△
21 января 2023 г., 21:17
— Она согласилась со мной встретиться, — заявил Изуку дрогнувшим голосом, глядя на клубничное пирожное на своей тарелке, а не на своих друзей, сидящих напротив него. Да-да, сейчас начнутся восторженные крики на всё кафе и поздравительные овации, но это потому, что они пока не знают полную версию этой истории.
— О-о-о, так что же мы тогда заказали молочные коктейли, а не шампанское?! — воскликнула Урарака.
— Потому что мы несовершеннолетние, — строго ответил ей Иида, но его лицо тут же смягчилось, когда он вернул взгляд на Изуку, — прими наши искренние поздравления в связи с этим радостным событием.
— Ой, Иида-кун, ну убери ты уже свой официоз, наш мальчик идёт на свидание, добавь праздничной атмосферы! — лицо Урараки светилось так, будто это она идёт на свидание, а не Изуку.
«Интересно, будет ли она так же рада за меня, когда узнает подробности?..» — думал он.
— Я так и знал, что из нас троих именно Мидория-кун первым заведёт отношения, — с умным видом заявил Иида, подвигая к себе тарелку с шоколадным бисквитом.
— Эй, а меня ты в расчёт вообще не брал?!
— Я думаю, тебя это всё ждёт ещё не скоро, Урарака-кун.
— Ты на что намекаешь, грубиян?!
— Но я же в хорошем смысле!
— Это в каком таком хорошем?!
Изуку наблюдал исподлобья, как его друзья вот-вот устроят бой на чайных ложках и где-то в глубине души даже чувствовал облегчение, ведь это оттягивало тот момент, когда ему придётся объяснять им, что в его ситуации ни о каких свиданиях, и уж тем более об отношениях речь пока не идёт.
— Так, я попозже разберусь с тобой за твои странные высказывания, а сейчас наш главный герой — Изуку! — Очако отложила в сторону своё орудие убийства, вновь поворачиваясь к смущённо поникшему Изуку и одаривая его счастливой улыбкой.
Увы, отсрочка продлилась недолго.
— Да, очень нетактично с нашей стороны, — присоединился Иида.
— Мы закончили на том, что она согласилась на встречу, так?
— Да, она согласилась со мной встретиться… — Изуку нервно теребил край салфетки, подбирая следующие слова, — но не совсем…
Очако и Тэнъя одновременно уставились на него озадаченными взглядами, словно он был контрольной по химии, а не их лучшим другом.
— Как можно согласиться встретиться «не совсем»?..
***
Поначалу это было весело. Кацуки не особо задумывался о последствиях, когда выбрал себе в игре аватар красавицы-эльфийки и вписал этот проклятый никнейм: «Кацуми-чан». Да он просто хотел поржать с этих лузеров, которые при виде аватара и ника думали, что имеют дело с нежной и хрупкой девочкой, подшучивали над ним в чате, кто-то даже пытался подкатывать, а потом они видели сообщения от него в духе: «ну что, суки, разъебашим тут всех под ноль?!?» и смотрели, как нежная и хрупкая Кацуми-чан зверски уничтожает врагов направо и налево. Ему просто было смешно наблюдать за их реакцией, да и всё. Пока не появился чёртов Деку. «Деку», что за идиотский ник, думал Кацуки, но потом напоминал себе, что у него самого, вообще-то, в юзернейме женское имя, так что… Матчмейкер свёл их как-то раз случайно, но после этого они стали играть вместе на регулярной основе, так как уже после одной совместной катки Кацуки понял, что этот «Деку» — тот напарник, который был ему нужен. Он уже до чёртиков заебался проигрывать из-за этих неудачников, которые постоянно попадались ему в пати. А Деку знал своё дело, он мог и прикрыть, и организовать атаку. С ним Кацуки был спокоен за свой рейтинг, да и Деку тоже немало выигрывал от партнёрства с ним. Всё было хорошо, пока не начала появляться эта идиотская хрень. «Чувства», мать их за рекой. Как и Кацуки, Деку ломал стереотипы своим образом. Только если Кацуки делал это по приколу, то Деку, похоже, таким и являлся по своей натуре. На поле битвы — кровожадный монстр, который живого места не оставлял от своих врагов, а в чате — няшное солнышко, что освещало всю округу своими тёплыми лучами. «Ребята, отлично поработали! [куча слащавых эмоджи] Кацуми-чан, ты крутая, как и всегда! [ещё пачка тошнотворных сердечек]» — такие сообщения присылал Деку в чат, пока его персонаж, забрызганный кровью уничтоженных им противников, тяжело дышал в окружении трупов, отбрасывая в сторону окровавленный топор. Кацуки и сам не заметил, в какой момент его сердце начало противно подрагивать, когда на выскакивающем в игре приглашении светился ник Деку. Он не знал, что его подкупило — этот волнующий контраст в образе, или выдающиеся боевые навыки Деку, или их ставшие привычной традицией ночные переписки в чате. Одно он знал точно — он фатально упустил момент, когда нужно было признаться, что он — парень, а не какая-то «Кацуми-чан». Ведь Деку, как и все остальные, считал его девчонкой. Ответная симпатия со стороны Деку была вполне ощутимой, что не могло не тешить самолюбие Кацуки, поэтому он решил оставить всё, как есть. Такой себе мимолётный геймерский роман. Даже не роман, а так, жалкая пародия. Шуточки и подколы на грани флирта, восторженные комплименты Деку в адрес Кацуки, милое прозвище «Каччан», от которого у Кацуки невольно замирал пульс, долгие разговоры в чате на все возможные темы — от нового сезона «Ходячих мертвецов» и до новинок VR-индустрии, пожелания друг другу спокойной ночи и прочие недо-романтические моменты, которыми Кацуки, как ни странно, дорожил. Ему