Ложная принцесса

«Ты должна хорошо учиться, что бы стать принцессой.» «Ты должна вести себя робко, что бы стать принцессой.» «Ты должна.» Когда это началось? Когда мысли о её двоюродной сестре, тогда родной, стали одновременно восхищать и ужасать, когда образ её дяди, тогда отца, стал могущественным и страшным? В детстве Дженнет рассказывали какой она должна быть. Такой, какой являются принцессы и Дженнет считала, что это всё, в первую очередь, даст ей жизнь во дворце, деньги и статус, семью. Слыша слухи о сестрёнке — девочке воспитанной отцом, читающей книги и не имеющей желания заводить друзей, чистом и достойном продолжение императорского рода — она думала, что они должны быть похожими. Ведь у них один отец, ведь у них одни и те же глаза. И хоть её волосы не напоминают спустившийся с небес солнечный свет, а глаза, по какой-то причине, не светились в темноте блеском звёзд в синеве ночи, как это описано в легендах, она всё равно верила, что они одинаковые. Читая детские книги она представляла как будет обсуждать их с сестрёнкой. Ведь они — императорская семья. Сидя в комнате и размышляя почему с ней не хотят дружить, она представляла такую же принцессу и то как они станут подругами друг для друга. Ведь они — императорская семья. И её папа — император Клод — возрадуется возвращению пропавшей принцессы. Ведь они — императорская семья. Она — часть золотой, изображённой на картинах в каждом особняке империи, семьи. Её профиль — рано или поздно — будет изображён на монетах. В честь неё, создадут праздники, построят больницы, замки, церкви. Она найдёт сестрёнку и папу, и множество верных людей. Те будут о ней заботиться, желать доброго утра и спокойной ночи, опускать свои взгляды в её присутствие.

***

— Ваше Величество, солнце империи, я — герцог Роджер Альфиос, хочу представить на этом балу мою приемную дочь — Дженнет. И вашу старшую дочь, старшую дочь империи. Люди шептались, громоздкая фигура герцога стояла по среди роскошной залы. Он был освещён множеством свечей, излучающих магический огонь Все продолжали перешёптываться, а император и принцесса всё так же спокойно сидели на своих тронах. Взирая на всё скучающими, досконально одинаковыми глазами они раздумывали над продолжением этого действа. Но тут, в ярких глазах наследной принцессы, словно пробиваемый лучём солнца лёд, треснуло безразличие. Её тонкая фигура немного наклонилась к Его Величеству, чуть открывая расшитую золотыми каплями спину, беленькая ручка с короткими, нюдовыми ногтями закрыла, розовые губы. Звяк и стук украшений затмил собой шепот Атанасии, но, казалась, что тишину между этими двумя никто и ничто не сможет нарушить. Сказав, что ей нужно, она снова вернулась в расхлябанное положение, чувствуя себя комфортно под многочисленными взглядами. — Я, император империи Обелия, Клод де Эльджео Обелиях, признаю Дженнет Маргниту своей законной дочерью. Так должно быть в мыслях Дженнет. Её сестрёнка растопит своё сердце признание их семейного родства, её приёмный отец будет стоять рядом, провожая в этот золотой мир, а её родной отец поймёт всю важность, всю радость от её возвращения и будут они жить… В реальности же всё по другому. Проходит первый час, второй час, третий, но императорской семьи не видно. Они должны сидеть на тронах, так написано в книге по этикету, так ей рассказывали, но вместо этого она слышит как служанки шепчутся: про традиционное семейное чаепитие, про новые заграничные сладости, привезённые для принцессы, про хорошее расположение императора и про малую вероятность прихода сюда императорской семьи. «Как так — уже приготовилась возразить она — Разве императорская семья не обязана здесь присутствовать? По закону они долж…» — Его Величество, император Клод де Эльджео Обелиях и Её Высочество, наследная принцесса, Атансия де Эльжео Обелиях. Словно исправляя такое недоразумения по залу разнеся голос, а большие двустворчатые двери распахнулись впуская императорскую чету. Всё так как и должно быть, не обращающих на кланяющихся присутствующих здесь, две фигуры сидят в своём величие и спокойствие, всем видом показывая, что это место их дом, это место их по праву. Дженнет ждёт. Всё идеально, сейчас герцог оторвётся от разговора с незначительным, по меркам её семьи, человеком, предоставит её и всё будет хорошо. Но проходит час и второй, а её приёмный отец не собирается что либо делать. Почему? Почему он решил разрушить её жизнь именно сейчас? Всё к чему она упорно шла, он решил разрушить. Поняв, что от герцога она уже не добьётся справедливости, набрала в грудь по больше воздуха. — Ваше Величество, император империи Обелии, Клод де Эльджео Обелиях, солнце империи, я — ваша дочь, Дженнет Маргрита, заявляю свои права считаться законным и старшим членом императорской семьи империи Обелии. Она не обратила внимание ни на обеспокоенные разговоры вокруг, ни на мимолетный взгляд герцога, ни на испуганно-презрительный Инджекила, ни на скучающие взгляды сестрёнки и папы. Она добилась своего.

