Переменная

Вэй Усянь очнулся как от наваждения. Увесистый пинок заставил его открыл глаза, и сжаться на холодном полу. — Молодой господин, — прошипел чей то голос, раздавшийся как из-под толщи воды, — мы все здесь разнесли. Мужские голоса гаденько захихикали и старейшину Илин, снова скрутило в болезненном спазме. С трудом встав, и проводив неизвестных ему людей взглядом, задаваясь кучей вопросов о том что происходит, Вэй У Сянь замер, когда кто-то снова решил навестить его. Именно тогда размеренная жизнь всего мира резко дала сбой. — Вэй У Сянь, — сказал как отрезал парнишка с шухером на голове, поправляя на своем плече лямку от гуцыня. — Я твоя совесть. Старейшина Илин опешил, и на мгновение забыл как дышать. Чего, чего, а подобного он услышать явно не ожидал. — Тебя призвали в этот мир, для исполнения желания в уничтожении целой семьи. Но зная тебя, ты не по этой теме… По крайней мере сейчас. — Тебя? — Я твоя совесть… — Так, подожди, — окончательно растерялся Вей Ин, размахивая руками, — дай мне немного времени. — До утра сиди здесь, а потом ты можешь получить парочку ударов, так как тебя не особо то здесь и любят… — Так, стоп, — прошипел Вэй У Сянь, пытаясь собрался с мыслями, — кто еще знает…ну что я… — Никто. Это тело не любят. — Пояснил более подробнее парнишка. — Тело? — Наконец-то огладелся старейшина. — Сюань Юй, не жил, он существовал. У него не было ни желания, ни дара. В семье его ненавидят, вот он и решил воззвать к духам. — А ты… — Яо Лао, имя придумал сам. Оружие гуцинь. Играть не умею. Вэй У Сянь прикрыл лицо рукой, а потом вцепился в свой волосы. — Кто ты? — Я твоя… — Нет, нет, нет. Давай только не про совесть. — Но у тебя ее не было! Старейшина Илин снова забыл как дышать, хватая ртом воздух от возмущения.

***

— Ты вернулся, — рыкнул Цзян Чен, выхватывая свой кнут. — Ты сражаешься кнутом? — Спросил воздух Яо Лао. — Но почему ты сражаешься кнутом? Это же неэкологично… — Че…чего? — Непонял глава ордена Цзян, забывая про свою цель. — Ты бьешь мертвеца и он разваливается на части, загрязняя экологию. Они же разваливаются, ну на части. — Повторил свои слова парнишка, рассматривая недовольные и туповатые рожи всех присутствующих, махая руками. — Чего? — Спросил уже Вэй У Сянь пустоту, хлопая ресницами. — Он загрязняет лес и землю, зверушки умирают, им негде жить… — Что за взд… — рыкнул несдержанно Цзян Чен, а потом все удивленно хлопнули глазами когда он исчез со своего места. Раздался грохот и отборный мат полился рекой. — Мой гуцинь, не промахивается. И да, это ударный инструмент — Прошипел Яо Лао призывая свое оригинальное оружие обратно, поглаживая его по бока. — Ну, облачко, почапали в твои глубины. — Проговорил он Лань Чжаню, резко разворачиваясь и теряя всякий интерес к предыдущему диалогу. — Я поведу осла так уж и быть, а ты неси это тело. — Я не тело. — Надулся Вэй Усянь. — Но ты же не пойдешь сам, так ведь? — Я… — Ударю… — Да ты… — Ударю! — Да как… — Тебя можно нести и без сознания. — Ты… — Облачко? — Мгм. — Да как так то….

***

— Правило, правило, правило. А почему глубины? Почему не заоблачные высоты, горы облаков… — Это ГуСу Лань. — Чуть ли не по буквам проныл старейшина Илин. — Лань.нь.нь… Еда? Вэй У Сянь посмотрел на своего… друга, с высоты плеча Лань Чжаня, и устало вздохнул. — Он похож на еду? — Хлопнул по спине мужчину, старейшина. — Пониже. — Что? — Его зад находится пониже, ты же его хотел пожамкать? Вэй Ин подавился воздухом, и насупившись закричал. — Это не правда… — А он хочет пожамкать твой, я думал у вас взаимопонимание. И да, не шуми, эффект внезапности! Ну, так уж и быть еще и правило. Лань Чжань чуть не споткнулся слушая этот диалог, и только титаническая сдержанность помогла ему преодолеть эти каверзные ступени. — Если хочешь жамкай, лови момент. Жизнь у нас всего одна. Или две? — Я не хочу! — Прошипел тихо Вэй У Сянь. — А я не тебе. И попрошу заметить, он несет тебя лично. Сам. Своими руками. В свое цзинши. Где у него явно есть тайничок, судя по его хитрому взгляду. Лань Вань Цзы замер на месте, и Яо Лао обтекая его как вода, оказался впереди. — Только после свадьбы. — Возвел он палец в небо и резко свернув скрылся в кусте. — Что он имел в виду, Лань Чжань? Кто-то женится? Твой брат? Твой дядя? Это то о чем я думаю? — Вей Ин! — Но мне же интересно…