хватало всяких геморройных проблем в реале. Универ, экзамены, стажировка в фирме родителей, гипер-общительные соседи по общежитию, которые не оставляли его в покое, когда ему, чёрт возьми, просто хотелось побыть одному на выходных. Зависнуть с Деку в онлайн, вместе проходя уровень за уровнем или переписываясь в чате до глубокой ночи, было его единственным источником серотонина среди всего этого дурдома. Всё равно это не перерастёт во что-то большее (во что-то настоящее), так зачем всё портить, обрушив на Деку шокирующую сенсацию о том, что его дорогая Кацуми-чан — вовсе не симпатичная девочка (или как он там её себе представляет), а парень, который всё это время скрывал от него свою гендерную принадлежность. Рано или поздно это закончится, это всего лишь видеоигра, они оба не будут играть в неё вечно. Рано или поздно они забудут друг о друге и будут дальше жить каждый свою жизнь. Этой мысли Кацуки решил придерживаться, пока в один прекрасный день придурок Деку не решил признаться ему в своих чувствах. А точнее, как он думал, «ей».***
В комнате было темно, лишь свет от монитора падал Изуку на лицо. Жёлтые цифры на электронных часах на тумбочке светили «22:58», и хоть Изуку завтра предстоял ранний подъём в школу, он пока не собирался спать. Если ему удастся урвать лишних пару часов переписки с Каччан, то он готов даже стерпеть завтра вопли биологички за то, что заснул на её уроке. «Мне нужно выпить кофе. Может, ты тоже? Приглашаю тебя на виртуальный кофе:)» Он отправил сообщение в их с Кацуми-чан личный чат. «Не люблю эту коричневую жижу. Предпочитаю чай», — тут же пришёл ответ. У Изуку в ужасе округлились глаза от того, как грубо был оскорблён его любимый напиток. Но это Каччан. Он простит ей всё на свете. Тем более, он был рад узнать о ней что-то новое. «Какой твой любимый чай? (насчёт коричневой жижи – ты не права)» «Я предпочитаю смесь трёх видов (да мне по хрен, что ты там об этом думаешь, задрот)» Губы растянулись в довольной улыбке. Изуку уже привык к тому, что он то «задрот», то «придурок», то «тупой Деку», но свои драгоценные часы свободного времени Кацуми-чан каждый день дарила именно ему. Уж он мог стерпеть пару прозвищ от девушки, которая столько раз рисковала жизнью ради него. В игре, правда, но всё равно! Он решил пока не идти на кухню за кофе. Не хотел терять бесценные минуты общения с ней. «Позволь как-нибудь угостить тебя чаем. Вот только я не знаю, где подают нужную тебе смесь» «Её можно заказать где угодно, но бариста обычно в ужасе таращат на меня глаза, когда я прошу их сделать мне смесь чёрного, зелёного и бергамота» «Они просто не привыкли к таким чайным гурманам» «Нет ничего сложного в том, чтобы бросить в заварник три разных заварки, или, если это какая-то вшивая забегаловка, то хотя б положить три разных пакетика в чашку, но они пялятся на меня так, будто я им какие-то жареные устрицы заказываю» «Ахаха, не терпится увидеть этот спектакль вживую» «Используй своё богатое задротское воображение» Изуку закусил губу, в напряжении глядя на экран с открытым чатом. Это был уже не первый раз, когда он в шутку намекал на встречу, но Кацуми-чан упорно уходила от темы. Все их совместные победы в игре и долгие переписки — это было, бесспорно, очень мило, но на этом всё заканчивалось. У них словно существовала негласная договорённость не говорить о себе никаких личных подробностей. Любимый сериал или аниме? — Пожалуйста, сколько угодно, такое они могли обсуждать часами. Дата рождения или место учёбы? — Нет, это уже слишком, закрываем тему. Изуку знал лишь то, что они оба живут в Токио (сложно было бы обсуждать свои любимые VR-клубы, не называя, о каком городе идёт речь), и эта мысль не давала ему покоя. Ведь это же преступление — быть так близко друг к другу и не встретиться. А она даже созвониться не соглашалась! «Каччан, я серьёзно. Я бы хотел с тобой встретиться», — он набрал сообщение, но не отправил. Не потому, что ему стало страшно, а совсем наоборот. Он почувствовал прилив смелости. Если уж делать это, то делать как следует. Палец уверенно зажал backspace, стирая буквы на экране одну за другой. Изуку устал от переписок, от намёков, от того непонятного явления, которое происходило между ними. Ему нужно было понимать, кем они друг другу приходятся. «Либо мы как Кирито и Асуна, либо никак», — думал он, набирая новое сообщение. «Не могу назвать себя выдающимся смельчаком, и в реале я бы наверное в штаны наложил от страха, если бы мне пришлось признаться в чувствах девушке, которая мне нравится, но это игровой чат, и это моя стихия. Уж тут я могу побыть смельчаком хоть немного:) Ты мне очень нравишься, Каччан, думаю, ты уже давно и сама это заметила. И мне эгоистично показалось, что, возможно, самую малость, я немножко нравлюсь тебе тоже. И если это так, я бы очень хотел встретиться с тобой вживую, увидеть тебя, наконец-то поговорить. Если мои чувства невзаимные — так и скажи, и я больше не буду поднимать эту тему никогда» Он ещё раз пробежал глазами по написанным строчкам и быстро нажал «Отправить», пока не передумал. Чёрт, да это было нечеловечески страшно! Сердце устроило в груди дискотеку. Лицо горело так, что на нём, наверно, можно было бы жарить яичницу. Пальцы дрожали. Это, безусловно, был самый отважный поступок в жизни