Нежность живет на кончике носа

Капитан Леви Аккерман въехал в Митру во главе своего отряда. Точнее тех, кто от него остался… Политики провозгласили их вылазку очередным триумфом разведкорпуса. «Скрывать правду, чтобы не сеять панику. Что ж, может это и к лучшему. Если мы все все-равно обречены». Он равнодушно окинул взглядом встречающую их толпу: с угощениями и радостными возгласами мужчины и женщины, старики и дети, тянулись к вошедшим в город солдатам. Несколько военных полицейских сопроводили их в отведенные для отдыха бараки. - Капитан Леви, вас приказано сопроводить для личной встречи. – Один полицейский обратился к Аккерману. - Я предполагал, что так будет. Но думал, что все же заслужил право на отдых, перекус и смену белья. Мне необходимо принять ванную. – Леви брезгливо поморщился, колотая рана в правом боку беспокоила гораздо меньше, чем начинавший явно ощущаться запах собственного тела. - О, не стоит беспокоиться вам предоставят все необходимое. - Ладно, отдыхайте, бездельники. Судя по всему, меня не скоро вернут. Так что у вас будет достаточно времени и расслабиться, и, – Леви смерил своих солдат строгим взглядом, - как следует убрать в помещениях после вашего отдыха! Капитан развернулся и вышел следом за полицейским. До него донеслись приглушенные но радостные восклицания ребят. «Они заслужили это. Пусть расслабятся, и порадуются жизни, пока она у них есть…» Леви стиснул зубы, направляясь к лошади. Он вовсе не боялся смерти. Сколько раз она плясала бок о бок с ним, сколько мельтешила у него перед носом, отбирая самых близких. Сколько раз он задумывался о том, чтобы пригласить ее собственноручно. Он прошел все стадии знакомства со смертью. От страха и ненависти, до принятия. Мысль о своей смерти он больше не форсировал, но воспринимал совершенно спокойно. Но все еще. Все еще отдавало болью, когда погибали его ребята. Хоть он и старался не привязываться больше ни к кому. - - - Во дворце его отвели к сооружениям для прислуги. Пройдя через роскошные сады и внутренние дворы, Леви оказался среди небольших домов, в три улочки, возле просторной зеленой поляны, окруженной рослыми деревьями. На поляне тянулись веревки для сушки белья. В воздухе пахло мылом и крахмалом. Маленький райский уголок в самом сердце столицы. - Не подумайте чего, капитан, просто ее высочество распорядилась - Полицейский неловко закинул руку за голову, подбирая слова. – Дескать так будет вам спокойнее. Тут вам организуют все, и еду и комнату, и свежую одежду. Ее Высочество приказала вам не торопиться, как будете готовы для встречи - отправьте весточку. Капитану и правда понравилась опрятность и спокойствие в этом месте. Я понял. К кому мне обратиться тут? Да вон, там на поляне старшая прачка. Она всем тут заведует – к ней и идите. Полицейский поклонился, не скрывая восхищения Аккерманом, и заторопился по своим делам. Леви спешился. От резкого движения рана в боку напомнила о себе. «Позже» - подумал он. Уверенным шагом капитан направился к поляне. На траве стояла деревянная кадка с постиранными простынями. Ветерок тормошил края уже развешанных покрывал. Сквозь белоснежный хлопок виднелись очертания женщины, которая старательно расправляла ткань и крепила ее прищепками. По мере приближения Леви различил тихий напев. Он удивился бодрости голоска, ведь представил себе старшей прачкой дородную повидавшую виды старуху. Ступив за одно из покрывал, капитан Леви замер от изумления. Между развевающимися на ветру белыми как первый снег простынями, окутанный душистым запахом мыла и родниковой воды, стоял настоящий ангел! Ее густые ярко-медные локоны, с золотистыми прожилками, длинные, до самой талии, были собраны белой косынкой на затылке, и спадали на спину, тем не менее открывая алебастровую шею, матовую словно фарфор, точеную скулу и аккуратную раковину уха, немного розового по краю. От усердия порозовела и