Все меняется к лучшему

— Значит ты хочешь, чтобы я попросил Сэра Ночноглаза взять тебя к себе на стажировку? — удивлению Всемогущего не было предела. — Очень прошу. Он один из многих, кто с вами работал, — серьёзности Мидории не было предела. — Внезапная просьба… Где ты только услышала о нем?..                                     *** — А, понятно… Ты хотела как можно быстрее попасть на стажировку и узнала о нем от Гран Торино, — сказал Тошинори. — Прошу, познакомьте меня с ним, — Изуми склонилась уже меньше, чем в девяносто градусов. — Ни. За. Что. — раздельно отрезал Всемогущий, подчёркивая непоколебимость своего ответа. -… — Я это не со зла. Есть на то три причины. Первая: на вчерашнем собрании я был одним из тех, кто против стажировки. Учитывая недавний рост активности злодеев, я думаю, что по крайней мере, первогодкам не стоит так рисковать, идя не стажировку. — На стажировках и до этого всегда имел место риск. Вам не кажется, что академия наоборот должна поддерживать инициативу учеников? — сказала Полночь, подслушившая разговор Яги и Изуми. — Согласен, — поддержал Тошинори Тринадцатый, тоже случайно подслушивший их разговор. — Вторая причина, — Всемогущий старался не обращать на них внимание, — я думаю, что тебе лучше идти на стажировку только тогда, когда ты отработаешь свои приёмы. — Мне кажется, что она уже достаточно хороша, — даже Эктоплазм невольно послушал их разговор. — Но ей ещё есть куда расти, поэтому ей лучше заняться тренировками, — не соглашался с ним Цементос. -… — Третья причина… Мне просто неловко, — заключил Всемогущий. — Эй, Всемогущий! Ты эту причину из пальца высосал! — заметил Мик и начал поясничать: — вы-со-сал, вы-со-сал! — Мик прекращай, — (ーー;) — Кац-чан сказал мне… — он повернулся обратно к Изуми, -… «с такими причудами, ты не можешь проиграть.». И он прав… Я сосуд нескольких причуд… И если я и дальше продолжу так безответственно и поверхностно относиться к стажировкам и тренировкам, то не смогу защитить дорогих мне людей… И потому надеюсь, что на стажировке у Ночноглаза я смогу достичь того уровня, на котором должен быть наследник Один-за-Всех. — Мидория настаивала на своём со всей серьёзностью и ответственностью. — «Это нетерпение — следствие того, что в ней несколько причуд и большая ответственность…» — подумал Яги и решил сжалиться над ней: — Мне нравиться такой настрой, но я не могу тебя с ним познакомить… -… — По крайней мере, этого не могу сделать именно я, — после этих слов Мидория с удивлением и надеждой посмотрела на своего наставника. Таким образом, они пришли к этой сцене: Мирио весело разговаривал со Всемогущим, а Мидория пыталась понять, к чему весь этот серьёзный разговор и про что он будет, судя потому, что с разговора со Всемогущим прошло уже как пять дней, и она не могла понять этой встречи. — Простите, но я не понимаю, к чему все это, — прервала разговор она. — Да я сам в непонятках, Изуми-чан! — ответил Мирио. — Юный Тогата проходит стажировку у Ночноглаза, — объяснил Всемогущий. И тут до Мидории дошло: — Ого, ошалеть. Это правда? — безэмоционально удивилась она. — Хе-хе, ну да, — Тогата неловко почесал затылок, — уж год как правда. — «И даже мне не сказал… Я все понимаю, мы не настолько близкие друзья, но все же…» — (; ￢_￢) — Юный Тогата, как ты думаешь… Мидория сработается с Ночноглазом? — спросил Всемогущий. — А-а-а-а, так вот оно что! Вы об этом хотели поговорить! — Мирио обхватил Мидорию за плечи, — могу ли я свести Изуми-чан с Ночноглазом! Но зачем играть в сломанный телефон? Он был бы рад встрече лично с вами… Вы вообще в курсе, что он постоянно смотрит видеозаписи с вами? — Честно, мне стыдно показываться перед