Изуку, и он уже начал думать о том, нужно ли ему будет сейчас бежать в круглосуточную аптеку за валерьянкой, и не поседеют ли у него волосы в столь юном возрасте. Да, он точно не смог бы сказать это ей в лицо, будь они знакомы лично. Если даже через чат это было так страшно, то вживую он бы не просто наложил в штаны, он бы наложил в штаны посмертно, так как его хватил бы инфаркт. Но дело сделано, и теперь осталось лишь пережить болезненные минуты ожидания. Изуку смотрел на экран. Какое-то время ничего не происходило, потом внизу чата появилась надпись: Кацуми-чан набирает сообщение… И тут же исчезла. Какое-то время ничего не было. Потом надпись появилась опять. И опять исчезла. «Господи, она пытается подобрать слова, чтоб меня как-то помягче отшить. Хотя это Каччан, ей неведомо «помягче». Хотя, с другой стороны, может я настолько жалок, что даже Каччан единственный раз в жизни проявит вежливость и чуткость. Пожалуйста, разбей мне сердце как можно деликатней!» Мысли в голове путались и сбивались в невнятные комки. Изуку уже готов был заплакать, глядя на своё отправленное сообщение, под которым всё никак не появлялся ответ. Когда наконец из приглушённых колонок раздался характерный клацающий звук нового сообщения в чате, Изуку почувствовал, что пульс опасно остановился. Он нервно пробежал глазами по короткому сообщению. Потом ещё раз. И ещё раз. И на этот раз он действительно заплакал. «Да не невзаимные, придурок», — написала Кацуми-чан. Слёзы текли из глаз ручьём. Стресс и радость смешались в некое подобие нервного срыва. Она ответила ему взаимностью, и для Изуку это было лучшее ответное признание на свете. «Ты тоже мне нравишься» — это был бы полный отстой. «Да не невзаимные, придурок» — вот это круто, это наш выбор! Изуку понимал, что, наверное, ещё рано говорить: «Я люблю тебя», но почему-то ему казалось, что то чувство, которое трепыхалось у него в груди, называлось именно так. «Пожалуйста, давай встретимся», — набрал он дрожащими пальцами, пытаясь взять себя в руки. Обратной стороной ладони он вытер слёзы. Он был рад, что Каччан его сейчас не видит, иначе бы она точно не захотела идти на свидание с этим комком из слёз и соплей. «Деку, это плохая идея», — пришёл ответ. «Почему??» «Есть причины» «Ты не хочешь меня видеть?» «Хочу, наверное» «Тогда почему:(» И тут он понял. «Ты не хочешь, чтоб я видел тебя??» «Типа того» Изуку завёл руки за голову, сцепив пальцы в замок. Он не задумывался над тем, какая у Каччан внешность, потому что для него это искренне не имело значения. Он полюбил её дерзость, её резкость, решительность, он полюбил их разговоры и победные раунды в игре. Как бы она ни выглядела, это не изменит то, что он чувствовал. Но очевидно, что-то в её внешности её беспокоило, раз она не хотела, чтоб Изуку её видел. Чёрт, это как в «Первому игроку приготовиться»! Изуку ведь был специалистом по всем геймерским фильмам. И он хорошо помнил, как там всё закончилось. «Каччан, для меня не важна внешность. Понимаю, что многие так говорят, но в моём случае это правда. Ты мне будешь нравиться любой» «Не будь таким самоуверенным, Деку, ты меня никогда не видел» «Честное слово, я приму тебя такой, какая ты есть!» «Ты не можешь этого знать, чёрт возьми» «Так скажи мне, в чём заключается проблема» Какое-то время от Кацуми-чан была тишина. Видимо, она думала, говорить ему или нет. «Чёрт» «Нет, Деку, я не могу» «Я не могу тебе сказать» «Если я тебе скажу, то всё закончится, а мне бы этого не хотелось. Давай забудем про эту идею со встречей и оставим всё, как есть. Просто поверь мне, что это плохая идея, и ты не будешь рад тому, что увидишь» Часы показывали далеко за полночь, но Изуку решил, что пусть горит огнём завтрашняя биология, потому что он был уверен, что борьба за любовь важнее, чем жизненный цикл инфузории-туфельки. «А почему ТЫ не хочешь поверить МНЕ, когда я говорю, что буду рад тебя видеть несмотря ни на что??» «Я не собираюсь с тобой видеться, Деку, это мой окончательный ответ» «Ты не собираешься, но ты ХОЧЕШЬ! Ты сама сказала! Ты хочешь встретиться со мной, но переживаешь, что, увидев тебя, я передумаю. Значит, мне просто нужно доказать тебе, что это не так, не назначая при этом очную встречу. Каччан, у меня есть идея, как это провернуть» Изуку тяжело вздохнул, занося руки над клавиатурой и готовясь вывалить на свою возлюбленную самую тупую в мире идею, но кто не рискует — тот не выигрывает. Он уже получил подтверждение в том, что его чувства не безответны, так что теперь он будет биться в эту стену головой до последнего. «Давай выберем место, в которое мы оба придём. Но не конкретное место, а какое-то просторное, где будет довольно много людей. Например, торговый центр. И время назначим не конкретное, а двухчасовой промежуток. Например, с пяти до семи вечера» Он отправил сообщение, нервно протёр вспотевшие ладони и продолжил печатать. «Так вот, мы назначим время, но ты можешь прийти чуть раньше или позже, чтоб ты не думала, что я буду караулить тебя на входе ровно в назначенное время. Суть в том, чтоб мы оба оказались внутри этого здания. И вот, в течение двух часов ты можешь просто гулять по торговому центру, а я буду тебя искать. Я буду рассматривать всех людей, и я уверен, что когда я увижу тебя, я тебя узнаю, я почувствую, что это