Осколок Надежды

Агата и Доминик стояли неподвижно. Смит не могла оторвать глаз от глубокой раны из которой торчал конец копья. Она искренне хотела помочь всаднику, но тело было неподвижно. Доминик был в замешательстве. Он понимал, что нужно хватать Агату и бежать. Думать только о самих себе и быть эгоистом, но отчаянное желание помочь всаднику, не давало Доминику рационально мыслить. Артур был единственным кто не потерял самообладание. Он посмотрел на Доминика и хриплым голосом прошептал. - Доминик, уходите... Я задержу их. - Артур не просто так обратился к Доминику. Он чувствовал в этом парне силу и знал, что при надобности Доминик отключит все эмоции и сделает всё, что нужно для выживания. Всадник считал это хорошим качеством. Доминик какие-то секунды колебался, но потом решительно кивнул всаднику. -Агата, уходим. - Доминик взял Агату за руку, но та резко отбросила её, не давая возможности Доминику схватить себя. - Мы не можем его бросить. Артур быстро бросил взгляд на не торопящихся всадников, которые медленно подходили к ним всё ближе. Они шли уверенно, зная, что выйдут победителями в этой игре. - Агата, у меня нет таких способностей, как у них. Я задержать их толком не смогу, не то что победить. - Всадник стал говорить Агате аргументы почему она должна бросить его и как можно скорее. - Если сейчас побежим вместе до того портала, то успеем. - Агата говорила тихо, но уверенно. Она понимала, что это безумие, но не хотела терять ещё кого-то на пути к своей цели. - Я в любом случае слишком истощен и пока моя рана не заживет я не смогу войти в иллюзию. - Артуру было неожиданно приятно слышать такие отчаянные предложения от человека, которого недавно пытался задушить. С каждым её словом всадник убеждался, что его жертва не будет напрасной. Он сам не заметил, как захотел помочь этим ребятам. - Тогда... - Доберитесь до осколка! Вернитесь обратно и проживите эту жизнь за меня! - Крик Артура был услышан всадниками. Они сразу же бросились помешать его плану. Доминик взял руку Смит и потянул за собой. Артур повернулся к надвигающимся всадникам, приготовившись отражать их удары. Всадница скинула с себя свой плащ и из её рук сразу стали появляться черные цепи, которые она направила вперёд. Артур ловко поймал цепи, которые моментально закрутились вокруг его рук. - Как самоотверженно и глупо. Жаль, что напрасно. - Всадница напрягла руки из которых появились новые цепи. Артура удивили возможности этой девушки. Ведь на вид она умерла примерно в тот же век, что и он, то есть совсем недавно. Он не мог понять, как всадница развила такие способности за столь короткое время. Артур держался на ногах из последних сил, надеясь, что сможет помочь Агате и Доминику. Он собирался поймать и следующие цепи, которые летели в убегающих, но неожиданно цепи, которые обвились вокруг рук Артура потянули его на землю. Всадник ударился подбородком о землю, пропустив удар. Черные цепи всадницы быстро догнали Доминика и обвились вокруг его шеи. Всадница довольная уловом резко потянула цепи назад и Доминика откинуло в сторону. - Доминик! - Агата остановилась повернувшись назад. Она увидела, как Доминик лежал на земле пытаясь снять со своей шеи удушающие цепи. Она побежала к нему на помощь, как увидела летящие цепи прямо на неё. Инстинктивно Смит прикрыло лицо руками, готовясь к неизбежному. Вторая фигура, которая находилась рядом с всадницей выпустила из под своего плаща сгустки серого дыма и направила прямо на цепи. Дым поглотил в себе цепи всадницы. Агата озадаченно посмотрела на всадника, который скрывал своё лицо под капюшоном. Она не понимала почему он не дал цепям схватить её. - Корнелиус, ты же не собираешься оставить её так? - Третий всадник был совершенно спокоен и расслаблен. Он не спрашивал не о чем Корнелиуса - это был угрожающий намёк. "Корнелиус?" - повторила про себя имя Агата. Она сразу постаралась рассмотреть лицо Корнелиуса, но тот ловко скрывал его за капюшоном, не давая девушке себя разоблачить. Корнелиус не спорил со старым всадником, который был на голову ниже него и покорно направил свой дым на Агату. Артур скованный цепями пытался выбраться из них, отчаянно смотря на Агату и Доминика, не имея возможности помочь. - Агата, беги! - сквозь боль в горле прокричал Артур. Серый дым окружил Агату, постепенно помутняя её сознание. Она чувствовала себя очень странно. Смит