Вкусовые предпочтения

      — Драко, ты слишком странный, я тебя порой не понимаю!       Гермиона откинулась на спинку стула, складывая на груди руки и отводя взгляд от мужчины напротив. Веранда кафе, на которое пал выбор девушки, когда она решила устроить своему молодому человеку свидание, была сплошь уставлена маленькими разноцветными столиками с букетиками сочной петрушки в вазочках. В такой чудесный день многие решили перевести дух после трудной недели и прогуляться, так что одиноко молодой паре точно не было.       Набережная реки открывала чудесный вид на белую рощу. Осень наступала на пятки, так что деревья постепенно окрашивали пушистую листву в сиреневые оттенки, а трава из сочно голубого становилась буро-синей.       — Я самый обычный, это вы все странные, — парировал Драко, перекрещивая ноги под столом, тем самым задевая лодыжку возлюбленной своим чёрным лакированным ботинком. — Да, я привлекаю внимание тем, что я от вас отличаюсь. Уж извините, я не такой яркий, как ты и твои друзья, но я всё-таки самый понятный человек на свете.       Гермиона фыркнула и отодвинула ногу в сторону. Чуть наклонившись, девушка приподняла подол своей любимой жёлтой юбки и провела ладонью по задетому месту, демонстративно смахнув невидимую пыль.       Драко Малфой был самым абсурдным мужчиной в ее жизни. Даже сейчас, сидя перед ней, он был одет в кричащие чёрные и серые оттенки, как обычно вырядившись на прогулку, как клоун, в строгий костюм. В мире существовало так много прекрасных чистых цветов, но этот человек постоянно выбирал те, которые можно было увидеть в основном на детях, но никак не на взрослых людях.       За полтора года их отношений, Гермиона уже свыклась с мыслью, что её кавалер будет привлекать всеобщее внимание своим необычным видом и поведением, но не зацепить его словесно — было выше ее сил.       Как бы она не пыталась отвести взгляд на резвящихся неподалёку мужчин и женщин, что с молчаливого позволения своих детей весело играли в мяч на площадке возле кафе, ее глаза вновь и вновь возвращались к темнеющей фигуре за столом. Она в очередной раз хмыкнула.       — Ты ведёшь себя как ребёнок. — Девушка положила локти на стол, наклонилась к Драко и понизила голос, чтобы никто кроме него не услышал. — Я же дарила тебе красивый костюм зелёного цвета, почему ты его не носишь? Он отлично подходит к твоим глазам. Я столько времени потратила, чтобы выбрать!       — К моим глазам подходит то, что мне нравится, тебе придётся смириться, — усмехнулся Малфой и своим любимым движением провёл рукой по сияющим на свету волосам. — Давай уже перестанем припираться и откроем меню.       Гермиона кивнула.       Цветастое меню в руках Драко выглядело комично, однако тот, со всей своей врождённой серьезностью воспринимал желание возлюбленной посетить именно это заведение, даже несмотря на нелюбовь ко всему, что не входило в его мрачную картину мира.       — Грейнджер, — мужчина вынырнул из меню, чтобы обозначить Гермионе своё недовольство увиденным. Он насупил брови, наблюдая, как вокруг столов навязчиво вертится огромный пушистый рыжий кот. — Может я лучше покачусь на низзле, как ты предлагала утром?       — О нет, дорогой, акция истекла в тот момент, когда ты в первый раз сморщил нос. Так что тебе придется выбрать блюдо. — Гермиона довольно ухмыльнулась.       Хоть что-то было в Драко предсказуемым — его вечное негодование. Она специально вытащила мужчину именно сюда, чтобы узнать, какое зло из предложенных покажется ему наименьшим. Их вкусы слишком различались, сходясь лишь друг на друге. В остальном они были разными настолько, насколько можно представить. Как же они собирались существовать в браке?       