жалко? — Диана встала с кровати.       — Вот же научил на свою голову, — Даня демонстративно зевнул, но все же встал.       — Чему это ты нас научил? — поинтересовался Дима, тихо открывая дверь.       — Упертости, конечно.       — Нет, дедушка говорит, что упертость у Майеров в крови, — шёпотом возразила Диана, спускаясь по лестнице.       — Согласен, именно поэтому мы валим на улицу глубокой ночью, хотя нам, точнее вам, это запретили, — Даня тихо фыркнул.       — Никто не узнает, — Дима махнул рукой и медленным шагом двинулся в сторону коридора.       Раздался громкий храп. Девушка от испуга схватилась за руку брата.       — Тихо, Дианка, — когда они, наконец, разобрались откуда доносится звук, мотнул головой Дима. — Это всего лишь папа на диване.       — Ну да, всего лишь.       Быстро натянув ботинки и куртки, ребята выскочили на улицу. Здесь было не так тихо как дома. Кто-то до сих пор отмечал Новый год. Где-то вдалеке слышались громкие голоса, напевающие какую-то песню. Под ногами хрустел снег. Больше никаких звуков не было. Отойдя от дома на несколько метров, братья выдохнули.       — Ну все, теперь хоть нормально говорить можно, — улыбнулся Даня, бодро шагая вперед.       — Чего это ты такой веселенький? — подстраиваясь под шаг брата, весело хмыкнула Диана. — Не хотел же никуда идти.       — А это на меня Димкино желание действовать начинает.       — Так я загадывал, что бы мне веселее было, а не тебе!       Девушка засмеялась.       — Куда мы сейчас?       — Мне сотрудники по секрету сказали, что на центральной площади обычно всю ночь гуляют. Можем туда сходить.       — Пойдемте, — кивнула Диана, ускоряя шаг.       Спустя несколько минут ходьбы послышалась громкая музыка. Поселок показал свою новую сторону. В центре площади стояла высокая ёлка, украшенная шарами и гирляндами. Вокруг танцевали люди. В основном, конечно, молодежь, но встречались и взрослые. Сейчас праздник особенно напоминал Москву, но имел какую-то свою атмосферу.       Поддаваясь всеобщему веселью, девушка сделала шаг вперед, но ее тут же схватили с двух сторон.       — Так, Дианка. От нас далеко не отходить, не теряться, не напиваться, — раздался голос Дани над ухом.       — Мать с нас шкуры сдерет, если тебя не досчитается.       Девушка кивнула и, наконец, вырвавшись из рук братьев, нырнула в толпу. Счастье, свобода, веселье тут же захлестнули её с головой, заставляя радостно улыбаться. Когда она чувствовала себя так спокойно в последний раз?       Она крутанулась вокруг своей оси. Мимо пробежала стайка девчонок, в руках они держали пластиковые стаканчики с дымящимся напитком. Сама Диана холода не чувствовала. Может из-за адреналина в крови, а может из-за веселья, царящего здесь. Ноги, кажется, сами пустились в пляс, и девушка с удовольствием отдалась танцу. Музыка в колонках как раз сменилась на более подвижную. «Иванушки International». С разных концов площади раздался радостный визг и сама девушка поспешила его подхватить.

«На асфальте мелом ты рисуешь лето

Ласковые бури трогаешь ладонью

Воду, воздух, время (маленькую тайну)

То, чего не знаешь (никому не скажешь)

И беспечной птицей в небо улетаешь»