ним… Ведь в итоге моя карьера закончилась так, как он и предрекал, — ответил Всемогущий. Улыбка пропала с лица Тогаты и он отпустил подругу, которая не понимала, про что идёт речь. — Ну да ладно! Так что скажешь по поводу Мидории? — Всемогущий ушёл от второй темы и вернулся к первой. — Так-с, ну-у… — задумался Мирио, а потом спросил у нее: — Изуми-чан, каким героем ты хочешь стать? — Каким?.. — она задумалась на мгновение. «Пообещай, что будешь хорошо себя вести, и не будешь доставлять проблем Айзаве-сану, хорошо? Я хочу, чтобы ты прожила долгую и счастливую жизнь. Прости меня. Я люблю тебя…» «Она пожертвовала собой ради тебя. Если бы она не встала на твою защиту, на её месте могла бы оказаться ты. Она действовала как герой, а герой — человек, который обязан защищать людей. Она стала твоим героем.» «Пообещай, что больше не будешь так себя калечить.» «Насчёт ваших ран, если боль не пройдёт, обратитесь в медпункт! Но даже не думайте, что её причуда будет каждый раз спасать вас! Лечите свои сраные раны сами!» — Я хочу стать героем, который не будет заставлять других о себе волноваться. Героем, который будет побеждать злодеев и спасать людей без лишних сомнений, а не которого будут спасать… Я хочу стать величайшим героем, — она сжала кулаки. — Безумная цель у тебя, Мидория, — заметил Тогата, — но причин отказывать я не вижу! — он поднял большой палец вверх. — О, правда? Спасибо большое, — Изуми наверное даже искренне зажмурилась. Смотря на этих двоих, Всемогущий невольно подумал: -"Если бы я не встретил Мидорию, то преемником стал бы Мирио…»                                     *** Наступили выходные. И каждый эти выходные проводил по своему. Компашка, ходящая каждый выходные к Яомомо не изменила и в этот раз ей, за исключением Киришимы. У Тодороки и Бакуго были дополнительные курсы по получению временной лицензии. У Мидории сегодня был очень важный день — она должна была идти к Сэру Ночноглазу. У одного лишь Минеты в выходные был «отдых»: он опускал одну голову и брал в руки другую.                                     *** Изуми и Мирио подходили к огромному офисному зданию. — Вот офис сэра, — он показал пальцем на строение. — Большое, — она подняла вверх голову. — Ах да, забыл сказать, — Тогата почесал затылок, — у Сэра очень строгие правила. — Я в курсе… По виску первогодки протекла капля холодного пота. — Он очень знаменит этим качеством, и он строг не только к остальным, но и к себе. Это видно в его работе, — она говорила спокойно, но ей было по-настоящему не по себе, — я застываю от его взгляда даже через экран телевизора. — О да, он такой… Но у сэра есть черта, которую он не показывает СМИ, — Мидория удивленно посмотрела на друга, — если ты не хочешь, чтобы он тебя сразу прогнал, то тогда ты должна до окончания вашего первого разговора как-то рассмешить его хотя бы разок. Изуми непонимающе уставилась на Мирио квадратным лицом. — Кого?.. В смысле… Прямо рассмешить? — она не могла поверить своим ушам. Они тем временем уже подходили к двери. — Ага, сэр похож на хмурого дядьку, но не смотря на это, а может из-за этого, он больше всего уважает юмор, — Тогата открыл дверь, — я могу лишь познакомить тебя с ним, но его отношение к тебе и твоё будущее в этом агентстве будет принимать только он. Или в этом агентстве у тебя будущего вообще не будет. Изуми сглотнула. Они шли по коридору. — Я хочу тебе помочь, но ты сможешь добиться стажировки здесь лишь своими силами, — продолжал говорить Мирио. Незаметно они пришли к заветной двери. — Он прямо за этой дверью! — сказал Мирио, — хочешь стать сильнее? Тогда тебе надо самой её открыть! Дверь так и манила Мидорию: «ну давай, открой меня.» Она так