Во времена первых свиданий Драко проявлял инициативу, приглашая Грейнджер лишь в те места, где сможет без лишнего риска для своего вкуса выбрать то, к чему привык. В этот же раз всё было по-другому: в ассортименте не было ничего из его любимых блюд. Гермиона лукаво улыбнулась, наблюдая за тем, как обычно абсолютно собранный и уверенный Драко растерянно мечет взгляд по картинкам, едва сдерживаясь от того, чтобы скривиться. На этот раз ему придётся поесть обычную человеческую еду. Попробовать то, что любила сама Гермиона. Иначе помолвку придётся расторгнуть ввиду непреодолимых разногласий.       — Ты выбрала? — наконец подал голос Малфой, избрав самый безопасный вариант ответа на испытывающий взгляд Грейнджер.       — О да. В этот раз моя свобода не ограничена дикими сочетаниями печёных овощей с мясом. — Грейнджер раскрыла меню и показала пальцем на понравившиеся блюда. — На закуску я возьму брускетты… Вот эти с дыней и ветчиной, банановые и, наверное, шоколадные. Основное блюдо выбираешь ты.       — Действительно считаешь, что фрукты сочетаются с майонезом?.. — пробурчал в ответ Драко, но тут же осёкся, припомнив свои же слова о нежелании спорить за столом. Он приосанился, возвращая лицу невозмутимость. — Хорошо. Я выбираю лёгкий фруктовый салат и пиццу с голубым сыром.       — Не пойдёт. Ты снова пытаешься перестраховаться, — замотала головой девушка, давя улыбку. Мужчина делал свой заказ с таким лицом, как будто перед ним стоит выбор между личинками гусениц и жареными кузнечиками. — Мы возьмём пиццу с ананасами. Что за взгляд? Все любят пиццу с ананасами! И кстати, ты прочитал, что входит в заправку для салата?       Драко рвано кивнул. Он видел слово «чили» в составе, но старался не задумываться об этом раньше времени, чтобы не потерять аппетит до конца недели.       — Что ты хотела бы на десерт? — выдохнув, произнёс Малфой, предоставляя возлюбленной решить самой. Из представленного ему не нравилось ничего, тем более из десертов. Драко не любил сладости и понадеялся, что хотя бы здесь ему не придётся терзать свои консервативные вкусовые сосочки убойной дозой ядовитых красителей, какие отчётливо виделись в большинстве пирожных на картинках меню.       — Хм, я хочу карамель. Солёная карамель… Это звучит очень вкусно, — девушка преувеличенно облизнулась, ловя печальный взгляд блондина. Хочет он или нет, но ему придётся попробовать.       — Ага, а запивать будем чаем с перцем, — передразнивая девушку, пробухтел Малфой, на секунду закатив глаза. К его ужасу Гермиона резко приободрилась, опуская взгляд в блок напитков.       — А такой здесь есть? — Она молниеносно пробежалась глазами по строчкам и восторженно засмеялась, найдя нужный пункт. — Драко, это гениальная идея! Чай с перцем! А я его даже не заметила!       Драко простонал, роняя голову в руки. Его самообладание таяло с каждой секундой. А ведь ещё не пришло время дегустации.       Разгладив жёлтые оборочки на плечах, Гермиона озвучила совместный выбор официанту, который изо всех сил старался не глядеть в сторону Малфоя (уж очень его пиджак выбивался из окружающей цветовой гаммы).       Проходящий мимо ребёнок — единственное, что было хоть как-то приближено к той атмосфере, что создавал вокруг себя Драко. Он резко остановился у столика молодой пары и скорчил рожицу, очень похожую на ту, с какой Малфой мысленно рассуждал о приемлемости сочетания картофеля с шоколадно-ореховой пастой.       — Что-то не так? — негромко обратилась Грейнджер к ребёнку после того, как официант наконец отправился передавать заказ эльфам-поварам.       — Пицца с ананасами? Вы серьезно? — чопорно воскликнул мальчик, складывая руки на груди. — Это странно. Вы — странные!       — Вот! — подал наконец голос Драко, найдя хотя бы одного союзника в этой битве предпочтений.

