Я тебе и без карт скажу

Ночной коридор непривычно оживлен. Осталось всего ничего до решающего боя. Стервятник выводит нас из Гнезда. Я иду самым последним, замыкая процессию. Слепой уже стоял у дверей. Рыжий курил рядом с Крысами, а Сфинкс с Черным вели переговоры с Шестой. Последнее немного удивляет. Учитывая, что после случая с Лордом те еще больше друг друга готовы были поубивать. Останавливаюсь, так и не осилившись сделать еще одного шага. Вздрагиваю, замечая лишнего зрителя этого события. Слепой едва заметно улыбается, заметив мои колебания. Стервятник подходит ко мне, когда заметил, что я отстал от стаи. -Что-то не так? -Нет. Все в порядке. Просто задумался... Совсем забылся... Нельзя так долго стоять в дверях. Плохая примета. Хорошо, что слепец не позволит повторится тому, что было в Кровавом выпуске. Второе такое я бы не пережил во всех смыслах. Ползу к кругу, который начинает собираться. Оказываюсь между Мертвецом и Гибридом. Последний всем телом вздрагивает нервно, когда Помпей выходит в центр круга. Слепого вскоре приводит Сфинкс. Молча смотрю в глаза эти карие. Ты был обречен на смерть с того дня, как решил бросить вызов Хозяину Дома. Мгновение и Помпей хватается за горло. Падает, издавая предсмертные хрипы. Лужа крови быстро растекается под ним. Круг сохранился, но никто уже не держался за руки. Тишина стояла гробовая. Другие смотрели на Помпея и молчали. А я все же решился и подошел к нему. Опустился рядом на здоровое колено. -Да упокоит Господь твою душу. Рукой глаза остекленевшие закрываю. Все начали выбегать из Спортзала. Сфинкс скрылся одним из первых. Не могу его за это осудить. Тот теперь не переносит вида крови. Слепой вытащил нож из горла бывшего Вожака Псов и вытер лезвие об рукав свитера. Облегченно выдыхаю. Возможно я сволочь бесчувственная, но мне не жалко, что произошел такой исход. Стервятник уводит меня от тела Пса, за плечи приобняв. -Даже не мучался. -Легкая смерть — милость Дома. - Кривит клюв Вожак. - Помянем. Молчим. Почему то обоих внезапно прошибает холодом. Взгляд поднимаю. Помпей. Точнее Призрак его. -Ты! Скажи, что слышишь меня, скотина! - Гавкает, но эти попытки в грозность теперь выглядят очень жалко и веселят Волка, который смеется от такого. -Слышу... Достаю из кармана защитный амулет и руку с ним вперед протягиваю. -Сгинь, нечистый! Пропади! Помпей исчезает. Волк тоже не задерживается с нами, исчезая за ним следом. Вновь выдыхаю. -Помпей? -Помпей... Стервятник меня обнимает, к груди голову прижимая. -Теперь все закончилось. Согласно мычу и позволяю себе вольность, раз Стервятник ее себе позволяет. Обнимаю его, носом утыкаясь в черную ткань. Щеку щекочет светлая прядь волос. Остаток ночи я не мог сомкнуть глаз. Если закрывал, то сразу видел карие стекляшки мертвого Помпея. **** Неделя прошла с Последнего боя Помпея. Все текло своей чередой. Только вот что то все равно изменилось... Точнее кто то. Черный стал чаще звать в библиотеке посидеть. В Четвертую приглашать в гости. В Столовой зачем то местом поменялся с Горбачем. А тот сидел на самом краю, так что до нашего стола рукой подать. Нет, мне, конечно, такое внимание было очень приятно. Черный довольно интересный человек со своими взглядами на эту жизнь. Хотя в детстве мы с ним не сильно и ладили. Благо давно переросли эти детские обиды. Но тот до сих пор дуется на Сфинкса, который увел у него пол стаи. Этих жестов с его стороны до происшествий с Помпеем вообще не было. Ни одного! Неужели все это время?... Тяжко вздыхаю и ложусь щекой на разложенные карты. Я их уже, наверное, заколебал со своими раскладами на любовь, но что поделать? Честно говоря, хоть какие то чувство романтического плана к нему стали появляться только года два назад. После Сбора картежников я задержался, чтобы выбрать какую нибудь книгу на ночное чтиво, а тот тоже чего то не спешил уходить. Сидел на полу, голову рукой подперев. Смотрел на меня зачем то. Бог его знает, что между нами тогда пробежало, но когда наши взгляды встретились, то я почувствовал, как в груди прямо все затрепетало. Сначала списал это на последствия недавней простуды и не обратил внимание, но потом начались эти наши книжные посиделки и все. Как сказал Табаки: «Любовь съела тебя. Первое, что она пожирает — мозги, учти.» И вот результат. Сижу теперь над картами рыдаю. Вся тушь уже потекла. Эх! В ванную Дракон закатывает. Ну как вовремя... Быстро вытираю рукавом весь кошмар на лице. Перекрасится три минуты, так что не жалко. -Ты все сидишь тут? Вот взяли колдуна на свою голову. -Во-первых не ты брал, а Стервятник. Во-вторых, тебе жалко что ли? И вообще, время видел? На часах пять минут до отбоя. Детское время кончилось. -И что мне теперь ждать, пока ты нарыдаешься над картами? -Вот прав был Дорогуша. - Включаю своего внутреннего театрала. - Ты — бесчувственный шкаф! -Стервятнику расскажу, что ты тут по какой-то девке уже убиваешься. - Хмыкает, к раковине подкатывая. Значит зубы чистить явился. -Вот побрился бы, то на тебя может тоже кто глаз положил. - Язвлю в ответ. Могу себе позволить. Не сплю вторые сутки. В ответ доносится недовольное фырчание. Как в какой нибудь дешевой романтической драме к нам закатывает еще и Ангел. Любитель любовных романов, книги с которыми прячет под кроватью. -У кого из вас дела любовные? -У него. -У него! -Совсем уже своих свечей надышался, хиромант?! -Я хотя бы не выгляжу, как лесное чудище. -Ты как мертвец ходячий выглядишь! -Не ссорьтесь. Я вам всем сейчас дам советы, как лучше ухаживать за женщинами! Нужно принести им цветы. -Не нужно мне это. Я глаза закатываю. -Мне тем более. Давай в кровать, Ангел. Ангел дуется и укатывается. До нас доносится обрывок фразы: «Папа, а эти двое там...» -Господи, дай мне сил. - Простонал я, свечи туша. - Ребенок чистой воды наш Ангел. -И не говори. - Бурчит себе под нос Дракон.