Те, кто приходят по ночам...

      Ночь, улица, фонарь... Заброшенный торговый цент. Повидавшая виды лавочка, раз за разом стойко выдерживающая холодные удары мелких капелек, с точностью метронома падающих откуда-то с дыры в бетонной крыше каждые три секунды...       Где-то рядом упал кусок плитки, на несколько мгновений огласив пустоту звонким треском. За ней упало ещё несколько и вот - на полу уже красуется прелестная картина в жанре кубизм. Неплохо получилось, стоит сказать.       Решив немного размять затёкшие ноги, встаю из-за своего импровизированного укрытия (если, конечно, старую клумбу с засохшими цветами можно так назвать) и, стараясь лишний раз не шуметь, иду в очередной раз любоваться местными достопримечательностями.       Первая из них оказывается довольно недалеко - стоит лишь завернуть за угол, как взору предстанет целая торговая улочка, на первый взгляд, кажется, обклеенная обычными стенгазетами от пола до потолка. Но стоит подойти чуть ближе, и, доселе плоские, ряды букв начнут обретать глубину, отрываться друг от друга, чтобы вновь собраться уже в другой, более причудливой форме полочек, стеллажей, витрин, кассовых аппаратов и даже некоторых продуктов. На вкус они, правда, немного горьковатые и, закономерно, слегка отдают чернилами, но, от нечего делать, можно и погрызть пару чёрных морковок. Но это только после того, как ты снова соберёшься в кучу, рассыпавшись такими же мелкими буковками.       Не хочешь гулять по этому раю графомана? Что ж, могу понять. Тогда для тебя, мой дорогой друг, это место может предложить замечательный лабиринт, полностью построен из ковров разных размеров и форм. Круглые, овальные, серповидные, в форме звезды Давида, красные, серые, пурпурные, окрашенные кровью Рейка - тут есть всё и на любой вкус. Ты даже можешь оторвать несколько из них от стен, чтобы унести для каких-то своих нужд, но я бы не советовал этого делать, ведь награда за прохождение сего чудо-лабиринта, чтобы ты думал? Правильно, тоже ковёр! Да ещё и с подогревом! Благо хоть, что тут ты сам ковром не становишься, а то, учитывая некоторые тенденции...       Может ты проголодался и хочешь перекусить? Так и это можно оформить - стоит всего лишь подняться на второй этаж, минуя сто пятьдесят ступеней заржавевшего эскалатора, попутно выслушав жалобную историю его жизни, как перед тобой тут же откроется шикарная закусочная "Голубая вафля", предлагающая своим посетителям меню, с широким ассортиментом вафель и всего, что на них смахивает. Тут даже решётку радиатора заказать можно и уверен, что попробовавший её, непременно захочет вернуться сюда за ещё одной порцией. Единственное только, что в уборную я бы тут ходить не советовал, хотя кто я такой, в конце концов?       Так, бредя себе коридорами, освещаемыми лишь редким светом луны, пробивающимся сквозь трещины в потолке, я в очередной раз наслаждался творившимся вокруг сюром. А что? Мне ещё с детства нравились необычные картины, по типу тех знаменитых часиков Дали. Теперь же, я мог не то что смотреть - мне было позволено самому участвовать в этих событиях. А если вдруг надоест - так никто же не мешает просто сменить обстановку. Правда вот сам я этого делать, увы не могу, да и кое-что ещё мешает получать удовольствие...       - I'm on my way to Grampy. Oh, he's such good company...       Стоило только вспомнить...       Слова продолжались, вскоре заручившись поддержкой старой музыки семидесятых годов, щедро присыпанных характерным скрежетом виниловой пластинки. Хорошая песня. В детстве мне очень нравилась, только вот стоило мультику пропасть с экранов, как я постепенно её забыл. Жаль что теперь она стала верным спутником твари, которой, по хорошему, вообще не должно бы существовать.       Где-то вдалеке жалобно трещали высокие ели, очень недовольные от такого наглого вмешательства в их многовековую обитель. Хотя какое этому существу дело до чувств каких-то там деревьев? Ему бы только поживиться да развлечься, а всё остальное абсолютно неважно.       Из-за пушистых верхушек тут и там местами мелькает желтоватый свет. Довольно шустро добрались, стоит сказать. Пора бы уже возвращаться, а то глядишь и запорю весь план.       Убежище вновь радушно встретило меня несколькими особо большими каплями.       Перед этим проверил растяжку - прочный трос всё так же лежит на своём месте, надёжно спрятавшись под кучей газет и осколков.       Быстро пробегаюсь взглядом по стройным рядам чёрных печатных букв. Ещё раз, и ещё. Перевожу взгляд на ладонь. Ну вот, теперь можно не переживать что вылечу.       Из-за горизонта, сверкая белоснежным оскалом и освещая себе путь глазами-прожекторами, выбегает моя будущая добыча.       Кому-то он наверняка показался бы милым. Ну да, мне бы тоже понравился большой, угольно-чёрный кот с задорной мультяшный улыбкой и фирменными белыми перчатками, отдающими дань всей мультипликации времён первых набросков Микки Мауса.       