С Рождеством, профессор Грейнджер

      Запах корицы и хвои ударил в нос, дразня вкусовые рецепторы. Гермиона вдохнула поглубже рождественский аромат, витающий в Большом зале, и направилась к преподавательскому столу. В этом году было решено пригласить всех желающих выпускников прошлых лет, коих оказалось немало, поэтому в данный момент место, где в обычное время с лихвой вмещались все четыре факультета школы, было расширено чуть ли не до размера квиддичного поля, если не больше.       Гермиона, а ныне профессор Грейнджер, с улыбкой осмотрелась вокруг. Такого изобилия венков, рождественских украшений и гирлянд она не видела, пожалуй, никогда. Поздоровавшись с учениками младших курсов, которые разве что не пищали от восторга, молодая профессор присоединилась к своим коллегам.       — Гермиона, ну наконец-то! Мы все тебя заждались! — воскликнул профессор травологии, отодвигая стул рядом с собой.       — Брось, Невилл, — рассмеялась Гермиона от его нетерпения. — Вечер только начался, а все приглашённые гости едва ли успели выйти из камина Директрисы.       — Да, конечно, ты права. Как думаешь, кто-нибудь придёт сегодня из нашего курса?       — Гарри написал мне, что обязательно появится. Рон постарается, но ничего не обещал.       — М-мм, а ещё кто-нибудь? — спросил Невилл, нервно скручивая салфетку у себя на коленях.       Гермиона улыбнулась, наблюдая за таким милым поведением своего друга. Она не смогла удержаться и не поддразнить его.       — Даже не знаю, с нашего факультета я больше ни с кем не списывалась. Возможно, тебя интересуют не гриффиндорцы, а скажем… — Гермиона сделала паузу и заговорщицки продолжила: — кто-то со Слизерина?       Профессор Лонгботтом густо покраснел и озарился по сторонам, будто боясь, что их разговор подслушивают.       — Она говорила тебе что-нибудь? — шёпотом спросил он.       Гермиона рассмеялась и сжала руку своего друга в подбадривающем жесте. Она была уверена, что Пэнси Паркинсон также небезразличен Невилл, как и она ему, но из-за природной стеснительности последнего их отношения продвигаются со скоростью слизня.       — Невилл, дорогой, ты и сам знаешь, что она не пропустит сегодняшнее мероприятие.       — Да-да, конечно, — он сделал глубокий вдох и немного расслабился, казалось, только сейчас по-настоящему обращая внимание на Гермиону. — Ого, ты потрясающе выглядишь!       Гермиона поблагодарила за комплимент, слегка покраснев. Сегодня она действительно много времени уделила своему образу, потратив добрых два часа на одни только волосы. Уложив их в аккуратные локоны, она соорудила объемный пучок на затылке, выпуская только переднюю прядку, чтобы не перекрывать открытые этим вечером плечи и ключицы.       Платье ей помогла выбирать вышеупомянутая Пэнси Паркинсон, из-за которой Гермионе пришлось поневоле стать ценителем моды. Иначе любые встречи были обречены на лекции про стиль и умение презентовать себя, и как это важно в нашем современном мире. Хоть Гермиона и противилась первое время, но сейчас готова была признать, что стала выглядеть гораздо привлекательней, а чувствовать себя уверенней. К тому же, как оказалось, стиль — это не синоним слова «неудобство», как раньше ошибочно полагала Гермиона. Взять хотя бы чулки. Незаменимая вещь в гардеробе, а главное, отличная замена колготкам, которые вечно то сползают, то чешутся, то просто заставляют чувствовать себя как персонаж из детских мультиков, когда вынуждена натягивать резинку чуть ли не до груди, лишь бы ширинка оставалась на месте, а не висела где-то в районе колен.       Гермиона расправила складки и так идеально сидящего на ней красного платья, которое Пэнси окрестила «ретро» из-за его схожести с фасоном 60-х годов: юбка А-силуэта с волнообразными складками, заканчивающихся у колен, рукава ¾ и вырез-лодочкой.       Беседуя с преподавательским составом, Гермиона не заметила, как в зале стало скапливаться всё больше выпустившихся учеников, вытесняя собой нынешних студентов, время пребывания которых на этом мероприятии подходило к концу.       