***

Добилась своего и теперь герцог и Инджекил позади, где-то там, в особняке, вечно занимаются скучными и ненужными делами, не способные подарить ей семью. Семью, которая находится впереди — двое людей окруженных солнечным ореолом, радость проговариваются сестра и тихо слушающий её отец. Это то чего она хотела, но не отступающее чувство, что рыцарь неподалеку охраняет только двоих, что горничная наливающая чай заботится только о двоих, не отступающее чувство давит, не даёт покоя. — А у тебя как с горничными? — выхватывает её из размышлений голос Ати. — Что? — Ну, с горничными. — Эм — замялась Дженнет поняв, что сейчас она может показаться жалкой. У неё с детства была свита. Большая свита горничных, но вплоть до сегодняшних дней те её никогда не уважали. Если бы она сразу родилась во дворце. Если бы она родилась здесь, то не столкнулась бы со всем этим — у меня есть личные горничные, но, они долгое время у меня воровали. — хоть она и покажется жалкой, но ведь её папа, услыхав о таком бесчинства, поможет отстоять её правоту. Только Его Величество император даже не шелохнулся на эту фразу. — Воровали? Так значит у тебя так же. — Так же? — опешила Дженнет, вместе с тем увидав нервную дрожь служащих и заинтересованный взгляд императора. — Да, горничные частенько воровали, ну это было раньше, ещё до моего знакомства с отцом. Представляю как ты с этим справилась. — Справилась? — Ну, я лично наказала их, а потом выгнала из дворца. Всё таки я-госпожа и ничего плохого им не делала. — Я… На этом принесли ещё сладостей. Принцесса перестала обращать внимание на разговор, а Дженнет всё так же сидела разглядывая двоих людей. Краем глаза отметила как император даёт рукой знак рыцарю, а тот с почтением кивает. Больше никто не говорит. Резко появившееся гармония быстро улетучилась. На другой стороне стола есть одинаковые жесты, привычки и величие, на её стороне — маленькая потерянная девочка. *** У них нет друзей. Они сестры. Они станут друзьями друг другу — так размышляла до этого Дженнет. У принцессы и вправду не было друзей. Отец, личная горничная, рыцарь и маг из башни, о котором Дженнет только слышала, были единственными людьми общающиеся с принцессой. Но с Атанасией хотели дружить. Чаепитие состоялось через неделю, после того как она вошла во дворец, в качестве второй принцессы. «Почему не в качестве первой, ведь по традиции я старше, я — наследница?» — думалось Дженнет. Но нет, она — вторая принцесса империи, сопровождала свою младшую сестрёнку — первую принцессу. Дженнет мечтала об этом чаепитии, как она будет общаться и пить чай с сестрёнкой, а позже к ним присоединятся девушки ниже по статусу. Как по императорским садам будет разливаться и смешиваться — мелодичные звуки скрипок, юные голоса и трель редких птиц. Истинно же, на чаепитии никто не говорил, на чаепитии никто не смотрел друг другу в глаза. Скрипачи в самом углу начали играть как только сестрёнка села на самое удобное место — достаточно обдуваемое прохладным воздухом, обогреваемое тёплыми лучами, с окружающими его сладостями. Место стояло по одаль от остальных, так, что сидящая рядом Дженнет должна была вытянуть полностью руку, что бы коснуться сестрёнки, остальные леди не могли и этого. Голоса звучали, только если сестрёнка начала разговор. — Сегодня замечательная погода. — Вы правы, Ваше Высочество. — У Вас красивое платье, мисс. — Благодарю, Ваше Высочество. Сестрёнку здесь не любят, как не любили когда-то Дженнет, в том, чужом, особняке. Поэтому Дженнет всё чаепитие улыбается, разговаривает, пытается ухватиться и как можно больше тактильности проявить к сестрёнке. Она ведь старшая, она должна заботиться о младшей сестрёнки. Через пару часов все расходятся, точнее решила уйти сестрёнка. По протоколу она должна была извиниться перед всеми, а собственно и не уходить раньше других. Но, вместо этого, просто встала и ушла. Дженнет знает протокол, как старшая сестра она готова простить сестрёнке такую оплошность. Через десять минут после ухода, она заметила, что забыла веер на столе, по пути случайно подслушала шёпот девушек, ей даже пришлось напрячь слух, что бы расслышать хоть что-нибудь. — Ха, что она вообще здесь забыла? — Да, вела себя так грубо и невоспитанно. Бедная сестрёнка, про неё столько судачат. Но она реально нехорошо себя вела. Но ведь она не виновата. Да, она маленькая. Но она часть императорской семьи, она должна хорошо себя вести, а иначе её не примет народ. Я научу сестрёнку.