ты. Я подойду к тебе, ты подтвердишь, что это действительно ты, и мы вместе уйдём в закат!:) Как тебе такое?» «То есть, мы оба приезжаем в ТЦ, я бесцельно шляюсь по нему, а ты подходишь ко всем подряд рандомным людям и спрашиваешь их, не хотят ли они уйти с тобой в закат?» «Да, то есть… Нет! Я же говорю, я уверен, что узнаю тебя, и мне не придётся подходить к рандомным людям. Раз ты не хочешь встретиться со мной лицом к лицу, то я предлагаю встретиться вот так, косвенно. Я узнаю тебя в толпе, и ты поймёшь, что зря переживала по поводу внешности, или из-за чего ты там переживаешь» «Или ты увидишь меня, вообще не допрёшь, что это я, и тупо пройдёшь мимо» «Значит, тогда и правда не судьба! Но если мы не проверим, мы никогда не узнаем. Каччан, если ты пообещаешь мне, что приедешь в этот торговый центр, я обязательно тебя там найду» «Как наивно» «Вот и нет! Я обещаю признать своё поражение, если всё окажется совсем плохо, хотя я не знаю, что может быть настолько плохо. Наверно только, если ты окажешься моей учительницей по биологии или что-то типа того… Но это вряд ли. Так ведь? Ты ведь не?..» «Господи, Деку, я не твоя училка по биологии» «Фух! Слава богам! Ну что ж, самый страшный вариант мы отмели» «Что за бред вообще происходит…» «Каччан, так как?? Дай мне этот шанс! Если я не узнаю тебя, значит, ты была права и нам действительно не судьба. Но я уверен, что, увидев тебя, я обязательно почувствую, что это ты. Сердце мне подскажет, как бы сентиментально это ни звучало. И, как бы ты ни выглядела, я буду самым счастливым человеком на свете от того, что наконец встретил тебя!»***
— И она согласилась! — закончил Изуку свой рассказ, несмело наблюдая за реакцией своих друзей. — Божечки, это же слишком романтично! — Урарака, как всегда, смотрела на мир сквозь призму безнадёжного оптимизма. — Так, погоди-ка, — однако Иида был как всегда хладнокровен, — то есть, если я правильно понимаю, ты будешь два часа бегать по торговому центру в поисках девушки, которую ты даже никогда не видел? Мидория-кун, любовь — не магия, там будут сотни людей, как ты её узнаешь? — Ну во-первых, там будет не настолько много людей, потому что мы выбрали будний день и не очень большой торговый центр, а во-вторых — это будет не сложно, потому что люди в таких местах обычно выглядят очень занятыми, они целенаправленно ходят по магазинам или сидят в компаниях в кафе. Мне легко будет заметить девушку, которая никуда не торопится, ходит одна и поглядывает по сторонам. Я обязательно узнаю мою Каччан. — Но раз она не хочет, чтоб ты её видел, значит, с ней серьёзно что-то не так, — резонно заметил Иида, и Изуку вновь опустил взгляд на своё недоеденное пирожное, — ты говоришь, что тебе плевать на её внешность, но ведь всё может быть намного хуже, чем ты думаешь. Он и сам это понимал. Из динамиков издевательски звучала песня Билли Айлиш, словно грустный саундтрек для всей этой непростой ситуации. — Я знаю, я столько об этом думал, и у меня уже голова кругом, поэтому я хотел узнать мнение людей, чей мозг не притуплен чарами слепой любви, — сказал Изуку, залпом опрокидывая остатки своего молочного коктейля, словно это был шот виски. — Давай тогда рассмотрим самые плохие варианты! — предложила Очако с таким воодушевлением, словно она вовсе не собиралась сейчас озвучить все самые большие страхи Изуку, — вариант первый — она совсем маленькая, ей лет десять. — О, ну это не самый страшный вариант, — он вздохнул с облегчением от такого начала, — я подожду, пока она подрастёт, мне и самому-то всего шестнадцать. Да и к тому же это маловероятно, потому что она слишком умная для десяти лет… Хотя, может, она вундеркинд?.. — Сейчас очень умные дети, — серьёзно заметил Иида, поправляя очки. — Это, конечно, очень романтично, что ты готов ждать несколько лет, но ты ведь понимаешь, что в этом случае тебе лет до двадцати придётся ходить девственником? — Урарака вскинула бровь. Изуку слился по цвету с клубничным джемом в своём пирожном. — Я к этому готов, — ответил он храбро. — Ох, ну да, у геймеров другие приоритеты… Тогда поехали дальше. Следующий самый плохой вариант — она, наоборот, намного старше тебя. Тётушка в годах с химической завивкой и кислотно-розовой помадой. А вот это уже немного пугало. Изуку судорожно вздохнул. — Я обещал ей, что я приму её любой, но что, если она старше моей мамы?.. — Что, если она старше нашей училки по биол… — Так, не надо про биологию! — Изуку замахал руками, — хватит, я не хочу представлять её какой-то бабулей. Судя по стилю общения, она ещё молодая. — Стиль общения может быть обманчив, — Иида снова выступил голосом разума. Изуку закрыл лицо руками. — Господи, что если я совершаю ужаснейшую ошибку… — Ну-ну, Деку-кун, рано впадать в депрессию, — проворковала Урарака, — мы ведь ещё даже не закончили. Продолжим рассматривать самые фатальные варианты. Что, если она — маньяк и хочет надругаться над тобой или затащить в какую-нибудь секту свидетелей Иеговы? — Точно нет, Каччан не такая. — Ты хотел услышать беспристрастное мнение, так вот: она может быть какой угодно. Ты знаешь её только по переписке и по вашим игрулькам, — отчеканил Иида. — Это не игрульки! — возмутился Изуку, — и я не дурак, я бы понял, если б она была какой-то подозрительной. — Но ты возьми с собой электрошокер