щека, и, немного, самый кончик носа. Девушка стояла боком, и ее четкий профиль сразу отпечатался в памяти Аккермана, как прекраснейшее из виденных им произведение искусства. Темно-коричневая льняная юбка подобрана с одного бока и заткнута за пояс, открывала миру длинную ногу, принадлежащую не менее чем богине. Засученные рукава белой рубашки, распахнутый ворот, обнаживший худые ключицы и кокетливую ложбинку меж полных грудей. Непослушная прядь выбилась из под косынки, и девушка то и дело убирала ее за ухо, но как только наклонилась к кадке - прядь снова падала на глаз. Она ощутила его пристальный взгляд и повернулась. Его глаза встретились с ее большими, серо-зелеными словно озера в солнечный день, глазами, приветливыми и смешливыми. Леви опешил от неожиданности. Его окатило таким теплом, которого он не ощущал уже десятки лет. Девушка же трактовала его выражение лица по-своему. На ее прекрасном лице мелькнул испуг. - Капитан Аккерман! – Она бросила обратно в кадку прихваченную было простыню, и поспешно вытирая руки о передник, направилась к нему. – Добрый день! Простите меня, ради прародителей! Давно ли вы уже ждете? Я совсем не слышала как вы приехали! Все для вас готово! Наверняка устали с дороги! Простите! Девушка подошла близко, Леви даже испытал порыв отступить на шаг. Она оказалась немного выше капитана, но за счет того, что по холму стояла дальше, смотреть ей в лицо Аккерману приходилось как бы снизу вверх. Она протянула руку, и представилась: - Кэтрин Сейл, придворная прачка. Можно просто Кэти. – Она кивнула и снова посмотрела ему прямо в глаза: - Очень большая честь лично встретить вас, капитан! Вы же настоящий герой! – На этих словах девушка наконец смутилась и отвела взгляд, покрываясь румянцем. Леви пожал ее горячую ладонь, и отметил как дрожит ее рука. «Возможно, она так не заметит…что моя тоже дрожит… Да что это такое! Соберись!» Он прочистил горло, и поторопился отпустить ее руку. - Добрый день. Мне тоже очень приятно. Давно, Кэтрин, я жду уже слишком давно. – Леви рассеянно попытался вспомнить где он и зачем вообще пришел. И реальность вернулась болью в правом боку. Он поморщился, невольно прижав рану рукой. – Я только что прибыл, и с радостью осмотрю отведенные мне апартаменты. - Конечно, само собой. Вот идите за мной, я вам все покажу. Тут рядом. – Девушка повела его по узкому переулку. - Этот коттедж выделили полностью в ваше распоряжение. Это холл, гостиная, столовая, наверху библиотека и спальня. Рядом со спальней ванная, горячая вода заготовлена уже, я сейчас распоряжусь. Извольте пока чаю с выпечкой, а после ванной как пожелаете: если сразу обедать – я скажу подать. Или вы может предпочтете сначала прилечь отдохнуть ? Леви машинально проводил пальцем по поверхностям, полкам, и под столешницами : - Идеальная чистота. – Заключил он, внимательно глядя на палец. - А то как же! Специально к вашему приезду готовились, по нескольку раз все драили! Девушка поднималась впереди капитана по лестнице, показывая домик. Она забыла отдернуть юбку, видно было что она взволнована их встречей. Леви отдал должное ее самообладанию, он растерялся гораздо больше, хоть сам от себя такого не ожидал. И эта мелькающая девичья нога, обнаженная до самого бедра продолжала отвлекать его от ее речи. Леви нахмурился и отвел взгляд. - Я предпочту сначала принять ванную и переодеться. Потом поесть. Еще, мне понадобиться антисептик, бинты, игла и нить. - Капитан, вы ранены? – Кэтрин всплеснула руками тут же проявив такое участие, что Леви даже испытал раздражение. – Так я пошлю за доктором. Все необходимое вы найдете в спальне, сейчас будет и вода. – Она резво пустилась мимо него по лестнице, задев грудью его плечо. Он резко остановился от этого касания и вес натянулся словно струна. Девушка это сразу заметила – Ой простите, вам больно? Я такая неаккуратная. Не идите в ванную! Прилягте и ждите доктора. Я мигом ! – Раздосадованная собой, предполагая что причинила капитану боль и разозлила его, молодая прачка пулей вылетела из коттеджа, и только тут заметила свою задранную юбку. - Вот же дьявол! Он небось меня на куски порвать готов! – Кэти прикусила губу и побежала звать доктора. – Хотя виду не подал, но глаза… прям молнии метали… не даром говорят что с ним шутки плохи. Доктор сразу пошел наверх к капитану, а прачка осталась на кухне. - Ну, - заговорщически подсела поближе полная моложавая кухарка, сгорающая от любопытства. Она то на кухне возилась, и не слышала как капитан с прачкой осматривали дом. – И как он? - Все правда , что говорят! – прачка взяла пригоршню изюма из вазочки, и по одному мечтательно ложа сухие ягоды в рот, пересказала кухарке свою первую встречу с Легендарным Капитаном Леви Аккерманом. – Такой красавец мужчина! Только вот такой глубокий след грусти у него в глазах. Как у бездомного щенка. – подытожила она. - Хахах! Хорош щеночек! Десяток другой титанов на куски изрубил в одиночку почитай! О его зверствовании и над титанами и над своими солдатами легенды слагают. Не особо добрые. - Кухарка внимательно посмотрела на Кэтрин думаешь, он сильно на тебя зол? Еще вон и ляжкой ходила светила перед ним! Эхъ! Кэтрин поежилась. Чувства были смешанными. Теперь страх немного прошел, и она вспомнила как капитан посматривал на ее ногу. - Не знаю, сильно ли зол. Заставить ждать героя. Пнуть раненого. Если нрав у него как рассказывают, мне не позавидуешь. – Девушка обреченно вздохнула, дожевывая изюм. В кухню вошел доктор. - Капитан Аккерман будет отдыхать, он попросил передать что кухарка может идти, пусть только проверит что есть все необходимое, чтобы приготовить тушеное мясо. А вот вас, Кэтрин. Он попросил задержаться и дождаться его. – С абсолютно невозмутимым видом передав распоряжение капитана, доктор попрощался и вышел. Кухарка же снова посмотрела на молодую прачку, вскинув брови. - Видать таки капитан недоволен! Кэтрин в отчаянии посмотрела на старшую подругу: - И что же теперь? Будет меня отчитывать ? - Да кто ж знает, в лучшем случае отчитает просто. В худшем выпорет и трахнет. Вот теперь и думай как себя ведешь! Следовало стоять у ворот и высматривать его лошадь, а не песенки на лугу распевать! Ну не реви. Не реви. – Женщина прижала девушку к пахнущей сдобой груди. – где наша не пропадала.. Наше дело простое, прислуживать господам. Что ты занялась то так, сама говоришь вон « Красавец мужчина!» Чайне в первый раз, все, пошла я. Немного успокоившись Кэтрин осмотрелась на кухне, и решила взяться за чистку картошки. Раз уж капитан хотел тушеное мясо, она хотя бы как то попробует загладить свою вину. - И что это ты тут делаешь? – Раздался уже знакомый голос Капитана Аккермана за ее спиной. Кэтрин обернулась. Леви стоял в дверном проеме сложив на груди руки и насупив ровные черные брови. Сердце девушки замерло, но ей показалось, что в глазах капитана вовсе не было злобы. - Я решила приготовить вам тушеное мясо, пока вы отдыхаете. – Робко ответила девушка, прикусывая губу. - Я о таком вроде не просил. Я четко сказал отослать кухарку. И оставить продукты. Но готовить не говорил. – Леви поднял бровь, пытаясь понять, почему девушка так напугана. - Доктор что-то напутал? -Н-нет.. –Заикаясь от переживания, Кэтрин положила картошку на стол, но нож не торопилась выпускать из рук. Капитан был похож на хищника прижавшегося к земле перед прыжком. Она не ошиблась, внутри Леви весь сгруппировался и готовился к решающему прыжку. И он даже сам себе не признавался, насколько боится промахнуться. - Я сам хочу готовить это блюдо. – Он опустил руки, и подошел ближе к Кэтрин. – И я хочу пригласить тебя поужинать вместе со мной. – Он едва заметно перевел дыхание, продолжая смотреть девушке в глаза. – Если, конечно, тебя к ужину дома не ждут муж или парень. - Все же сдал и на мгновение отвел глаза. Кэтрин