Интересно, какими будут наши дети?

      Завтрашняя церемония будет особенной. Джехт не могла объяснить почему, она просто знала, что это будет так. Её советники разделяли это воодушевление, хотя склонность к рациональности заставляла списать бурлящие чувства на банальное волнение. Удобный предлог, чтобы не размышлять над этим слишком сильно и полностью сосредоточиться на подготовке. Матриарх не могла их винить, в конце концов уже завтра их племени предстоит достойно встретить очень важных гостей.       Даже её собственные дети без устали бродили по всем уголкам Сумеру, дабы достать все необходимое. Им едва исполнилось шестнадцать, а они уже по уши в делах клана. От осознания этой мысли она не смогла сдержать глупую улыбку. Её собственные дети, бескорыстно помогают в делах её собственного клана. И все это благодаря Итэру, её дорогому мужу, чья героическая смерть увековечена тем самым ежегодным ритуалом.       — Больше пятнадцати лет, да? Как ты там говорил… Даже самое короткое мгновение разлуки, кажется вечностью. — протянула женщина, лениво отводя взгляд от пейзажа, видневшегося из окон личных покоев. Очередное погружение в меланхолию прервал громкий топот и веселых смех, источники которых быстро приближались.       Уже через несколько секунд входная дверь с грохотом отворилась. На пороге стояли двое: брат и сестра. Высокая молодая девушка с короткими светлыми волосами начала махать руками, приветствуя свою биологическую и сакральную мать. Тем временем, молодой парень с тёмно-синими волосами преодолевал последние ступени, прежде чем поравняться со своей родственницей.       — Мама, мы вернулись! — прокричала юная девушка, за что и получила хорошо отработанный подзатыльник от своего брата. — Ауч! Янь, какого хрена?!       — Нечего вламываться, Инь. — спокойно ответил парень, скидывая с плеч два мешка, доверху забитых неизвестным содержимым. — Простите Матриарх, моя сестра как всегда повела себя неуважительно.       Несмотря на то, что младший из двойняшек был ниже и слабее своей сестры, именно он был лидером в их неугомонном дуэте. Чувство долга и желание защитить их семью от опасности, явно досталось ему от отца. С другой стороны, их дочь, по характеру, была вылитой копией своей матери. Взбалмошная, энергичная, до безумия сильная, но вместе с тем хранящая в своей душе много боли, о которой знают, лишь самые близкие люди. Воистину, дети своих родителей.       — Опять ты со мной на вы, как будто я для тебя чужая. — сказала Джехт, театрально запрокинув голову назад. Закат наполнял помещение насыщенно-оранжевым цветом, что в совокупности с золотой вуалью, скрывавшей верхнюю часть лица женщины, придавало ей полумистический образ. — Мой собственный сын, как ты можешь быть таким жестоким?       — Верно-верно, ты жестокий. — вторя словам матери, говорила Инь, даже не стараясь скрыть свою игривую ухмылку. Обойдя дорого братца, девушка игриво ударила его локтем в бок. — Чтобы сказал наш дорогой отец, если бы увидел тебя сейчас?!       — Уверен, он бы меня похвалил, ведь я единственный, кто сохраняет подобие порядка в нашей семье. — фыркнув, ответил ребенок, стоически игнорируя поддразнивая своих родных. — Не сомневаюсь, что Бенбен тоже со мной согласен.       Упомянутый последний член их семьи медленно выплыл из глубин мешка, во всем своем треугольно-механическом великолепии. Маленький механический помощник подплыл к юноше и прокрутился на месте против часовой стрелки, что означало согласие. Обе женщины синхронно завопили о несправедливости такого высказывания, пока парень и механизм яростно отбивались от надуманных обвинений. Короткая перепалка закончилась громким дружным смехом.       Когда они наконец-то смогли успокоиться, Джехт тепло улыбнулась, жестом приглашая их сесть на свои обычные места подле её ложи. Усевшись на две горы из подушек, отпрыски начали рассказать о своих похождениях по королевству, а также о том, кого они встретили на своем пути.       — Тётушка Нахида просила передать, что прибудет ближе к вечеру, из-за внезапной занятости. Что-то связанное с аномалией артерий земли. А ещё она постарается ускользнуть из дворца без эскорта, максимум дядя Сайно в качестве охраны. — отрапортовал парень.       — Годы идут, а она не меняется. — хихикая, сказала женщина, попутно вспоминая свой шок, когда узнала, что одной из её золовок станет сама Архонт Сумеру. — Пусть она больше не выглядит как ребенок, непоседливость навсегда останется у неё в крови.       — Нам также удалось добыть чистой родниковой воды из деревни Аранар. Дядя Нёвиллет будет очень доволен. — доказательством служила причудливая бутылка, горлышко которой виднелось среди прочих диковинных находок.       — Ага, а ещё мы получили письмо через Гильдию искателей Приключений! Тётя Паймон возвращается из командировки в Инадзуму! — радостно ворковала Инь.       — Хех, как же давно я не видела эту прожорливую фею. — Джехт всегда была рада увидеть старую подругу, ныне успешную писательницу, чьи цикл рассказов «Героические странствия Путешественника» стал одной из самых популярных книг во всем мире.       — Госпожа Дэхья сказала, что лично встретит гостей из Натлана. Вроде как ей удалось починить мотоцикл, так что они будут уже к обеду. — добавил парень.       — На Пылающую гриву, как всегда, можно положиться. Хотя надеюсь, на этот раз они с Мавуикой и Чаской не будут устраивать гонки через всю пустыню. — говоря это, она вспомнила, как ей пришлось силой останавливать это трио гонщиков.       — У-у-у! А еще мы встретились с директором Нилу и тётей Кандакией! Они сказали, что будут у нас уже завтра утром! А ещё они принесут много вкусностей! — радостно заверещала старшая, показывая руками размеры обещанных им подарков.       — Хм, может быть мне наконец-то удастся уговорить Нилу вернуться к танцам. После того как она стала директором труппы, она почти не выступала. — мысленный образ прекрасной девушки, танцующей вокруг огромного костра под звездным небом, показался ей очень привлекательным, пусть и вызывавшим ничем не подкрепленную ревность. — А вот Кандакия это проблема… Она вас слишком балует.       — Не понимаю, о чем ты…       — И я того же мнения…       Уловив атмосферу и применив не свойственное для механизмов чувство юмора, Бенбен воспроизвел голографический снимок, который с ужасающей подробностью показал то, как его подопечные лежат без сознания от переизбытка сладостей. Даже когда традиционные повязки скрывали их глаза, Джехт отчетливо видела изумление своих детей.       — Это было низко… — прошипел Янь, с обидой смотря на своего механического компаньона.       Его сестра не стала утруждать себя словами, вместо этого она выхватила свою любимую саблю и погналась за изменником. Вопреки надеждам сына, Матриарх лишь добавляла масла в огонь, подначивая свою дочурку как можно быстрее учинить расправу над предателем. Тяжело вздыхая, Янь начинает массировать лоб, дабы сдержать подступающую вспышку праведного гнева. И именно в тот момент, когда он готовится отчитать свою сестру, юноша замечает стопку разорванных писем. Их было по меньшей мере пол сотни, возможно больше.       Догадываясь о содержании рваных кусочков бумаги, мальчик сжал кулаки так сильно, что сквозь его сомкнутые пальцы, начала проступать струйка алой крови. Красноречивый жест, который нельзя было оставлять без внимания.       — Не стоит проливать драгоценную кровь из-за кучки глупцов. — произнесла Мать спокойным, но строгим голосом. — Каждая капля твоего естества, важнее всех их жизней вместе взятых.       — Понимаю, однако… — Янь едва сдерживается от лавины ругательств.       — Опять прошения о браке?! Да сколько можно?! — прокричала Инь резко оторвавшись от своей погони. Гнев белокурой бестии, как её окрестили жители пустыни, был всепоглощающим, даже заразительным. — Все, они меня достали! Я пошла созывать карательный отряд!       — Инь. — окликнула свою дочь Джехт.       — Я не буду сидеть сложа руки! Эти выродки шлют тебе прошения о браке за день до годовщины гибели отца! Да я их выпотрошу!       Она прекрасно понимала, что не должна была испытывать гордость. Ей следовало прогнать тот благоговейный трепет от лицезрения кровожадности своих детей. Однако Джехт не нашла в себе силы этого сделать. Пустыня, была отдельным жестоким миром. Здесь могут выжить лишь сильные и волевые люди, она знала это не понаслышке. И ей грело душу то, что их с Итэром дети выросли именно такими. Впрочем, это не значило что им дозволено перечить своему Матриарху.       — Сбавь свой тон, юная леди. — строго сказала женщина. — Вам обоим запрещено покидать земли клана до конца ритуала. Считайте это моим наказом. Вы нужны мне здесь. Хотя…       — Мама! Их нужно наказать! — запротестовала Инь, однако ядовитое свечение темно-синих глаз, видневшихся из-под вуали, заткнуло бунтарку.       — Не волнуйся, дочь моя. Глупцы, смеющие оскорблять память моего мужчины получат своё наказание. — собственная садистская улыбка растянулась на все лицо женщины, вновь указала дочери на место около себя. — Просто я не хочу пачкать руки их гнилыми внутренностями. Не хочу представать грязной перед вашим отцом. Он заслуживает лучшего.       — И все же… пара лишних голов в рационе наших крокодилов не помешает. — взял слово Янь.       — Возможно… пусть этим займется моя Соколица. — отвечает Мать.       — Опять ей достается все самое интересное. Это не честно. — недовольно бубнит девушка, видя перед собой лик верной подручной своей матери.       — Не мудрено, Итэр растил её лично. Любовь и забота, дополненные тяжелыми тренировками, сделали из неё идеальную охотницу. В назидание одному старому уроду, чьё тело навсегда утеряно посреди бескрайнего океана песках. — отвечает Джехт, вспоминая первую соколицу.       — Меня это устроит. — внезапно говорит Янь. — Теперь, если вы позволите, я вернусь в свою опочивальню. Сегодняшний день оказался утомительным.       Не дожидаясь разрешения, юноша покинул их. Уловив странное поведение своего брата, Инь переглянулась с матерью, которая лишь раздосадовано вздохнула. Сын был полной копией отца, поэтому Джехт прекрасно знала, что задумал Янь.       — Бенбен, передай Далтэ, чтобы она прошлась по именам из переданного ей списка. У неё есть время до рассвета. — получивший инструкции механизм слегка наклонил свой корпус вперед, имитируя поклон, после чего полетел вниз с балкона, дабы сократить маршрут. — А ты… присмотри за своим братом. Он наверняка попытается вытворить какую-нибудь глупость.        Прекрасно понимая, о чем та говорит, старшая дочь смиренно склонила голову, после чего так же покинула свою мать, по-видимому направляясь в комнату своего младшего брата, дабы запереть его на как можно большее количество замков. Пусть она и была непоседой, но когда дело касалось защиты семьи, она становилась невероятно серьёзной. Ещё одна деталь, которая так напоминала Джехт о нем.       — Как-то однажды ты спросил, какими будут наши дети… — говорит женщина, вновь обращая свой взор на пейзаж. Солнце стремительно скрывалось за неровной линией горизонта, позволяя первым звездам воссиять на темном небе. — Так услышь же мой ответ, Итэр. Наши дети… они… так похожи на тебя…