Ты - моя семья

      Вэй Шуфан, узнав о новости, не сказать, что была не рада, ей просто не сильно хотелось туда ехать. По слухам это место было слишком нудным и "правильным". На входе стояла огромная стена, на которой было высечено несколько тысяч правил. Сколько именно, девушка не знала. Но слишком сильно прислушиваться к пустой болтовне людей, Сяомин не стала, хотя знала, что дыма без огня не бывает. После того, как глава Цзян сообщил об этом своим двум воспитанникам, и сыну, мужчина отправил детей собираться. И пусть до отъезда оставалось еще два дня, Цзян Фэнмянь решил что лучше все приготовить заранее, еже ли потом пытаться в спешке все успеть сделать.       Первый день отведенный на сборки и приготовления к отправке в Гусу, проходил до ужаса шумно. Слуги сновали туда сюда, то и дело мельтеша перед глазами, чем сильно раздражали. Не только наследника Цзян, но и ту же Вэй Шуфан. Девушка, которая уже устала от ряби пурпурных одежд перед глазами, сбежала к своему другу. Вэй Ина Сяомин оставила на А-Ли, а та такому раскладу была не против. А-Сянь, который надеялся провести этот день вместе с любимой цзецзе, ворчал недолго, и в скором времени позабыл о обиде на старшую сестренку. А вот Цзян Чэну пришлось хуже всех. Как наследник на место будущего главы Цзян, ему приходилось терпеть возле себя присутствие бегающих по всем углам слуг. Как бы не хотел А-Чэн сбежать вместе со своим шисюном, он старался оставаться "примерным" мальчиком для своей матери, пытаясь доказать, что достоин чего-то большего.       Когда Цзян Джианджун узнал о том, что Шуфан скоро уедет оставив его на целый год в Пристани Лотоса одного, то конечно же долго, очень долго возмущался. Как бы Сяомин не пыталась успокоить своего друга, все ее слова проходили будто мимо его ушей. Парень все таки остановился проклинать все и вся только через несколько часов, но все так же находился не в самом лучшем расположении духа. Девушка, решив оставить друга, чтобы тот еще хоть немного успокоился, отправилась на тренировочный полигон. На площади находилось множество адептов в пурпурных одеждах, с небольшим серебряным колокольчиком висящим на поясе. Такой же колокольчик был и у Вэй Шуфан с А-Ином. Эта вещица является отличительным знаком адептов ордена Цзян, так же колокольчик помогает, когда разум пытаются замутнить или запутать. На тренировках госпожи Юй адепты духовной силой заставляют его не звенеть.       Шуфан любила проводить время со своими шиди. Они всегда находились в веселом и приподнятом настроении. И даже после наказания хозяйки Пристани Лотоса, лишь хныкали. Адепты ордена Цзян славились своим умением плавать, ведь жили в местности сплошь засеянной болотами и озёрами. Если бы кто-то из шиди Вэй Сяомин и ее брата, сказал, что не умеет плавать, то над ним бы точно долго смеялись его собратья. Но девушка, которая на своей шкуре познала всю тяжесть обучения плаванию, не видела в этом ничего постыдного. Сама Шуфан училась плавать очень и очень долго, хотя ее брату это удалось чуть ли не с первого раза. Но сейчас, воспитанница главы отлично передвигалась, как по воде, так и под нею. Озера ордена Юньмэн Цзян сплошмя кишили гулями. Адепты, проживающие в Пристани Лотоса спокойно могли похвастаться своей опытностью по ловле этих тварей.       Этот день был теплым и солнечным, поэтому Сяомин с несколькими ребятами отправилась на озеро чтобы насобирать лотосов. Когда девчушка с шиди приплыли на нужное место, то обнаружили несколько гулей. В озерах расположенных недалеко с Пристанью нечисти почти нет, но бывают случаи, что речные гули заплывают на эту территорию. Сетей с собой никто не брал, думали что это не надолго, да и не встретят никого, их косяк. Ловить гулей пришлось руками, из-за чего А-Фан и ее шиди оказались полностью мокрые и грязные. А лотосов так и не собрали.       