И той девочке он тоже понравился. Да так, что она даже полезла с ним обниматься. Котик же, добрая душа, предложил девочке превеселейшую игру. И теперь, полная радости, нацепив на лицо улыбку до ушей, она ползает где-то по просторам Мироздания и собирает куски своего тела, так аккуратно разобранного нежными белыми клыками.       Впереди, истошно вопя и едва не спотыкаясь, бежит молодой паренёк - хозяин этого мира. Едва только закончил университет, нашёл неплохую работу, обустроил семейную жизнь. А теперь вот несётся, сломя голову, лишь бы удрать подальше от неведомой твари, что, как снег посреди лета, свалилась ему на голову. Ну ничего, мужик, недолго тебе осталось.       Бегут довольно близко друг к другу, так что, надеюсь, он успеет перепрыгнуть спасительную ленту. А иначе - не повезёт ему искупаться в чернилах. И то, это только если существо расплывётся ими.       Подбегаю к завязанному на фонаре концу троса и, что есть мочи, дёргаю, тут же натягивая его до предела. Парень и правда успевает среагировать. В последнюю секунду, правда, но всё же.       А вот «котику» повезло меньше - он, не успев разжижить ноги, со всей дури влетает в тонкую преграду, тут же, как подарок, получая порцию тяжёлой крепкой стали в форме больших молотов точнёхенько в оба виска.       Ухмыляющаяся голова лопается, словно спелый арбуз, заливая всю округу свежевыжатым кошачьим соком, а грузное тело, оставшись без команд, по инерции пролетает ещё пару метров и падает, медленно начав растекаться чернильной лужей.       Но работа ещё не закончена. Перед тем, как тихо и мирно свалить из этого «мультика», оставив паренька любоваться здешними красотами, нужно подойти поближе и осмотреть добычу - убедиться что точно померла да собрать образец в лабораторию. Не то чтобы мне лично было до этого какое-то дело (сколько не изучай этих тварей, а каждый раз всё равно появляется что-то новое), но иначе босс мне все уши прожужжит.       Сам "образец", как оказалось, был против такого вероломного покушения на частичку его тела и, словно чернильный феникс, загорелся, чтобы вскоре собраться воедино, вновь из гордой птицы превратившись в не менее гордого пушистого ублюдка.       В голове тут же вспыхнула большая красная лампочка с надписью «паника». Раньше ведь никогда такого не было - подобных увечий всегда хватало, чтобы уложить даже самую огромную образину. Так что же случилось сейчас?!       Прервавшаяся было музыка снова начала звучать с невидимых колонок, а бесформенное месиво вновь начало складываться в мерзкую улыбку. Времени думать уже не было, так что я просто сделал первое, что продиктовало сознание - поддался древнейшему инстинкту и побежал. Бесполезно, конечно, ведь он всё равно меня догонит, но так я хоть выиграю немного времени.       Пробежка, однако, оказалась куда более долгой, чем я рассчитывал изначально. А всё потому, что чёртов кошак никак не хотел отставать, пытаясь дотянуться до меня любыми возможными способами. В ход пошли даже склизкие чернильные тентакли, довольно часто свистящие рядом со мной, но так ни разу и не прикоснувшиеся.       Существо смеялось, выло, кричало так, что всё стекло рядом лопалось, превращаясь в мелкую пыль, но останавливаться было нельзя, а иначе я сам, вместо того парня, стал бы вкусным ужином на сегодняшнем столе.       Вскоре мы выбежали в глубокий каньон, на отвесных скалах которого уютненько расположились себе небольшие деревянные домики, соединённые между собой мостами из переплетённых стеблей роз. Интересное место, надо будет потом вернуться и прогуляться тут.       Заканчивалась же расщелина огромным, словно созданным для свободного прохода космических кораблей, входом в пещеру в которой, казалось, можно было вместить пол Манхэттена.       Правда вот о прочности этой монументальной конструкции её создатель явно забыл, так что всю поверхность стен покрывали огромные трещины. Так ещё и, до кучи, весь пол был просто усыпан гейзерами (если их так можно назвать), время от времени извергающими из своих недр струи настоящего жидкого азота, от которого в воздухе ещё надолго оставались клубы снежинок.       В мозгу тут же вспыхнула идея. Крайне суицидальная, конечно, но что было поделать.       Найдя особо большое отверстие, готовое вот-вот извергнуться, я встал прямо перед ним и начал молиться всем известным мне чертям, смотря как мой вечно улыбающийся «товарищ» несётся сюда, кроша под собой хлипкий пол.       До смерти остаётся буквально пару метров, когда я, расставив руки в стороны, совершаю, возможно самую безумную вещь в своей жизни, прыгая прямо в жерло ледяного вулкана, взрывающегося лишь секундой позже.       По телу разливается приятный холод, словно дуновение свежего ветерка в жаркий летний день. Но мгновение проходит, и вот уже буквально каждая клеточка кричит от боли, моля то ли о пощаде, то ли о скорейшей смерти, чтобы перестать чувствовать обжигающую адским пламенем боль, тонкими иглами пронзающую даже, казалось бы эфемерное, сознание.       Вот уже и пришло сладкое забытие, протягивая мне свою нежную руку. Где-то вдалеке визжит тварь, как и я сгорая заживо в этом ледяном великолепии.       На лице сама собой появляется довольная ухмылка. Победа за мной.