Интервью
4 октября 2024 г., 03:16
В комнате было слишком пусто. За окном ветер от безделия срывал с деревьев оставшуюся с лета листву. Солнце не показывалось уже второй день и только тучи густые и мрачные радовались этому.
— Расскажите мне о себе.
Где-то позади тиканье маятника стало звучать громче. Во всяком случае мне так показалось. Я перевела взгляд на Ингрид, которая выжидающе смотрела на меня. Ее очки в полумраке выглядели так, словно не имели стёкл, а глаза внимательно следили за моей мимикой. У меня вырвался нервный смешок.
— Вы знаете, это почти тоже самое, что смотреть на себя в зеркало, на котором висит плотная ткань.
Ее диктофон уже начал запись. огонёчки, до этого стабильно светящийся красным светом, начал мигать. Свежий воздух пробрался в комнату через приоткрытое окно и приятно проскользил по моим открытым лодыжкам. Женщина усмехнулась. Закинув
ногу на ногу, она привычным жестом поправила прическу, затем наклонилась чуть вперёд. Словно желая рассмотреть меня, как какую-то вещь.
— И все же... — непринужденность в ее голосе заставляла верить в то, что ее вовсе не раздражают мои бесконечные попытки увильнуть от этого вопроса. — Начните с внешности. Опишите себя.
Я поняла, что никогда бы не смогла работать журналистом... У меня бы не вышло. От природы в моем характере отсутствует такая черта, как настойчивость.
— Не могу сказать, что моя внешность имеет какие-то выдающиеся черты... — неуверенно я начала описание.— ... от матери мне достались карие глаза и темные волосы, отец говорит, что мы с ней очень похожи, но я сравнивала, это не так. От него я унаследовала тягу к наблюдению за всем, что может попасть в поле зрения и больше ничего. — мне вдруг стало неуютно, воображение нарисовало картинку, на которой биолог рассматривает бабочку, под стеклом, решая достойна она попасть в его коллекцию или нет. У меня не было зашиты в виде стёкла, а жаль.
— Продолжайте. — до меня дошло, что все то время, что я размышляла над собственной фантазией, в комнате царила мертвая тишина.
— Извините. Что ещё сказать... Моя бледность объяснима тем, что я не люблю загорать, конечно же я не избегаю солнца и сейчас бы с радостью увидела его на небе... —улыбнувшись, я перевела взгляд на картину за а окном, которая ничуть не изменилась, разве что ветер ещё больше разошёлся...
— Да. Оно нас в этом году совсем не баловало своим присутствием. — участливо кивнула Ингрид. Я кивнула ей в ответ и продолжила.
— Полнота мне незнакома, в нашей семье все были... — я запнулась, думая какое слово лучше бы описало мое телосложение. —... худощавыми.
— Хорошо, какую одежду вы предпочитаете?
— Определенного стиля у меня нет, для меня выбор той или иной вещи никогда не был проблемой. Я ношу то, что мне нравится. Тут все просто. — незадумываясь ответила я.
— Замечательно, что скажите о характере?
— Об этом стоит спросить у моего отца. Он смог бы рассказать многое, но не думаю, что что-то из этого вошло бы в статью.
Говорить стало чуть легче. Однако время от времени я ловила себя на мысли, что все это пустая трата времени. Вряд ли я стою отдельной калонги в местной газете.
— Хочу услышать вас.
— Кто бы сомневался. — я сгладила собственное замечание улыбкой.