Когда Шуфан вернулась в свои покои вся мокрая, Вэй Усянь с Цзян Яньли ожидали ее там. Завидев свою любимую сестрицу, А-Ин прыснул со смеху, ведь смотрелось это действительно смешно. Насквозь промокшая одежда, сильно липнувшая к телу, длинные мокрые волосы облепившие лицо, и в дополнение измазанное в чем-то миловидное лицо, которое выражало детскую радость. Увидь бы кто-либо из чужого ордена девушку в этот момент, то точно не поверил в то, что перед ним стоит старшая воспитанница главы Цзян. А-Ли завидев шимэй, округлила глаза. Да, не в первый раз. Да, бывало и хуже. Да, это не опасно. Но каждый раз Яньли реагировала именно так. Дева Цзян знала, что Вэй Шуфан и Вэй Ин с братом очень похожи, что оба любят нашкодить, каждый их них любит сотворить что-либо не подобающее воспитанникам глав ордена. И почти всегда их за это наказывала хозяйка Пристани, но ключевое слово "почти". Бывало, мадам Юй, полностью измотанная, но конечно же не показывавшая это, закрывала глаза на проделки мелких негодников. Но такое случалось редко, поэтому, Сяомин старалась как можно меньше проказничать, пока ее младший братец творил "дичь" в любое время.       Шуфан, питала к матери наследнику Цзян теплые чувства. Она была строга к ним, не хотела близко подпускать к сыну, (что получилось у нее плохо. хотя вполне возможно, она не сильно этому препятствовала.) наказывала за любой, даже самый маленький и ничего не представляющий угрозу кому-либо проступок. Но Вэй Сяомин нравилась эта женщина. Ее стальным стержнем в характере, хоть он был в некоторых моментах просто неприемлем, мадам Юй показывала себя как холодную, строгую личность. Она не допускала к себе близко никого, кроме своих двух личных служанок Цзиньчжу и Иньчжу, даже своего мужа Юй Цзыюань держала на расстоянии. А когда же Цзян Фэнмянь привел в Пристань Вэй Усяня и Вэй Сяомин, то женщина только больше отдалилась от мужчины. Шуфан иногда задумывалась, что возможно, если бы ее с диди не оказалось в Юньмэне, то может быть мадам Юй и Цзян Фэнмянь смогли хоть как-то сблизиться. Но девушка всегда отметала такие мысли прочь. От лица Вэй Сяомин       Когда я вошла в свои покои, то даже не думала, что меня там будут ждать. Мои мысли сейчас были заняты этим вечером, который я провела вместе со своими шиди и Цзян Чангмингом. Все таки это была плохая идея ловить речных гулей руками. Ну кто ж знал, что этот окажется таким шустрым. Но как только я оказалась в комнате, то поняла, что на меня уставились две пары глаз. Одна из которых принадлежала моему диди — А-Ину, а другая обожаемой шицзе — А-Ли. Братец завидев меня сразу начал хохотать, из-за чего у меня возникло резкое желание дать ему хороший подзатыльник. Глаза Яньли расширились от удивления. Ну не смотри на меня так шицзе, оно само, я не виновата. Тяжело вздохнув, я переборола свое желание дать хорошую оплеуху младшему брату, а к А-Ли все таки обратилась. — Яньли, я думала вы с А-Сянем будете у тебя в покоях, — зыркнув на А-Ина, я показала ему язык. Долго ответа ждать не пришлось, братец сделал тоже самое, на что я фыркнула. — Мы действительно находились там.. Но А-Ин захотел подождать тебя в твоей комнате, поэтому мы некоторое время сидим здесь.. — Оглядев меня с головы до ног, Яньли покачала головой. — Вот вот цзецзе, мы ждем тебя с самого обеда. Ты бесстыжая, обещала что сегодня мы проведем время вместе.       В голосе брата я смогла расслышать плохо скрываемую обиду. Хмурое лицо А-Ина только подтверждало то, что он был недоволен. — Еще не ночь, и у нас есть время. Думаю, если я быстренько приведу себя в порядок, то мы еще успеем побыть вместе. Ну, а завтра я точно уделю все свое время моему любимому диди, — на последних словах я потрепала брата по голове, от чего тот довольно заулыбался. Любил когда я так делала.       