Ох уж эта Роза

      Когда Эцио в очередной раз вернулся во Флоренцию к своему другу Леонардо, то не ожидал увидеть у него Розу. Правда, сначала он не узнал в ней ту самую воровку, узнал в ней ту самую воровку, у которой он обучался в Венеции. Но перед ним предстала другая Роза, одетая в красивое пышное платье, и с едва заметным румянцем на лице.        — Это кто? — спросил Эцио у Леонардо.        — Она представилась как Роза, говорит, что знает тебя, и ещё… любит, — улыбнулся художник.        — Милый, ты что не узнаёшь меня? — улыбнулась Роза.        — Ты… воровка… из…        — Да, из Венеции, только я завязала с этим, — улыбнулась девушка.        — И перед этим украла платье и румяна, — хмыкнул Эцио.        — Стоп, платье и румяна она купила на мои деньги, — вмешался Леонардо, — она сказала, что для тебя хочет выглядеть ни как нищенка, а как…дворянка, — смачно произнёс Леонардо.        — Она не в моём вкусе, — заявил Эцио.        — А ты как раз в моём, я больна тобой с тех пор, как увидела тебя, — сказала Роза.       Эцио окончательно запутался. Он влюблялся во многих девушек, но Роза явно не в его вкусе. Да, что-то в ней есть, но не то, для того чтобы влюбляться в неё. Он посчитал это шуткой, и просто недопониманием между ассасином и воровкой, да и влюблялся он преимущественно в дворянок, а не в воровок. Он ничего не сказав, вышел на улицу, Роза как назойливый музыкант со своей гитарой за ним. Только он хотел отойти в сторону, как влюблённая Роза угадывала его желание.        — Слушай, я понимаю, что ты благодарна мне, но не стоит ради меня меняться, и я не тот кто тебе нужен, — сказал Эцио.        — Именно тот, кто нужен, — заглядывая ассасину в глаза, сказала Роза.        — Девушка вы не в моём вкусе.        — А ты как раз в моём. ассасин, — улыбнулась Роза, поцеловав Эцио прямо в губы.       Как только он не пытался оторваться от Розы, у него не получалось, поэтому когда она вдруг от него отстала, то он и не переживал по этому поводу, вот только, когда он снова наведался во Флоренцию, то вместо объявлений о поиске неуловимого ассасина, он увидел граффити с любовными посланиями, и признаниями любви, правда вместо имени Эцио, она написала милый. А также она маленькими стрелочками указывала, где её найти, разумеется, только для зоркого взгляда Эцио.       Флорентинцы возмущались, требовали найти и покарать того кто расписал все стены столь красивого города, да и Эцио это начало надоедать, надо было разобраться с Розой, а то она ненароком может его выдать. Пользуясь подсказками оставленными влюблённой в него воровкой, Эцио стал взбираться по стенам, всё выше и выше, пока не оказался на самых высоких крышах города. Он пытался воспользоваться орлиным взглядом, чтобы вычислить Розу, но это не помогло, пока он не увидел, как кто-то с одной из крыш ему машет.       Он поспешил на ту крышу, но когда пришёл, то ни кого там не было.       «Где эта чертовка, она отнимает моё время», — подумал он, осматриваясь по сторонам.       Внезапно, кто-то дотронулся до его спины. Он резко обернулся и увидел, как чья-то тень скользнула вниз. Эцио последовал за ней, но снова никого.        — Ты отнимаешь моё время. Скажи, что ты хочешь? — спросил он в пустоту.       Роза появилась буквально из ниоткуда. И как это у неё получается? Она всё ещё была нарумянена и в платье, а бегала и ускользала так, как будто одета в мальчишескую одежду.        — Ты мне нравишься, не знаю почему, — улыбнулась девушка.        — Послушай, а тебе… удобно так…        — Да, мне не мешает, и не мешает идти за тобой тенью, — хихикнула девушка.        — А ты меня научишь быть тенью?       Эцио стало интересно, как она это делает, и он решил воспользоваться её влюблённостью, чтобы она сделала его настоящим ассасином.        — Дай подумать…. ты ведь не любишь меня, так зачем…        — А если скажу, что люблю?        — А ты сначала докажи, — ехидно сказала Роза.       Эцио моментально сгрёб девушку одной рукой, и, прижав её к себе поцеловал прямо в губы, от чего ловкая воровка Роза прямо растаяла и сдалась. Она этого и добивалась, добивалась того, чтобы Эцио её поцеловал, так хотелось дотронуться до его губ, каждый раз, когда они пересекались в Венеции. Она не могла объяснить свою влюблённость в Эцио, просто нравился и всё.        — Ну, что, теперь обучишь? — ехидно спросил Эцио.        — Теперь да, — ответила Роза.