      Молодежь почти тут же поспешила начать подпевать. Кто-то взял Диану за руку. Весело хохоча, ее куда-то вела девушка в маске лисы.       — Хватай ещё кого-то за руку. Хоровод делать будем!       Диана тут же схватила за руку какого-то парня лет 20.       — У нас хоровод! Тяни дальше кого-то!       Парень тут же потянул за собой своего друга, и уже через минут 15 образовался огромный-огромный хоровод.       Девушка, не переставая улыбаться, всматривалась в незнакомые лица, когда случайно увидела одноклассницу. Выйдя из круга, она побежала к ней.       — Соня! — Диана протиснулась к однокласснице.       — Диана! Я даже не думала, что встречу тебя тут.       — Как я могу пропустить такое веселье?       — Ты замерзла? Пойдем, — не дожидаясь ответа, Сидорова вынырнула из хоровода и потянула за собой девушку.       Соня ловко ориентировалась в толпе, правильно выбирая направление и спокойно огибая остальных людей. Всего спустя пару минут она вывела одноклассницу на другой конец площади. Здесь в несколько рядов стояли цветные ларьки с едой, напитками, маленькими игрушками. Девушки направились к одному из них.       — Здрасьте, дядь Вась! — прокричала Сидорова. — Это та новенькая! Ещё ни разу ничего не покупала!       За прилавком сидел тучный мужчина с длинными усами.       — О, так ты городская! Тебе бесплатно! — Дядя Вася тут же подскочил и засуетился с чайником. — Сонька, морда бесстыжая! Могла бы её раньше привести! Девчонка к нашим морозам не привыкла, а ты её морозишь!       — Так я же не Снегурочка, — расхохоталась Соня, принимая напиток. Диана тоже взяла теплый стаканчик и сделала глоток. Горло тут же обжег алкоголь. — Дядь Вась, а вы Рому не видели?       — Дык к Наташке пошел.       — Спасибо. Дианка, пошли!       Взяв подругу под руку, она потащила не сопротивляющуюся девушку вдоль ларьков, остановившись только через пару построек. Тут стояла небольшая компания, в которой Диана узнала и Рому, и Бяшу, и Семёна.       — Привет! Мы же возле Васи договаривались встретиться.       — Так мы в начале возле Васи и встретились, на! А потом возле Наташи договорились!       — Да к Наташе пока пробьешься!       — Зато она не жмотится на алкоголь, — возразил Рома.       — А тебе лишь бы напиться, — фыркнула Соня.       — Да ладно тебе, Новый год же, — Диана легонько толкнула подругу и одним глотком осушила стаканчик.       — Вот, новенькая дело говорит. Ща за алкашкой сгоняем. Мы скоро вернемся, — не дожидаясь вопросов со стороны друзей, Рома взял девушку за руку и потянул за собой.       Какого же было его удивление, когда он не почувствовал сопротивление с её стороны. И уж лучше бы она выдернула руку, закричала, нагрубила — соответствовала составленной им же картинке — чем вновь и вновь показывала все новые грани своего противоречивого характера. Из-за этого характера Роме хотелось все чаще следить за девушкой, угадывать, что она выкинет в следующий раз. Но… он же был не против этого.       Мысли сбивчиво крутились в голове, как уже всю последнюю неделю, с самого появления новенькой.       — Слушай, мне не нравится, что ты меня все время новенькой называешь, — вдруг первой заговорила Диана и чуть сжала свою ладонь, привлекая внимание.       Это, вроде бы не значительное действие кольнуло парня. Её ладонь была почти полностью противоположна его — маленькая, холодная, с тонкой, нежной кожей. Проскочила мысль, что он бы вёл её так целую вечность, не чувствуя ни усталости, ни боли, ни каких плохих эмоций.       Что она с ним делает?       Почему все его нутро так приятно отзывается на все её прикосновения?       — Ну, хорошо, я придумаю что-то другое. — Рома посмотрел на неё в пол-оборота, насмешливо подняв брови.       Диана очень хотела отвести взгляд, но… в то же время не хотела? Что за чертовщина?       Ей было так приятно: приятно смотреть в светло-голубые глаза парня, наблюдая как в них отражаются тысячи огоньков от фонарей и гирлянд; приятно держать его сухую, горячую ладонь, покрытую стёртыми мозолями; просто приятно идти рядом, или за ним.       Внутренний голос кричал одуматься, уйти отсюда, найти братьев, но тело не слушалось.       Что он с ней делает?       Девушка поспешила списать всё на алкоголь.       — Придумал, — Рома отвернулся. — Котёнок.       — Что?!       — Что слышала.       Парень остановился у самого дальнего ларька. За прилавком сидел парень лет 20. Увидев Рому, он наклонился и достал из-под стола две или три бутылки с алкоголем. Одну из них, Пятифанов отдал девушке. В толпе он ориентировался ничуть не хуже Сони, может быть, из-за того, что пользовался своеобразным уважением и сама толпа, едва завидев Рому, спешила расступиться. Именно такую картинку представляла Диана, но, на самом деле, парень просто ловко огибал людей, время от времени толкая кого-то локтём.       Подойдя к одной из лавочек, где сидели какие-то младшеклассники, Рома прикрикнул на них. Перепуганные дети тут же убежали.       — Ну и зачем ты так с ними? Они же ничего тебе не сделали, — немного растерянно пожурила Диана.       