***

      Брускетты появились на столе первыми.       Гермиона добилась своего: Драко согласился прожить хотя бы один день как она. Этого хватало для того, чтобы девушка убедилась — его намерения серьезны, раз он готов пойти против себя ради того, чтобы её порадовать.       Так что Грейнджер не стала ёрничать, когда Малфой, увидев блюдо с бутербродами, сложил ладони крышечкой, брови — домиком и решил договориться.       — Во избежание курьёзных ситуаций с моим желудком ночью, предлагаю поделить брускетты пополам, — осторожно произнёс мужчина, серьезно глядя на Грейнджер. С таким лицом обычно решали вопросы с наследством и финансовыми сделками, но никак не договаривались о том, кому достанется банан с майонезом, а кому шоколад с икрой.       — Хорошо, чур я забираю вот эту, — девушка поднесла ладонь к тарелке, однако блондин негромко откашлялся и аккуратно отвёл её руку от блюда.       — Нет, предлагаю разделить ингредиенты. Я съем икру вместе с пустой брускеттой, — мужчина аккуратно снял с кусочка хлеба ветчину и дыню, укладывая рядом на тарелку. — Ты любишь всё сладкое и фруктовое. Возьми банан, дыню и шоколад.       — А ветчина и… майонез? — округлила глаза Гермиона, следя за действиями Малфоя. Он поднял бровь, задержав руки, орудующие в тарелке, в воздухе. Девушка кивнула, понимая без слов его многозначительный взгляд. Малфою не требовалось говорить за неё. — Да, я не ем мясо, а майонез никто не любит.       Компромисс устроил обоих, но Гермиона не позволила себе вслух признать правоту Драко, вместо этого упомянув, что с остальными блюдами такой подход не сработает.       Дальнейший час прошёл под обречённое жевание Малфоя и громкий хохот Грейнджер. Злорадство не было типичной чертой девушки, но не реагировать на обычно спокойного Драко, когда он изо всех сил пытался не показывать свою брезгливость, было просто невозможно.       С удовольствием умяв свою часть небольшой пиццы, девушка начала с жаром подбадривать медлительного возлюбленного. Драко же в моменты невнимательности спутницы небрежно выковыривал сладкие кусочки из теста, пряча их в цветную салфетку.       Гермиона хоть и заметила, но сделала вид, что не замечает этой хитрости. Её радовал тот факт, что Малфой действительно старался держаться и не высказываться негативно о вкусовых пристрастиях Грейнджер. Так же делала и сама Гермиона, когда знакомилась с любимой едой Драко, тайно выплёвывая кусочки лука и варёной моркови за бортик тарелки.       Салат мужчина ел с большим аппетитом, чем пиццу, с интересом отмечая, что чили неожиданно раскрывает вкус фруктов. Лютого восторга однако озвучено не было. По мнению блондина остроты было слишком много, да и фрукты не нуждались в дополнительном усилении. Гермиона не согласилась — красный перец прекрасно справлялся со своей задачей, делая из простых ингредиентов нечто умопомрачительное.       От солёной карамели Драко поспешил с расслабленной улыбкой отказаться. Главной причиной он назвал поддержание спортивной фигуры, посчитав, что истинная нелюбовь к сладкому не станет убедительной для Гермионы. Она согласилась: карамель выглядела настолько соблазнительной, что делиться ей совсем не хотелось.       А вот чай Драко оценил. Даже слишком.       — Грейнджер, чай действительно вкусный! — непривычно громко произнёс Малфой, подталкивая к девушке её чашку. — Выпей. Я такого никогда не пробовал. Это даже лучше эрл-грея.       — Даже? — нахмурилась Гермиона, с недоверием глядя то на мужчину, то на чашку перед собой. — Любой чай лучше твоего эрл-грея.       Набрав тёплую молочную жидкость в рот, Грейнджер с подозрением нахмурилась. Ожидалось, что в её анти-топе чаёв у бергамота появится конкурент на низшую строчку.       Но этого не случилось. Перечный чай действительно оказался очень хорошим. Молоко смягчило горечь, оставив лишь приятную терпкость специи. Сбалансировано, прямо как отношения Грейнджер и Малфоя. Всего в меру.       — Тебе не понравилось? — удивился блондин, глядя, как впервые за обед лицо девушки утратило счастливую улыбку и приобрело подобие серьезности. — Это же ты выбрала. Ты любишь всё подобное, не я.       — Кажется, ты обыграл меня на моём же поле, Драко Малфой… — Гермиона гордо встряхнула волосами, видя, как Драко насупился. Чтобы позже увидеть, как его лицо расслабится, а на свет проявится та самая довольная улыбка, её любимая. — Это действительно очень вкусно!       — Выходит на свадьбе вместо вина будем пить чай с перцем? — усмехнулся Драко, кладя ладонь на кисть возлюбленной. Среди всех различий наметилась хотя бы одна точка соприкосновения, а значит рано или поздно появятся и другие.       — Не верю, что хоть в чём-то мы с тобой сошлись. Ущипните меня, чтобы я поверила, что это не сон! — засмеялась Гермиона, сжимая в ладонях пальцы мужчины. Тепло в его глазах встретилось с её счастливой улыбкой.       И Драко в шутку ущипнул.

