Чувства

Снег медленно шёл, заметая всё белым настилом. Мороз залезал во все щели. В эту ночь старинный замок выглядел ещё более сонным, словно его укрыли снежным пледом. Но давайте заглянем во внутрь. В комнате горел ярким пламенем камин. А рядом, свернувшись в калачик, лежала змея. На кресле завернувшись в одеяло сидел молодой парень, чьи волосы так напоминали снег, а душа впитала весь холод зимы. Лишь глаза красные, как рябина, доказывали, что он жив и имеет чувства. Грусть и радость. Ненависть и любовь. Да, в последнем он делал большие успехи, осваивая. Целовал, обнимал, покрывал комплиментами, смущал и возбуждал. Он не задумывался, что может дарить другому человеку столько счастья и получать взамен тоже самое. Губы приподнялись в насмешке. Воспоминания того дня всплыли, подпитывая собственное самолюбие полубога. *** Первый снег, кружась, опускался на землю. Зима вступала в свои законные права. Мороз неприятно щекотал ноздри и забирался под толстовку, заставляя каждый раз вздрагивать от самого малейшего дуновения ветра. Парень встряхнул головой, стряхивая с головы снежную шапку. С боку послышался тихий смешок. Голубые глаза недобро блеснули. Люциус уклонился от грубых рук Лололошки, что попытался его схватить. Азарт зажёгся внутри. Полубог со всей прытью дёрнулся в сторону замка, что величаво возвышался на горизонте. За ним стрелой полетел шатен, что-то грозно пыхтя ему вслед. Со звонким смехом и шутливыми угрозами парни добежали до озера, покрытого тонким слоем льда и задорно отражающего лучи солнца. Воин был совсем близко вот-вот и он достанет до юноши и сожмёт в своих объятьях. Да, всего лишь пара жалких сантиметров и сын огня будет в его плену. — Лололошка! — Беловолосый дёрнулся назад заваливаясь на бок и после вовсе падая на землю. Он взглянул на глянцевую поверхность озера. — Бестолковый дурак! — Люциус вскочил на ноги, поднимая шляпу, что слетела с его головы, и отряхивая одежду от снега и грязи. Он сердито свёл брови, насупив нос, но после успокоился и слегка взволнованно спросил — Ничего не ушиб? — Не-а, только по-моему ты мне руку придавил — Лололошка сел, пока ещё на зелёную траву, начиная круговые движения рукой. Закончив свои махинации, мироходец встал, нежно целуя в нос полубога, который по-видимому этого и ждал, так как он довольно улыбнулся целуя парня в губы. — Какой ты у меня красивый. Выдохнул шатен, смотря на Люциуса сквозь полуприкрытые глаза. Беловолосый тихо шикнул, закрывая глаза парня, чтобы тот не видел его смущения. Спустя ещё пару поцелуев и кокетливых шуточек, парни бок о бок пошли в замок, где их уже заждалась змея. Ей было до жути холодно. Люциус это понял, когда рептилия забралась под его штанину, закручиваясь вокруг его ноги. Лололошка толкнул его в бок локтём. — Ты теперь у нас мамочка, — Рома прикусил заострённое ухо полубога, забираясь одной рукой под рубашку парня. Люциус покосился на него с непониманием глядя на него, в ожидании резкого ответа. — Не накормишь своим молочком? Мироходец ущипнул полубога за сосок, после чего задорно захохотал убирая свою руку. Люциус побагровел, недовольно отвернувшись, но после повернулся обратно, притягивая парня к себе за клетчатую бандану. — Хорошо, малыш. — Люциус щёлкнул пальцами и они оказались в спальне, где тихо потрескивал камин, специально оставленный для змеи, которая почти сразу слезла с ноги хозяина и поползла к теплу. Рома, небрежно брошенный на кровать, молча лежал, запоминая каждую частичку кожи, что освещал огонь с каждой секундой разгораясь всё сильнее, будто чувствуя их страсть. Первая