Ракушка

Страх неизвестности и волнение захватили меня перед тем, как зайти в обитель лесных. Я несколько раз нервозно выдохнула, а сон сняло как рукой, не оставив и следа. Нетейам ухватился за мое запястье, объяснив это тем, что я могу упасть, а он хочет всего лишь обезопасить меня. И сейчас он не отпускал руку, улыбаясь и смотря на мое лицо, что явно описывало все мои эмоции. В отличии от него, я не видела того, от чего можно было так широко растянуть уголки губ. Сегодня я показываюсь не как холодная, отрешенная и властная дочь Матери Природы, а как обычная девочка-подросток. Сложно показывать себя настоящей другим, многие могут не понять или вовсе использовать, с доверием у меня все шатко. Ужин с родителями Нетейама не входил в ближайшие планы и что меня сподвигло на согласия — я не знаю. Внушить себе, что это просто дружеский и приветственный жест? Нет, не получится. Отступать было не куда, потому как я не хочу показаться грубой и невежливой, остается только идти вперед, не замечая дрожь в руках. — Чего ты боишься? — спрашивает Нетейам, заглядывая в мои глаза своими янтарными. — Того, что не поймут, — отвечаю я, тяжело вздыхая, — Вдруг они посчитают меня странной или примут за какую-нибудь шпионку? — Мои родители не такие, — отрицает он, поглаживая большим пальцем, мою руку, — Все будет нормально, пойдем. Парень тянет меня за руку, ступая внутрь. Становится очень неловко, когда взгляды всех находящихся устремляются на меня. Кири приветливо улыбается и машет рукой, а Ло'ак, отвлекаясь от своего дела бросает короткий взгляд и просто приветственно кивает. Помявшись на месте, я тяну Нетейама за руку, чтобы он сказал хоть что-то, но парень просто посмотрел на меня по доброму усмехаясь. Значит, бросаешь меня одну на этом поле боя? Ну ладно, я покажу тебе, какой я воин. — Здравствуйте, — смущено и едва слышно проговариваю я. Я слишком сильно понадеялась на свои возможности. И почему голос дрогнул в самый не подходящий момент? Вот обязательно надо налажать, без этого же нельзя. Нейтири подозрительно на меня косится не скрывая клыков, а затем переводит вопросительный взгляд на стоящего рядом со мной парня, тот просто кивает в сторону своего отца. Джейк, после объяснений Ло'аку как все же следует делать, смотрит на нас и с интересом начинает оглядывать меня. — Привет, — улыбаясь подходит ближе, — Ты ведь Айнур? — Да, — киваю, выходя немного вперед из-за спины Нетейама, — А Вы Джейк Салли. — Все верно, — кивает он, — Прости за возможную грубость, но после рассказов о тебе от ребят мне стало интересно, что ты из себя представляешь и я попросил Нетейама позвать тебя к нам на ужин. — Все хорошо, — уверяю его, — Это нормально, что я вызываю недоверие и противоречивые чувства, все-таки я внешне отличаюсь от других. Некоторые из нашего клана до сих пор не привыкли ко мне. — Смею предположить почему, — в разговор встревает Кири, завязывая узелок на плетении, — Ты все время находишься на западном берегу, а там не очень много кто ходит. Не смотри на меня так, мне Цирея сказала. Цирея не умела держать язык за зубами если что-то касалось меня. Ей всегда хотелось подружить меня со всеми и показать каждому, потому как знает, что кроме нее у меня и нет никого. Нейтири встает с места, отвлекаясь от своего занятия и подходит ко мне, рассматривая ближе. Я стою не смея пошевелиться. Нетейам отпустил мою руку и отошел на пол шага, давая своей матери обойти меня вокруг. То, что она делает весьма оправдано. Ни одна мать не захочет, чтобы рядом с ее детьми ошивалась непонятная особа. Женщина обходит меня еще раз, подцепляя хвост и немного посмотрев, отпускает. Берет мою руку рассматривая ее и каждый палец по отдельности чуть нахмурившись, потом отпускает бегая по мне глазами ища за что можно