медленно улыбнулась, откладывая нож на стол рядом с картошкой. От капитана пахло мылом и лосьоном для бритья. Волосы еще влажные после ванной острыми прядками спадали на лоб. Впервые она посмотрела в его глаза без опаски, и увидела в их глубине страх, совсем маленький и робкий но настоящий страх, что она откажет. Глаза воина, хладнокровного убийцы титанов, мужчины победившего десятки раз саму смерть, были обращены к ней с огоньком тепла и надежды. Девушка ответила ему своим самым нежным взглядом. - Я с радостью с вами поужинаю, капитан Аккерман. Спасибо за такое лестное приглашение. – Она снова залилась румянцем. Как же ему нравилась ее простота и прямота. Ровно настолько же сильно, насколько навсегда отвратили наигранные ужимки кокетниц и блудниц. Он протянул руку, не сдержав порыва обуревающего его изнутри счастья, и осторожно заправил ей за ухо непослушную медную прядь: - Леви, зови меня просто Леви. И, наверняка мы можем перейти на ты, не настолько же я тебя старше. Кэтрин сделалась пунцовой, и отступила, обойдя стол, принялась мыть руки от крахмала картошки. В моменты растерянности или неловкости она всегда становилась излишне болтлива: - И правда, не так уж и старше. Мне в мае будет 25, уже юбилей. Родители все уши прожужжали тем что замуж давно пора, ну сам понимаешь, им лишь бы выдать. А я девушка с характером, и переборчивая , мне не угодить так просто. – Она захохотала и потянулась за полотенцем, которое заботливо предложил капитан. – Только тут вопрос обращения не только же в возрасте. А в уважении. Вы, ой прости – Она исправилась, отвечая на приподнятую бровь Аккермана. – Ты, вон какой мужчина! Опытный бывалый, я имею ввиду в бою, да и по жизни. А я всю жизнь тут при дворце прачкой живу, даже и города особо не знаю. - Леви ухмылялся, слушая как девушка рассказывает о себе и своей жизни и семье, своих мечтах и страхах, и занялся приготовлением ужина. - - - - Какая же вкуснятина! Просто объедение! – Вторая порция тушеного мяса и третий бокал вина совсем раздобрили и расслабили девушку. Она не просто больше не боялась капитана Аккермана. Она смотрела на него с нескрываемым восхищением. И это было уже не то восхищение, которое она испытывала днем. Не от слухов о нем и его подвигах. Она слушала его истории, наблюдала за движениями рук, отражалась в его глазах, и буквально таяла от такого обаяния. Его руки, кисти, были сильными но такими изящными, как он держал кубок с вином. Как аккуратно обращался ножом и вилкой. Леви собрал посуду, и тут же ее вымыл, она не успела и слова протеста вставить. А потом обтирая руки, осторожно повесил полотенце на крючок, и повернулся к стоявшей позади него Кэтрин. - Прекрасный ужин. – Девушка улыбнулась. – Спасибо. Леви кивнул. Он снова напрягся, от прежнего его вдруг не осталось и следа. Он подумал, что девушка сейчас уйдет. И правда, было уже поздно. «Надо ее проводить». Подумал он. Как вдруг она сделала шаг к нему и нерешительно остановилась. Леви стиснул зубы. Она сделала шаг. Она сама сделала шаг к нему, страшному грубому капитану Аккерману. Эта волшебная фея, этот невинный ангел. Она не должна больше никогда делать ни шага, все все остальные расстояния , какие бы вдруг их не разделили, Леви знал – теперь он пройдет их сам! Преодолеет все преграды. Сердце бешено забилось от радости, но он все еще медлил, все еще не мог решиться. Ведь будущего может и нет… Ни у кого из них.. А сделать этот шаг – это значит обречь ее на себя. Кэтрин замешкалась, она снова поняла все по своему. - Ой, что это я. Уже так поздно, я наверное… - Леви молниеносно оказался рядом с ней. Ничего не имело значения. Все его сомнения и тревоги. Все ничтожно! В мире есть только это пламя бушующее в его сердце, пламя ее волос и звон ее смеха! И это все. Впервые за столько лет, сегодня на этом лугу… неожиданно наполнило его желанием жить! Жить для нее и любить ее! Он стоял