на всякий случай, — посоветовал Иида, и Изуку почувствовал, как приступ тошноты медленно подкатывает к горлу. Не очень приятно наблюдать, как твоя романтическая история превращается в криминальную драму. — Что-то у тебя лицо совсем позеленело, — Урарака склонила голову набок, разглядывая друга с беспокойством, — понимаю твои чувства, но нам надо рассмотреть все возможные варианты, чтоб ты точно знал, на что идёшь. Наш следующий пункт в списке: она — жирный, бородатый мужик. Даже Иида не сдержал смешок, а Изуку издал болезненный стон, положив голову на стол рядом со своим опустевшим стаканом из-под милкшейка, вызвав при этом взволнованные взгляды официантки и других посетителей кафе. — Я вообще-то думал, что у неё просто какой-то небольшой изъян типа родимого пятна на щеке или что-то в этом роде, а теперь мы каким-то образом пришли к тому, что она жирный, бородатый мужик! — в голосе Изуку звучала агония. — Деку-кун, если в итоге у вас всё сложится с Кацуми-чан, и мне выпадет честь говорить тост на вашей свадьбе, я обязательно упомяну, что когда-то ты назвал её жирным, бородатым мужиком, — Очако заливалась смехом. — Это ты сама её так назвала! — Изуку поднял голову со стола, вытирая прилипшие к щеке крошки, — всё, хватит с меня этих предположений. Кацуми-чан — это Кацуми-чан. Кем бы она ни была! — Или он. — Или они. Может, это даже не один челов… — Так, я сказал хватит! — Изуку не хотел повышать голос на своих друзей, но ему действительно хотелось остановить их поток фантазии, пока они не превратили его Кацуми-чан в какого-нибудь Годзиллу или какой у них там вариант на очереди. — Вы правы, всё может обернуться катастрофой, но я всё равно рискну, — сказал он уже мягче, — сначала я должен хотя бы найти её. Ребят, это же первая любовь. За неё стоит побороться, я думаю. После этих слов беспокойство наконец покинуло лица его друзей. Теперь они взирали на него взглядом гордых родителей. Фраза «Наш мальчик уже такой взрослый» так и читалась в их глазах. — Мы будем верить в твой успех, Мидория-кун, несмотря ни на что. — Мы будем слать мотивационные мемы в групповой чат. — Но электрошокер с собой всё-таки возьми.***
Шёл уже второй час из назначенных двух. Они выбрали время с 17:00 по 19:00, и если за это время Изуку не найдёт и не узнает Кацуми-чан, значит, всё кончено. Гейм овер. Без права на респаун. Изуку уже начал думать, что она просто решила не приезжать. В конце концов, он обошёл весь торговый центр уже раз шесть, заглянул абсолютно во все магазины, включая секс-шоп (получив попутно моральную травму от вида некоторых товаров), десять раз прошёл по фуд-корту, даже вызвал беспокойство у охранника, который принял его за потерявшегося ребёнка и предложил помочь найти маму. Кассиры в Макдональдсе уже, наверно, начали делать ставки, сколько ещё кругов намотает этот странный парень вокруг фуд-корта, но Изуку пока не готов был сдаться. Он был уверен, что никто из людей, которых он сегодня видел, не был его Кацуми-чан. Он больше обращал внимание на одиноко блуждающих людей, но ему казалось, что он определит её даже не по поведению, а по образу, по атмосфере, которую она будет излучать. Ведь она была его особенным человеком. Не может такого быть, что при виде её что-то не отзовётся в его сердце. Вот эта девушка в розовом платьице что-то мило щебечет кому-то по телефону — точно не его Кацуми-чан. Да и с таким маникюром ведь должно быть неудобно играть? Или вот другая девушка с более подходящим образом — в чёрном худи с надписью «Fuck off» и кроссовках, вполне в духе Каччан, но у неё в руках пластиковый стаканчик с логотипом Старбакса. Кацуми-чан не любит кофе. «Либо её здесь нет, либо мы ещё ни разу не пересеклись, либо она спряталась где-нибудь за одной из искусственных пальм в холле и не выходит», — написал он в групповой чат. «Загляни за все пальмы», — тут же пришёл ответ от Урараки. «Охранник меня точно выгонит» «Помни, что тебе надо присматриваться ко всем людям, а не только к симпатичным девочкам. Симпатичные девочки — это как раз самый маловероятный вариант», — написал Иида. Изуку поднял голову от экрана телефона, окидывая взглядом мельтешащих туда-сюда людей. Да, он смотрел на всех без исключения, но взгляд и правда больше задерживался на одиноких девушках, так как в глубине души он всё ещё верил в версию про то, что Кацуми-чан — обычная девчонка примерно его возраста, которая просто комплексует из-за своей внешности. Но Иида был абсолютно прав, и Изуку невольно вспомнил все те страшные варианты, которые они перебирали тогда в кафе. Он как раз стоял напротив аптеки, в которой, как было видно через стеклянную стену, женщина средних лет покупала себе какие-то лекарства. «Нет, Кацуми-чан не может быть такой старой, — убеждал себя Изуку, — ну кто станет играть в RPG на пенсии?» И тут же подумал, что он сам, скорей всего, на пенсии именно этим и будет заниматься. Женщина как раз вышла из аптеки, и, видимо, от неё не укрылся пристальный взгляд Изуку. — Тебе чем-то помочь, сынок? — Вы играете в компьютерные игры? — спросил он чисто из научного интереса. — Только в «Энгри бёрдс» на телефоне. Я больше люблю вязать, — ответила женщина. Ну вот, пожалуйста. Даже пожилая женщина рубится в «Энгри бёрдс», так что нельзя судить о людях по стереотипам. Каччан