***

      — Малфой… Драко… Проснись!.. — Гермиона мягко тормошила спину завернувшегося в объемное одеяло Драко. Он как всегда спал к Грейнджер спиной, ненавязчиво касаясь возлюбленной пятой точкой.       Он размеренно сопел ровно до тех пор, пока Грейнджер не вскочила с дурацкой улыбкой на губах, ещё пребывая на дофаминовых вершинах сна, и не решила во что бы то ни стало озвучить увиденное. Теперь же мужчина, не желая расставаться с расслабляющей негой, неразборчиво что-то ворчал себе под нос, не открывая глаз.       Гермиона не могла его не разбудить, ведь если не поделиться пережитым во сне — оно забудется, сотрется из памяти с первыми лучами солнца. А ей ну очень хотелось рассказать!       Наконец, Малфой развернулся к Гермионе, с трудом вглядываясь в её лицо через темноту ночи.       — Что случилось? — Хриплый голос выражал явное желание продолжить прерванное, но совершенно не был встревоженным или удивлённым. Гермионе часто что-то снилось, так что внезапные ночные подъёмы давно стали привычными.       — Мне приснился такой яркий сон, — шепотом, как будто рассказывала секрет, начала девушка, садясь на кровати и притягивая к животу подушку. — Там был ты. Можно я.?       — Рассказывай, иначе ты не уснёшь и не оставишь меня в покое, — пробурчал Драко в ответ, и Гермиона чуть подвинулась к мужчине, чтобы видеть его лицо и быть уверенной, что он слушает, а не спит. — Что я там делал?       — Мы с тобой пошли на свидание, и всё было такое необычное вокруг: синяя трава, деревья сиреневые, взрослые играли в мяч, а дети читали газеты на скамейках, а ещё низзлы, нюхлеры и другая магическая редкая живность бегали повсюду… Но это всё казалось таким нормальным, понимаешь? Такое чувство только во сне бывает, — Гермиона небрежно заправила пряди распушенных подушкой волос за уши, проворачивая в голове все детали, которые удалось запомнить. — У меня платье было такое… ярко-жёлтое… Я не ношу настолько вырвиглазные оттенки…       — А я был в зелёном костюме? — раздалось в ответ, на что Гермиона отрицательно замотала головой, сомневаясь, что её вообще видно. Даже в её сне Малфой не позволил себе изменить любимому стилю.       — Нет, ты был одет как всегда. И вот это казалось мне очень странным и неуместным, хоть и должно было быть наоборот… — Грейнджер задумалась о продолжении рассказа. — Так вот, мы пошли в кафе… Я точно помню, что мне хотелось убедиться, что мы с тобой… Как бы это сказать… На одной волне. Что ты поддерживаешь меня во всём, даже если не понимаешь.       — А что не так было с кафе? — сонно проговорил Драко, сжимая и разжимая веки, чтобы ненароком не заснуть и не обречь себя на ночные разборки. — Мы ведь часто обедаем вне дома.       — Да, ты прав. Но это было необычное кафе… Точнее, мне оно казалось абсолютно нормальным, как будто я ем там каждый день. Сейчас же я понимаю, что блюда там подавались очень странные.       — В каком смысле? Мы ели слизней? — услышанный из-за горы одеяла кряхтёж Грейнджер расценила как попытку Драко посмеяться.       — Ветчина с шоколадом, бананы в майонезе, чай с перцем… — начала перечислять Гермиона, загибая пальцы.       — Настолько плохо? — произнёс Драко серьёзным тоном, наверняка представляя вкус всего названного. Гермиона была уверена, что он поморщился.       — Чай с перцем тебе очень понравился, — заверила его девушка и, подкрепляя свои слова, утвердительно закачала головой. — Я бы выпила такой. Уж больно любопытно. Во сне он казался очень вкусным нам обоим.       — Я так понимаю, ты заставишь меня его попробовать и наяву, — вымученно протянул Малфой, с трудом смиряясь с неизбежностью.       