было бы еще зацепиться. Задевает жемчужины на поясе, одобрительно хмыкая, а потом переводит свой взгляд на мое предплечье, на котором был браслет, проводит по нему пальцами и кивает сама себе. Что-то мне это напоминает. — Это что? — спрашивает она, когда доходит до волос и вытягивает одну косичку с бусинами. — Увидела у вас при первой встречи, — честно отвечаю, — Решила попробовать, хотя думаю, что вышло не так красиво и аккуратно. Раньше только жгуты заплетала, как у Циреи, а косички никогда. — Для первого раза неплохо, — говорит она отходя на шаг и улыбаясь, — Рада, что у наших детей появились друзья, — кидает хитрый взгляд на старшего сына, — Особенно у Нетейама. — Мама, — тихо шипит парень, на что я пропускаю смешок. — У нас еще ничего не готово, — встревает Джейк, — Мы не думали, что вы придете так рано. — Может вам нужна помощь? — сразу спрашиваю, не собираясь оставаться в стороне. — Не нужно, — отвечает Нейтири, — Ты гость, так что просто посиди. Просто оставаться на месте было очень неловко. Если я приходила к кому-то, в основном это была Цирея, то никогда не была в стороне и делала все, что могла. Я еще никогда не чувствовала себя настолько бесполезной. Нетейам ушел помогать брату и отцу одобрительно кивнув мне, Кири села рядом с матерью делая то, что она просит. Усевшись в самый уголок, чтобы никому не мешать и лишний раз не привлекать к себе внимания, я стала следить за работой каждого, изредка ловя на себе взгляд Нетейама. Парни затачивали стрелы и проверяли тетиву у лука, а Нейтири и Кири заворачивали листья. — Слишком большой спил, — машинально выдаю я смотря на то, как Ло'ак затачивал стрелу. — Что? — спрашивает Джейк, поворачивая голову на меня. — С одной стороны слишком много спилено, — поднимаюсь с пола, подхожу к парням и забираю стрелу из пятипалой руки, — Вот здесь. Лететь неровно будет. Заинтересовавшаяся Нейтири подходит к нам, смотря через мое плечо на вещь в моих руках. Что-то шепчет себе под нос, а потом начинает говорить. — Ты права, — подтверждает она, — Откуда знаешь? — В прошлом году я прошла посвящение в воины, — застенчиво отвечаю, ловя на себе удивленные взгляды, — Хотела доказать, что я тоже чего-то стою. — И чего мы еще о тебе не знаем? — ошарашенно спрашивает Ло'ак. Я лишь смущенно улыбаюсь и пожимаю плечами. В тот момент было много издевок в мою сторону и один мальчишка невзначай кинул, что если бы я умела обращаться с оружием и была бы воином, то тогда они оставили меня в покое. Училась я сама, изредка поглядывая на старших и опытных, перенимая все их действия. Было много неудач, слез, психов, но я справилась. *** Когда мы наконец сели все вместе начав ужин, Тук тут же устроилась на коленках Айнур весело рассказывая, что она делала во время нашего отсутствия. Девушка улыбалась, в ответ изредка кивая. Ей это не доставляло неудобств, выглядело даже так, будто она рада сидеть с ребенком на коленях в кругу большой семьи. Она с самого начала отнеслась к нашей младшей сестре очень тепло и радушно, вспомнить ту подаренную ракушку. Туктерей попросила маму сделать для нее шнурок на шею, чтобы подвесить украшение. — Джейк? — обращается к отцу, отвлекаясь от еды, тот же только вопросительно ведет бровью, — Вы же Аватар, да? — Как ты это поняла? — с нескрываемым удивлением спрашивает он. — Самый отличительный знак — это пять пальцев, — поясняет она, указывая пальцем на мужскую руку, — А еще, Вы очень много говорите на своем языке, а не на языке На’ви. — Ты удивляешь меня все больше и больше, — отвечает отец, — Раз ты поняла, что я говорю на своем языке, ты его тоже знаешь? — Не в своершенстве, но да, — отвечает белокожая, — Я расскажу об этом только тогда, когда услышу вашу историю до попадания на Пандору. И отец, с улыбкой на лице начал