не чувствовала страха, а лишь слабое волнение. Агата провела рукой по дыму, который был очень мягкий и успокаивающий, словно облака. Да, именно так она и представляла на ощупь облака. Агате казалось, что тело ватное и вовсе не её. Она последний раз посмотрела на отчаянного всадника, который так желал им помочь и провалилась в сон. - Анжелика хватит мучить его. Он нам ещё понадобится. - скомандовал старый всадник у которого был большой шрам проходящий через левый глаз. Также у всадника была длинная серая борода и длинные волосы, которые были все в колтунах. На голове старого всадника была небольшая пиратская шляпа с проколотыми в неё золотыми серёжками. Всадница нехотя ослабила хватку своих цепей на шее Доминика. Он сразу принялся жадно глотать воздух ртом хватаясь за шею. К нему неторопливой походной подошел седой всадник и прищурил глаза. - Франсуа Тортуго. - протянул Доминик имя всадника не в силах подняться. - Вот мы и поймали тебя, Доминик Джонсон. - с усмешкой сказал Тортуго и повернулся к своей праправнучке - Анжелика, разберись с лишним. - Да, дедушка. - Анжелика повернулась в сторону валяющегося на земле Артура. Доминик в ужасе посмотрел на всадника скованного цепями. - Ты же не убьешь его? Он же такой же, как и вы! Анжелика не обращала внимания на крики Доминика. Она присела около всадника, невинно рассматривая его лицо. - А мордашка у тебя ничего. После этих слов она взялась руками за торчащий из Артура копье и провернула его. - Я задела сердце? - с наигранным испугом спросила Анжелика, но увидев выступающую кровь из рта всадника, улыбнулась. - Значит задела. Всадница вытащила копьё пропитанное кровь и выкинула в сторону. Артур не издал и звука. Он чувствовал, как смерть подступает к нему. Всадник посмотрел на свои руки, которые стали превращаться в маленькие чёрные искры. Вскоре его тело стало более прозрачнее, а искр становилось всё больше. Черные искры оседали на землю, где и должны были вскоре исчезнуть. Доминик вцепившись в цепи смотрел в пустые глаза Артура. - Я убью тебя! Убью! - Доминик пытался вырваться из цепей, чтоб убить всадницу. Анжелика лишь усмехнулась и сжала цепи вокруг парня ещё крепче. Она игралась с ним. - Сейчас ты в моей власти Джонсон. Доминика пугал всадница. "У неё точно, что-то не так с головой" - пронеслась мысль в голове парня. Он отвернулся от Анжелики, чувствуя, как она ему противна. Посмотрев по сторонам Доминик понял, что не видит Агаты. - Где Агата? Агата! - Доминик стал бешено извиваться в поисках подруги. Смит лежала на земле. Рядом с ней стоял всадник. Он уже скинул свой капюшон и теперь Доминик видел его лицо. Внешность всадника на секунду удивила его, но он быстро взял себя в руки. - Что ты сделал с ней? Агата! - Доминик пытался докричаться до Смит. Доминика трясло. Он не мог понять жива ли Агата или уже мертва. Корнелиус посмотрел на парня, но ничего не ответил. - Может мне его тоже усыпить? - предложил всадник Тортуго. - У меня есть для него кое-что поинтереснее. - Ответил седой всадник и полез в карман своего плаща. Оттуда Тортуго вытащил небольшого размера розовый гриб с пятнышками. Доминик сразу узнал галлюциногенные грибы, туман которых ненадолго показал ему и Агате настоящее. - Что за... - Это грибы, думаю ты с ними уже знаком. Лично я с ними познакомился совсем недавно, когда следовал за тобой прямо сюда, водный черт! - Он обругал Доминика ещё парочкой пиратских ругательств и поднёс к лицу парня гриб. Тортуго сломал кусочек шляпки и от гриба стал исходить слабый розовый туман. Доминик стал уворачиваться от тумана, который обжигал глаза и щекотал нос. Всадник схватил его своей морщинистой холодной рукой за подбородок и держал так над грибом пока Доминик не потерял сознание. Тортуго убрал гриб обратно в карман плаща. - Корнелиус, подзови сюда наших лошадей. Мы отправляемся в сторону врат. - Скомандовал Тортуго. Корнелиус стоял неподвижно. Он хотел разорвать все отношения с пиратом на этом моменте. Заметив мешканье, Тортуго грозно напомнил Корнелиусу о их сделке. - Надеюсь ты помнишь о нашей сделке. Мы выполняем свою часть договора, так теперь и ты выполни свою. Корнелиус развернулся к порталам и издал протяжный свист. Любая сделка для него была делом чести и всадник не мог разорвать её так просто. В ответ на свистит, в воздухе раздалось ржанье лошадей. К ним оббегая порталы скакало три юрких