А-Сянь был не против, все таки, даже небольшое количество времени, он был рад провести со мной. Попросив слуг нагреть воду, я отправилась на поиски новой и чистой одежды. Оставшись довольной находкой вещей, я направилась в купальню, где меня уже ждала бочка, наполненная почти до краев, горячей водой. Братец распрощался с шицзе за то недолгое время, которое я провела в купальне. Поэтому, когда я вернулась в свою комнату уже полностью готовая к вечерней прогулке, ждал меня только А-Ин. — Шицзе ушла отдыхать, она попросила передать тебе, чтобы ты зашла к ней утром, —на слова диди я лишь приподняла бровь. — Сказала, что что-то важное, а со мной не поделилась.       Получив ответ на свой неозвученный в слух вопрос я кивнула. — Хорошо. Я думаю у нас осталось примерно полтора часа, нам хватит, — улыбка, которая сейчас расплылась на лице любимого братца, могла бы осветить самый темный уголок. От тепла, исходящего от А-Сяня, в сердце разливалось приятное чувство.       Поманив братца за собой, я просунула голову через проход. Оглядевшись вокруг, и убедившись, что никого поблизости нет, я и А-Сянь выскользнули в коридор. От третьего лица       Прогулка брата и сестры Вэй прошла на удивление Шуфан без происшествий. Вэй Ин рассказывал, как провел день с обожаемой шицзе. Он успел вывести из себя А-Чэна, что было нисколечки не удивительно. На все его проделки Сяомин только улыбалась, ее диди был активным с самого малого возраста. Она бережно хранила в памяти моменты с матушкой и отцом, но все равно, воспоминания становились расплывчатыми и смутными. Это не было удивительным, ведь, когда ее с А-Ином родителей не стало, они были слишком малы, да и после пережитого стресса многое позабывалось.       Вэй Ин привел сестру на свое любимое место. Этим местом была та самая поляна с деревом, на котором А-Ин прятался от "собак", грозящихся позвать Цзян Чэн. Тот поступок А-Чэна девушка не считала правильным, и каждый раз вспоминая его, А-Фан хотелось сделать подзатыльник Чэн-Чэну. Но все таки и винить мальчишку было невчем, простая зависть и ревность к ее брату, которого дядя Цзян поднял на руки в тот момент.       Вэй Усянь — был и остается любимым братом Сяомин. Самое первое место в сердце занимал А-Сянь, солнечный и веселый мальчишка, который улыбался в любых ситуациях. Даже когда их родители не вернулись, когда ее и А-Ина вышвырнули с постоялого двора. Тогда, когда они стали обычными бродяжками, когда их прогоняли люди, столь гнилые в душе, что доходили до рукоприкладства к голодным детям. И в моменты когда еды совсем не было, а за детьми гнались псы, А-Сянь пытался как-то поднять настроение сестре. Не давая ей унывать, Вэй Ин всегда был рядом, поддерживая свою цзецзе.       И Вэй Шуфан решила, что никогда не оставит любимого диди, ведь, он — ее семья. А свою семью, девушка никогда и никому не даст в обиду. Сяомин знала, что все перепалки между А-Ином и А-Чэном были шуточные, поэтому не беспокоилась об этом. С мадам Юй было труднее, но Шуфан всегда вставала на сторону брата, беря вину на себя, тем самым закрывая его собой от гнева хозяйки Пристани. Когда все становилось сложнее, на защиту детей выступал Цзян Фэнмянь, но он только подливал масла в огонь. Когда такое происходило, то весь гнев, который женщина вываливала на брата и сестру Вэй, переходил на мужа.       Мадам Юй недолюбливала отпрысков Цансэ-Саньжэнь, и скрывать этого не собиралась. И если Вэй Шуфан, она еще терпела из-за ее более менее нормального характера, хотя та тоже была рада сделать кому-нибудь пакость, то Вэй Ина она точно хотела выкинуть подальше за пределы Юньмэна. Так казалось многим кто видел отношения двух воспитанников и хозяйки Пристани. И возможно это было так.       Когда стукнул час Крысы Шуфан отправила младшего брата спать, аргументируя это тем, что завтра нужно встать раньше, а также этот день будет долгим. Сама девушка тоже направилась в свои покои, в последний раз окинув ночное небо полностью засыпанное звездами.       