Дочь Мафии

      Попрощавшись с дядей, я, озадаченный рассказанной историей, вышел из его покоев. Теперь я чувствовал себя ещё более виноватым.

***

      Я вышла из папиной комнаты, оставив его с этим мудаком. В моей руке был складной нож. Войдя в свои покои я рассмотрела его получше. Это было очень лёгкое изделие с тонким лезвием, резная ручка из красного дерева, на рукояти была гравировка "Д.Д. Капоне.". Вещь выглядела изящно и идеально помещалась в моей ладони.       "Я горжусь тобой, ты моя единственная надежда... Не позволяй никому управлять твоей судьбой. Только ты хозяйка своей жизни. Не бойся держать нож перед собой, если ты держишь его во благо своих интересов и во имя защиты тех, кого любишь. Милая, ты всегда знай, что я готов убить за тебя любого, и я рад, что ты готова убить за меня. Прошу, никогда не опускай голову, всегда иди к своим целям и идеалам. Всегда защищай то, что тебе дорого." - эти слова, сказанные моим папой, я запомню надолго.       Обдумывая всё происходящее за последние полтора дня, я переоделась и легла спать. Я уснула сжимая в руке холодное оружие.       Ближе к вечеру меня разбудили крики из коридора. Я поспешно оделась и пошла на звук, и только почти оказавшись на месте, я поняла, что эти оры исходили из комнаты Дефне. У входа в её покои одна из служанок сказала мне, что начались роды.       - Повелителя оповестили? - спросила я её.       - Нет ещё, Госпожа.       - Так ступай сейчас же! Дядя должен узнать об этом немедленно! - она поклонилась и убежала. А я осталась с нетерпением ждать, когда эта бесовка родит девочку, соберёт свои вещи и уедет в закат на всю оставшуюся жизнь.       Уже через десять минут я услышала плачь ребёнка и вошла в комнату. Дефне лежала довольная и вся сырая, как мышь.       - Ну кто там?! - воскликнули мы вместе, ожидая ответа повятухи, которая не могла решить, с кем из нас разговаривать.       - Госпожа, это девочка, - она всё же решила говорить со мной. Я радостно выдохнула, кладя руку на грудь. А Дефне сдавленно взвизгнула.       - А я тебе говорила, что это будет девочка! - моему счастью не было предела, - уже завтра или послезавтра я помашу тебе платочком вслед, - она рыдала, а я была готова танцевать.       Почти сразу после появления крохи вошёл дядя.       - Это мальчик? - с порога выпалил он.       - Нет, это девочка, поздравляю тебя - оповестила я его.       - Ох... - он опечалился, но тут же взял себя в руки и пришёл в себя, - теперь у меня две прекрасные девочки, - он обнял меня за плечи и мы вместе подошли к малютке, чтобы посмотреть.       - Знаешь, дядя, я теперь буду жутко ревновать, - я усмехнулась.       - Не переживай, твоё место в моём сердце никто не займёт. Пусть ты и моя названная дочь, но люблю я тебя, как родную, - он прижал меня ближе к себе и чмокнул в лоб.       - Хорошо, и... я тоже тебя люблю, - я обняла его в ответ.       - Повелитель, - позвала Дефне, - прошу вас, позвольте мне остаться рядом с моей дочерью. Я вас умоляю, - она рыдала.       - Нет, это не обсуждается. Сегодня уже поздно, не хочу беспокоить Даниэля, так что завтра утром он даст имя моей дочке, а к обеду тебя здесь уже не будет.       - Но с кем останется моя дочь? Как она будет здесь без мамы? - она продолжала плакать.       - Дядя, у меня на примете есть прекрасная, а самое главное, очень добрая девушка, я всё равно скоро уеду, пусть она станет няней для моей сестрёнки. А ещё нужно найти кормилицу, и дело в шляпе, - я невинно посмотрела на Дефне, которой только что нашла замену в двух лицах.       - Ты права, милая, так будет просто замечательно.       В комнату вошёл Мурад.       - Поздравляю тебя сын, ты всё ещё мой единственный наследник, - он непонимающе перевёл взгляд на меня.       - Это девочка, идиот, - я демонстративно закатила глаза и отвернулась.       - Ты всё ещё злишься? - успокоившись, спросил он.       - Злюсь? Да я тебя ненавижу, враг моего отца, мой враг. Я тебе никогда не прощу того, что ты посмел поднять на него руку.       - Я же уже извинился...       - Мне всё равно, я не в настроении это обсуждать. Дядя, позвольте мне удалиться, хочу зайти к папе.       - Конечно, детка, ступай. Если он не спит, поделись с ним благой вестью.       - Хорошо, спокойной ночи, - я вышла и направилась к папе.       Постучавшись, я вошла.       - Не спишь? - он сидел в кресле, закрыв глаза.       - Нет, у меня так болит голова, что даже сидеть тошно, - он открыл глаза и стал меня рассматривать, - что там за шум? И, судя по всему, случилось что-то хорошее?       - Дефне родила девочку, - сказала я, подходя к папе.       - О, это замечательно, нужно пойти, дать ей имя, - он хотел встать, но я аккуратно толкнула его обратно в кресло.       - Дядя сказал, что всё завтра, он не хотел тебя беспокоить. Ты что-то бледный, - я поднесла руку к его лбу, ожидая разрешения. Он наклонился ближе, давая молчаливый ответ, - ты горячий, может, позвать врача?       - Не нужно, всё хорошо, я просто немного перенервничал, - он положил свою ладонь мне на щёку.       - Как твоя рука? Только честно, - я решила не зацикливаться на его состоянии, раз он этого не хочет.       - Я ей и пошевелить не могу, днём приходила врач, чтобы поменять повязку, она сказала, что всё будет хорошо. Но швы выглядят не очень.       - Скорее бы мы приехали домой и Катерина тебя осмотрела.       - Ты хочешь домой? Если так, то только скажи, мы тут же соберём вещи и выдвинемся.       - Хочу, но не сильно. Я просто соскучилась по Катерине и Крис.       - А я вот очень хочу домой. У меня уйма дел... И Натаниэль скоро должен приехать, - папа закрыл глаза и тихонько улыбнулся.       - Всё понятно, ты просто соскучился по Нату! - я была очень довольна своим выводом.       - Ничего подобного! - мы оба засмеялись. Папа резко зашипел, запуская здоровую руку в свои волосы.       - Что такое? Больно? - я испугалась.       - Ничего, ничего. Давай просто ляжем спать, я очень устал. Останешься? - папа сделал вид, что всё в порядке, но по напряжению в его теле я понимала, что ему нехорошо.       - Конечно, я останусь.       Мы легли, я долго не могла уснуть, зато папа заснул практически мгновенно. Я слушала его размеренное дыхание, меня это успокаивало, вскоре уснула и я.       Утром меня разбудил стук в дверь.       Папа поднял голову с подушки, посмотрел на меня, я кивнула, а затем заговорил:       - Войдите.       В комнату вошли две девушки и поклонились.       - Господин, - поклонились они папе, а затем заметили и меня, - Госпожа.       - Зачем вы явились в такую рань? - папа был не в настроении.       - Повелитель велел сообщить вам, что после завтрака хочет видеть вас в своих покоях.       - Хорошо. Раз это всё, то слушайте теперь меня. Принесите нам на балкон завтрак. После мы с моей Госпожой пойдём к повелителю, а вы начните собирать мои вещи и скажите служанкам Эллы, чтобы собирали её вещи. Завтра мы уедем. Ты ведь не против? - обратился он ко мне.       - Я не против.       - Прекрасно, тогда, пусть все вещи будут собраны к вечеру, и пошевеливайтесь с завтраком, я чертовски голоден.       Девушки поклонились и поспешно вышли.       - Так мы завтра уедем? - я не думала, что это произойдёт так скоро. Я была удивлена.       - Тебе нужно в школу, мне на ряд совещаний, да и сегодня решится то дело, ради которого мы ехали, - он встал и пошёл в комнату поменьше, чтобы переодеться.       - Ты про девочку? Как ты решил её назвать?       - Скоро узнаешь.       