***

С самого детства Дженнет любила читать. Сказки, романтические новеллы, сборники незамысловатых стихов — всё это составляло её свободное время, не свободное же велось в изучении книг по этикету, названия которых написаны на старом имперском языке, которому её так и не научили, некому. Сидя в старой библиотеки особняка, которой никто больше не пользовался, она представляла сестрёнку. Как они вместе будут придумывать истории про злого колдуна, принцессу и рыцаря. Злой колдун живёт в башне и похищает невинную принцессу, которую спасает рыцарь на белом коне. Красиво, романтично и по королевски. Она, как старшая, будет советовать всякие книги с запутанным сюжетом, будет отвечать на все многочисленные вопросы сестрёнки. Дженнет представляла, поэтому перевезла все книги из особняка в императорский дворец. — Смотри, что у меня есть. Они вместе сидели в библиотеке сестрёнки. Это место было больше похоже на бальный зал или оранжерею. В середине стояли статуи женщин с кувшинами, из которых лилась летняя вода, панорамные окна оплетали ветви растений, а потолок был украшен магическим изображением звёзд, сейчас они были не видны, но ночью говорят это создаёт великолепную картину. «Кто будет в библиотеке ночью?» — думала Дженнет. После того чаепития прошло около недели. Сегодня она пришла к сестнёнке в двенадцать часов утра, но та всё ещё спала. На самом деле Дженнет не понимает как можно спать так долго. Поэтому заставила сестрёнку вылезти с постели. Она старшая, она должна заботится о сестрёнке. И вот сейчас Дженнет рассказывает сестрёнке про замечательное произведение, из тех, которые сама читала в её возрасте. — Там есть гномы и принцесса. А в конце случается тот самый поцелуй любви. Восторжено говорила она. — Очень интересно, но, признаться честно, мне больше нравится Рапунцель. — Что? Но ведь в Рапунцель принцесса зачем то выбрала этого разбойника, она ведь принцесса, она должна выбрать достойного мужа. — Что же, раз ты так считаешь, но, как по мне, принцесса на то и принцесса, она может выбрать любого. — Ты просто слишком юна. Истинно же, принцесса должна беспокоиться как выглядит в глазах аристократии, её муж станет следующим правителем страны. На это сестрёнка ничего не сказала, видимо поняла правоту Дженнет. Они говорили, с утра до вечера. Уходя, она краем глаза отметила как сестрёнка вздохнула, взяла большую старую книгу на неизвестном Дженнет языке, села за стол и начала вдумчиво читать. Ночные бабочки с полупрозрачными крыльями, прилетевшие из открытого окна и вода льющийся тихим потоком из кувшинов отражали свет магических звёзд, а растения, до того мирно оплетающие оконные рамы, выстроились в качели и стол, сестрёнка смотрелась величественной нимфой держащей в руках неизвестные Дженнет знания.