Эта ночь была тревожной, Сяомин смогла нормально заснуть только под утро. Целую ночь ей виделись какие-то смутные силуэты, напоминавшие кого-то, но кого, девушка все никак не могла понять. В кошмарах Шуфан отчетливо запомнила момент, когда люди в белоснежных одеждах, напоминающих форму Гусу выбегали из небольших домиков, а всю округу пожирали яростные языки пламени. Каждый раз Сяомин, пытающаяся заснуть видела это, от чего просыпалась с бешено стучащим сердцем и холодным потом. В один момент она даже захотела отправиться в крыло лекарей, для того, чтобы лично попросить успокоительные травы, но поборов в себе это желание, пыталась уснуть.       На утро, Шуфан забеспокоилась о неспокойной ночи, в которую ей виделось что-то страшное во снах. Сны заклинателей не были чем-то пустым, если им что-либо и снилось, то это стоило воспринимать всерьез. Поэтому, пробудившаяся в восемь часов утра, Сяомин была задумчива и выглядела усталой. Ночь прошла почти бессонно, об этом говорил весь вид девушки. Темные круги под заспанными глазами, растрепанные волосы цвета воронова крыла, которые и так еле-еле поддавались гребням. Даже помятая простынь на кровати говорила о том, что ночка задалась отвратительной. Но не смотря на то, что Шуфан чувствовала себя как гуль, которого оставили на суше без воды, девушка постаралась привести себя в более надлежащий вид, после чего отправилась в столовую. Так как Усянь вставал не раньше девяти часов, у Сяомин оставалось еще немного времени на собственные дела.       Каждый в Пристани Лотоса знал, что любимым занятием, как Вэй Ина, так и Вэй Шуфан была стрельба из лука. Брат и сестра Вэй занимали первые места в списке лучших этого дела. Кроме того, когда Сяомин было четырнадцать лет, она научилась самостоятельно делать воздушных змей, которые становились мишенями для стрел. А через некоторое время, ее диди А-Сянь захотел научиться тому же. И, пускай, сначала у него получалось криво-косо, то со временем у мальчишки все начало получаться, чему, он был конечно же рад. Все, что знала сама Шуфан, девушка старалась рассказать братцу, и бывало даже показывала свои умения на практике. Усянь был рад новым знаниям, которые его цзецзе рассказывала красочно и подробно. Когда Сяомин начинала свои рассказы, Вэй Ин для сравнения вспоминал учителей, которых нанимал дядя Цзян для того, чтобы обучить воспитанников каллиграфии. Усяню никогда не нравились те уроки, они были слишком нудными и скучными, поэтому он впитывал все, что говорила А-Фан как губка.       Сейчас тренировочное поле предназначающее именно для стрельбы пустовало. Адепты клана начинали свои тренировки здесь только обедом, после того, как мадам Юй проводила разминки и гоняла их по площади. Отлынивать от таких занятий девушка никогда бы не стала, потому что знала какое наказание ждало осмелившихся дураков так сделать. Одним из таких дурачков оказался и А-Ин, из-за чего Шуфан его долго отчитывала. Наказание за прогулы было действительно серьезным, испытать его на себе девушка никогда бы не хотела. Но сегодня оставался последний день перед отъездом в Облачные Глубины и Цзян Фэнмянь позволил сыну и двоим воспитанникам провести оставшиеся денечки в отдыхе. Все таки дорога по которой предстоит отправиться в Гусу будет хоть и несильно долгой, но утомляющей.       Пока никого не находилось на поле, А-Фан решила немного размяться, после чего можно бы было и пострелять. Собрав волосы в высокий пучок и оставив две передние пряди, девушка начала огибать круги пустой площадки. Многие знали Вэй Шуфан, как сильную заклинательницу для своего возраста, сумевшую за короткий срок обучения в клане сформировать свое золотое ядро. Так как в основном многие формировали свои золотые ядра с одиннадцати до тринадцати лет, в детстве на это отдавалось много времени. Подготовки к формированию начинались с самого малого: с медитаций. Человек учится ощущать и впитывать окружающую его энергию, совершенствуя своё тело и дух. Есть люди, предрасположенные к впитыванию энергии, они, как правило, формируют своё ядро быстрее, чем те, у кого низкая предрасположенность. Накопление энергии приводит к созданию первичного ядра, или же сгустка энергии - внизу живота. По сути, духовная сила поначалу протекает по всему телу к одному месту, а уже после сформировав золотое ядро, растекается по крови заклинателя и даёт ему возможность использовать "сверхспособности".       