рассказывать. Все эти истории мы выучили наизусть, ведь почти каждый вечер был посвящен его рассказам. Мы не были против, но иногда было трудно усидеть и не заснуть если что-то повторялось. Он стал это понимать и вечера проходили быстро, тихо и не информативно. Но то, как это рассказывал отец сейчас, казалось другим, а истории словно были новыми. Белокожая слушала его подперев ладонью щеку и немного приоткрыв рот. В ее глазах было неугасимое пламя интереса и полное погружение в моменты многолетней давности. Из-за вопросов девушки и ответов отца, все, что он рассказывал наполнялось новыми красками — оно дышало. Больший интерес был в разглядывании Айнур, сидящей напротив меня. Следить за каждым ее действием, ловить мимолетные улыбки и смешки, вслушиваться в каждое слово, произнесенное сладким голосом, все это вырисовывало и дополняло ее образ в моей голове. На прошлом они не остановились. Девушка высказала желание узнать о первой войне с Небесными людьми и как вообще отец решился встать против них. Изредка в разговор встревала и мама, рассказывая от своего лица и делясь своими ощущениями и эмоциями в те моменты. Она редко так делала, считая необязательным все рассказывать. Я видел как им было интересно делиться с тем, кто всерьез был заинтересован. Айнур им однозначно понравилась, иначе мама не вела бы себя так открыто. — И что было дальше после того как Вы вылезли из капсулы? — спрашивает она, беря из маленькой кучки одну бусину, что принесла Тук и подала ее девочке, которая уже перебралась к волосам белокожей, заплетая косички. — Нейтири спасла меня, — отвечает он, накрывая рукой колено мамы. — Вам так повезло друг с другом, — улыбается девушка, — У вас очень сильные сердца. — Как приятно рассказывать это тому, кто спрашивает с неподдельным интересом, — улыбается отец, — Теперь твоя очередь. Откуда ты знаешь мой родной язык? — Это было когда мне исполнилось пять, — начинает свой рассказ, немного опускаясь, чтобы малышке было удобнее заплетать волосы, — В лес прибыла группа ученых, среди них была одна женщина. Она была Аватаром. В какой-то момент отбилась от своей группы, потерялась, а когда пришла в первое попавшееся на пути поселение, была радушно принята. Ей позволили перенести душу в тело На’ви, но Небесные люди, поняв, что она уже слишком долго находится среди нас, объявили охоту. Кроме как бежать — ей ничего не оставалось, — я протягиваю ей маленькую ягодку, что показалась мне довольно вкусной, девушка берет ее, мило мне улыбаясь, прожевывает, а затем продолжает, — Так она и появилась здесь. Прилетела на икране. Она стала учить здешних детей вашему языку. Я, как ребенок, была очень любопытной и постоянно ошивалась рядом с ней и ее учениками, слушая все, что она говорила. Через какое-то время она заметила меня. Ребенок, что слоняется с утра до вечера по всему поселению и с ним никогда нет рядом родителей, приковывал внимание. Она каждый день уделяла мне время, мы сдружились и я даже считала ее воплощением мамы, — грустно улыбается, подавая еще одну бусину Тук, — У меня тогда не было дома, спала в траве под деревьями или на ветвях и она построила мне маленькую хижину недалеко от поселения и выхода к океану. Так мы прожили еще пять лет, пока она внезапно не ушла. Распрощалась со мной на восходе и ушла, обещая вернуться, — берет еще одну ягоду протянутую мной, — Она умерла. Ветра донесли мне об этом. — Как ее звали? — внезапно спрашивает Ло'ак. — Карла. — У тебя кроме нее никого не было? — спрашивает мама, обеспокоенно оглядывая Айнур. — Нет, — отрицательно мотает головой, — Меня никто не хотел брать под свое крыло, наоборот, сторонились. Вроде бы я дар Эйвы, ее ребенок, но все почему-то относились ко мне с пренебрежением и опаской. Хоть мама и со мной, куда бы я не