скакуна. От двух лошадей исходили языки черного пламени. Скакуны, покрытые мглой, остановились около Тортуго и Анжелики. Третий скакун отличался от своих сородичей. Он был охвачен серой дымкой и имел более спокойный нрав. Именно он принадлежал Корнелиусу. Всадник тоже отличался своей внешностью от окружающих, поэтому он смог быстро найти с лошадью общий язык. С помощью своих сил Корнелиус связал руки Агаты лёгкой туманной леской и положил девушку на спину лошади. Тортуго был менее заботлив со своим подопечным. Без особой сложности Тортуго закинул связанного Доминика на чёрного скакуна, который издал недовольное ржание от дополнительного груза. Анжелика верхом на своём коне подошла к Корнелиусу. - Я не понимаю почему ты с ней так возишься? - В голосе всадницы чувствовалось раздражение. Корнелиус тоже забрался на своего скакуна и достал из внутреннего кармана дневник Луиса Остро. Корнелиус без энтузиазма пролистнул пару страниц, которые навевали ему воспоминания. - В нашу сделку не входили расспросы. - сухо ответил всадник, чувствуя неприязнь к всаднице. Анжелика нахмурилась и направила своего коня вперёд. К Корнелиусу приблизился Тортуго верхом на жеребце. - Ты достаточно долго в безвременье, Корнелиус. Думаю, ты и сам правила понимаешь. Но! - Тортуго ударил лошадь в бока и та зашагала вперёд. Корнелиус предпочел немного отстать от всадников. Ему было мерзко от такого общества, но сейчас выбирать не приходилось. Он немного надавил на бока лошади и та зажигала вслед за Тортуго. Доминик Доминик стоял напротив своей койки где лежало его тело. Лёгкие медленно приподнимались и опускались. Он понимал, что ещё жив, но странное ощущение того, что он видит себя со стороны пугало. Доминик не мог понять зачем Тортуго окунул его в настоящие. Чтоб помучить? Чтоб не мешался? Доминика напрягало, то что всадник не убил его сразу. "Он точно что-то замышляет" - подумал Доминик и стал рассказывать по больничной палатке. Дверь в палатку распахнулась и внутрь зашёл мужчина в белом халате. Его Доминик знал ещё с детства. Это был семейный друг. С ним мама Доминика заканчивала университет, правда на разных факультетах. Миссис Джонсон была на стоматологическом, а Руперт пошел на хирурга. Мужчина часто приносил Доминику конфеты, когда тот был ещё совсем маленьким. Доминик сразу вспомнил, как ругалась его мама, говоря, что конфеты портят зубы. Иногда Руперт заменял Доминику покинувшего его так рано отца. За Рупертом следом зашла элегантная женщина с каре. На ней были джинсы и водолазка, что смотрелось стильно и модно. Доминик сразу узнал свою маму. Парень рассматривал лицо матери на котором появились новые морщины. Мама Доминика всегда выглядела очень молодо, но сейчас казалось будто миссис Джонсон успела постареть на несколько лет. - Руперт. Прошу, не таи. -Миссис Джонсон отчаянно смотрела на Руперта.- Я чувствую, что ты хочешь сказать мне что-то плохое! - Тебе стоит присесть. - предложил врач, но миссис Джонсон отказалась. - Я постою. - Доминик здесь находится уже больше двух месяцев. Скоро пойдет третий. Его анализы не меняются. Доминик всегда считал, что профессия врача является одной из самых сложных. Одна из сложностей этой профессии является рассказывать плохие новости родственникам и походу это была одна из таких ситуаций. - Каждый кто попадает в кому и проводит в ней больше двух месяцев, автоматически переходит в разряд тех кто уже наврятли очнётся. Такие случаи крайне редки когда... - Но были же случаи когда люди просыпались... - миссис Джонсон хваталась за последние соломинки надежды, что её сын ещё может очнутся. Доминик понимал к чему велся этот разговор, но в глубине души он до последнего надеялся, что Руперт не сообщит ничего плохого. - Элис, все те кто чудом просыпались после длительной комы превращались в... овощи. Они становились нетрудоспособными. Их жизнь становилась хуже ада. - Руперт старался говорить максимально мягко, но со стороны было видно, как тяжело ему давался этот разговор. Миссис Джонсон села на стул и прикрыла глаза руками. Она не плакала, ведь слёз было пролито столько, что больше их не осталось. Элис обессиленно обхватила себя руками и продолжила слушать Руперта. - Мне как и тебе сложно об этом говорить, но ты же понимаешь, что Доминик никогда бы не захотел такой жизни. Для него это будет мучением. Без возможности двигаться, говорить, самостоятельно