Вэй Сяомин оказалась тем самым предрасположенным типом людей. За два года обучения у мадам Юй, она смогла сформировать довольно сильное золотое ядро. Тренировки сначала давались не легко, ведь девчушка раньше такому никогда не обучалась. Когда Цзян Фэнмянь предложил А-Фан снизить нагрузки, то та категорически отказалась, заверяя мужчину, что со всем справится, и в этом нет необходимости. Тогда глава Цзян лишь хмыкнул, девочка оказалось точной копией своей матери, такой же упертой и решительной. В одинадцать лет Сяомин сформировала ядро, и через неделю получила свой меч, который назвала чуний.       Летать на мече Шуфан научилась легко и быстро. Бывали, правда моменты, когда девчушка не рассчитав скорости падала с оружия, но ее всегда ловил Цзян Жонг, которого, собственно, глава Цзян приставил к Сяомин, когда та обучалась летать на мече. Мужчина бдительно присматривал за молодой госпожой. Она была энергичной и не любила сидеть на месте, почти каждый раз засыпая Цзян Жонга вопросами на совершенно любую тему. Приближенный Цзян Фэнмяня спокойно отвечал, и даже если ему было некомфортно от столь пристального внимания к себе, то он это никак не показывал. Когда же девчушка смогла летать на своем мече без чьей либо подстраховки, то помощь Цзян Жонга больше не требовалась, и глава Цзян отправлял его на другие задания. Со временем шумный и веселый характер Вэй Сяомин становился немного спокойнее, хотя полностью буйство так и не ушло, и в не особо глупых шалостях Шуфан присоединялась к А-Сяню.       А в последнее время А-Фан только и делала, что находилась на тренировочных площадях, становясь все более умелой в фехтовании. Девушка любила не только тренироваться, но и отправляться со своими шиди на зачистки мелких деревушек расположенных рядом с Пристанью Лотоса. Когда Сяомин попросилась на свою первую зачистку у дяди Цзяна, тот сначала сомневался. Но Шуфан старалась всеми силами убедить главу Цзян, что ничего страшного не случится, ведь вместе с ней будут шиди, которые в случае опасности смогут ее защитить. Да и тогда жалоба на нечисть в той деревне не представляла собой чего-то слишком опасного. В тот раз это было всего-лишь несколько призраков пугающих местных жителей, и скот. Поэтому Цзян Фэнмянь дал свое согласие. Сяомин отправилась в деревню вместе с тремя учениками из клана, одним из которых оказался Чангминг. Большой опасности от призраков не было, но об этом ведь не знали простые люди, вот и навели небольшую шумиху.       Вернувшихся адептов Цзян обратно вместе с целой и невредимой А-Фан, встретил Усянь, который конечно же кинулся расспрашивать свою цзецзе как все прошло. Ее ожидал не только братец, поскольку не подалеку стояли Цзян Фэнмянь, Юй Цзыюань, Цзян Чэн и Цзян Яньли. Оказав должное приветствие главе клана и хозяйке Пристани, Шуфан тут же оказалась в объятиях А-Сяня, А-Чэна и А-Ли, которые не посчитали должным соблюдать формальности, все равно все свои. На подобное зрелище Цзян Фэнмянь тепло улыбнулся, а мадам Юй недовольно фыркнула. Хоть дело оказалось и не трудным, девчушка, впервые расправившись с нечистью утомилась от полета на мечах, а также беспрерывной болтовни своих шиди, которые не умолкали даже тогда, когда группа расправлялась с призраками. Поэтому сказав, что ответит диди на все вопросы после отдыха, Сяомин попрощалась со всеми и удалилась в комнату, чтобы наконец рухнуть в свою кровать и заснуть.       