Дочь Мафии

      Я открыла дверь, и тут же захотела закрыть её обратно или закрыть рукой глаза Крис, но я опоздала, она уже всё увидела.       На столе сидел слегка запыхавшийся папа, закинув ногу на ногу, белая рубашка, которая была на нём, перемазана кровью, разбита губа, а вечно непослушные волосы, постоянно вылазящие из укладки, теперь были в абсолютном беспорядке, а одна из прядей, свисавших на лоб, была ярко-алого цвета. У стола стоял охраник, что-то говорил папе, скорее всего это очередная попытка его успокоить. А на полу лежал мужчина, по виду он был раза в два, если не в три, больше, чем папа, и по его виду, я бы даже не смогла утверждать, что он жив. Его рука была выгнута под неестественным углом, со рта и носа лилась кровь, да и сам он лежал уже в приличной луже.       Папа нас заметил, слез со стола и вышел к нам, закрывая за собой дверь.       - По-моему, я просил предупредить, когда именно вы придёте, - он злится, а бедная Крис продолжала бледнеть.       - Ой, я забыла. Лучше скажи, что там произошло?       - Потом, пойди, найди нужные вещи для своей гостьи, пока здесь немного приберутся, а потом пообедаем, - я была слегка шокирована, что он сам вспомнил про обед, скорее всего он просто заговаривал мне зубы, а моя подруга, кажется, удивилась, как в такой момент можно думать о еде. Я взяла застывшую Крис под руку и мы пошли на этаж ниже.       - Зачем мы сюда идём? - спросила наконец очнувшаяся Крис.       - Чтобы не хранить много вещей в комнатах, у нас есть отдельный этаж под наши с папой вещи, половина этажа папина, половина моя, но это не спасает папин гардероб от меня.       - А зачем спасать его вещи от тебя? - у Крис по ходу беседы появлялось всё больше, и больше вопросов.       - Нууу, я часто их беру, но редко возвращаю, а если и возвращаю, то явно не в том состоянии, чтобы папа мог это носить, - Крис вновь смотрела на меня вопросительно.       - О, у нас с папой один размер одежды, у него только немного шире плечи и слегка лучше талия чем у меня, ладно, ладно, нифига не слегка, я как цельный кусок бревна, а он сраная, резная фигурка, - мы обе засмеялись.       Минут через пятнадцать мы нашли всё что нужно, пижаму, расчёстку, зубную щётку, комплект постельного белья и ещё какие-то мелочи. Когда мы поднялись и я начала открывать дверь снова, Крис напряглась, но в этот раз картина была куда лучше.       Нас встретил пустой, а самое главное, чистый кабинет, хотя нет, войдя во внутрь я заметила в углу злую Катерину.       - Здравствуйте, меня зовут Крис, - поздоровалась с ней моя гостья, злость Катерины как ветром сдуло.       - Здравствуйте Мисс Кристиан, я Катерина, можете обращаться ко мне за помощью, если что-то понадобится, - Крис опешила от такого к ней обращения, но ничего говорить не стала.       - Что здесь всё-таки случилось?- задала я ей вопрос.       - Тому мужчине было назначено на понедельник, но он очень настойчиво просил его принять, Господин сделал для него исключение скрипя зубами, они о чём-то разговаривали, у дверей стояли два охранника, а я вытирала пыль, особо не вслушиваясь в разговор, но тут мужчина схватил твоего отца за руку, как ты понимаешь, он ему этого не простил, охраники еле оттащили Господина от него, он чуть не убил этого смельчака.       - А он жив? - вдруг спросила Крис.       - Едва, его подлатают и бросят в темницу, - без каких-либо зазрения совести сказала женщина, она была ни чуть не удивлена, похожие картины у нас не редкость.       - В... в темницу ?- спросила вновь ошарашенная Крис.       - Ну да, а потом если его выкупят его хозяева, Господин его отпустит, - мне хотелось прибить Катерину за не свойственную ей говорливость.       - А если не выкупят? - вот на этом вопросе я начала молиться всем богам, чтобы что-нибудь произошло, и она не узнала ответ.       И, похоже, бог меня услышал, из своей комнаты вышел папа, это означало, что разговор закончен.       