Рисунки на коврах и мой магнитофон.

" — Моя жизнь в восьмидесятых была сказочной. Было волшебное времечко в Южной Корее, когда там еще в клубах танцевали «The twist», не жалея своих сил, а из запчастей американских джипов пытались сделать собственные машины. Кататься на общественном транспорте никому не доставляло удовольствия. Каждый ребёнок во дворе мог похвастаться скакалкой, сделанной самостоятельно из виниловых веревок. И это было моё детство...»

В сеульском солнечном квартале домики с черепичными крышами в то же время выглядели аккуратно и добротно, в самом посёлке стояли маленькие домишки с однокомнатными квартирами, всего в два этажа. Проходя, мимолётно заглядывая в простые косящатые окна с одной ставней, замечаешь, как на тебя смотрят четвероногие друзья, с длинными усиками, полосатым хвостом и ушами на макушке. Создаётся впечатление, как будто каждого кота в округе теперь знаешь, ну или хотя бы видел раз! Как только садишься на деревянную скамью, под берёзкой возле входа в дом, об твои ноги уже трётся какой-нибудь Васька с пятого подъезда. Тот самый серый кот, с тёмным пятнышком на лбу. А если в руках ненароком есть что-нибудь съедобное, то пиши пропало, весь зверинец со двора соберётся. — Ну, что Васёк, опять один гуляешь? — Парниша, понимая, что тот ничего не ответит, сразу берёт мурлыкающего кота за туловище, садя его на скамейку рядом с собой. — А я вот друга жду, как всегда, марафетится сто лет. Если сделать несколько шагов вправо, можно было наткнуться на небольшой ларёк, очень знаменит своим вкусным мороженым и там всегда было прохладнее, чем на улице в жаркие летние будни. После тяжелого дня на работе, люди частенько заходили, чтобы полакомиться и посплетничать на разные незамысловатые темы. А детвора будто жила в этом ларьке. Жизнь то и дело во всю кипела. По обочинам дорог обычно стояли слепые гадалки, которые всего за несколько вонн могли предсказать «твоё» будущее. Детей это забавляло, они просили у родителей по несколько купюр за раз и выбегая на всех парах из квартиры, держали путь к предсказательницам судьбы. Потом каждый совещался с другом, давая клятву не разглашать секрет сверстника и его дальнейшую будущность. — Давай на ушко, только тс-с.. Из радио приёмников доносились корейские национальные песни, что сразу хочется двинуться в пляс. Детишки обычно рядом с подъездом чертили белым мелом на асфальте разные геометрические фигуры и играли в классики.

— Я помню Банчан мне показал эту игру и вся округа подтянулась, надо же так!

Шум стихал только ближе в десяти вечера и лишь кузнечики во всю стрекотали, создавая свою «любовную серенаду». На улице наступала безмятежность: ласточки улетали к своим птенцам в гнёзда, подчас чирикая, коров загоняли в хлев на дойку, кролики скрывались в своих норках, а коты сбегались в сеновал, создавая свой круг мордашек.

— Мой дед часто ходил их распугивать, а то как сектанты собирутся там.

Мы рано утром постоянно пробуждались из-за соседских петухов, было ощущение как будто у них в голове сидит какой-то маленький инопланетянин и нажимает на всякие кнопочки в мозгу, а то как иначе объяснить то, что он кричит в одно и то же время, каждый день! Тут же чувствуя запах пирога, улыбка сама снисходительно появлялась на лице. По-быстрому натягивая на себя одежду, которая обычно весела на спинке стула, рядом с диваном, спотыкаясь об разбросанные игрушки на полу, мчался сломя голову на кухню, в надежде, что папа ещё не съел мой заслуженный кусок фирменного пирога, приготовленного мамой. Садился за стол и смотрел в окно, разглядывал лужайку. На улице было до ужаса тепло, солнце неимоверно слепило, размахивая своими многочисленными лучами, даже растущая перед окном яблоня не создавала надлежащую тень и квартира нагревалась за считанные минуты. После завтрака родители сразу же уходили на работу, а меня оставляли одного, но это и не удивительно, я уже тогда был взрослым! Наша квартира, в который я проживал с родителями с самого моего рождения, была уютной хоть и маленькой, на троих места нам всегда хватало. На стенах висели ковры: два больших и один поменьше, мне нравилось лежать на диване перед сном обводить узоры на них, там было множество линий, будто бесчисленное количество разных шёлкопрядов проползало и оставляло свой отпечаток в создании этого ковра. Напротив дивана стояла тумбочка, когда я повзрослел мне мама рассказала, что я залезал туда маленький и боялся слезть, бывало такое, что и грохнуться мог. Но я этого не припоминаю, мне кажется она врёт, я был довольно смелым в свои годы! Ещё сколько себя помню, на этой тумбе стоял чёрно-белый телевизор, цветной мы купили только когда переехали. Отец на шестнадцатилетие в 1980 году купил мне кассетный магнитофон «Электроника-321», я тогда так обрадовался и пошёл во двор хвастаться своим друзьям, а потом оказалось, что у них давно уже были такие. Но моему счастью всё-равно не было предела. А уже в 1982 году рядом с нашим домом открылся продуктовый магазин. Строительство заняло целых два года, но оно было не зря. Моя мама каждый раз по окончанию трудового дня заходила туда и покупала мои любимые сырки с кокосом. Готов был за них душу продать коварному врагу из «Космических мушкетёров», его тогда все боялись! Среди детей и взрослых этот мультфильм был очень популярен в начале восьмидесятых. Каждый день садясь на диван, включал телевизор и пересматривал его с сырком и яблочным соком в руках, слегка болтая ногами из стороны в сторону.

— И следующие дни лета я провёл всё так же солнечно тогда.