Все заняли свои места, в то время как Минерва Макгонагалл произносила торжественную речь, благодаря всех собравшихся за то, что посетили Хогвартс в этот праздничный день. Покончив с официальной частью, гости радостно подняли фужеры, чокаясь с рядом стоящими. Свет сразу же приглушился, оркестр заиграл лёгкую мелодию, создавая более непринуждённую обстановку.       Невилл встал из-за стола и отправился на поиски своей (будущей) девушки, в то время как Гермиона не спешила покидать профессорский стол. Она пригубила глинтвейн, медленно осматривая присутствующих. Гарри с Роном ещё не было, а Пэнси подойдёт к ней сама, как только нафлиртуется со своим (будущим) парнем. Пока что на глаза ей попадались только малознакомые бывшие ученики Хогвартса, с которыми она едва ли здоровалась, когда сама являлась студенткой. К своему большому удивлению, Гермиона заметила изрядное количество совсем молодых выпускников, у которых она лично принимала СОВ и ЖАБА. Хотя ничего удивительного, ведь она являлась профессором Хогвартса вот уже пять лет. Порой не замечаешь, как быстро летит время.       Совсем недалеко от её стола стоял молодой целитель, занявший место ушедшей на пенсию мадам Помфри в прошлом году. Он окружил себя совсем юными выпускницами, бесстыдно флиртуя со всеми по очереди. Гермиона скривилась, глядя на такое непрофессиональное поведение. Он ведь взрослый человек, практически наставник для этих девушек!       Неодобрительно цокнув языком, Гермиона дальше продолжила сканировать толпу, пока не зацепилась взглядом за обладателя потрясающего смокинга. Однако потрясающим его делали не столь идеально заострённое шёлковые лацканы и два аккуратных шлица по бокам, сколь мужчина, на котором сидел этот вечерний костюм так элегантно, будто он в нём родился.       Гермиона позволила себе бросить парочку заинтересованных взглядов в его сторону. От его широких плеч, как у пловца, вкупе с идеально ровной осанкой веяло непоколебимой уверенностью. Он стоял к ней спиной, поэтому приходилось довольствоваться исключительно телосложением, которым Гермиона осталась довольна. Крупногабаритные мужчины были её тайной слабостью.       Гермиона подпёрла голову рукой, размышляя, какого года он выпуска. Она уже не помнит, когда в последний раз заводила отношения или хотя бы просто приятно проводила время с противоположным полом. Что ж, раз вне стен школы она практически не бывает, почему бы не воспользоваться случаем сейчас?       Встав со своего места и поправив выбившийся локон, Гермиона направилась в сторону своей цели, которая очень кстати находилась у стола с закусками. Остановившись совсем рядом, она потянулась к небольшим шпажкам, «случайно» задев мужчину своим плечом.       — Прошу прощения, — извинилась Гермиона, переводя взгляд с закуски на мужчину, который обернулся на её голос.       Все краски схлынули с лица Гермионы, стоило ей увидеть, кем был обладатель потрясающего смокинга.       — Ничего страшного. Рад вас видеть, профессор Грейнджер, — с улыбкой ответил Драко Малфой.       Зациклившись на ширине мужских плеч, она совершенно не заметила такой очевидной вещи, как платиновые волосы, указывающие на одну только личность — её бывшего студента, выпустившегося три года назад.       Мысленно ударив себя по лбу, Гермиона приподняла уголки губ в ответной улыбке.       — Вы ни капли не изменились, профессор. Всё также прекрасны, — сделал комплимент Драко, продолжая обворожительно улыбаться.       — Эм-м, да, спасибо, — растерялась Гермиона. — Чего не могу сказать о тебе… В смысле, что ты не изменился. То есть, наоборот.       Она нервно засмеялась и заозиралась по сторонам в поисках предлога сбежать. Будь её воля, она бы всеми силами избегала встречи именно с этим учеником. Бывшим учеником, напомнила себе Гермиона. Мерлин, и почему её угораздило засмотреться именно на него. Того, кто ассоциировался у неё с чувством крайней неловкости.       Драко приподнял бровь в насмешливом жесте, от чего Гермиона почувствовала, как её щёки начали гореть от стыда. Так, нужно собраться!       — Что ж, тоже рада была тебя увидеть, но мне нужно ещё много с кем поздороваться, пока не начались танцы, — сказала профессор Грейнджер, отступая назад.       В этот самый момент оркестр затих, объявляя вальс. Гермиона развернулась, намереваясь слиться с толпой, но была остановлена крепкой хваткой мужской руки, сковавшей её запястье.       — Похоже, придётся отложить приветствия на потом. Подарите ли мне первый танец? — вкрадчиво спросил Драко.       Он переместил руку, удерживая лишь кончики её пальцев, и склонил голову в приглашающем жесте, пристально смотря в глаза. Не дожидаясь ответа, он повёл её в центр зала, пока Гермиона пыталась оперативно придумать повод для отказа.       Так и не найдя подходящего предлога, Гермиона не заметила, как оказалась практически прижатой к мужской груди. Заиграли первые ноты, и Драко Малфой закружил её в танце. Двигаясь скованно из-за волнения и пытаясь хоть немного отстраниться, Гермиона то и дело спотыкалась.       — Расслабьтесь, профессор. Я вас не съем, — прошептал на ухо Драко.       Гермиона задрала голову наверх, чтобы со всей суровостью ответить в лицо собеседнику, но весь воздух покинул её лёгкие. Наперекор своим же словам, Драко Малфой смотрел на неё сверху вниз так, будто только и думал о том, как съесть её прямо здесь и сейчас. В глазах читался голод, а на губах застыла улыбка, граничащая с волчьим оскалом.       — Как вы поживали всё это время, профессор?       Его вопрос вывел её из оцепенения. Она постаралась взять себя в руки, усмирив буйно разыгравшуюся фантазию. Казалось, стоило моргнуть, и образ хищника рассеялся.       — Жизнь в Хогвартсе идёт размеренно, тебе ли не знать, — Гермиона повела плечом, практически принуждая себя расслабиться и не вспоминать события минувших лет.       — Для меня они таковыми не были, — возразил Драко. — Особенно последние два года моей учебы здесь.       — Да, подготовка к СОВ и ЖАБА кардинально все меняют для учащихся, — тут же согласилась Гермиона.       — Экзамены никогда не доставляли мне особых трудностей, профессор, вам ли не знать.       Она неопределенно пожала плечами и произнесла что-то нечленораздельное себе под нос, опустив голову. Мечтая, чтобы танец быстрее закончился, Гермиона в который раз пропустила движение. Вцепившись в его руки, чтобы не упасть, она пробормотала извинение.       — Ничего. Позвольте мне… — негромко сказал Драко и в тот же момент приподнял профессора за талию и опустил её на мыски своих туфель.       Гермиона только зажмурилась, мечтая поскорее забыть минуты своего позора. До окончания танца оба хранили молчание. Грейнджер размышляла над маггловскими стероидами, и существовал ли их аналог в мире магии. Иначе как можно было объяснить такой резкий скачок роста Драко Малфоя? Он не только стал гораздо выше, но и значительно прибавил в мышцах, размер и твердость которых Гермиона буквально ощущала у себя под пальцами.       Вальс наконец-то подошёл к концу, и Малфой отвел профессора Грейнджер к столу с закусками, слегка поклонившись на прощанье и оставив поцелуй на костяшках руки.       Гермиона наощупь взяла бокал со стола и опрокинула в себя всё содержимое. Это был очень долгий и выматывающий танец. Пожалуй, на сегодняшний вечер с неё хватит приключений. Тем более, с самыми близкими друзьями они договорились встретиться завтра в Трёх мётлах. Поэтому, во избежание нежелательных встреч, Гермионой было принято решение покинуть Большой зал, сославшись на головную боль. Выходя в коридор, она могла поклясться, что ощущала на себе пристальный взгляд серых глаз на протяжении всего пути через зал.       Только вернувшись в свою башню Гермиона смогла расслабиться и перевести дыхание. Она никак не могла выбросить из головы причину своего волнения, размышляя, помнит ли он обещание, так легкомысленно данное ею три года назад. Гермиона напомнила себе, что тогда Драко Малфой был подростком, попавшим под влияние пубертатного периода, а сегодня перед ней предстал взрослый, сформировавшийся мужчина. Да, возрастом он по-прежнему оставался младше её на пять лет, но внешне…       Гермиона отмахнулась от последней мысли и потянулась к застёжке платья, чтобы снять его. Она успела накинуть на себя халат, когда раздался тихий стук в дверь.       