Из глубины озера

В лес было строго запрещено ходить в Русальную неделю. Никто даже близко не подходил к нему, зная, что там обитает мавка. Она прячется в водоемах, в одном озере посреди леса, либо сидит на ветвях деревьев и выискивает себе жертву, чтобы поживиться жизненной энергией или же защекотать до смерти. Особенно мужчин. Но Эндрю был одним из тех, кто постоянно плевал на правила деревни. Она находилась недалеко от маленького поля, за которым стелился густой лес. Была хорошая погода, ветер охлаждал и приятно развевал блондинистые пряди, пока солнце заставляло их сиять. После ссоры со своим братом, ему показалось самым оптимальным вариантом уйти, хотя бы на какой-то жалкий час. Аарон пытался его остановить, чтобы тот не шел в свое излюбленное место подле озера, аргументируя все Русальной неделей. Эндрю был зол на брата, потому что тот пошел против сделки: никаких отношений. Отсюда — сделка расторгнута, а Аарон больше не нуждается в защите близнеца. Он поблагодарил Эндрю, но был одарен лишь нахмуренным взглядом и ясно осознал, куда же все-таки направился Эндрю. Его брат знал, что тот посещал частенько лес, но, Русальная неделя, черт побери! Никто из мужчин в деревне даже к полю не подходил, а вдруг тот демон и там прятаться может? Однажды был случай, что в Русальную неделю один из молодых парней ослушался и пошел в лес, с тех пор никто не видел его. Ни живым, ни мертвым. Аарон волновался за брата, но понимал, если тот раз сказал ему «нет» и наплевал на правила, значит, он сделает это снова: скажет «нет» и сделает по-своему. Единственным утешением было — это Кейтлин. Его девушка, из-за которой, как раз таки, и пошла коту под хвост вся их сделка. Она успокаивала Аарона, говоря тем, что у Эндрю есть гребешок. Если он встретит мавку просто отдаст ей гребень, она расчешет свои волосы и уйдет. Либо даст свою одежду, а может даже способен и пошутить, и довольная мавка попросту отстанет от него. Этот лесной дух не так страшен, как о нем говорят множество суеверий. Просто нужно глянуть с другой стороны. И Эндрю, возможно, сможет это сделать. Но, проблема в том, что Миньярд не верит в так званные «сказочки для детей». «Дети, не ходите в лес, ибо леший вас за собой утянет!» — гласило множество родителей, хотя мифы про лешего были иными, а какие-то люди просто перекручивали их «ради блага» своих детей. Эндрю же ни разу в жизни даже намека на его существования не познал. С учётом того, что иногда в деревне подшучивали о том, что лес — родной дом Эндрю. Белая длинная рубашка легко развивалась на ветру, так же, как и до абсурда широкие и лёгкие штаны. Эндрю было в них комфортно, а ещё его сердце начинало биться все чаще и чаще, когда лес становился близко. Ему становилось одновременно и спокойно на душе, но и тревога билась ему в голову огромным молотом, что вся лёгкая на вид одежда становилась какой-то невыносимой тяжёлой ношей. Он нервничал, пока проходил по знакомой и такой родной дороге через все поле. Его босые ноги сильнее, чем обычно, ощущали покалывание земли. Если раньше она была мягкой и приятной, то сейчас она походила на гвозди. Было ли это вызвано его нервозностью? Неизвестно. Он никогда не чувствовал такого дискомфорта, пока шел к излюбленному месту. Раньше к нему приходило спокойствие, но, что-то подсказывало, что это было плохой идеей. Особенно слова брата, которые вертелись в голове: «Эндрю, прошу, только не иди в лес, там мавка! Русалки! Небось, что-то случится…» Такой жалобный тон Аарона он ещё не слыхал, но и на поводу идти не собирался. Верхушки деревьев колыхались, как колоски только что пройденного поля. Он сглотнул ком, понимая, что ему становится до неприличия жарко. И не из-за температуры на улице. Руки вспотели, и Эндрю попросту замер, глядя на вход в лес. Может, действительно не