ступала, но физического тела она не имеет, а иногда хочется просто обнять ее, — Тук, закончив с волосами девушки, усаживается к ней на колени полу-боком, а Айнур приобнимает ее одной рукой, — Поэтому я и пристрастилась к всяким камушкам и ракушкам, вплетая их в каждый элемент одежды. Чаще всего к груди, создается чувство ее объятий. — Бедный ребенок, — сострадальчески протягивает мама, — А что насчет связи? Ее вопрос ставит всех в ступор, кроме белокожей девушки, она принимает его и собирается отвечать. Я кошусь на Ло'ака, который удивленно поглядывает на маму и отца. Напрямую спрашивать об этом, тем более у девушки, это же некоректно, но видимо волновало это только нас. — Ни один парень на меня не смотрит как на будущую спутницу, — огорченно вздыхает она, — Никому не нужна беспризорница. В особенности белая жена, — хмыкает она, немного покачиваясь, потому как Тук уже засыпала, — Чаще всего, боятся гнева Эйвы за свою дочь, если сильно меня обидят. — А сама, — подключается Кири, — Выбрала кого-нибудь? Не знаю почему, но я с надеждой перевожу на нее взгляд. Все внутри замирает, когда она мельком смотрит на меня, задерживая свой взгляд, а потом улыбается излучая тепло. — Возможно. *** — Мне правда неловко, — говорю я, стоя перед Нейтири, — Мой дом совсем недалеко. — Я не могу тебя отправить, — отвечает она, — Уже очень поздно, останься. Немного подумав, я киваю. В принципе, ничего не теряю, а если появляется возможность остаться на подольше с теми, кто радушно отнесся ко мне, то предложение надо принимать. Нейтири говорит, что буду спать вместе с мальчишками, так как в отведенной им «комнате» с недавних пор пустует натянутый гамак. А раньше его здесь не было. — Братец для тебя старался, — говорит Ло’ак, как только я подхожу ближе, но от его слов начинаю оглядываться, — Нет его здесь. — Почему для меня? — Он рассказал мне, что ты живешь одна в лесу, — отвечает он, устраиваясь в своем гамаке поудобнее, — И растянул наш запасной гамак, в случае, если ты захочешь остаться у нас. — Глупости, — отмахиваюсь. — Я тебе правду говорю, — смотрит на меня, закидывая руки за голову, — Слушай, а есть у тебя какие-то способности? — Нет, — отрицаю, — Кроме точности при выстреле, хорошей координации и проворности, нет ничего. — Тогда, чем ты так очаровала Нетейама? — А чем очаровала тебя Цирея, м? — хитро прищуриваю глаза. — Ой, да иди ты, — отворачивается от меня, — Вы тут только сильно не шумите. Тяжело выдохнув, прохожу мимо парня ущипнув за бок, от чего он сразу поворачивается на меня. Тихо смеюсь от его гримасы и выхожу на улицу, пытаясь никому не мешать. На мостке, напротив жилища, сидит Нетейам. Не долго думая подхожу к нему и сажусь рядом, опуская ноги в воду. — Ты чего тут? — спрашиваю, вопросительно посмотрев на него. — Решил проветриться, — отвечает он, — Слишком много информации за вечер. Я не выдерживаю. — Простите, — шутливо извиняюсь, широко улыбаясь. — Ты улыбаешься так же, как моя мама, — он смотрит на мое лицо. — Не думаешь, что приравнивать меня к своей матери это как-то не очень звучит? — вопросительно смотрю в ответ, но улыбку не убираю. — Я не то имел в виду, — начинает он, а затем пытается продолжить, но запинается, — Просто… Она красивая… Ну, то есть… — Не продолжай, — начинаю посмеиваться, — Давай оставим так, как есть. Он кивает, смущенно отводя взгляд и мы молчим. С ним молчание не кажется каким-то неловким от которого хочется поскорее избавиться. Эта тишина она чарующая и такая особенная, своя. Смотрю на рыбок, вьющихся у моих ног и легко улыбаюсь. Чувствую, что на меня смотрят и поднимаю голову, встречаясь с янтарными глазами в двадцати сантиметрах от моих. Нетейам смотрит только в глаза не отводя взгляда, а затем тихо, едва слышно произносит: — Ты прекрасна.