5 лет назад       — Не волнуйтесь так, Гермиона. Вы сами не так давно являлись студенткой Хогвартса, поэтому должны помнить, что никакой угрозы юные волшебники не представляют. Уверена, вы быстро завоюете их авторитет, — успокаивала новоиспечённого профессора по трансфигурации директор Макгонагалл.       — Да, конечно, но я была уверена, что для начала мне дадут первокурсников, а тут…       Гермиона трясущимися руками поднесла чашку с ромашковым чаем к губам и сделала глоток. Она и представить не могла, что Директриса позвала её к себе в кабинет, чтобы сообщить, что уже сегодня нужно будет начать вести уроки, да ещё и у шестого курса факультета Слизерин.       — В своём письме я не упомянула, что предыдущий профессор трансфигурации был вынужден уволиться и незамедлительно покинуть школу, поэтому ученики без этого предмета уже две недели. Для всего Хогвартса большая удача, что вы, Гермиона, смогли экстренно закончить своё учебное заведение и так быстро приехать к нам, — Минерва Макгонагалл благодарно улыбнулась ей.       — Что ж, я и так планировала преподавать в Хогвартсе со следующего учебного года. Думаю, ничего страшного, если начну чуть раньше, — неуверенно сказала Гермиона.       Из краткого письма Директрисы она сделала вывод, что требуется всего лишь заместитель профессора. Возможно, даже лаборант, но никак не полноценный преподаватель…       — Конечно, Гермиона, у вас всё получится! Вот, я подготовила необходимые учебники. Занятие начнётся через час, так что у вас будет время ознакомиться с пройденным материалом, — Директриса встала из-за стола и протянула Гермионе несколько книг. — Не волнуйтесь, мистер Филч проводит вас до вашего нового кабинета.       Грейнджер обронила слова благодарности и на ватных ногах посеменила за шаркающим Филчем. Она даже не успела надеть мантию, специально купленную для того, чтобы ходить в ней по Хогвартсу. Посмотрев на свои ноги, Гермиона с облегчением отметила, что длина юбки соответствует правилам приличия.       — Вот, профессор Грейнджер, ваш кабинет, — прохрипел старый Филч. — Удачи с этими маленькими паршивцами.       Раздался каркающий смех завхоза, после чего Гермиона осталась одна в пустом кабинете. Собрав всю свою имеющуюся решимость, она прошла к большому столу в начале класса и кинула туда стопку учебников с громким хлопком. Профессор Грейнджер окинула пока ещё пустующие парты тяжёлым взглядом. «Главное, создать видимость уверенности, и тогда окружающие в это поверят. А когда так будут думать все вокруг, то и сама таковой себя почувствуешь!» — вспомнила она последние напутствия Пэнси.       Быстро пробежав по первым параграфам учебника для 6 курса, Гермиона обнаружила закладку, заботливо оставленной для неё Директрисой. За чтением время пролетело незаметно, и вот уже первые ученики начали заходить в класс, настороженно поглядывая на нового профессора. В глазах некоторых она увидела неприкрытое оценивание. На удивление, именно это подхлестнуло её уверенность. Она дождалась звона колокола и встала со своего места, обходя стол.       — Добрый день! С сегодняшнего дня я ваш новый профессор трансфигурации. Гермиона Грейнджер. По ходу занятий я познакомлюсь с каждым из вас, так что давайте поскорее начнем. И так, вы остановились…       Профессор Грейнджер замерла на полуслове, прерванная громко открывшейся дверью. Будто вошедший намеренно хотел привлечь к себе внимание. Гермиона на секунду сверилась со списком учеников у себя перед глазами и количеством сидящих учеников, быстро посчитав в уме, что не хватало как раз одного.       — Здравствуйте. Назовите своё имя, — твердо попросила Гермиона.       — Малфой, — ученик нахально оглядел её с головы до ног и добавил: — Драко Малфой.       — Что ж, проходите, мистер Малфой, но на будущее имейте в виду, что на мой предмет вы должны являться без опозданий.       Гермиона развернулась и подошла к доске, чтобы написать мелом тему урока. Её вновь отвлекло какое-то копошение на задних партах. Обернувшись, она увидела, как несколько учеников склонились к Малфою и начали что-то обсуждать. Нахмурив брови, она громко сказала:       — Мистер Малфой, на первую парту, будьте любезны. Скажем так, это будет вашим штрафным за опоздание, — опередив возмущение, закончила Грейнджер.       Даже с такого расстояния Гермиона заметила, как уголок губы ученика дернулся в ухмылке, но он подчинился, вальяжно прошествовав в начало кабинета.       — Продолжим… — кивнула профессор, чуть с опозданием начав своё первое занятие.       К счастью, всё прошло довольно гладко. Гермиона старалась записывать на доске все важные тезисы, предлагая сделать то же самое ученикам в тетрадях. Она помнила, как, будучи сама студенткой, часто слышала жалобы от своих сверстников, что многие просто-напросто не успевали записывать и воспринимать информацию на слух. За время лекции ей удалось познакомиться со всеми учениками, с удовольствием отмечая интерес к своему предмету. И даже Драко Малфой, притихший за первой партой, больше не доставлял хлопот.       Вечером того же дня Гермиона вновь сидела за чашкой чая в кабинете у Минервы Макгонагалл, взахлёб пересказывая свои впечатления от обучения юных волшебников.       — Вот видите, совершенно не о чем было волноваться, — довольно сказала Директриса, взмахом палочки подливая чай в обе кружки.       — Больше всего у меня вызвало восторг то, как некоторые ученики просто засыпали меня вопросами.       — Да, есть и такие. Напоминают вас в их возрасте, не так ли? — по-доброму поддела Минерва, на что Гермиона рассмеялась, соглашаясь.       — Знаете, был один ученик, чья фамилия мне показалась знакомой. Малфой. Вам о чем-нибудь говорит?       — Ах да, Драко Малфой. Я как раз хотела спросить о его поведении на уроке. Обычно он, скажем, доставляет небольшие трудности… Что касается его семьи, то она является одной из самых древних в магическом Лондоне. Наверняка у вас на слуху имя Люциуса Малфоя. Он часто спонсирует бюджетные организации. Помимо всего прочего…       — Точно! Я видела упоминания про него в Пророке.       Минерва кивнула и задала вопрос:       — Так что вы скажете о его сыне? Он не создал трудностей в первый рабочий день?       — Нет, никаких. Возможно, он не так активно участвовал в дискуссии, как остальные, но в целом, не могу о нём сказать ничего плохого.       — Вот как? Хм-м, это хорошо. Может, наследник Малфоев наконец-то взялся за ум…       Гермиона пожала плечами и допила свой чай. День подходил к концу, а ей требовалось ещё подготовиться к завтрашним урокам. Попрощавшись с директором Макгонагалл, она покинула кабинет, предвкушая новую работу.       Профессор Грейнджер быстро освоилась в Хогвартсе и полюбилась многим ученикам. Ей приходилось сохранять бдительность только со слизеринцами, так как в случае с ними никогда нельзя было расслабляться. Несмотря на предостережения Директрисы по поводу Драко, он вёл себя как примерный ученик, каждый раз выбирая первую парту. Иногда Гермиона отмечала направленный на неё слишком пристальный взгляд с его стороны, но списывала это на жажду знаний.       Единственная странность, которую она отметила — повышенная температура класса, когда в нем занимался 6 курс Слизерина. Гермиона предположила, что кто-то накладывал согревающие чары из-за того, что замерз. Впрочем, не мудрено, если ты живешь в подземельях. Поэтому профессор Грейнджер решила не поднимать этот вопрос и давала бедным учениками согреться у себя в кабинете. Правда, при этом самой приходилось снимать мантию, но это мелочи.       На второй год пребывания в Хогвартсе в качестве профессора, Гермиона с радостью отметила рвение Драко Малфоя к своему предмету. Он стал участвовать в общих дискуссиях и даже оставался после занятий, чтобы обсудить наедине с ней вопросы, которые не понял. Гермиона не могла нарадоваться такой резкой смене поведения и с удовольствием рассказывала всё, о чём он спрашивал, даже если на это требовались часы.       