стоит рисковать? Но, у него есть гребешок в нагрудном кармане рубашки, который становился все тяжелее и тяжелее. Он пальцами вжался в этот гребень, обдумывая слова, которые часто слышал: «Чтобы обмануть мавку, достаточно дать ей расчесать волосы, либо отдать одежду, и даже отшутиться какой-то шуткой». Пан или пропал! Великолепный денёк, не правда ли? Настолько, что Эндрю в миг поверил во все мифы, которые слыхал. Как только его нога ступила в лес, спокойствие не ударило в голову. Оно вонзилось в него острыми клыками настолько, что довело до безумия. То бишь, Эндрю успокоился, хоть немного, но успокоился! Парень все время чувствовал, пронзительные взгляды, но они лишь прибавляли уверенности и спокойствия. Это было странно, но расслабляло и Миньярд уверенно зашагал к озеру, где часто сидел и думал ни о чем, либо слишком много о чем. Озеро успокаивало его, словно кто-то с глубин (казалось, у этого озера дна не было) кричал ему о том, что он рядом с ним и поддерживает. И, Эндрю хоть и чувствовал подозрительное присутствие кого-то, он не оглядывался в страхе, а только позволял на себя глядеть, чувствуя много рациональных эмоций, которые в деревне никто у него не вызывал. А тайное существо, следящая за ним отовсюду и нигде, давало ему эти эмоции, и напоминало, что он чувствует их. Он был благодарен, хоть, честно говоря, напуган. Сейчас снова этот взгляд на него глядел. И он мысленно говорил «привет», когда ногой ступал в лес. И не отказался от своей традиции, только сделал это в голос. — Привет, — сказал тихо он, и лес словно затих, а таинственный взгляд становился все пристальнее, и интерес в нем так и пронзался под кожу Эндрю. Он шел по мягкой-мягкой траве, что босые ноги были благодарны такому прекрасному ощущению лёгкости и щекотки. Она действительно была приятна, а свежий немного влажный воздух подле озера и вовсе заставил Эндрю распластаться на берегу, впиваясь пальцами в мягкую земельку. Эндрю почувствовал себя спокойнее и намного лучше, и взгляд… он будто бы был прямо рядом с ним, рядышком. Но, он не озирался. Парень продолжал глядеть на спокойное небольшое озерце, что было спрятанное в лесной чаще, до которой Эндрю добирался весьма быстро и совсем для себя незаметно. Время здесь летело быстрее, чем стрела, и это было прекрасной возможностью скоротать время его каждого унылого дня, который украшал лишь взгляд. Взгляд, взгляд, взгляд. Он чувствовал его только в лесу, и так близко только возле озера. Пальцы невольно потянулись за гребешком в кармане. Эндрю смотрел на озеро, и, не думая ни о чем, просто начал пальцем водить по расчёске и каждому зубцу, который издавал приятные звуки, расслабляющие. Миньярд уже не глядел на озеро, он смотрел в ничто, в пустоту, ровно до того момента, пока из озера не показалась небольшая головка, вылезая из-под воды только до уровня бровей. Сердце пропустило удар, а пальцы замерли на одном из зубцов, пока глаза ошеломленно распахивались все больше и больше. Из воды показались глазки. Эндрю не мог сказать какого цвета волосы, в прядях которых были водоросли, и какого цвета глаза, ведь Миньярд, из-за воды, не мог распознать, да и в стадии шока это было сделать сложно. Кто-то пару раз моргнул, и не показываясь больше, чем на полголовы, начал приближаться. Эндрю выпустил из рук гребешок и попытался отползти назад, но дерево, спиной к которому он впился, не позволило ему это сделать. И пока Миньярд взвешивал все «за» и «против», чтобы дать дёру, неизвестное существо полностью показало свою голову, устремляя взгляд на покинутый гребень. Дыхание Эндрю ускорилось, но потом он замер, как и все внутри него, ведь это существо глянуло на него. Это был парень. Мавка. Это была мавка, являющаяся парнем. В рыжих локонах запутались водоросли, а сами волосы были волнистые и блестящие, немного