На полигоне А-Фан пробыла недолго, так как до пробуждения младшего братца оставалось немного времени, девчушка отправилась к сестре, которая попросила ее зайти к ней. Повернув за нужный поворот Сяомин прямиком прошла к двери нужной комнаты. Слегка постучав по ней девушка начала ожидать. Яньли должна была уже находиться в своих покоях, так как завтрак прошел, и в это время она обычно занималась либо вышивкой, либо чтением книг. Долго ожидать не пришлось, дверь приоткрылась и из комнаты выглянула А-Ли с очаровательной улыбкой на лице. — А-Фан, ты пришла, — Яньли шагнула в сторону, открывая проход. — Проходи, нужно поговорить.       Кивнув шицзе Сяомин прошла внутрь. Покои девы Цзян были по своему уютны, в них царила какая-то спокойная атмосфера, из-за чего не хотелось их покидать. Тут пахло лилией, запах который всегда исходил от Яньли, и к которому уже привыкли все. И А-Чэн, и А-Ин, и А-Фан. Это место было родным, здесь дети обычно собирались, чтобы поговорить наедине. Провести вместе время, или вообще успокоиться в объятиях старшей сестры. Шицзе всегда старалась поддержать, успокоить, и у нее это получалось. Шуфан еле заметно вздохнула, она любила А-Ли, девушка считала, что Яньли, как сестра намного лучше ее. Но ее размышления прервала шицзе, которая поставив чайник присела на циновку. — А-Фан, вы с А-Чэном и А-Сянем уже завтра отправитесь в Облачные Глубины на обучение, — Сяомин присев напротив, стала наблюдать за А-Ли. — Вместе с вами будет обучаться наследник ордена Ланьлин Цзинь — Цзинь Цзысюань..       На несколько секунд в комнате повисла звенящая тишина. Яньли, наблюдающая за сестрой заметила резкую перемену в лице. Кажется, Шуфан не смогла скрыть свою неприязнь к этому напыщенному павлину. — Я знаю, что вы его недолюбливаете, но он — мой жених. Я не хочу чтобы А-Чэн и А-Сянь что либо натворили, потому что накажут именно их, — разлив чай в две пиалы, А-Ли отставила чайник в сторону. — Зная тебя, ты сможешь сдержать себя в руках даже если Цзинь Цзысюань что-то скажет против меня, но А-Чэн и А-Сянь немного другие.       Приняв пиалу из рук шицзе, Сяомин кивнула. Да, если сравнить ее и Цзян Чэна с Вэй Ином, то девушка вела себя чуть сдержаннее. Она, в основном, пыталась решить конфликт словами, но если собеседник был невменяем, то тут А-Фан не могла ничего с собой поделать и доходило до драки. Таких случаев было очень мало, но они все таки редко, да были. На упреки со стороны других Сяомин лишь отмахивалась, мол, сам виноват раз такой тупой. — Поэтому, я попрошу тебя, если между нашими братьями и наследником Ланьлин Цзинь начнет созревать конфликт, останови А-Чэна и А-Сяня. Они этим ничего не добьются, — Яньли опустила глаза в чай, откуда было видно ее отражение. — Только себе хуже сделают. — А-Ли, тебе не стоит переживать насчет этого, — сделав небольшой глоток горячего напитка, девушка прикрыла глаза. — Если что-то такое произойдет, я лично надеру уши обоим. А Цзинь Цзысюаню даже смотреть на тебя запрещу, не то что подходить.       Не прошло и несколько секунд, как в покоях раздался веселый смех двух девушек. И все таки, как же не хотелось покидать Пристань Лотоса и отправляться в Гусу. Сяомин бы хотела еще подольше побыть здесь, но уже скоро она покинет Юньмэн на целый год. Думать о грустом не хотелось, и Шуфан отвлеклась от тревожных мыслей за разговором с Яньли. Прошло некоторое время, прежде чем в комнату А-Ли вихрем влетел растрепанный А-Ин, который видимо недавно проснулся. — Шицзе! Ты не видела цзецзе? Я уже все обыскал, ее нигде нет, даже.. — Вэй Ин не стал продолжать, потому что его пропажа сидела рядом с А-Ли и попивая чай махала брату. Со стороны А-Сяня послышался облегченный вздох, и мальчишка присел рядом с Сяомин. — Я тебя уже потерял. — Я проснулась в восемь, а так как ты в это время еще спишь, то отправилась на площадку. А после пришла к нашей шицзе, вот уже пол часа у нее сижу, если не больше, — кинув взгляд на свою пиалу чая, продолжила: — Ты хоть завтракал? — Э, — растерянный вид Вэй Ина говорил сам за себя, — Я не успел, после пробуждения почти сразу кинулся тебя искать, у нас же сегодня целый день впереди!       