Сердце в клетке

Улицы в бледном тумане, освещенные холодным розово-фиолетовым светом заходящего солнца. Повсюду были поверженные ному и следы жестокой бойни. Он бежал по пустующему переулку, а в голове одни вопросы. Каков исход боя? Каковы потери? Скольких удалось спасти? Сколько ещё осталось врагов? В каком состоянии его подчинённые? А главное, где же он? Профессия героя требует большой ответственности и немалых умений, они должны быть готовы к разным непредсказуемым и опасным ситуациям. На этот раз нападение случилось слишком неожиданно прямо в разгар рабочего для. Злодеи будто свалились с неба или вырастали из-под земли, застали всех врасплох. Герои быстро отреагировали и отразили вражескую атаку. Вот только исход боя еще не известен. Да, и мотивы злодеев напасть на эту часть города непонятны, тут не было ни крупных организаций, ни ценных складов. В момент сражения Ястреб видел языки пламени, чувствовал запах гари, жар и раскаленный асфальт. Он бежал к тому месту где в последний раз видел своего напарника. Ястреб был полон решимости и сил, мог ещё сражаться, но с полётами пришлось повременить. В бою был не осторожен, повредил крыло, но сейчас для него вопросом жизни и смерти было убедиться в его целостности. Грохот. Удар. Огонь! Прямо к его ногам падает обугленный труп, заставляя резко остановиться. Ястреб поворачивает голову и видит... Он не вмешивается, дожидается. Смотрит и молча восхищается. Старатель одолел последнего злодея. ... – Это было очень круто! Особенно для такого старпера как ты, – Ястреб широко улыбается и подмигивает. – Замолчи! – Старатель мечет искры из глаз. Огонь за его спиной всколыхается. Затем он разворачивается и уходит быстрым шагом. Это было любимое занятие Ястреба, выводить людей из себя. Особенное удовольствие получал выбешивая старшего Тодороки. Хоть он и был его кумиром, самым важным человеком для Ястреба, он уважал Старателя, ставил превыше всего. Увы, ничего не мог поделать с этой пагубной привычкой. Нет. Будет точнее сказать, что он просто не хотел этого менять. Ведь в таком случае он останется без своей защиты. Весь его характер прошит этими защитными механизмами психики. Для него свойственно паясничать, шутить и выставлять себя полным идиотом когда ситуация накаляется. Так проще всего сгладить конфликт и скрыть свои эмоции. Ястреб быстро его нагоняет: – Да брось, я же пошутил. Энджи резко разворачивается к нему, зло хмурится, и кажется вот-вот запахнет жареной курочкой. Под натиском прямого и строгого взгляда, Ястреб начинает нервничать, сердце отчаянно пытается вырваться из грудной клетки. Но он не подавает вида, умирая каждый раз ловя на себе свирепый взгляд этого мужчины. – Что с крылом? – низкий голос Старателя возвращает Ястреба к жизни. – А, это? Царапина! Всё в порядке, само заживёт, – уверенность в голосе, гордо поднятая вверх голова, улыбка. Ястреб не из тех, кто будет показывать свои слабости. "И как только Старателю удалось заметить рану? На красных крыльях кровь не видна, да и освещение не самое лучшее." – Надо обработать, — говорит Тодороки властным тоном, которому невозможно сопротивляться. И ястреб невольно думает: "Неужели он переживает за меня?" – Но... – Бой не окончен. Нужно воспользоваться затишьем, чтобы подготовиться к предстоящему. – доводы Старателя не дают ему возражать. Ястреб ничего не остаётся, кроме как смириться. Тем более это не первый раз, когда Старатель обрабатывал его раны. Да и он сам не раз выручал напарника. Но нынешняя ситуация вызывала непривычное волнение. Доверить свои крылья тому в чьих руках они могли полыхнуть как бумажный журавлик, не самая лучшая идея. Но Ястреб доверял. Он уверен, что Старатель может и не отличается