перед ней, глядя в ее серо-зеленые глаза. Стоял и уже не сомневался. От нее пахло мылом, медом и вином. В уголках вишневых губ играла улыбка. Леви одной рукой потянулся к узелку на ее затылке и развязал белую косынку, освобождая медно-золотистый водопад ее волос. Косынка упала на пол. Кудри обрамляли ее лицо как накидка из чистого золота. Он запустил руку в ее волосы на затылке и приблизил свое лицо к ее, шепча: - Не уходи. Пожалуйста, останься. Можно? Она едва кивнула, приоткрывая губы. И Леви прильнул к ним самым нежным поцелуем, осторожно и трепетно вкушая ее сладость и терпкость. Кэтрин уже долго пристально смотрела на его губы и думала только о том, как жгуче хочет целовать их. Она совсем мало флиртовала с парнями и не была особо увлеченной любовными игрищами, если сравнивать с другими девушками. Леви пробудил в ней желание, которого раньше она не испытывала. И когда он помыл посуду, и все еще никак не проявлял дальнейшего к ней интереса, она решила что на этом все. Снова и снова прокручивая момент, когда он убрал прядь ей за ухо, и ее прошибло мурашками, она не понимала, почему же он больше ничего не предпринимает. Когда же он не двинулся на встречу после ее нелепого первого шага, девушка решила что пора уходить, все еще сохранив хоть какие-то остатки достоинства. Только никак не могла себя заставить. Уходить… Уходить от него не хотелось никогда. Что это? Он смотрел на нее, и каждая клеточка наполнялась радостью. Металась от счастья. И вот он оказался рядом. Почему он медлил? Думает справиться ли она? Может и нет, может и будет слишком страшно, больно и сложно. Но то что Кэтрин чувствует - только это теперь имеет значение. Его поцелуй полный нежности, Кэтрин таяла в руках Леви. Каждое новое движение его губ и языка, по ее коже. Он целовал ее шею, проводил языком по ключице, и аккуратно прикусывал нежную кожу груди. Она шарила руками по его широкой спине, ощупывая стальные мускулы играющие при каждом движении. Запускала руки в его волосы, когда он требовательно целовал ее глубоко проникая языком в рот, играя с ней. Леви подхватил девушку легонько, словно пушинку, и усадил на кухонный стол. Предварительно краем глаза проверив, что столешница чиста. - Какой ты сильный! – не сдержала своего восторга Кэтрин. - А ты такая легкая, Кэти! Моя кошечка Кэтти, моя белая волшебная кошечка! – он расстегнул оставшиеся пуговки ее рубашки и провел языком между грудей. Осторожно положив руки на сочную грудь девушки. Леви снова целовал ее в губы. От того, как пальцами он играл с ее сосками, Кэтрин застонала. Леви спустился к соскам, обхватив один губами, рукой одновременно притягивая девушку за попу поближе к краю столешницы. - Леви! – Простонала она его имя. Он медленно поднял ее юбку, проводя по ноге горячей ладонью, вверх по бедру, так манящему его днем. Ее формы были идеальны. Голову застилал туман блаженства. – Леви. - Снова простонала Кэтрин. Он не сразу понял что девушка обращается к нему. - Да, моя волшебная? Что? – Он поднял на нее внимательный, хоть и затуманенный желанием взгляд. - Леви… Я.. я раньше не была с мужчиной. - Краснея сказала Кэтрин. Она смотрела на него, словно извиняясь, и этим вызвала недоумение капитана. Но потом он наконец осознал что она имеет ввиду. - На самом деле это не важно, прелесть моя! Или ты не хочешь? Если не хочешь, то не будем. - Он испугался, что может перегнул палку. - Нет нет. – Кэтрин притянула отступившего было мужчину обратно к себе, обняла и прижалась ухом к его груди. – Это просто… Я боюсь.. ну, что и как будет. И что бы все было хорошо. Леви отстранился , подняв ее лицо за подбородок и посмотрел Кэйти в глаза: - Если ты и правда меня хочешь, то ничего никогда не бойся! Со мной тебе нечего бояться. – Он ласково чмокнул ее в раскрасневшиеся от поцелуев губы. – Идем. Это не должно случиться на кухонном столе. Капитан взял Кэтрин за руку и повел за собой