На нём теперь была чёрная водолазка и серые спортивные штаны, волосы были слегка влажными, а правая кисть была перемотана бинтом.       - Я распоряжусь подать обед,- оповестила нас Катерина, удаляясь. Дверь закрылась и мы остались втроём.       - Что с рукой? - поинтересовалась я, хотя, уже знала ответ.       - У него был плотный костюм, я разодрал костяшки... опять, - у папы вечно разбитые костяшки, не успеют они зажить, как он снова их травмирует, то в порыве злость разобьёт зеркало, то ударит рукой по стене, а в иной раз и по лицу кому-нибудь прилетит.       - Меня зовут Крис, - сказала моя одноклассница, протягивая руку для приветствия, папа прошёл мимо и сел за стол, жестом приглашая нас сесть на два свободных стула, на столе ничего не было, всё убрали перед обедом.       - Значит, юная Кристиан, ты дружишь с моей дочерью, - толи спросил, толи рассуждал он вслух, - я рад, что у моей девочки в кое - то веке появился друг.       Крис повернулась ко мне с удивлённым взглядом.       - Тоесть, я твой первый друг ?       - Ну, вообще-то, да, до тебя друзей у меня не было.       В дверь постучали и после папиного "войдите" вошла горничная с тележкой, расставила еду на столе и слегка поклонившись вышла. Следом за ней вошла Катерина, она взяла папину тарелку, наложила ему еды и стала ждать, пока он поест. Он обречённо вздохнул и под пристальным взглядом начал есть. После обеда женщина удовлетворённо кивнула и ушла к себе.       - Мне нужно ненадолго отъехать, посидите сами или мне к вам кого-нибудь прислать?       - Конечно сами, - он кивнул и ушёл переодеваться, а мы пошли в мою комнату. Сюда уже принесли вторую кровать, вообще в моей комнате особо ничего не было, большое окно, подоконник, моя кровать, письменный стол с ноутбуком и небольшой шкаф, в котором хранились немногочисленные вещи, которыми я часто пользуюсь.       - Катерина твоя бабушка? - спросила Крис, начиная застилать себе постель.       - Нет, что ты, она что-то типо горничной или дом работницы, хотя мы с папой смело можем назвать её частью семьи, сколько себя помню, она всегда была рядом. А из родственников, ну я имею ввиду кровных, у меня есть два дяди и двоюродный брат.       - А твоя мама... Извини, я не должна была этого спрашивать.       - Всё хорошо, не переживай, я маму не знаю, всё что мне известно о ней, это то, что она умерла, когда я была маленькой. Папе трудно об этом говорить, он сказал, что я должна знать, что мама меня очень любит и очень бы гордилась мной. Я видела, что ему не нравится эта тема, поэтому больше не спрашивала.       Так за разговорами прошёл вечер, мы делали уроки, позже нам принесли ужин, а затем легли спать. Но спали мы не долго, часов в двенадцать из основной комнаты раздался резкий, громкий звук. Мы с Крис подскочили и вышли туда. Как выяснилось, папа опрокинул шкаф, который ему судя по всему мешал, он сидел рядом с упавшей мебелью, но увидев нас встал, потрепал меня по волосам и беззвучно ушёл к себе в комнату. Мы тоже вернулись.       - Что это было? - смотрела на меня Крис то ли испугаными, то ли удивлёнными глазами.       - Не знаю, может его кто-то разозлил или опять включил истеричку, его трудно понять, это почти никому не удаётся, и мне в том числе, я уже даже не пытаюсь его понимать, я смерилась.       - Ты сказала, почти никому, тоесть, кому-то это удаётся? - видимо задавать вопросы это смысл её жизни.       - Ну вообще, я знаю только одного человека, который его понимает и способен находиться с ним в моменты его истерик, папа в нём души не чает, прямо как во мне, всё ему позволяет, готов с ним буквально на всё, - мне кажется, это прозвучало ревниво, но Крис больше ничего не сказала, видимо решив, что это нас не касается и мы зашли и так туда, куда не следовала. Она начала укладываться спать, минут через десять, мы обе погрузились в сон.