действительно может быть кем угодно. «Ладно, я пошёл искать дальше. Обещаю присматриваться не только к симпатичным девушкам», — написал он и отправил эмоджи со скрещёнными пальцами. «Всё получится», — написал Иида. Урарака прислала стикер с Гермионой, поднимающей вверх большой палец. Часы на дисплее показывали 18:25, и Изуку уже начинал чувствовать панику. У него осталось чуть больше, чем полчаса, но карусель лиц вокруг него не вселяла никакой надежды, сливаясь в один тягучий, бессмысленный поток. Среди них не было того самого лица, того единственного, он это знал, ведь все они были чужие, далёкие. Не те. Он уже успел пожалеть, что всё это затеял, что просто не уговорил её на нормальную встречу, не убедил её, что будет любить её несмотря ни на что. Мысль о том, что они находились сейчас в одном здании, так близко, крушила самообладание на мелкие кусочки. Изуку изо всех сил старался держать себя в руках, чтобы просто не закричать «Кацуми-чан!» на весь торговый центр. Он понимал, что это плохая идея, так как тогда его точно выставят на улицу и он потеряет свой последний шанс найти Каччан. И не факт даже, что она его услышит среди всего этого шума. Дыхание сбилось из-за долгой беготни, в горле пересохло. Времени в обрез, так что нужно было срочно что-то предпринимать. Изуку подумал, что ему следует сменить стратегию. До этого он непрерывно перемещался по торговому центру, но что, если попробовать наоборот? Если попробовать замереть в одной точке и наблюдать оттуда за людьми? Может, она тоже постоянно в движении, и они всё время оказывались в разных местах? «Или, может, она уже ушла. Может, она вообще не приходила», — нашёптывал противный внутренний голос, и Изуку покачал головой из стороны в сторону, отгоняя эти мысли. Он направился к эскалатору, который вел на первый этаж, к фуд-корту. Там можно было заказать себе кофе и организовать пункт наблюдения. С фуд-корта открывался отличный вид на весь первый этаж, вход, главный холл и все эскалаторы. Также можно было частично разглядеть тех, кто ходил на втором и третьем этаже, так как барьерные перегородки были стеклянные. По дороге он продолжал внимательно вглядываться в проходивших мимо людей. В этот день Изуку как никогда явно почувствовал себя крохотной песчинкой в огромном мире. Чёртов торговый центр стал казаться ему в десять раз больше, чем он есть на самом деле. Лица, лица, лица, кругом одни лица. Казалось, что их миллионы, а не десятки. И все не те. Впереди замаячила вывеска кофейни. Изуку пристроился возле прилавка, ожидая, пока бариста доделает заказ предыдущему клиенту, и стал разглядывать людей, которые сидели за столиками. Все они были либо по двое, либо в компаниях. Но вот девочка сидит одна и читает книгу. Изуку прищурился, чтобы прочитать название: «Научись освобождать свою внутреннюю энергию по методике древних шаманов». Точно не Каччан. «Каччан сама из кого хочешь всю энергию выпустит», — подумал Изуку, продолжая вертеть головой из стороны в сторону. — Я не уверен в правильности пропорций, — донёсся до его слуха голос бариста, обращавшегося к парню, за которым стоял в очереди Изуку, — чёрного немного больше, как вы и просили, а зелёного и бергамота чуть меньше. Стоп. «Чёрного, зелёного и бергамота». Возглас, который вырвался из горла Изуку, был слишком громким даже для такого шумного помещения. Все посетители за ближайшими столиками умолкли и повернулись на звук, бариста чуть было не опрокинул заварник, но главное, парень, который ждал свой заказ, резко дернул голову в сторону Изуку, и их глаза встретились. В голове у Изуку завыла сирена. «Каччан, это Каччан, это Каччан», — повторял мозг снова и снова, пока весь окружающий мир потихоньку исчезал, превращаясь в сплошное белое пространство, в котором существовали только он и этот парень, заказывающий себе дивную чайную композицию. Изуку принялся беспардонно разглядывать стоящего перед ним человека, так как в этот момент ему было плевать и на всех людей вокруг, и на реакцию самого парня. Он имел полное право как следует рассмотреть того, кого так долго искал. «Вот и ответ на вопрос. Просто она — это он», — было первой связной мыслью, которую Изуку удалось сформулировать своим парализованным мозгом. Чуть выше его ростом, по виду чуть старше, светлая копна торчащих во все стороны волос, кожаная куртка поверх футболки, рваные джинсы, кеды. Изуку вернул взгляд к лицу стоящего рядом парня и снова заглянул в его глаза. В рубиновых зрачках читалось что-то похожее на попытку скрыть волнение за маской снисходительно-презренного взгляда. Брови были сведены на переносице, но для гримасы раздражения ему явно не хватало в этот момент жесткости. «Вот это точно то лицо, которое я искал», — думал Изуку. — Каччан… — наконец сумел выдавить он, и это имя, произнесённое вслух, в адрес его обладателя, вдруг приобрело сакральный смысл. Пара секунд тишины, что воцарилась между ними после этого, ощущалась как вечность. Наконец Каччан взял свой поднос с заварником и чашкой. — Я буду за тем столиком. Если не свалишься в обморок, то приходи, — процедил он сквозь зубы, не глядя на Изуку, и поспешно удалился к дальнему столику. «Голос Каччана, я услышал его голос». Изуку подумал, что, наверное, он действительно выглядел так, будто вот-вот упадёт в обморок, так