***

— Брат ты вернул… — начал было Лань Сичень, но прямо перед ним, словно из воздуха, появился паренек лет двадцати с веточками в коротких волосах, и проворчал с пофигистичным лицом. — Ты его брат, но не близнец. Ты кто? — Эм, его брат? — Растерялся глава ордена Лань на мгновения, удивленно хлопнув глазами. — Аааа, поэтому вы так похожи, но он такой грустный… был. А теперь он начинает меня напрягать своим хитрым взглядом, — проворчал Яо Лао, кружась на месте. (От гуциня все благополучно смогли увернуться) — Как ты сюда попал? У тебя же нет жетона. — Шикнул на него Вэй Ин. — Зачем мне жетон? — Что-бы… ох, Яо Яо ну что ты за недоразумение? — Кто бы говорил! Человек ради которого я, на своем горбу, тащил за собою осла…., и попрошу заметить, перенес его через стену. — Ткнул он пальцем в небо. — Ты сделал, что? То есть как? То есть…. — Там другие облачка на входе караулили, грозные но глуповатые… — Брат, а это…. — Попытался влезть в разговор глава ордена Лань. — Я есть совесть Вей У Сяна, Яо Лао… — резко развернувшись, представился паренёк. — Ничего подобного, он просто не отстает от меня… — Ткнул в него пальцев старейшина Илин. — А я Лань Сичень, приятно познакомится. И Вей У Сяна? — Недоуменно проворчал мужчина, хитро блеснув глазами. — Я не запомню, так что будешь хорошим облачком. — Продолжал вещать Лао, опустив все формальности. — Что ж, тогда позвольте узнать, какое облачко мой брат? — Немедленно адаптировался к разговору глава ордена Лань. — Медленное… — Эм… — Ну ты то знаешь в чем твой брат медленный… Верно? Лант Чжань недоуменно приподнял одну бровь. — О, ты о… — Да ладно? И вы спелись? — Шикнул Вэй Ин, закатывая глаза. — Жизнь штука странная, но я никогда не пел. — Тыыы…. — О, авот ты поёшь. Но я уже бегу, до свиданья. Хороший, медленный, странный… — Это я то странный??? Тишина опустилась на небольшое полянку как то неожиданно. — Какой, кхм интересный паренек. — Проворчал Лань Сечень разрезая ее словно нож, и мило улыбаясь, провожая взглядом нового знакомого и полностью проигнорировал висящего на плече его брата, парня, вопросительно приподнял брови, как бы намекая, на пояснения. — Он вообще то ваш барьер прошел, и попрошу заметить не один… — Даааа, тогда тем более интересный. — Улыбнулся мужчина, резко разворачиваясь. — Эм, Лань Чжань, отпусти меня пожалуйста уже на землю, или мне пожамкать таки твой зад? Лань Сечень споткнулся на ровном месте, запутавшись в своей одежде, не успев укрыться в кусте по добру по здорову. О своем брате он знал, слишком уж много чего… — Мгм. — Прозвучал решительный ответ в тишине, словно гильотина опустившаяся на чью то шею. Вей Усянь, забыл обо всем на свете, перестав дергаться. Шкодливая улыбка исчезла с его лица, а рот сам собой приоткрылся в немом вопросе. — Глава ордена Лань? — Тихо проворчал он. — А что случилось с этим миром? — Я сейчас … — проворчал в ответ мужчина, убегая в неизвестном направлении.

***

— Я Лань Ци…. — Я не запомню… — Да как ты… — Я там что-то сломал, такое прозрачное… что-то… — Старейшина. — Чуть не снеся дверь вбежал один из адептов Лань с исказившем его лицо ужасом. — Кто то проделал дыру в барьере. — Это был я! Лань Цзижень еле сдержался, дабы не осесть медленно на пол. Его лицо тотчас же побагровело, и он что есть мочи рыкнул: — Тыыыыы…. Как ты вообще попал… — Я его не заметил, просто врезался, а дальше меня сильно ударило. Потом осел которого я нес на руках меня почему-то лягнул, и с перепугу поскакал в неизвестном мне направлении. Добежал до мирной и тихой полянки где я его и нашел, а потом меня накрыло пушистой лавиной сумасшедших кроликов и я снова снес барье, только уже в другом месте … — Старейшина… — вбежал в цзинши другой взмыленный адепт. — Дыра в барьере? — А как вы… — Это был я… — Поддакнул Яо, поднимая руку. — Кто ты, чтоб тебя…. — Я. Твоя. Совесть. — Пропечатал каждое слово паренёк, расплываясь в хищной улыбке, угрожающе покачивая гуцинем. — А еще Вей Усяна. И Лань Чжань ничего так… Лань Цзижень прикрыл лицо рукой, медленно заваливаясь на бок. — Старейшина… — Учитель…. — Целителя…