Гермиона захихикала, представляя, как будет в жизни наблюдать за меняющимся лицом мужчины. Интересно, будет ли оно вызывать в ней те же эмоции, что были во сне?       — Дурацкий сон, — услышав в смехе девушки подтверждение своей догадки, заключил Малфой, кладя ладонь на коленку Гермионы и легко притягивая возлюбленную к себе. — Ты успокоилась? Мы можем теперь продолжить спать? Иначе я не высплюсь и завтра на работе буду страдать.       Грейнджер небрежно кивнула, отложила подушку к изголовью и неуклюже легла на своё место. Драко сразу же распахнул одеяло, чтобы впустить девушку в свой тёплый кокон. В мыслях промелькнула колкая обида, ведь ей яркий сон как раз-таки очень понравился.       — Фиолетовые деревья, синяя трава, жёлтое платье… Тебе надо перестать на ночь вязать шапки эльфам. Эта пряжа ядовитых цветов… у меня от неё глаза болят… — проваливаясь в сон тихо промычал мужчина, притягивая Гермиону поближе к себе. Гермиона знала, что это ненадолго: его рука затечёт и он отвернётся носом к краю кровати. — И переставай проводить так много времени с Полоумной… — мысль прервал толчок женскими руками в грудь, — ладно, Полумной. Она тебя заражает этими… как их… наргу… нерго… бешенством, в общем.       — То есть, цвета — это самое абсурдное из моего сна? — негромко, практически шёпотом спросила Грейнджер, неуверенная, что Малфой всё еще «на связи». — А как же взрослые, ведущие себя, как дети?       — Ты дружишь с Поттером и Уизли. К ребячеству я уже привык, — едва слышно усмехнулся Драко, готовясь к ещё одному толчку.       Гермиона только улыбнулась. Малфой всегда оставался язвой, но иногда попадал в точку. Да и в беззаботности друзей она не видела ничего плохого, ведь когда было необходимо — они могли взять себя в руки и проявить стойкость и серьёзность.       Окружив мужчину своими объятиями, Гермиона поцеловала возлюбленного в уголок губ, прижалась к его груди и приготовилась ко сну, слушая размеренное сердцебиение чуть выше своего виска. Неровное дыхание нежно колыхало торчащие прядки волос, а родной запах дарил ощущение домашнего уюта.       Не успела девушка провалиться в забытье, как вдруг, дыхание в грудной клетке мужчины сбилось, стало рваным и взволнованным.       Малфой резко дёрнулся и сел на кровати, спешно сбрасывая руки Гермионы. Девушка открыла глаза и вопросительно всмотрелась в темноту, с трудом замечая, что светлые глаза Драко поблёскивают каким-то нездоровым возбуждением.       — Ты беременна? — недоверчиво выдохнул мужчина, нервно поправив растрепавшиеся волосы. Он даже подался вперед, ближе к лицу Гермионы, страстно желая услышать её ответ.       Переварив вопрос в сонном сознании, а также осознав, что причиной этому умозаключению послужило описание её невероятных вкусовых предпочтений, Гермиона возмущённо фыркнула. Неоднозначным ответом на вопрос в Драко полетела его же подушка.       — Это «да» или «нет»?! — повысил голос Малфой, на лету ловя запущенный девушкой предмет и кидая его обратно на кровать. В его голосе отчётливо читалась паника.       — Не скажу. Надо спать, — возмущённо передразнила Гермиона, демонстративно разворачиваясь к мужчине задом и укутываясь в воздушное одеяло с головой. — Иначе я не высплюсь и завтра на работе буду страдать.       Упорство Гермионы в нежелании отвечать на вопрос победило, поэтому вскоре она со спокойной душой и мстительной улыбкой на губах мирно засопела.

***

      Драко Малфой не выспался.       Его коллеги отметили, что в этот день он был особенно раздражителен, совершенно невыносим и к тому же отпросился уйти домой пораньше, сославшись на семейные обстоятельства.