***

Нынешний император захватил престол, убив своего брата. Нынешняя принцесса незаконно является наследной. Дженнет всё прощает. И она верит, что хотя бы сестре её прощение нужно. Верит ровно до того момента пока не подслушивает разговор. — Надеюсь эта новенькая не испортит отношения принцессы и Его Величества. — голос одной из приближенных служанок звучал обеспокоено. Другой же отвечал ей с напускным спокойствием — Да брось, леди Маргрита, всего навсего останется здесь, пока идёт расследование. — И всё же, я волнуюсь, Феликс. — Хм, о чём общаетесь? — она резко услышала незнакомый, хрипловатый мужской или мальчишеский голос. Трудно определить. — Верховный маг, Лукас. Извините, что изначально Вас не заметили. Мы говорили о леди Маргрите, по всей столице расползаются слухи. — Хм, они всегда распознаются, не уж то вы, приближённые принцессы, смеете верить во всю эту чушь. — Нет, мы просто… — стушевались служанка. — На самом деле, это реально всего навсего слухи. — такой знакомый голос. — Господин Инджекил! — Не стоит кланяться. — голос Инджекила напомнил Маргрите о её прошлом, том от которого она отказалась, но даже с ней, он никогда не звучал так уверенно, словно защищал кого-то важного. — А ты что здесь забыл? — Я веду дело суда над моим домом. Отец доказал, что в его планах не было представлять тогда Дженнет. Мой дом здесь не причём, хотя ему и придётся понести наказание за сокрытие отпрыска предыдущего императора. — А что будет с леди Маргритой? — Не знаю, принцесса считает её сестрой, но и позволить быть во дворце не может. В целом, до этого, они справлялись с таким быстрой казнью, кто знает, что будет теперь? «Что, сестра, суд, Инджекил, казнь? Что значит не желание герцога представлять её? Разве не ради этого она жила всю жизнь?» — Что ты тут делаешь? Голос сестры был холоден и строг, до такой степени, что Дженнет бы и не подумала, что это она, если бы не почувствовала шлейф сладостей и роз. — Я прогуливалась и услыхала голоса и… Сестрёнка улыбнулась — ясно, у меня сейчас чаепитие с отцом, поэтому, идём.

**

Дженнет прожила во дворце около года. Она слышала ещё много слухов и уже была уверенна, что они правдивы. Всё оказалось как и говорили раньше, но и немного другим, и совсем не таким как она мечтала. Уезжая Дженнет соглашалась со всем, добавляя свои комментарии. Принцесса воспитанная отцом — любимая, умная и могущественная принцесса, принцесса не имеющая друзей — принцесса, которая отвергает любые связи за пределами тех, которые у неё с детства, принцесса любящая читать — принцесса имеющая огромную библиотеку, читающая с малого возраста книги о политике и экономике, эпосы разных народов, принцесса любящая сладости — принцесса знающая, что её отец купит всё, что она пожелает. Дженет бы могла стать прекрасной принцессой, но не этой семьи, да и вряд ли какой-нибудь другой. Теперь она знает, что быть кроткой, знающей этикет и манеры, не обязательно, если Вы родились в замке и знаете, что можете противостоять нападкам со стороны. Нынешняя императорская семья, знает это, нынешняя императорская семья построила свою политику на собственном величии и костях неугодных.