и сделала. Открывая дверь, она думала:"Офис Сэра Ночноглаза. Что же это за…» входила она туда на широкую ногу и уверенно. Но после увиденного её уверенность куда-то пропала. Только Мирио был спокоен. Видимо, он каждый день видел, как бывший напарник Символа Мира издевается над своей подопечной с помощью «Адской щекотушки», а именно такое название было написано на приборе, который щекотал привязанную девушку-героиню. Она уже, по мнению Изуми, теряла сознание. — Я привел первогодку, о которой говорил вчера! — не замечая происходившей бесовщины, представил свою подругу Тогата. Ночноглаз отвлёкся от своего занятного дела. Он посмотрел на Мидорию так, что по той прошли мурашки. — «Так это она…» — «Что обычно люди делают в подобной ситуации?! — судорожно думала она, — мне срочно нужно что-то придумать… Можно попробовать воспользоваться причудой, чтобы он взял меня… Но это слишком подло…» В её голове родилась настолько тупая мысль, что она казалась ей гениальной. -"Я эгоистично пользовалась помощью других людей и продвинулась так далеко. У меня плохое чувство юмора, поэтому мне больше ничего не остается.» Мидория собралась с мыслями. — Простите, но мы не сможем сработаться, — на полном серьёзе сказала она и поклонилась, извинившись. Бабл гёрл все никак не могла отойти от щекотушек, Мирио был вахуи, а Сер Ночноглаз, поправив очки, посмотрел на Мидория так, что ту в дрожь бросило. — Унижаешь меня? — словно пытаясь сдерживать гнев, произнёс он. Изуми сглотнула. — Чего ты добивалась, придя ко мне? Просто сказать, что мы не сработаемся? Показать свое превосходство? Словно ты не намерена работать со мной? — он медленно, как накатывающяяся буря, шёл на студентку. А та всё пятилась. — Н-нет, просто… — пыталась оправдываться Изуми. — Как ты собираешься стать героем, если не можешь сработаться с другими героями? Мидория впала в ступор. Несколько секунд помолчав, она сказала: — Я не спорю, что путь героя очень сложен, на нем слишком много преград, но также много и путей. Я вряд-ли смогу работать с вами, ведь ваши порядки и вы сам для меня слишком далеки, и пока я наверное не могу до вас добраться. На пути становления героем есть множество путей, которые все, в конце концов, приведут меня к финишу под названием «Символ Мира». Даже если я не пройду уровень с боссом «Сэр Ночноглаз», то я просто вернусь назад и выберу другой путь. Я буду пробовать все пути, пока наконец, не пройду все уровни, даже если это займёт у меня целую жизнь. Я ни за что не откажусь от своей мечты, — она пилила взглядом Ночноглаза. — «Она глупа и настойчива. Хоть она и приёмница Всемогущего, но она всего-лишь подросток, у которого настолько глупая мечта. Но она так уверенно хочет прийти к ней…» — Кто эта девочка? — дрожащим от недавних пыток голосом спросила Бабл Герл. — Моя близкая знакомая, приглядываю за ней, — ответил Мирио, вытаскивая напарницу с аппарата. — До свидания, — попрощалась Мидория и собралась уходить. — Постой. Она встала. — Зачем ты так настойчиво хочешь стать героем? — спросил Ночноглаз все также строго. — Я хочу стать героем, чтобы защищать близких мне людей. Я не хочу быть для кого-то бесполезной обузой, хочу приносить пользу обществу, — ответила она и пошла к двери. — Куда ты пошла, если наше собеседование ещё не закончилось? — спросил Сэр и поправил очки. Мидория обернулась и взглядом вопроса и надежды посмотрела на него. — «Ну, до смеха дело не дошло… Но такого успеха она смогла достичь и без анекдотов, а это уже достижение.» — подумал Мирио.                                     *** — Как только я поставлю печать, контракт возымеет действие, — сказал Сэр Ночноглаз, сидя за столом. Перед ним лежала бумага со школы. Он взял в руку штамп и уже вот-вот должен был её поставить, но… Промахнулся. Штамп громко поставил печать на столе. -… — «Чувак, да ты снайпер.» — подумала Изуми, а вслух сказала: — вы… Промахнулись. — Да, — не отрицал этого Ночноглаз, — потому что я не собираюсь её ставить. -?! Он начал ставить печать на столе, одну за другой. — Я понимаю, как сильно тебе поможет стажировка тут, — говорил он под равномерный стук штампеля, — но только тебе. Какая мне будет от этого польза? Каким образом я получу выгоду с того, что приму тебя в наши ряды прямо сейчас? Что ты можешь привнести в общество? Если ты хочешь, чтобы я тебя признал, докажи. Всемогущий показал, чего стоит, своей мощью и юмором. Он поселили страх в сердцах преступников и надежду в сердцах людей. Вот почему общество приняло его. Он встал из-за стола. — У тебя три минуты, чтобы отнять у меня печать. Если ты хочешь геройствовать под моим надзором, ты должна поставить печать сама. Я даю тебе, человеку без малейшего чувства юмора, редкий шанс. Что скажешь? Разве я недостаточно милосерден? От взгляда Ночноглаза бросало в дрожь. Мидория еле могла стоять под этим пытливым взглядом. — Мирио, Бабл Гёрл, оставьте нас, — отдал приказ Сэр. — А, хорошо. — Где ваш дух? — Сэр, есть Сэр! — энергично исправились подопечные и вышли за дверь. Мидория и Ночноглаз остались одни в комнате. Сэр теребил в руках заветный штампель. — Я против тебя и палец не подниму, ты же вольна атаковать как угодно. И о сохранности комнаты не беспокойся, просто отбери печать. — «Либо все, либо ничего. Одно из двух.» Мидория ссутулилась и воспользовалась причудой «Демон». Ночноглаз хмыкнул. Глубоко вдохнув, она рванула к герою в лоб. — Атака спереди?.. Она развернулась и оказалась за его спиной. -… Вернее, ты хочешь чтобы я так думал… Сверху… Ещё атака… Он без особого труда и напряга уклонялся от всех атак Мидории. Сколько бы она не пользовалась причудой Четвертого, своей формой демона, он всегда уклонялся от неё. Ведь он видел будущее, а Мидория всего-лишь была физически сильной, причуда Четвертого просто давала намёк на опасность, а так как Сэр даже не шевелился, причуда Четвёртого была совершенно бесполезной. — «Твои атаки против меня бессмыслен…?!» В плёнке, записывающей будущее, Ночноглаз увидел что-то очень странное. — «Какое время? Две сорок три? Ничего не понимаю…» Лицо его было спокойно, а сам он продолжал ритмично уклонятся от атак. — «Чего это он нервничает?» — подумала Мидория, увидев дернувшуюся бровь на его лице. А тем временем прошло уже две минуты. Она встала напротив него. — Сначала ты возьмёшь передышку… Затем почувствуешь отчаяние… — давил на неё Сэр. — «Увеличить количество атак будет недостаточно. Про огонь я вообще молчу. Придётся…» — Мне было интересно, что ты за человек… — прервал мысли Мидории Ночноглаз, — я ожидал самое разное, однако… У тебя много сильных причуд, однако ты совершенно не умеешь ими пользоваться. Ты середняк. Злодеи становятся активнее, тёмное облако спускается в эту эру. В такие времена… Как я и думал — причуду «Один за всех» должен был унаследовать Мирио, — он морально убивал страшеклассницу. -?! — Ты не можешь ничего сделать, ты слаба, как же ты тогда хочешь защищать близких тебе людей? Ты же для них настоящая обуза, которая только мешается под ногами. Когда Мирио представил тебя мне, я промолчал, но сейчас я молчать не буду: ты не достойна быть наследницей «Одного За Всех». — «Обуза… Бесполезная… Ты не достойна… Слаба… Мирио… Унаследовать…» Один за Всех»…» — проносилось эхом в голове у неё. — «Заткнись… Заткнись. заткнись. заткнись!.. Я докажу тебе, что ты не прав, Жираф хренов…» — О, так у тебя есть время