А-Фан поджав губы, покачала головой. Что за ребенок неугомонный, сам же себя губит. Только Сяомин хотела сказать, что если А-Ин не поест, то он никуда не пойдет, Яньли произнесла: — Нет ничего страшного А-Фан, я могу разогреть суп и А-Сянь поест, это не займет много времени, — на слова шицзе Вэй Ин просиял как звездочка, а Шуфан захотелось дать ему подзатыльник. А-Ли только себя загружает.       Как и сказала Яньли прошло немного времени, когда она вошла с подносом. А-Ин ел медленно, наслаждаясь вкусом, из-за чего у девушек еще было время поболтать о своем. Когда же Усянь закончил трапезу, то с довольной мордашкой повернулся к шицзе и начал ее благодарить. От А-Фан Яньли тоже получила благодарность, после чего брат и сестра Вэй вышли из ее покоев. — Чем займемся? — Думаю, мы можем отправиться в город на рынок и прикупить вина, последний день все таки, — Вэй Ин взглянул на ворота. — Отлично, пошли, — выпить Шуфан любила и можно сказать, что даже больше брата, но делала она это крайне редко. Совесть не позволяла.       В ли от Пристани Лотоса расположен торговый город. Поговаривают, что на его причалах можно купить всё, что пожелаешь. В этом месте всегда кипела жизнь, со всех сторон слышались подзывающие крики торговцев, по широкой дороге мельтешило множество людей, которые осматривали товары. Вещи на рынке продавались самые разные: ленты для волос, разукрашенные веера, принадлежности для письма, музыкальные инструменты; конечно же еда, плюшки, булки, овощи и фрукты; специи и приправы; здесь было еще множество разнообразных товаров. Кроме всего этого, в городке находилось много чайных заведений, лавок, гостиниц и постоялых домов. В одну из местных лавок сейчас направились брат и сестра Вэй. Вино, которое продавалось в том заведении было отменным и крепким. Сюда приходило много заклинателей, чтобы попробовать алкоголь. Это вино не было так популярно как "Улыбка Императора", зато предпочитающие хорошо покушать и выпить крепких напитков заклинатели находившиеся в Юньмэне шли именно в это местечко.       Винная лавка располагалась возле центра городка, а неподалеку были размещены бордели. Хозяин заведения стоял у дверей на улице, он в качестве простого зрителя наблюдал за приходящими и уходящими посетителями, в то время как его рабочие метались из стороны в сторону, пытаясь угодить всем сразу. И пускай сам мужчина, который был хозяином лавки оказался неприятным как на внешность, так и на характер, алкоголь, который он делал сам, было действительно потрясающим. Долго задерживаться А-Фан с диди там не стала, оплатив два сосуда с вином, Сяомин повела А-Ина в сторону столика. Плюхнувшись на лавочку, Вэй Усянь откупорил свою бутыль и принялся пить. Шуфан же не торопилась, оглядевшись по сторонам, и не заметив ни одну из служанок мадам Юй, девушка смогла вздохнуть спокойно. Конечно они могли и спрятаться в толпе кучи людей, но Цзиньчжу и Иньчжу старались не прятаться, сразу показывая себя, поэтому можно было не беспокоиться, наверное.       Близился обед, из-за чего солнце начинало припекать. Мокнуть от собственного пота не хотелось, и Сяомин потянула диди в тень. Подобный способ охлаждения не очень эффективный, но нужно довольствоваться тем, что было. Все еще попивая вино, А-Ин произнес: — Я слышал, что в Гусу делают вкусное вино, которое все так расхваливают. Кажется его называют "Улыбка Императора" да? — Верно, — А-Фан кивнула и покрутив мешочек с деньгами спросила: — Хочешь попробовать? — Конечно хочу! Думаешь я пропущу такую возможность?       Сяомин издала тихий смешок. Конечно, ее диди ни за что не упустит шанс попробовать всеми знаменитый напиток. Было даже забавно, что праведный орден Гусу Лань вообще разрешал местным жителям распивать алкоголь, правда, правило запрещающее распивать его касалось только заклинателей и адептов учащихся в Гусу. А простым людям делать это разрешалось. От мыслей А-Фан отвлек ее брат, который потащил девчушку к лавкам со специями и приправами. Точно, у них закончились специи с острым перцем. "Жизнь без острой пищи — не жизнь" так говорил А-Сянь, когда их шицзе приготовив что-либо с перцем, ставила на столики Шуфан и Усяня. Из-за того, что стол А-Чэна находился неподалеку от места А-Ина, возмущенный Цзян Чэн кривил лицо от ужасного запаха принесенной еды. Вэй Ин на хмурого Чэн-Чэна кидал обиженные взгляды, изредка показывая язык, из-за чего потом получал подзатыльников.       