Мы позавтракали, я сходила переодеться и мы пошли к дядя. Поздоровавшись, было решено долго не тянуть. Дядя держал дочь на руках, Мурад стоял рядом, рассматривая сестру, а Дефне стояла где-то поодаль, не подходя близко.       - Даниэль, брат мой, согласен ли ты, взять эту светлую душу на свою совесть? - спросил здешний повелитель, передавая малышку моему папе.       - Согласен, - папа прижал к груди крошечный свёрток, настолько аккуратно , насколько это позволяла его травма, и зашептал что-то на иноязычном, было похоже на молитву, мне было странно слышать её из уст атеиста, но спустя, кажется, полторы минуты он закончил, и произнёс громче, - твоё имя Шахира, твоё имя Шахира, твоё имя Шахира, - папа чмокнул девочку в лоб, достал из кармана красивую витееватую брошь и приколол к одеяльцу, а затем передал малышку её отцу, - пусть будет счастлива.       - Шахира Султан, - произнёс заворожённо дядя, - какое красивое имя.       - Мустафа, мы завтра уедем, - оповестил дядю папа.       - Ох, уже? Тогда сегодня мы поужинаем все вместе.       - Хорошо, - согласился папа.       - Раз Дефне уезжает, я пришлю свою служанку, чтобы приступила к своим новым обязанностям, - вставила я свои пять копеек, чтобы позлить эту ведьму.       - Да, это правильно, я приказал приготовить для моей дочери новые покои, конечно, не такие большие как твои, но тоже неплохие. Эта девушка с моей крошкой будут жить там, я приставлю к ним ещё пару служанок.       Мы ещё немного поговорили и разошлись, Дефне собирать остаток вещей, папа отдохнуть, я руководить сбором моих вещей, а Мурад ушёл в сторону сада.       Примерно часа через четыре я увидела, как Дефне выходит из дворца в сад и поспешила вслед за ней. Когда я её догнала, она уже подходила к карете.       - Ну что ж, прощай, Хозяйка здешнего дворца! - она фыркнула, хотя на её глазах наворачивались слёзы, она села, и карета тронулась. Я махала рукой до тех пор, пока экипаж не скрылся из виду. Моему счастью не было предела.       Затем я вернулась в свои покои, пока были закончены сборы моих пожитков, уже наступил вечер.       Для ужина я выбрала огненно-красное платье, расшитое золотыми нитями. Атласные рукава напоминали паруса. На голову я одела золотую корону с множеством крупных рубинов.       - Мила! Приведи мне сейчас же Бейхан. Она мне срочно нужна, - велела я.       - Да, моя Госпожа! - девушка поклонилась и поспешила удалиться. Уже через две минуты она вернулась вместе с частью моего плана.       - Здравствуйте, - робко поздоровалась новая няня родившейся вчера малышки.       - Бейхан, завтра я уезжаю, а ты сейчас пойдёшь к малышке, будешь жить в покоя с Шахирой, заниматься девочкой. Веди себя при моём дяде учтиво, улыбайся, должным образом заботься о девочке, люби её, как свою собственную дочь. А если повезёт, дядя обратит на тебя внимание и у тебя появятся ещё и свои дети.       - Как прикажете, моя Госпожа, - она поклонилась и улыбнулась.       - И ещё. Будешь писать мне обо всём, что будет происходить. А главное, помни, если бы не я, ты бы сейчас сидела на том рынке под палящим солнцем, как никому не нужный товар. Я выкупила твою жизнь, и она принадлежит мне. Учти, я ценю в людях верность и преданность, предательства я не прощу.       - Что вы, моя Госпожа! Я всегда буду вам верна, вы подарили мне новую судьбу, которая явно лучше той, что готовил мне тот рынок. Я буду вам писать обо всём, что только смогу здесь узнать.       - Вот и умница, я не сожалею о своём выборе. А теперь прощай, до моего отъезда мы ещё наврятли встретимся.       - Прощайте, моя Госпожа. Я не забуду вашей доброты, - она поклонилась.       - Не прощайся так, будто мы больше никогда не встретимся, я ещё когда-нибудь приеду, - я ей улыбнулась, - а теперь ступай, тебя нужно приступить к своим обязанностям. Прощай.       