на раздумья? Или ты устала? Нет плана? Нет страте… — Замолчите. Он резко замолк. Изуми медленно подняла на него голову. Теперь она смотрела на Ночноглаза так злобно, презрительно, отвратительно и убийственно, что теперь Сэр чувствовал себя не очень комфортно под этим взглядом. — Не смейте использовать на мне свою причуду. Не шевелитесь, не говорите, не думайте. Изуми шла на него, а он все стоял. — «Почему я не могу пошевелиться? Этот взгляд… Я… Боюсь его?» Они поровнялись. — А теперь идите и поставьте печать на моем документе, — широко раскрытыми глазами она уставилась на него. Он повернулся и, как заведеный пошёл к столу под смертельно спокойный голос Мидории: — Я — последователь Всемогущего. Он сказал, что я смогу стать лучшим героем. Меня признал сам Всемогущий. Ваше признание для меня — важно так же, как признание Всемогущего. И я добьюсь того, чтобы вы увидели во мне не жалкую Мидорию, а наследника «Один за Всех». Штеп. Ночноглаз поставил печать. Изуми упала на колени. Пару капель крови упали на плиточный пол. — «Это невозможно… Моя причуда — Предвидение. Я вижу часовое будущее, могу видеть все действия противника и уворачиваться от его атак. Но… Неужели в мире есть причуда, способная противостоять будущему? Она ещё и сумела унизить меня, заставив поставить печать самому, несмотря на все мои провокации и уловки… — Сэр смотрел на сидящую на коленях и тяжело дышащую Изуми, — этот ребёнок… Настойчивый и глупый, но при этом сильный и умный… Он достоин стать Символом Мира.» — Пардоньте! Здесь стало слишком шумно, вы уже закончили?! — в кабинет ввалился Мирио, а за ним вошла Бабл Гёрл. — Мирио, она нанята, — хмуро сказал Сэр. — Ого, здорово, класс! — порадовался Мирио. — Хе-хе, — победно, но сдержанно хехекнула Мидория и утерла рот рукой.                                     *** — Итак, сегодня мы будем проводить опросы и патрулировать. Бабл Гёрл будет со мной, Мидория и Тогата — вторая команда, — разъяснил порядок рабочего дня Ночноглаз. — Опрос? — переспросила Мидория и по-совиному немного наклонила голову. — Офис Ночноглаза занимается тайным расследованием, — пояснила Бабл Гёрл. — Мы выслеживаем мелкую группу злодеев под названием «Восемь Заветов Смерти», — продолжил Сэр. А-ха-ха, очень мелкую. — Блин, автор, давай без спойлеров! — Вот именно. — И без комментариев. — Согл. Ладно, ладно. Мидории дали фотографию странного мужчины, на лице которого была маска Чумного доктора. Мрачный тип. — Главарь на фото — «Чисаки». Он начал проявлять странную деятельность, — сказала Бабл Гёрл. — Банда Якудза… Но сейчас такие группы пытаются не высовываться… — Мидория рассматривала фотографию. — Да, потому что их практически стёрли с лица земли в прошлом. Но этот «Чисаки» по какой-то причине начал собирать банду снова. Они даже вышли на контакт с «Альянсом Злодеев», однако подробностей мы, к сожалению, не знаем, — расставила все по полочкам для Мидории Бабл Гёрл. — «Альянсом Злодеев…» — Изуми нахмурилась. — К сожалению, прямых доказательств тому, что они затевают преступление — нет. А значит они пока в серой зоне, очень тёмной её части, но мы все ещё не можем относиться к ним, как к злодеям. Мой офис пытается найти доказательства их преступной деятельности, но чтобы они не догадались о нас, — поставил цель Ночноглаз. — Сэр, есть Сэр!                                     *** Мидория и Мирио шли по одной из улиц Мусутафу. Мирио шёл широким шагом, как на прогулке, а Мидория была в своих мыслях по поводу связи Восьми заветов Смерти и Шигараки. В один момент сработала причуда Четвёртого. Она повернула голову к одному тёмному закоулку, мимо которого они проходили. Мирио заметил вставшую напарницу. — Ты чего, Изуми-чан? — спросил он. И после его слов из закоулка выкатился маленький белый комочек, ударился о Мидорию и упал. То была маленькая девочка лет пяти-шести. Запуганный, зашуганный взгляд, полный боли и отчаяния. — «Это взгляд…» Изуми села напротив неё. — А-а, прости, мой косяк. Небось больно было? — она неловко почесала затылок и сощурилась, стараясь не пугать ребёнка ещё сильнее. Пися Шилов Егор Денисович Девочка тяжело дышала и тряслась. — «На улице сегодня довольно прохладно, а она в лёгком платьишке. Так ещё и босиком… Это что-то странное», — первое, о чем подумала Мидория, и вслух спросила: — тебе не холодно? Ребёнок молча смотрел на неё. А голове снова кольнуло. — Смотри, что наделала. Героям неудобства доставляешь. Из того же переулка вышел высокий худощавый мужчина в маске Чумного Доктора. Мидория сглотнула. Девочкой овладел страх и она прижалась к Изуми. — Эри, назад. — «Это он. Главарь Восьми заветов Смерти…» — Прошу простить шалость моей дочери, герой, — извинился злодей, — она слишком много бегала по округе, вся исцарапалась. Я так волновался, — он неловко зажмурился. Девочка прижималась к Мидории. — Не уходите… — шептала ей девочка. — «Ей страшно. Она так держится за меня, словно от меня зависит её жизнь. Эти бинты… Она так замотана… Не похоже, чтобы она просто поцарапалась… Восемь заветов Смерти… Как бы я всеми силами не хотела её оставлять этому Чисаки, но выбора у меня нет. Он не должен чувствовать себя в зоне подозрения, иначе мы его потеряем. А вместе с ним и её. А я никак не могу потерять эту маленькую девочку.» — Эри, пойдём домой. Сегодня холодно, ты простудишься, — сказал через плечо Чисаки. Эри ещё сильнее вжалась в грудь Изуми. — Не волнуйся, я за тобой очень скоро вернусь. Потерпи немножечко, — тихо шепнула на ухо Эри она и поднялась. Девочка с надеждой посмотрела на неё. Напоследок крепко сжав рукав водолазки, она спрыгнула, словно кошка, с рук Мидории и пошла к своему названному отцу. — Простите, что побеспокоил вас, герои. Удачи вам на работе, — с этими словами он взял девочку за руку и они скрылись в мраке переулка. Рефлекторно Изуми хотела рвануть за ними, но поймала себя на осечке. — Ну ты Изуми-чан меня и напугала. Я уж думал придётся сражаться, — Мирио выдохнул. Она его не слушала. — Я понимаю твои чувства, но пойми: сейчас мы все равно не смогли бы ей помочь, вдобавок к этому мы бы ещё упустили Чис… — Да, я понимаю, — перебила его Мидория, — давай продолжим патрулирование. Мирио промолчал. — «Нет, Тога-чан, ты не понимаешь. Не понимаешь, какого это, когда тебя держат в заложниках, используют тебя в самых различных целях, начиная с опытов и заканчивая заточкой ножа собственным телом. Ты не понимаешь…»                                     *** Начался дождь. Команда Лемиллиона и Тенька встретилась с командой Ночноглаза и Бабл Гёрл. Пока они разговаривали, Мидория все никак не могла выкинуть из головы эту маленькую беззащитную Эри. — Тенёк. Мидория вопросительно уставилась на Ночноглаза. — Ты не можешь спасти всех. Она опустила голову. — Да, не могу. Но я хочу постараться это сделать. — Это глупо. — Может и глупо. Но я хочу это сделать. — Ты не Всемогущий. Даже Всемогущий не может спасти всех. — Я знаю. Но вы не заставите меня отказаться от моего желания. Ночноглаз решил промолчать, дабы не продолжать этот бессмысленный разговор. После случившегося Мирио и Изуми отпустили по домам, Ночноглаз же с Бабл Гёрл продолжили патруль.                                     *** На следующий день после случившегося, Мидория была сама не своя: не могла сосредоточиться на тренировках и занятиях, Айзава предлагал ей бросить одно из двух, думая, что она не может справиться с обоими задачами. К вечеру все же состоялся разговор со Всемогущим. Тошинори спокойно бежал по тропинке по территории Юэй, как вдруг его настигла Мидория. — Всемогущий. Он повернулся и заметил её. — А-а, Мидория, девочка моя, как ты меня нашла? Как прошёл первый день с Ночноглазом? — невинно спросил он, продолжая бежать. — Вы знали обо всем этом? То, что Ночноглаз вкурсе об «Один за Всех», что Тога-чан был кандидатом в приемники. Вы знали об этом? Но почему мне ничего не сказали? — мрачно спросила Мидория. — А в этом… Была какая-то нужда? — также столь невозмутимо спросил герой. — Разумеется была! Мне практически отказали, а когда я хотела узнать причину, меня начали бомбардировать фактами, о которых я ни слухом, ни духом! И кроме того, я теперь совсем не понимаю, зачем вы все это сделали! Я так не могу! — Мидория вышла из себя от невозмутимости Яги. — Мне казалось, что это никак тебе не поможет… Ты уверена, что хочешь знать правду? — Уже лучше так, чем бродить в потемках! — Тогда не пожалей об услышанном. Мы не сошлись о том, каким будет моё будущее и разошлись вот так. Директор Незу порекомендовал мне Юного Тогату, но перед тем, как увидеться с ним я встретил тебя. Прости, что не хотел говорить. Но ты ведь мой фанат, который не должен знать о смерти своего кумира. От услышанного сперло дыхание. Мидория остановилась. — Всемогущий… Умрёт? — она не могла поверить этому. Да, люди не бессмертный, однако, думать о том, что однажды Всемогущего не станет, было больно. Он стал для неё как отец. — Я доложил Ночноглазу о том, что встретил тебя и решил передать свои силы. Он видел новости того дня. Громкую статью в газете: «ученица средней школы спасла своего одноклассника, чего не смогли сделать герои, и скрылась. Её имя неизвестно, пострадавший лишь сказал «Деку», на вопрос:» как её имя». Он опередил меня и позвонил мне первым. — Ты видел новости, Всемогущий? Та девочка… Ты уже выбрал кандидата? — Да. — Ясно… И кто он? — Его удивлению не было предела. Как оказалось, он хотел предложить мне тебя, но я уже сделал выбор. Это была ты. На душе Мидории стало немного легче. — Но подождите, — продолжила она, — как тогда связан Ночноглаз с Тога-чаном? — Он взял его под свою опеку, надеясь предложить его мне в качестве приемника, однако не успел. Остался ещё один необговоренный и самый трудный вопрос. Но Всемогущий уже не собирался её слушать. — Постойте! Всемогущий постойте! Самое главное!.. Когда он предвидел вашу смерть?! Когда?! Можно ли изменить увиденное?! — кричала ему вслед она. Ещё один удар: — Лет через шесть-семь. — То есть это в этом или следующем году… — Изуми не верила своим ушам. — Когда я услышал об этом, я принял предвидение достаточно легко. Я думал, что если увижу конец моего пути, то смогу мчаться к нему со всей скоростью, — пояснил он. — Но зачем… — на глаза старшеклассницы наворачивались слезы. — Сражаясь в Камино, я думал: «вот и конец», но ты смотрела на меня. Ты… все эти дни, тихая и сдержанная девочка, ответила на мой зов. Всё эти дни ты шептала мне: «ты должен жить». Затем, Стерка сказал мне: «ты должен показать для неё пример, ведь она твоя наследница». Поэтому я буду идти на перекор! Ты изменила меня! — он сжал кулак, — я буду жить! Этим кулаком я подчиню судьбу своей воле! Он помолчал. — Однако ты двигалась вперёд с такой скоростью, и я не хотел тебе мешать. Возможно, судьба уже изменилась. Всемогущий закончил свой монолог. — Но мы не знаем этого наверняка… В любом случае… Если с вами что-то случится, то вместе… Вместе мы сможем изменить судьбу! — в её словах была решимость. — Постараюсь не доставлять тебе много проблем! — Всемогущий улыбнулся.