наверх. Стоило им подняться по лестнице, как он подхватил ее на руки, и торжественно понес в спальню. - Прости, я на самом деле очень старомоден. – Усмехнувшись, Леви уложил ее на широкую идеально белую постель с тюлевым балдахином, и снова принялся целовать. Сладко страстно нежно, с все более нарастающим нажимом. Постепенно его язык и руки становились все требовательнее, но он не торопился. Девушка расстегнула его рубашку в покрывала поцелуями его ключицы и плечи. От каждого касания ее губ по телу разливались волны блаженства и по коже бегали мурашки. Освободив Кэтрин от юбки, Леви довольный любовался ее прекрасным телом. Тонкие хлопковые трусики да расстилавшиеся по груди медные локоны - это все, что скрывало от него ее абсолютную наготу. Любуясь своей возлюбленной, Леви медленно расстегнул запонки и оставшиеся пуговицы рубашки. Тут Кэтрин увидела повязку на правом боку. - Постой, тебе больно? – Она испугалась, что совсем забыла о его ранении. А он же даже на руки ее поднимал. - Да ерунда. – Леви отмахнулся, он и правда совсем забыл о боли. Обо всей своей боли. Подумав об этом он улыбнулся. – Спасибо тебе. Ты спасаешь меня. Уже обнаженным торсом Леви прижался к горячей Кэтрин. Наконец она ощутила его кожей к коже. Его руки изучали каждый сантиметр ее тела, играя пальцами от груди к пупку, и ниже, забираясь за кромку трусиков. Он гладил бедро одной рукой, целовал ее взасос, и нежно поглаживал волосы на лобке. Постанывающая Кэти выгнулась дугой в его руках, когда требовательные пальцы Леви двинулись дальше и коснулись клитора. Едва скользя, медленно нажимая он сводил ее с ума. Пребывая в не меньшем экстазе, просто впитывая ее блаженство, Леви решил что обязан сделать этот раз просто божественным для своего ангела. Он сдерживал свои порывы, стараясь растягивать размеренный ритм, и полностью следовать только ее темпу. Потом можно будет двигаться быстрее, брать ее резко, потом в следующие разы, с каждым разом все больше пробуя и наслаждаясь друг другом. Сейчас же он должен быть медленным и осторожным, пока она не будет готова, пока сама не потребует большего. Но как же она манила и разжигала его! То, как Кэтрин двигала бедрами вторя движениям его руки, как изгибалась, как уже требовательно расстегнула пояс его брюк и нетерпеливо притягивала его за ягодицы к себе, наконец послужило сигналом. Леви сбросил брюки и белье, и буквально взвыл от неожиданности – дерзкие пальчики Кэти тут же обвились вокруг его пульсирующего от возбуждения органа. Аккерман едва перевел дыхание, успокаивая тело и снова отдаляя подступивший вплотную оргазм. Он посмотрел на нее, шумно выдыхая и приподняв брови. - Осторожнее, ангелочек, не торопись так… я и так сдерживаюсь с трудом. Она же широко раскрыла глаза от удивления : - Ого! Ну это же. Намного больше чем я могла пред... Я имею ввиду – наверное будет больно? Леви снова усмехнулся губами в ее губы и коснулся кончиком носа ее носа: - Ты же мне доверяешь? Я буду очень нежным. Больно не будет. Кэти снова провела пальцами по его члену. - Ты такой красивый. – Прошептала она. Леви ответил ей поцелуем. Не прерывая который, он снова забрался в уже промокшие насквозь трусики. Лаская девушку он спустился поцелуями по шее к ключице, от ключице к груди, поиграл с сосками поочередно, потом ниже. Кэти затрепетала, он целовал ее живот, кусал торчащие над бедрами косточки. И поясницу прошибло электрическими разрядами удовольствия. Тем временем Леви снял с нее трусики и коснулся клитора языком. От новой совершенно незнакомой волны удовольствия Кэти застонала громко и протяжно. Он взял ее за руку и их пальцы переплелись. Другой рукой девушка гладила его по затылку. Пока его язык изучал ее самые сокровенные складочки и углубления. Она запускала руку в его черные шелковистые волосы, и повторяла его имя. Снова и снова, Только распаляя его задор. Чувствуя приближение пика своего блаженства