нежностью и мягкостью, но никогда не обожжет. Даже в те моменты, когда его доводили до белого коленья, даже когда Ястреб переходил черту, даже когда Старатель подпаливал его одежду от злости ни одно крыло не погорело, не было ни единого ожога на теле. Ястреб сидел на бетонной плите, а за его спиной Старатель уже достал бинты. Бинты для героев были пропитаны особой смесью которая вытягивала из раны грязь и заразу. Новшества медицины позволяли быстро оказать первую помощь во время миссий. Ястреб приподнял крыло, чтобы Старатель мог лучше разглядеть повреждение. Огненный герой аккуратно разглаживает перья, а в этот момент Ястреб теряет всю свою уверенность. Кажется, будто он перестаёт дышать, руки дрожат, а голос звучит чересчур тихо: – Только, прошу не... Старатель хватает крыло чтобы зафиксировать. Слишком близко к основанию. Ястреб охает, вздрагивает и поддаётся вперёд. – Не... – Вздох. – Ос… Основания крыла... Не прикасайся, – голос дрожит. Да черт с ним, с голосом, он весь дрожит, от кончиков крыльев до пальцев ног. "Какой позор" - Эмм, хорошо, – В этот момент теряется даже Старатель, но виду не подает. Придвигается ближе, чтобы продолжить начатое. Ястреб чувствует себя испуганным птенцом которого разоблачили. Так легко узнали то, что он тщательно хранил — его тайну, его слабость. Кейго терпеть не мог, когда кто-то касался его крыльев, особенно когда это делали незнакомцы. Даже если эти незнакомцы — врачи, которые хотели ему помочь. В обычной ситуации такие раны он не обробатывал, давал ране самой зажить. А если же лечение было неизбежно, то он всегда просил обезболить крылья аж до лопаток, чтобы не ощущать чужих касаний. На этот раз черт дёрнул согласиться. О чем он только думал? Скорее не думал. Ему просто хотелось. Хотелось ощутить прикосновения Энджи. Тем более, когда он сам проявляет инициативу, нельзя было упускать такую возможность. Ястреб оправдывал себя всякий раз. Колкости, пошлые шутки, прикосновения невзначай, флирт. "Это все лишь для того чтобы позлить Старателя". На этот раз Кейго не мог оправдать себя. Он слишком близко к себе подпустил. Руки Энджи уже лежали на его крыле накладывая повязку. Слишком непривычно, слишком аккуратно, слишком старательно. Куда подевались вся твёрдость и грубость присущая Энджи? Этот контраст, его образа и то как трепетно он держал мягкие перья, не помещалось в птичьей голове. В этот момент вообще невозможно было ни о чем думать. Ни о чем кроме горячих рук. "Руки" Кейго мелко дрожит. "Его Руки на моем крыле" Голова идёт кругом. "Руки Старателя" Сердце молит о пощаде. Горячие руки обжигали не тело, душу. Казалось вся местность вокруг Старателя погружалось в жар. Или же это жар самого Ястреба? Щеки горели, как же ему повезло что он сидит спиной к Старателю. Оставалось только надеется, что Тодороки не заметит его пылающих ушей. Старатель был настоящим Про-героем, так быстро управиться могли разве что медики. Всего пару минут. Но для Таками эти пару минут казались нескончаемыми. Подсознательно Кейго старался продлить эти мгновения чтобы запечатлеть в памяти, поместить в алтарь драгоценных воспоминаний. – Идём. Ястреб и не заметил, как Старатель успел сложить бинты и направиться в сторону штаба. – Подожди! – Ястреб подлетает, зависая в воздухе прямо перед Энджи. – Спасибо, – он широко улыбнулся и приземлился. Кейго шел рядом с Тодороки. Он ещё не успел вернуться в реальность после произошедшего. Вся эта ситуация казалось сном. Самый тёплый, самый лучший сон. Ведь он видел в нем самый дорогой образ, который являлся его самой главной слабостью. Он видел Старателя. Как бы не трепыхалось сердце замок от клетки не сломается, дверца не откроется, эту его слабость никто не узнает.