пуговица расстёгнута, за ней последовала другая, открывая вид на белоснежную кожу. Рома потянулся, прикасаясь к нежной груди полубога, который ответил тихим вздохом. Эта медлительность так будоражила и возбуждала. Шатен прильнул к губам Люциуса, мягко сминая их, в сладком поцелуе, что казалось, длится уже вечность, за которую они успели сбросить с себя все ненужные в данный момент элементы одежды. — Лежи смирно! — Полубог прижал парня к кровати, после чего перебрался на его грудь. — Кто-то здесь хотел молочка? — Сын огня довольно улыбнулся, зарывая одну руку в пушистые кудри мироходца, а другой обхватил член, прижимая его к пухлым губам возлюбленного. — Соси, малышка! Рома усмехнулся, проталкивая кончик языка в разрез, собирая выступившие капли смазки, после обхватил головку губами. Люциус изредка двигался на встречу, отдавая инициативу войну, чему тот был рад. Бегая руками по разгоряченному телу. —Лололошка, я сей...час! — Люциус толкнулся глубже, опираясь руками по обе стороны. Рома поперхнулся, выпуская член изо рта и выплёвывая сперму на красную простынь. Чёрная пелена медленно спала с глаз, также постепенно пришло осознание. Огненный спохватился, вставая с груди мироходца, садясь на его бёдра. — Извини! Воин, вытер губы, после махнул рукой, буркнув в ответ что-то вроде «Ничего», после шлёпнул огненного мага по ляжкам, уже с легкой усмешкой на лице. — Теперь тебе придётся принять моё молоко, — шатен вставил два пальца в промежность, громко вскрикнувшего полубога, что возмущено ударил того по груди. — Ты же не хочешь порваться? — Парень протолкнул ещё один палец, под недовольные шиканья беловолосого, что уже начал соскребать с него кожу заострёнными ноготками. — Вот и всё! С пошлым хлюпаньем Лололошка вытащил три пальца из растянутого ануса возлюбленного. Правитель ада закусил губу, обхватив чужой член и постепенно проталкивая его внутрь себя. Люциус выгнулся, сжато выдыхая, когда горячая плоть полностью оказалась внутри него. Бёдра сжали чужие руки, аккуратно поднимая их вверх и также мягко опуская обратно, до характерного шлепка. Всё начало приобретать более быстрый и резкий ритм, стоны и тихие вздохи, громкие шлепки, мокрой кожи о друг друга, влажные хлюпанья — всё приятно било по ушам, вознося и растворяя в наслаждении. Лололошка приподнялся быстро двигая бедрами и до побеления в костяшках сжимал чужие, держа в одном положение. Люциус откинулся назад, опираясь на свои руки. Воин протяжно застонал прижимаясь со всей силой к отверстия, прежде чем упасть на кровать и повалить на себя сына огня. — Лололошка! — Полубог горячо зашептал, утыкаясь в изгиб шеи и чуть приподнимаясь,чтобы шатен мог спокойно обхватить его ствол. Рука машинально двигалась по всему члену торопливыми движениями, выжимая из парня всё больше сил и стонов. Люциус прижался к губам Ромы, гортанно простанывая, изливаясь в его руку, напоследок пару раз толкаясь в кулак. — Хорошо. Сын Агния зевнул, уютно устраиваясь под боком мироходца, что прижал его рукой к себе, устало хмыкая в согласие. *** Дверь заскрипела, сзади послышались тяжёлые шаги, а после к щеке полубога прижались горячие губы, снова и снова отрываясь и припадая к лицу повелителя Ада. Холодные руки заползли под плед, а после и под ночную рубашку, щипая нежное тело. — Я тебя люблю. — тихо прошептал первый, останавливая свои ласки. — Я тебя сильнее — Ответил второй, завлекая того в поцелуй, сплетая их языки, соединяя их сердца и души. — Сильнее. Он умеет чувствовать и умеет дарить эти чувства. Он любит и хочет любить. Он доказал это всем и себе.