Кэтрин схватила простынь комкая ее в кулаке. Леви остановился, незаметно вытерев губы и подбородок о покрывало, он поднялся к ней. Девушка смотрела на него с недоумением. Хитрец улыбался. Он прильнул к ее сладким устам поцелуем насыщенным всей нежностью и трепетом, которые только могли накопиться в душе этого мужчины за годы его страданий и истязаний внешних и внутренних. И Кэтрин почувствовала как его горячая головка коснулась ее возбужденного на грани оргазма клитора. Он потерся об нее, она громко застонала, не прерывая поцелуя. Подалась вперед и медленно сама насадилась на его большой твердый член. Он легко проскользнул внутрь ее разгоряченного до предела лона. Все же Леви не позволял себе забыться. Он приостановил ее на полпути. И только удостоверившись что ей хорошо, сам уже вошел до основания. - Как же это приятно, быть с тобой настолько близко! Ближе не бывает! Леви Аккерман! Люби меня! – Кэтрин смотрела в его глаза, и ее взгляд одновременно подернутый пеленой сексуального желания был так ясен. – Люби меня всегда! Люби меня! Леви, целуя ее, начал осторожно двигаться внутри. - Люби меня сильнее! - Потребовала Кэтрин, ускоряя его темп. Она притягивала его близко, чтобы он входил целиком, и давала ему почти выйти из нее. Все быстрее и быстрее. Леви вспотел, но не обратил на это внимания. Ее запах , тела мыла и меда сводил с ума. Он вошел целиком. Еще и еще раз, и вот стон Кэтрин превратился в настоящий крик. -Да! Да! О, Леви! Дааааааа!!!- Она притянула его, обняв ногами, и Лени ощутил как сильно она сжала его внутри. - Кэти, о вселенная!!! – Леви громко застонал. Сил сдерживать себя у него попросту больше не осталось. Он разлился в ней искренними блаженством и радостью, и на глазах Аккермана выступили слезы. Еще несколько минут они целовались, наслаждаясь ярким послевкусием такого мощного оргазма. Леви касался кончиком носа ее носа, и шептал ей ласковые слова. - Ты прекрасная волшебная кошечка. Моя. Я никому тебя не отдам. Аккерман даже на минутку задремал, что было ему вообще не свойственно. Усталость все же давала о себе знать. Кэтрин лежала рядом с ним и просто любовалась его чертами. - Это я тебя никому не отдам, Леви Аккерман. Он открыл глаза и усмехнулся. - Вот как? – Леви притянул к себе возлюбленную. – Не сочти меня грубияном, или озабоченным маньяком но … Давай пойдем вместе в ванную? Там еще полно горячей воды. Кэтрин в ответ поцеловала его дразняще и вызывающе, обнимая и прижимаясь к его сильному обнаженному телу. - - - Всего то неделя была в их распоряжении. Одна неделя. И они провели ее вместе. Но сегодня настал день, когда придется снова расстаться. Леви стоял у ворот , проверяя сбрую и старался не думать о плохом. Он услышал шаги Кэтрин и обернулся. Она торопилась. - Я боялась что ты уедешь не попрощавшись. – В ее глазах стояли слезы. - Дурашка, почему бы я так сделал? – Леви нахмурился и усмехнулся. – Ты не веришь мне? Я скоро вернусь. Все будет иначе, и я больше никогда не оставлю тебя, Кэти. Я обещаю. Он прижался лбом к ее лбу, и потерся носом о ее нос. - Знаешь, я сейчас подумала. Нежность живет на кончике носа. – Всхлипнула она. Как ни старалась, а утаить своего страха за любимого Кэтрин не могла. – Береги себя, слышишь!? Для меня себя береги! Будь осторожен! Леви поцеловал свою белую волшебную кошку, вдыхая аромат ее волос и тела, запах мыла и меда. - Обещаю. Он запрыгнул на коня и понесся прочь. Сердце не разрывалось, пульс не частил. Леви вышел на тропу войны, и его мысли и цели были кристально ясны. - Теперь я понимаю тебя, Эрон. Я на твоей стороне. Мы должны уничтожить их всех. Всех, за стенами. И построить свой мир. Я вернусь к тебе, моя нежная белая кошка…и останусь рядом уже до конца. Чтобы любить и оберегать тебя. Наш дом и нашу семью. Которую мы создадим в новом мире! Я клянусь, что вернусь к тебе! И никогда, слышишь, никогда больше тебя не оставлю!