Дневник сатаны

Tokio Hotel – world behind my wall Linkin Park – drag Linkin Park – my December Они всю ночь гуляли по спящему городу, пугая редких прохожих. Майк, обращаясь в пса, носился за снежками, которые лепил Чес, или просто ловил снег огромной розовой пастью, из которой вырывались белые клубы воздуха. Когда ему это надоело, он просто шел рядом, держа Чеса за руку, когда тот, как первоклашка, шел по паребрику, пытаясь удержать равновесие. Домой они вернулись лишь под утро, мокрые, замерзшие, с налипшим на ботинки первым снегом, уставшие, но безумно счастливые. Теперь они стояли под козырьком подъезда и целовались. Упоительно, долго, будто для этого и родились. Майк сжимал холодными пальцами воротник Чеса, будто боясь его потерять. Чес ласково гладил мокрые перья волос любовника, почесывая за ушком, шею, успокаивая его, словно собаку. - нам надо будет стекло вставить в окно. – прошептал Майк, оторвавшись, наконец, от губ парня. Чес прижался лбом к холодному плащу. - надо… только все равно до утра надо подождать. - до утра… - Майк скривился как от зубной боли. – скажи честно, что ты думаешь? Что дальше? Ты веришь, что ОН нас так вот отпустит. - нет. – Чес казался абсолютно спокойным. – не отпустит. А может, даже убъет. Но мы не можем ничего изменить. - ты прав. – глухо прошептал Шинода, глядя под ноги. – пошли домой? Они молча поднялись по лестнице. Каждый шаг глухо отзывался в пустой шахте спящего подъезда. Перед дверью Майк замер. - Чес, здесь что-то не так. - Прошептал он, напряженно оглядываясь. – нам не стоит заходить туда. - почему? – Чес удивленно взглянул на любовника. – я ничего не чувствую. - просто поверь мне?! Это не чувства, это… ну… интуиция – Майк попытался улыбнуться, но улыбка на его напряженном лице вышла крайне неубедительной. – не надо туда заходить. – деревянным голосом повторил он. Чес ухмыльнулся. - я думаю, ты переволновался. Все в порядке. - Он распахнул дверь и демонстративно перешагнул через порог. - нет!... – с губ Майка сорвался крик, но было поздно. Чес почувствовал, как теряет волю. Его будто спеленало мокрым липким полотенцем. Усталость и отчаянье навалились на грудь, мешая дышать. - Майк – прохрипел он, падая на колени. Майк сомневался пару секунд, затем бросился к нему, но тут же остановился, когда Чес поднял глаза. В них не было мыслей, жизни. Игрушка. Да, он был похож на сломанную игрушку. Куклу. Марионетку. Он поднялся с пола. Внезапно рядом с ним возник Люцифер. Он глумливо улыбался. - ну иди сюда, песик. Иди. Папочка тебя не обидит. – он протянул руку, словно и вправду звал собаку. Майк оскалился и глухо зарычал. - что ты с ним сделал? – глаза его, казалось, загорелись злобой и ненавистью. - а что я с ним сделал? – вопросом ответил Люцифер, с повышенным усердием полируя ногти об пилочку, извлеченную из штанов. – Я с НИМ ничего не делал. Это ТЫ во всем виноват. – он выбросил вперед руку с пилочкой, словно желая нанизать Майка на нее. – я дал вам задание… а вы?... глупые влюбленные. Ну ничего, так даже будет проще… влюбленными так легко манипулировать… - он беспокойно ходил взад-вперед, разговаривая сам с собой. Майк чувствовал, как его внимание рассеивается под бормотание и эту ходьбу. Он встряхнулся, но легче не стало. Люцифер замер, взглянул на Майк и хищно улыбнулся. - ну давай, песик, иди ко мне… Майк безропотно шел к рыжему, не в силах побороть его волю, закрыв глаза и слепо двигаясь на голос. Внимание ускользало. Он чувствовал, как забывает себя. Лишь какое-то нудное, как комариный писк, воспоминание все еще пульсировало в голове. Он вскинул голову, и внезапно в его глазах сверкнуло что-то необычное. Сверкнуло и мгновенно исчезло. Он покорно подошел к Люциферу. Тот самодовольно ухмыльнулся. - вот так-то лучше, глупое животное. – он залепил Майку хлесткую пощечину, тот отскочил на шаг, глядя на Люцифера огромными испуганными глазами полными слез. Щека пылала от ожога. – за то, что ты посмел ослушаться хозяина! – его голос теперь гремел и был тверд как металл. Майк испуганно заскулил, прячась под стол. Он сам не заметил, как обратился. Теперь за хозяином наблюдал не человек, а пес. Чес все так же бездумно стоял посреди комнаты столбом. Казалось, он даже не дышал. Лишь малиновая радужка пульсировала, то скрываясь за зрачками, то затапливая их. Люцифер резко повернулся к нему и изо всех сил ударил его. Чес отлетел к стене. Послышался хруст. Майк лишь взвизгнул и сильнее вжался в угол. Рыжий подошел к лежащему неподвижно Чесу и присел напротив него. - ну как, Чес, ты до сих пор веришь в любовь? – он схватил его за горло и резким рывком поставил на ноги, прижав к стене. Из носа вампира струилась темно-багровая кровь, глаза закатились, дыхание было прерывистым. – Ты веришь, что этот кобель тебя любит? Он даже не может подойти к тебе! Трусливая псина! Чес что-то прохрипел в ответ. - что? Что ты сказал?! – Люцифер швырнул его на пол, слыша, как хрустят ребра. Внезапно Майк кинулся на хозяина из своего укрытия, прыгая ему на спину. Молниеносное движение, и пес отлетел в сторону, сшибая стулья. Тихо скуля, он попытался встать, но Люцифер оказался быстрее, он навис над Майком, решая, что с ним сделать. Чес, собирая последние силы, кинулся на него, цепляясь за плечи и заваливая его на спину. - беги, Майк! Беги, тупая псина!!! – захрипел он, с трудом пытаясь удержать Люцифера, но Майка не пришлось просить дважды. Он вскочил на лапы и выскользнул из квартиры. Он бежал по улице, стараясь оказаться как можно дальше от дома, в котором оказалась ловушка. Постепенно человеческие мысли стерлись из его сознания, остались лишь какие-то обрывки образов. Майк замер. Где-то в трех метрах слева пахнуло тухлыми овощами. В подвале заскрипели мыши. А впереди, за мусорным баком, лежала аппетитная косточка. Майк принюхался. Да, косточка определенно была восхитительной. Пес почесал за ухом, вычесывая несуществующих блох, и побежал за костью.