как он явно ощущал, как кровь отлила от лица, а глаза собирались в любой момент вылезти из орбит. В этот момент все звуки окружающего мира резко вернулись к нему, словно кто-то снова включил поставленный на паузу фильм. Торговый центр продолжал жить своей жизнью, окружающие люди перестали пялиться и вернулись к своим разговорам. Никому не было дела до того переломного момента, который только что произошёл в жизни Изуку. — Я могу принять ваш заказ?.. — раздался неуверенный голос бариста, которому пришлось стать свидетелем загадочной сцены. — Аме… американо, пожалуйста. Без сахара, — кое-как сформулировал свой заказ Изуку плохо слушающимся языком. Теперь он стоял лицом к барной стойке и спиной к залу фуд-корта со столиками. У него пробегал холодок по коже от мысли о том, что там, за его спиной, находится Каччан. На этот раз он точно знает, где именно. «Господи, какие только варианты мы не рассматривали. И старая женщина, и жирный мужик. И никто даже не предположил, что это может быть симпатичный молодой парень», — думал Изуку, чувствуя, как краска потихоньку возвращается к лицу. Ему ещё долго придётся приводить свои мысли в порядок.***
«Идиотская затея, просто идиотская», — думал Кацуки, отхлёбывая свой чай и искоса поглядывая в сторону барной стойки, где ждал свой заказ не кто иной как чёртов Деку. Он проклял себя уже бесчисленное количество раз за то, что согласился на эту идею с торговым центром. Ведь будь он адекватным человеком, то просто признался бы ему во всём в чате, да, разбил бы Деку сердце, но поступил бы честно, и со всей этой ситуацией было бы покончено. Но нет, он согласился на весь этот цирк. Это же насколько жалким надо быть, чтобы так бояться потерять этого парня. Не то, чтобы он верил в наивные сказки о том, что Деку чудом узнает его в толпе, резко сменит ориентацию или вдруг окажется бисексуалом, и заживут они долго и счастливо. Но кто знает, может, он действительно надеялся на что-то какой-то наивной частью своего мозга, о существовании которой раньше даже не догадывался. И вот, встреча состоялась, но не из-за волшебной силы любви, а потому, что его выдал его грёбаный чай. И теперь ему предстоит выслушать от Деку ряд неловких извинений в духе: «Прости, но я не гей», а потом хрен его знает, сколько времени уйдёт на то, чтоб оправиться от травмы. Проще было бы сделать это в чате. Сейчас, когда он увидел Деку вживую, он обеспечил себя мучительными душевными пытками на долгие недели вперёд. Ведь у него эти чёртовы изумрудные глаза. Чёртовы веснушки. Шелковые, мать их, волосы. Пухлые губы, что кажутся такими мягкими. Кацуки понятия не имел, как он теперь сможет выкинуть это всё из своей головы. Деку наконец вернулся со своим кофе и несмело сел за столик напротив Кацуки. Его глаза были опущены на свою чашку. Кто-то должен был заговорить первым, но Кацуки не собирался брать на себя эту роль. Кто всё это затеял, тот пусть и отдувается. — Какое… — начал Деку, осторожно поднимая глаза, — какое твоё настоящее имя? — Кацуки. Твоё? — Изуку. Они смотрели друг на друга вот так в тишине ещё какое-то время, словно свыкаясь с новыми именами. — Но я могу продолжать называть тебя Каччан? «Только так и никак иначе», — промелькнуло в голове у Кацуки, но он ни за что в жизни не признался бы никому, что подумал нечто подобное, даже если бы ему угрожали сбросить его Плэйстэйшн с десятого этажа. — Хоть Папа Римский, мне вообще пофиг, как ты меня будешь называть, — сказал он вместо этого, и, о боже, его слова вызвали у Изуку улыбку. Самую красивую, чёрт бы её побрал, улыбку, и теперь Кацуки точно не сможет прийти в себя ближайшие несколько месяцев. — Наконец-то я слышу это вживую! — радостно оповестил Изуку, — а можешь сказать «чёртов задрот»? Я столько раз представлял, как это будет звучать твоим голосом! «Да чему он вообще радуется? — думал Кацуки, — до него, может, ещё не дошло, что его возлюбленная — это мужик с членом, а не горячая девчонка?» — Придурок, что ты несёшь? И тут Изуку, кажется, совсем поехал крышей, потому что он вдруг рассмеялся. Прям вот так, искренне, заливисто, закрыв лицо одной рукой. Он смеялся так, что на его глазах выступили слёзы. — Санитаров уже сейчас вызывать? — поинтересовался Кацуки, когда истеричный смех Изуку стал понемногу сходить на нет. — Каччан, ты просто себе даже не представляешь! — выдал тот запыхавшимся голосом, — сколько было диковинных претендентов! И маньяк, и бабуля с «Энгри бёрдс», и даже девочка-шаман, а всё потому, что Урарака-сан называла всяких страшных персонажей, и я и сам уже начал представлять себе страшных персонажей… Кацуки не понимал ни хрена, но продолжал слушать. — … а оказалось, что с тобой всё в порядке, — закончил наконец Деку, и Кацуки нервно сглотнул. — Не особо понимаю, что за бред ты несёшь, но ты, типа… не разочарован?.. — он попытался сказать это как бы невзначай, но лёгкая дрожь в голосе жестоко выдавала его истинное душевное состояние. — А ты? — последовал внезапный ответ Изуку, — ну то есть, ты знал, что я парень, так что, видимо, принимал этот факт, но то, что я старшеклассник-малолетка, тебя не смущает? И то, что я, ну… обычный?.. Не красавчик там, и всё такое… Вот идиот, у него видимо совсем с мозгами беда. Какой на хрен «не красавчик», у него что, зеркала дома нет?! Хоть бы