есть. Я сейчас говорю с тобой не как лечащий врач, а как друг. - Врач присел около Элис и взял её за руки. - Я считаю, что нужно отключить Доминика от аппарата если он не проснется в течении этого месяца. Миссис Джонсон долго молчала запрокинув голову на спинку стула. Она всегда была той, кто взвесит все за и против и постарается принять решение на свежую голову. Однако Доминик недоумевал. Он не мог понять, как она вообще могла раздумывать над таким. Доминик считал, что она должна была уже давно наорать на Руперта и сказать насколько мерзкое и бес человеческое предложение он ей сделал, но миссис Джонсон молчала. Парень подошёл к матери, которая его не видела. - Почему ты обдумываешь это решение? Ты устала от меня? Дай мне немного времени и я смогу выбраться из безвременья. Почему ты ничего не говоришь этому ублюдку? - Доминика окутывала боль, которая смешивалась с злостью. Доминик закричал и ударил по больничной койке. От сильного удара по руке должна была пройти неприятная дрожь, но он ничего не почувствовал. - Этот урод просто хочет занять моё место! Он специально тебе такое говорит, чтоб потом утешить от потери сына и жить с тобой вместо отца! - Доминик кричал прямо в лицо матери. Ему нужно было выплеснуть эмоции, которые накопились за всё время в безвременье. - Я знаю, что ты ему уже давно нравишься! Сукин сын! - Доминик собирался наброситься на ещё какой-нибудь предмет в палате, но неожиданно миссис Джонсон повернулась прямо к Доминику и её глаза пронзили его насквозь. В глазах матери было отчаяние, боль и некая пустота. Глаза матери могли ему сказать больше чем слова. После мимолетной встречи с глазами мамы, Доминик дернулся, понимая какую чушь он нёс. "Слава Богу меня никто не слышал" Парень прошел мимо Руперта, который терпеливо ждал решения миссис Джонсон и сел на подоконник. Доминик понимал, почему мама рассматривает это безумное предложение. Ведь он и вправду бы раньше возненавидел жизнь в таком теле, так ещё бы чувствовал себя виноватым за то, что мать прикована к нему, но это было раньше! Доминик столько прошел, стольких потерял, чтоб вернуться! "Мама прекрасно знает мой характер, поэтому и рассматривает этот вариант." подумал с горечью Доминик, безвыходно прикрывая глаза. Как же ему хотелось исчезнуть и не слышать этого ничего. - Я подумаю над этим. - еле вытянула из себя слова миссис Джонсон. Руперт встал в полный рост и взглянул краем глаза на своего пациента. - До конца месяца осталось десять дней. Я буду ждать от тебя решения в конце недели. Если ты решишь, что будет лучше оставить всё, как есть, то тогда придётся переместить Доминика в другой отдел и я постараюсь создать для него максимально комфортные условия. - Спасибо, Руперт. - миссис Джонсон всё ещё сидела на стуле и смотрела на сына. В её голове был хаос, а на лице отчаяние. - Извини, я должен идти. Сейчас должны подойти Смиты. Мне нужно с ними поговорить. Услышав знакомую фамилию Доминик напрягся. Миссис Джонсон обеспокоено повернулась. - Что с ней? - У неё очень плохие показатели - четвертый уровень комы. Боюсь ей осталось не больше недели. Доминика обдало леденящим холодом. - Только этого не хватало - процедил сквозь зубы Доминик. Его охватывала паника. Он подскочил ближе к Руперту, чтоб ничего не упустить. Миссис Джонсон не знала, что сказать. Для неё все дети были очень дороги. Лучшего друга Доминика она всегда считала, как родного и произошедшая ситуация у моря не оставила Элис безучастной. Она сразу узнала о девочке, которая спасла Эша. Миссис Джонсон пообещала самой себе, что обязательно поблагодарит Агату за спасение Эша, когда та очнётся. Она очень переживала за девушку. - Это так ужасно. У неё такие чудесные родители. Я же так хотела... - - Элис. - перебил подругу Руперт. - Не всех возможно спасти и ты это знаешь. Поэтому прошу позаботься пожалуйста вначале о себе. С этими словами врач бросил последний взгляд на палатку и покинул миссис Джонсон, представляя её самой себе наедине со своими мыслями. Доминик нервно провёл руками по волосам и посмотрел на маму. Он так по ней скучал и был бы не против провести рядом с ней хоть немного времени, которое у него оставалось. Доминик боялся, что это последний раз, когда он видит мать. Однако дико бьющиеся сердце и мысли только об одной Агате, побороли его. Доминик побежал к палатке Агаты, параллельно прощаясь с матерью.