отросшие, но Эндрю не мог не смотреть и не восхищаться их великолепием. А глаза… голубые, и бездонные, как это озеро. Мавка выглянула из-под воды настолько, что были видны ключицы. Глубина озера поражала, но было удивительно то, что, чем ближе к берегу, тем уровень воды был максимум по щиколотки, но этот парень, будучи чуть ли не на суше, умудрялся почти что полностью спрятаться в воде. Это удивляло. Телосложение этого существа сразу можно было описать одним словом: «худощавое», до неприличия худое… Его глаза удивлённо моргнули, смотря на Эндрю, который даже побоялся вдохнуть. Парень в воде приоткрыл рот, и неуверенно с тихим смущённым тоном выдавил: — Можно взять гребешок? — он пальцем тыкнул в гребень, который продолжал лежать без дела на земле. Эндрю кивнул, пытаясь прибрать с лица озноб, и умудрился ближе подползти к мавке. Кожа парня была бледной с зелёным оттенком, а некоторые пряди волос так же имели зелёный цвет, который был незаметен из-за водорослей. Эндрю с интересом и спокойствием, что возвращалось к нему, наблюдал за мавкой, которая пыталась расчесать свои волосы, но они только больше путались, из-за чего паренёк расстраивался. Он был на вид возрастом, как и Эндрю, и когда Миньярд понял, что мавка — не такой уже и злой лесной дух, он смело выпалил, поражаясь сам своей смелости: — Помочь? — это прозвучало тихо, пока мавка металась со стороны в сторону, создавая небольшие волны и брызги, которые попадали на Эндрю. Паренёк замер на месте с гребнем в волосах, он лишь спокойно подплыл к берегу, ногами ступая на него. Руки были свободны, а гребень застрял в прядях и водорослях. Парень был абсолютно голым, и ничего его не смущало, а вот краска на лице Эндрю явилась слишком яро и слишком ярко, и, мавка уже засмущалась от самого смущенного взгляда Миньярда. Он сел на траву к Эндрю, поворачиваясь спиной, будто бы обиделся. Эндрю поспешил снять с себя рубашку, она была ему слишком большой, а на мавке так вообще являлась слишком огромной, закрывая все достоинства. Рыженький принял рубашку с такой яркой и счастливой улыбкой, что Эндрю не мог не улыбнуться в ответ, чувствуя приятный трепет и тепло в груди. А ещё интересующийся взгляд на своем теле. Мавка натянула на себя рубашку и уже довольно сидела и глядела на Эндрю. — Как тебя зовут? — решился блондин, словивши себя на мысли, что не расслышал в первый раз голос парня, и ему хотелось услышать его ещё раз. Пока он пытался распутать волосы и заполучить назад гребень, мавка выдавила из себя приглушённое: — Нил, — а после зашипел от несильной боли в волосах, когда Эндрю сумел выиграть битву против непослушных прядей и все же, одержав победу, забрал свой приз в виде гребешка. — А ты Эндрю, — уточнил Нил, и блондин кивнул, удивляясь тому, откуда мавка знает его имя. И, да, голос был настолько глубоким и одновременно бархатным, высоким, тихим, теплым, и ещё слишком много синонимов, говорящие о том, насколько сильно этот голос запечатлелся в голове Эндрю. Он не сможет его забыть. Никогда. Эндрю было немного неудобно находится в позе, когда Нил сидел сбоку. Он попросил умоститься его у себя между ног, и мавка покорно это сделала. Зеленоватая кожа стала алой в районе щек, шеи, ушей. И единственное, что пришло на ум: «Милый, смущённый мальчик, который не познал истинного счастья». — Как ты оказался здесь? — спросил резво Эндрю, вытаскивая водоросль за водорослей из волос Нила. — Отец меня не крестил, а после утопил в этом же озере, — тихо, почти не слышно проговорил Нил, словно вспоминал каждую секунду из своей жизни. И Эндрю стало тошно от этого, от того, что он позволил радостной улыбке померкнуть. Мавками именно так и становились. Если их не окрестить до семи лет, они ими так и останутся. — Когда мне исполнилось семь, все надежды разбились, но