раз фронталку на телефоне включил! И вообще, с чего это они говорят про Деку?! Ведь это Кацуки сегодня должен быть главной проблемой. Ему и так было дико со всей этой ситуации. Деку, который раньше был кучкой пикселей на экране в тёмной комнате общежития, строчками в чате и аватаром угрюмого монстра на поле битвы, теперь сидел прямо перед ним, живой человек во плоти, обычный подросток, что нервно покручивал свою чашку с кофе и закусывал губу, отводя глаза. До сих пор было сложно поверить в то, что они, как нормальные люди, просто сидели в фуд-корте торгового центра, пили горячие напитки, будто и не было всей этой истории с виртуальной романтикой и дурацкой игрой в кошки-мышки. Кацуки так боялся, что эта чёртова кофейня станет его последним воспоминанием с Деку. — Послушай, Де… Изуку. При чём тут я вообще, я и так знал, что ты маленький задрот, и выглядишь соответственно, так что я знал, на что шёл. Вопрос в том, что об этом всём думаешь ты. — Я… — Изуку запнулся, словно боясь сказать что-то неправильно, — я рад, что Кацуми-чан не оказалась… — Да нет никакой, мать её, Кацуми-чан! — перебил его Кацуки, который уже всей душой ненавидел это имя и хотел забыть его навсегда, — мы сейчас говорим не про твои отношения с вымышленной девчонкой, которую ты себе представлял, а про нас с тобой, Деку. Посмотри уже в глаза реальности, Кацуми-чан не вернётся, я взял этот ник по приколу, никакой девчонки никогда не было. И если я не выгляжу как человек, которого ты представлял, признаваясь в своих чувствах, и ты сейчас будешь задвигать что-то про «давай быть друзьями», то на хрен мне не сдалась твоя дружба, потому что… Он не договорил. Изуку и так знал, почему. Чай в его чашке остыл и стал противным на вкус. Кацуки ненавидел остывший чай. Вокруг царила оживлённая атмосфера, звенела смесь музыки и голосов, горели вывески фаст-фудов и кофеен, и Кацуки так хотелось оказаться вдали от всего этого карнавала света и звука, желательно в своей комнате в общаге, закрыть дверь на замок и никогда больше не притрагиваться к грёбаным видеоиграм, будь они прокляты. Ему предстояло научиться жить в том мире, который образуется вокруг него после того, как Изуку скажет ему сейчас свой ответ. — Каччан… — заговорил наконец Изуку, но Кацуки продолжал смотреть в сторону, не желая встречаться с ним взглядом, — я понимаю, что ты хочешь от меня услышать, но мне сложно сейчас описать свои чувства. Я представлял тебя девушкой, и да, не хочу тебе врать, я на это надеялся. Поэтому у меня сейчас немного не синхронизирована картинка в голове и картинка в реальности, но то, что я к тебе чувствовал, никуда не делось. Я думаю, нельзя просто так взять и перестать чувствовать любо… Он осёкся, видимо, запереживав, что собирался сказать слишком серьёзное слово. А у Кацуки сердце сделало кувырок в груди от того, что это слово должно было прозвучать в его адрес. — Сейчас я просто рад, что нашёл тебя, — продолжил Изуку, — что я наконец-то слышу твой голос, вижу твои глаза, когда ты со мной говоришь. Я так устал от переписок! И мне сейчас столько всего хочется с тобой обсудить, столько всего спросить, столько всего о тебе узнать… О боже, мои друзья наверно уже думают, что меня похитили свидетели Иеговы, подожди секунду, я напишу им сообщение… Кацуки наконец перевёл взгляд на Изуку, глядя как тот схватил свой телефон со стола, быстро что-то напечатал, и тут же отложил его в сторону. Их глаза встретились снова. В очередной раз Кацуки удивился тому, как это вообще возможно. Как можно концентрировать в себе столько очарования, будучи простым мелким школьником с раскрасневшимися щеками, почти что по-детски распахнутыми глазами и хаотично взъерошенной копной шёлковых волос. Кацуки сейчас отдал бы всё на свете за возможность поцеловать эти веснушки на румяных щеках. — Просто дай мне немного времени, чтоб разместить всю новую информацию в голове, хорошо? Пожалуйста, — Изуку смотрел на него с такой искренней мольбой, что любое сопротивление было за гранью фантастики. «А куда я денусь, — думал Кацуки, глядя в эти глаза цвета весеннего леса, — куда я, чёрт возьми, от тебя денусь».***
Очако и Тэнъя заедали стресс мороженым за неимением других вариантов. Ужасное чувство, когда твой лучший друг уже два часа как ужаленный бегает по торговому центру в поисках своей возлюбленной, а ты даже никак не можешь ему помочь. — Может, всё-таки позвонить? — спросила Урарака, отправляя в рот очередную ложку мороженого с джемом. Телефон молчал уже полчаса. — Он просил не звонить, пока он сам не скажет, отнесёмся к его просьбе с уважением, — ответил Иида, открывая новую пачку пломбира взамен уже доеденной. — Но он так давно ничего не писал. Всё либо слишком хорошо, либо слишком плохо. — Думаешь, есть шанс, что всё это не закончится трагично? — Зная нашего Изуку, — улыбнулась Очако, — уверена, что он своего добьётся. Это ж человек-бульдозер, замаскированный под ангелочка. — Лучше и не скажешь. Что ж, будем в него верить. Звук нового сообщения разрезал тишину словно гром. Очако чуть не опрокинула свою пиалку с мороженным, схватив телефон, и они оба уставились на экран. Смесь восторга и облегчения отразилась на их лицах. Изуку прислал всего одно предложение: «Подробности потом, а пока можете начинать придумывать тост на свадьбу;)»