Девушка поклонилась вновь и ушла. Я посидела ещё немного и пошла в покои дяди. По пути я встретила Мурада.       - Красивое платье, - попытался он начать разговор.       - Я знаю, - огрызнулась я в ответ.       - Я не хочу, чтобы ты уехала, будучи обиженной на меня, - признался мне наследный принц.       - А я не хочу видеть тебя, но, похоже, нашим желаниям не суждено сбыться, - я ускорила шаг, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.       Мы вошли в покои дяди, они с папой уже сидели за столом и ждали только нас.       - Вы сговорились? - удивлённо спросил дядя, глядя на меня и папу. Мы с непониманием посмотрели в ответ.       - Ваша одежда. Вы сговорились? - мы с папой переглянулись.       И вправду, я в красном, а на папе красная рубаха в тон моего платья.       - Мы не сговаривались, - ответил папа с ухмылкой.       - Ещё раз убеждаюсь, что вы два сапога пара, - дядя рассмеялся, мы с папой остались довольны таким выводом.       Ещё немного поговорив мы все начали есть, кроме папы. Я вопросительно на него посмотрела, он приподнял покалеченную руку, которая едва двигалась.       - Что ты хочешь? - шёпотом спросила я своего родителя.       - Салат, будь так добра, - так же шёпотом ответил мне папа.       - Конечно, - я взяла его тарелку и наложила салат, затем нарезала крупные листья салата на более мелкие кусочки и поставила перед папой.       - Спасибо, - он взял вилку в левую руку и начал есть.       - Даниэль, ты мог просто попросить, я бы что-нибудь решил, - сказал дядя, после окончания наших манипуляций.       - Ты же знаешь, я не люблю просить, - папа пожал плечами.       - Ты бы так и сидел голодный, если бы Элла не предложила помощь? - он был недоволен.       - Ты сейчас пытаешься меня отчитать? - папа осмотрел дядю пустым взглядом, - тебе не кажется это неуместным? - он продолжил есть, будто ничего не произошло.       - Да, прости. Я вместо того, чтобы помочь и догадаться об этом, только возмущаюсь, - ему, похоже, и вправду было жаль.       - Всё нормально, - приободрил его папа.       Оставшийся вечер прошёл очень даже неплохо, если, конечно, не учитывать лицо Мурада, которое выглядело так, будто ему по затылку кирпичом ударили.       - Вы как хотите, но я пойду спать, - сказал папа, вставая из-за стола. На улице уже давно стемнело, - милая, и тебе советую идти лечь, нам завтра ехать.       - Да, ты прав, - я тоже встала.       Мы с папой пожелали оставшимся за столом спокойной ночи и ушли.       - Прекрасный вечер, - сказал мой родитель, его настроение, похоже, было просто замечательным.       - Согласна, - в моей голове щёлкнула идея, - пааап, - протянула я, улыбаясь во все тридцать два.       - Что ты задумала? - он усмехнулся.       - А пойдём на улицу? Там должно быть сейчас хорошо.       - Звучит неплохо, - он задумался, - а знаешь, мы и вправду можем пойти. Давай только зайдём ко мне, возьмём плед.       - Зачем нам плед? Не думаю, что там холодно.       - Хочу посмотреть на звёзды, - пояснил мне папа.       - Хорошо.       Мы взяли плед и вправду пошли на улицу, стараясь пройти мимо дворцовой стражы, чтобы они не изъявили желания последовать за нами, ведь им было велено сопровождать нас обоих за пределами дворца.       И вот мы в саду. Кромешную темноту разбавляет только свет звёзд и луны. В далеке слышен шелест листьев и пение ночных птиц. Благоухания цветов смешались с ночной духотой в один насыщенный запах, вдыхать который было одно удовольствие. Нам обоим было комфортно. Только я и папа, как будто на свете есть только мы вдвоём, будто остальной мир остался где-то далеко далеко, не в пределах досягаемости. Это было волшебно.