Выбрав и оплатив нужные специи, девчушка положила их в широкие рукава одеяний. Пробежавшись взглядом по площади, Сяомин начала размышлять куда им пойти. — Цзецзе! — А-Ин, позвав сестру указал в сторону где продавались разные по форме и окраскам веера. — Не хочешь купить парочку?       Посмотрев в сторону лавки с самыми разнообразными веерами, А-Фан задумалась. Действительно, почему бы не купить несколько штук. Один можно будет подарить шицзе, а другие кому-нибудь другому. Как раз таки она отправляется в Облачные Глубины, может с кем-то подружится и подарит. Кивнув в знак согласия, Сяомин вместе с братом прошли к той самой лавке. Веера разложенные для покупателей были разными: маленькими и огромными; яркими и пестрыми; тусклыми или вообще бесцветными; разукрашенные одним цветом или пестревшие от изобилия красок; с красивой росписью и без нее. Некоторые варианты девушка сразу откинула, например слишком яркие; те, которые не складывались; бумажные и хрупкие, а также слишком большие. Сяомин купила три веера, каждый отличался росписью. Первый выбранный веер был окрашен в нежный фиолетовый, поверх расписанный черной краской, изображающей девятилепестковый лотос. Второй с белой тканью, расписан пейзажем леса и третий был полностью черный, без каких либо рисунков и украшений.       Первый веер А-Фан решила подарить шицзе, третий выбрала именно для себя, а второй отдаст кому-нибудь в Облачных Глубинах. Пока Сяомин была занята выбором и покупкой вещей, то ее бестолковый братец стоящий неподалеку уже флиртовал с какими-то молодыми девицами. Девушке захотелось побиться головой об стену, жаль потом синяк на лбу будет. Поблагодарив торговца и отдав ему монеты, Шуфан направилась прямиком к брату, совсем уже обнаглел. Видимо, А-Фан выглядела очень и очень недовольной, ну а как тогда еще объяснить то, почему две девицы стоящие рядом с Вэй Усянем вздрогнули, когда Сяомин оказалась за спиной брата. Остановившись в нескольких шагах от диди, девушка взяла черный веер в руку и стукнула А-Ина по макушке. Не сильно, но ощутимо. Парень шикнул и дернулся в сторону, оглянувшись посмотреть кто же его стукнул, Вэй Ин наткнулся на вопрошающий взгляд сестры. Упс.       День прошел незаметно. Вэй Шуфан каждый раз припоминая момент на рынке начинала подкалывать диди, говоря: — Кто бы мог подумать, наш А-Сянь настолько очарователен, что местные девушки разбегаются в стороны! — Цзецзе! Это не смешно, — недовольно пробухтел Усянь. — Они сбежали, лишь потому что ты их испугала своим грозным видом. — О, да-да, конечно, я такая страшная и ужасная, спасайся кто может! — Задорный смех Вэй Сяомин и Вэй Ина раздался по всей тренировочной площади.       Эта ночь снова прошла неспокойно. Шуфан, которая не забыла прошлые кошмары, поэтому когда все снова повторилось, девушка до жути испугалась. Не могло ей все это сниться во второй раз без причины, что-то точно должно было случиться. Но что, когда и где, вот главный вопрос.       Ранним утром вся семья Цзян включая воспитанников стояли у ворот в Пристань Лотоса. После бессонной ночи А-Фан кое-как заставила себя встать с постели. Умывшись холодной водой, девушка хоть немного приободрилась и уже через пол часа оказалась здесь. Цзян Чэн и Вэй Ин выглядели получше самой Сяомин, но жаловаться было бессмысленно. Яньли прощаясь с младшими братьями и сестрой, кинула на шимэй тревожный взгляд, видимо выглядела девушка действительно не очень. Попрощавшись с главой Цзян и мадам Юй, А-Чэн, А-Сянь, А-Фан и адепты приставленные к ним встали на свои мечи и отправились в дорогу.