Пятифанов встретился с ярко-зелеными глазами, в которых читался немой укор и недовольство.       — Да ладно тебе, котёнок, — усмехнулся он, наблюдая как краснеет лицо девушки. — А нам где сидеть?       Парень достал из кармана кожанки штопор, открыл бутылку и отдал её Диане.       — Прекращай меня так называть! Лучше уж быть «новенькой».       — Ну, хорошо, тогда можешь быть «Доськой».       — Издеваешься?       — Нет.       — Значит, издеваешься, — Диана нахмурилась и сделала большой глоток из бутылки.       — Бля, буду, я на трепло похож?       Девушка прищурилась, вспоминая их первый разговор.       — Ну… — она замолчала. — Не знаю, я ещё не поняла.       — Хуя заявочка, — хохотнул Рома, тоже отпивая из бутылки. На какое-то время воцарилось молчание. — Чё молчишь?       — А о чем говорить? О погоде?       — Можно и о погоде… Холодно сегодня.       — Ну так 1 января, что ты хотел… Не люблю зиму.       Они снова замолчали. Пятифанов, нет-нет, но поглядывал на девушку.       — Ну? — вдруг резко спросила она.       — Я вот чё спросить хотел… А чем я тебя, собственно, не устроил? Как только меня видишь, так сразу бесишься.       — Ну да, действительно, — в голосе сквозило раздражение. — Спешу напомнить, что мой брат подрался с Бабуриным, а ты просто стоял рядом и ничего не делал!       — Спешу напомнить, — в тон ей огрызнулся Рома, — что я потом с Сёмой разобрался и помог тебе дотащить твоего брата до дома. Почему вы, девчонки, запоминаете только плохое?       — Мы не запоминаем только плохое. Мы запоминаем и то, и то, а потом делаем выводы. Ты, Пятифанов, гопник, дерешься с младшими, отжимаешь вещи у слабых, прикрываясь понятиями. Но да, ты — молодец! Помог однокласснице дотащить её избитого брата до дома. Извини, медальки на таких «молодцов» закончились.       — Ты ж сейчас не только обо мне говорила, да? — вдруг поинтересовался парень.       — Как и ты под «девчонками» не меня имел ввиду… Мне один мудак в Москве с лучшей подругой изменил. — одноклассники замолчали минут на пять. — А ты о ком говорил?       — Да так, не важно.       — Об однокласснице? Она тебе нравится? — тут же задала вопросы Диана, пытливо вглядываясь в профиль Ромы.       — Ну да, — все-таки нехотя ответил он.       — Соня или Полина? — вдруг спросила девушка, вгоняя парня в ступор.       — Что? Откуда ты…?       — О, так я угадала! — тень улыбки скользнула по её лицу. — Что ж, тогда могу предположить, что Полина. Иначе, ты бы сидел здесь, с Соней.       — Кстати, — стараясь перевести тему, вдруг повернулся Рома. — Почему ты пошла за мной? Не осталась со всеми?       — Я… — Диана запнулась, нахмурившись. — Ну, ты повёл меня…       — И ты всегда идешь за всеми, кто тебя ведёт?       В голове так не кстати вспомнилась девушка в маске лисы.       — Мне просто стало интересно, зачем я тебе.       — И как, узнала? — настроение Пятифанова росло в геометрической прогрессии, когда он увидел, как покраснели щёки девушки. — Мне просто хотелось оторваться от их суеты, сечёшь?       — А я и алкашка — просто прикрытие?       — Сечёшь, — удовлетворенно кивнул Рома.       Дальше беседа почему-то пошла в спокойном русле. Оба чувствовали себя спокойно, расслабленно и никак не могли наговориться, словно два старых знакомых, что давно не виделись. Списывали всё на алкоголь.       Такою приятную атмосферу прервал громкий злой оклик.       — Диана! — Даня был зол и даже не скрывал этого. — Какого хера ты тут сидишь? Ты… Ты ещё и напилась? Со всем с дуба рухнула? — парень выдернул из рук полупустую бутылку и схватил сестру за руку. — Мы немедленно идём домой! А ты, — он, наконец-то, заметил нагло усмехающегося Рому, — ещё раз с моей сестрой увижу — пеняй на себя! Одной ментовкой ты у меня не отделаешься!       Диана только махнула рукой однокласснику, подстраиваясь под шаг брата. Дима шёл рядом, но, в отличие от Дани, он не злился: в его глазах читалось как беспокойство за сестру, так и весёлость от ситуации.       — Мы тебя всей семьей перед Мишей выгораживаем, а ты на самом деле с гопотой связалась?       Девушка вдруг рассердилась, выдергивая руку и останавливаясь посередине заснеженной улицы. Они отошли уже на достаточное расстояние, но гулкие басы всё ещё тихо слышались.       — Что ты такое говоришь? Действительно Мише поверил? Я просто говорила с одноклассником! Я виновата, что это Рома оказался?       — Дань, не перегибай. Ни с кем подозрительным, а уж тем более с гопниками, Диана не водится. Рома и Бяша только один раз помогли довести меня до дома. Я рассказывал. И Мише вообще верить не надо. Мог бы уже понять.       — Вот-вот! И вообще, ты как будто сам не пил в нашем возрасте!       — Пил, и поэтому хочу, чтобы вы не шли по моим стопам.       — Но я же чуть-чуть!       — Полбутылки в одного — это чуть-чуть?       — Ну не целая же!       Даня устало вздохнул.       — Ладно, горе луковое, пошли домой.       Аккуратно взяв сестру за руку, парень направился в сторону дома.