потом появился ты, — Нил поднял голову, глядя своими голубыми глазами на Эндрю, который так же глядел на него в ответ, и он видел счастье во взгляде Нила. — Я наблюдал за тобой всегда, когда ты только ступал в лес, — он одарил Эндрю милой улыбкой, и тот осознал все и сразу. — Так это был ты… — Да! — лучезарно улыбнулся Нил, и Эндрю просто не мог оторвать взгляда от мавки, что сделала для него столько, сколько не сделал никто. Нил всегда был рядом и поддерживал его, хоть Эндрю и не видел его, но чувствовал. — Спасибо, — тихо шепнул он, и лицо мавки изменилось. Он удивлённо моргнул. — А? Эндрю не смог скрыть улыбки, а после счастливый смех вырвался изо рта, что заставило Нила засмущаться ещё сильнее. — Ты слишком милый, как на злого лесного духа, — резко и неосознанно выплюнул Эндрю, вытягивая из волос последнюю водоросль. — Злой? Почему я должен быть злой? — недоумевал Нил, и Эндрю сказал ему мысленно спасибо, что никак не прокомментировал слова «ты слишком милый». — Люди слишком много сказочек придумывают. — Оу, это точно. Однажды я поведал семью, где два взрослых человечушки говорили: «Будьте аккуратны, мавка может вылезти и забрать вас с собой». Это слишком сильно бесило! А ещё, оказывается, я злой лесной дух, демон, и вообще монстр, что меня нужно боятся и остерегаться… — он грустно потёр нос, а после с его уст слетел чих. Эндрю погладил его по волосам, словно успокаивал. — Ты не монстр, — он сделал паузу, а после выдавил из себя: — Ты мне нравишься, и я благодарен тебе, что ты все время был рядом. Милая улыбка появилась на лице Эндрю, и мавка продолжала на него глядеть. Пока, моргнув, не осознал сказанные слова. Миньярд аккуратно вычесывал волосы, и продолжал говорить о том, что Нил на самом деле прекрасен, что он не злой, не демон, не монстр. И, Эндрю готов был дать себя смачного леща по морде из-за своей языкатости, но он говорил правду и от чистого сердца. Не врал, и не преувеличивал. Говорил то, что было на уме, то, о чем он думал, то, что лилось, как вода, из его рта. Правда за правдой, которая заставляла Нила делать счастливым. И, Эндрю говорил все искреннее, пока пытался расчесать волосы. И у него вышло. Нил продолжал на него смотреть, а потом просунул пальцы между своих прядок и осознал, что волосы высохли, и какие же они были приятны на ощупь… — Можно я потрогаю твои волосы, — Нил до сих пор выглядел слишком смущённым и не знал, как реагировать на честность Эндрю, который чуть ли не кланялся ему в ноги, говоря, что он прекрасен. Эндрю кивнул, чувствуя, как тонкие пальцы проникают в его локоны, и медленно, нежно сжимают их. Лица слишком близко и Эндрю ощущает свежее дыхание мавки, Нил пахнет озерной свежестью, а рубашка немного задралась, оголяя его бедра. Рыжик сиял от счастья и радости, трогая волосы Эндрю. И тогда блондин позволил себе прикоснуться к шее Нила, тот не возражал, а только с интересом глядел в глаза. Между ними были ничтожные миллиметры. Эндрю так же исследовал его волосы, а потом неосознанно потянулся за поцелуем. Нил не отстранился, он последовал тому же примеру, отвечая на невесомый поцелуй. Лёгкий, как облачко. Миньярд углублял поцелуй, осознавая, что мавка становилась все увереннее и увереннее, ведь все сильнее зарывалась в его волосы, а руки иногда переходили на плечи, ниже и ниже. И парень не мог сдерживать тихие вздохи между поцелуями. А Нил становился все напористее, и между ними возникала страсть, что сносила разум, оставляя после себя приятное послевкусие. Из груди не выходил тот трепет, он лишь становился все больше и больше, а внутри все набивало безумных красок, которые бились в голову, пока Эндрю не осознал, что потерял жизнь, превратившись в лешего, которого не хватало этому лесу, и теперь он навечно был замкнут в лесу с этой хитрой и уже не одинокой мавкой.