Она считала, что у них сложились замечательные отношения, как у профессора и ученика, до тех пор, пока не наступило Рождество.       — Профессор, где вы будете отмечать праздники? — спросил Драко после их последнего занятия перед зимними каникулами.       — Скорее всего, здесь, — улыбнулась Гермиона, на что Малфой лишь кивнул и вышел последним из класса.       За день до Рождества, когда Гермиона упаковывала подарки для близких у себя в башне, раздался еле слышный стук в дверь.       — Минутку! — крикнула она, завязав потуже пояс халата.       Она открыла дверь и обнаружила по ту сторону Драко Малфоя.       — Мистер Малфой? Что вы здесь делаете? Что-то случилось? — нахмурилась профессор Грейнджер, готовая в ту же секунда сорваться с места. Не иначе, как что-то произошло, раз ученик пришёл в её комнату в столь поздний час.       — Нет, ничего не случилось. Мне нужно с вами поговорить. Можно? — спросил он, кивая внутрь комнаты.       Гермиона сделала шаг назад, пропуская его. Она решила взять в пример поведение Минервы и взмахом палочки вскипятила чайник, выуживая из шкафчика две чашки.       — Так что ты хотел мне сказать? — поинтересовалась профессор, заваривая чай.       — Я хотел поздравить вас с Рождеством, потому что завтра утром вынужден первым поездом отправиться домой, — сказал Драко, недовольно поджав губы под конец.       — Вот как, — промолвила Гермиона, не совсем понимаю, к чему он ведёт.       — Да, это вам, — Драко протянул небольшую черную коробочку, украшенную серебристым бантом.       — Как неожиданно. В моё время ученики ничего не дарили профессорам, спасибо… — растерялась Грейнджер.       Она неуверенно взяла подарок, повертев его в руках. Сомневаясь, может ли принять что-то от ученика, она вспомнила, как Минерва Макгонагалл подарила Гарри новую метлу на первом курсе, поэтому немного успокоилась.       — Откройте, — попросил он.       Гермиона потянула за ленточку, разворачивая упаковку, и обнаружила внутри самое настоящее произведение искусства. Никак иначе язык не повернулся бы назвать этот небольшой гребень, усеянный драгоценными камнями, переливающимися всевозможными оттенками зелёного и голубого. Создавалось впечатление, что это украшение принадлежало жителям подводного мира, оттого вобрало в себя все цвета морских глубин.       — Вам нравится? — прервал её молчаливое восхищение Драко.       — Да, это очень красивая заколка, но, боюсь, что не могу её принять, — медленно проговорила Гермиона, подбирая слова. В этот момент у неё начали закрадываться подозрения.       — Почему? — нахмурился он.       — Видишь ли, это слишком дорогой подарок на Рождество. Тем более, если дарящий — студент, а получатель — его профессор. Если эта вещь из хранилища вашей семьи, то ты должен вернуть…       Лицо Драко омрачалось с каждым сказанным ею словом.       — Этот гребень был сделан на заказ специально для вас, — твёрдо ответил он, буравя её тяжёлым взглядом.       — Для меня? Но зачем?       Гермиона готова была прикусить себе язык за то, что задала этот вопрос. Вернее, из-за ответа, последовавшего за ним.       Она наблюдала, как Драко отвёл взгляд в сторону и сжал руки в кулаки, собираясь с мыслями. Потребовалась всего секунда, чтобы он принял для себя какое-то решение и резко расслабился, выдыхая. Когда он вновь посмотрел на неё, в его взгляде читалась решимость.       — Потому что я люблю вас.       Тихая, но с твёрдой уверенностью сказанная фраза прогремела в гостиной, как гром среди ясного неба — настолько неожиданно, что Гермионе осталось хватать ртом воздух, в надежде поскорее подобрать правильные слова для отказа влюблённому подростку.       — Драко… — начала она. — Мне кажется, ты заблуждаешься. Молодые люди в твоём возрасте часто путают чувство восхищения с влюблённостью…       — Молодые люди? Вы не намного старше меня, профессор, — напомнил он, скептически приподняв бровь.       — Да, но ты ещё подросток, не окончивший Хогвартс, а я взрослая женщина, — Гермиона поморщилась от своих же слов. Даже для неё последняя фраза прозвучала чересчур назидательно. Будто она прожила не 22 года, а пол столетия.       — Уже через пол года я закончу Хогвартс. Тогда вы станете моей? — Драко игриво улыбнулся, прикусив губу.       О Мерлин, да он с ней флиртует! Гермиона скрестила руки на груди и со всей строгостью посмотрела на своего ученика.       — Это абсурд! Конечно, нет.       — Мои чувства для вас абсурд? — по-прежнему с приподнятыми уголками губ спросил Драко. Однако Гермиона увидела в его глазах уязвленность и сразу же смягчилась.       — Что ты, нет. Я просто хочу сказать, почему бы тебе не взглянуть на окружающих тебя девушек? — попробовала она сменить тактику. — Взять хотя бы Дафну Гринграсс. Умная, красивая, к тому же прилежная студентка. Наверняка у вас найдётся много общего, если пообщаетесь поближе.       — Мне не нужны окружающие меня девушки, которым с 10 лет прививали подыскивать себе партию повыгодней, — скривился Малфой, вспылив. — Мне нужны вы!       Гермиона всплеснула руками и плюхнулась в кресло. Её рассудительность проигрывала в этой битве, разбиваясь о юношескую упёртость. Она задумчиво покрутила в руках заколку, расставляя по полочкам в голове полученную только что информацию.       Малфой присел на корточки у её ног, пытаясь заглянуть в её лицо. Он долго молчал, прежде чем обречённо вздохнуть и заговорить примирительным тоном:       — Значит, именно после 20 я стану взрослым? Таким же, как и вы сейчас, профессор?       — Ну конечно, — устало ответила Гермиона, встречаясь с ним взглядом. — Я закончила магический университет после Хогварста и устроилась на работу, что характеризует меня как состоятельную личность.       — И если я стану «состоятельной личностью», — не без сарказма протянул Драко, — тогда вы рассмотрите меня всерьёз?       Гермиона была готова согласиться на что угодно, лишь бы этот разговор наконец закончился.       — Да.       — Обещаете?       — Обещаю, — ответила профессор Грейнджер, уверенная, что он забудет об этом нелепом обещании, стоит ему выпуститься из школы.       Драко удовлетворённо кивнул и резко приблизился к Гермионе. Прежде чем она успела опомниться, он оставил лёгкий поцелуй в районе её скулы.       — Вы пообещали мне, профессор, не забудьте.       Грейнджер была настолько обескуражена событиями, произошедшими за последний час, что совершенно забыла вернуть гребень, когда Драко Малфой покидал её башню.       Наше время       — Что ты тут делаешь? — удивилась Грейнджер, когда увидела на пороге своей двери Драко Малфоя.       — Разрешите войти?       — Нет! — слишком поспешно ответила она.       — Ладно, — пожал плечами Малфой и облокотился о дверной проём. — Можем поговорить и тут, только не удивляйтесь на утро тому, что все портреты будут разносить сплетни по школе.       Гермиона обвела взглядом коридор, увешанный запечатлёнными на холстах волшебниками, и обречённо вздохнула, отступая.       — Хорошо. Но ненадолго, имей в виду, — смерив его настороженным взглядом, строго ответила она.       Малфой лишь улыбнулся и прошёл внутрь.       — Здесь ничего не изменилось, — утвердительно сказал он, осмотрев комнату.       — Люблю во всём стабильность. Даже в количестве сувенирных статуэток на каминной полке.       — Я запомню это, — глаза Малфоя опасно сверкнули.       — Так зачем ты пришёл? — поспешно спросила она.       Драко медленно обошёл журнальный столик и сел в кресло, указывая рукой на второе. Складывалось впечатление, что в этой комнате гостьей являлась именно Гермиона. Она чуть выше задрала подбородок, но всё-таки последовала его примеру.       — Я пришёл за своим обещанием, — промурлыкал Драко, разве что не облизываясь от слетевшей с его уст фразы.       Сердце Гермионы ухнуло куда-то в пятки, а потом забилось в приступе тахикардии. Она постаралась не выдавать своего волнения и сделала удивлённое лицо.       — Какое обещание?       — Как же так, вы не помните? Конечно же я про то обещание, где вы говорили, что станете моей, как только мне исполнится 20.       — Что?! — воскликнула Гермиона и даже вскочила с кресла от переполняющего её негодования. — Ничего подобного я не обещала! Всего лишь согласилась рассмотреть тебя всерьёз… — она осеклась, как только поняла, что взболтнула лишнего.       — Так всё-таки помните, — довольно протянул Малфой и встал со своего места вслед за ней.       Гермиона крепко сжала зубы, чтобы не ляпнуть ещё что-нибудь. Она чувствовала себя загнанной в ловушку, будто они играли в кошки-мышки. Вот только ей совсем не нравилось принадлежать семейству грызунов в этой партии.       — Ах, ты про это обещание.       — Именно. Поэтому я пришёл к вам, чтобы поговорить, как двум состоятельным людям. Я ведь могу называть себя таковым? — задал он риторический вопрос и тут же продолжил: — Давайте пройдёмся по вашему списку. Закончить Хогвартс, после чего колледж и, наконец, устроиться на работу.       Малфой загибал пальцы, пока перечислял.       — Да, что-то такое, возможно, я говорила, — согласилась Гермиона, недовольно сощурив глаза.       — Хочу добавить, что являюсь ещё и довольно успешным, — не без бахвальства сказал Драко. — Я тоже досрочно закончил магический университет и уже год как работаю в компании, принадлежащей моей семье. Однако, помимо этого, я имею небольшой, но стремительно растущий доход от вложенных ещё на первом курсе инвестиций. Это я говорю для того, чтобы вы не подумали, будто я разоряю семейное хранилище, когда снова преподнесу вам подарок.       Гермиона вмиг вспыхнула и отвернулась. Она никак не могла поверить, что подросшая версия её бывшего студента явилась к ней спустя три года, чтобы… Собственно, чтобы что? Профессор Грейнджер даже в своих мыслях боялась продолжить эту фразу.       — Я поняла, ты вырос, можешь не продолжать, — замахала руками Гермиона и устало спросила: — Но зачем ты пришёл ко мне? Что ты хочешь?       Её эмоциональное состояние находилось под угрозой. Как и три года назад, разговор с Драко Малфоем сжигает слишком много нервных клеток. Что тогда, что сейчас, она находится в замешательстве, не понимая, как реагировать на всё это.       Драко обошёл разделяющий их журнальный столик и невесомо заправил за ухо каштановый локон, заглядывая Гермионе в глаза.       — Ответ по-прежнему тот же.       Грейнджер с замиранием сердца обнаружила настолько голую искренность в его глазах, что на миг стало трудно дышать. Он придвинулся ещё ближе и обхватил её лицо руками, медленно поглаживая скулы большими пальцами.       — Я пришёл, потому что люблю вас. И хочу вас себе, — тихо, чтобы не нарушить момент, прошептал он.       На Гермиону обрушилось осознание его слов. Ещё ни разу ей не признавались в чувствах так открыто. Никто не был безудержно влюблён в неё на протяжении нескольких лет подряд. Никогда она не видела настолько на распашку открытую душу. Эмоции переполняли её, от чего слезы потекли по лицу.       — Ну что вы, не надо. Я не хотел вас расстроить, — занервничал Драко, растирая солёную влагу по её щекам. — Салазар, пожалуйста, не надо плакать. Это из-за меня? Хотите, я уйду?       Гермиона замотала головой, останавливая поток его беспокойства.       — Прости, всё хорошо. Просто я не знала… — сбивчиво начала она. — Думала, что это подростковая влюблённость, что всё пройдёт, но…       — Не прошло, — улыбнулся он.       — Не прошло, — вторила ему Гермиона, стараясь взять под контроль свои эмоции.       Повисла тишина, прерываемая лишь сбившимся женским дыханием. Гермиона наблюдала, как глаза Малфоя бегали по её лицу, то и дело задерживаясь на губах. Она не удержалась и провела по ним языком, окончательно поймав этим жестом взгляд Драко в ловушку. Он тут же шумно втянул в себя воздух, напрягаясь всем телом.       Не было понятно, с чьего именно предохранителя раздался щелчок, но уже через секунду они столкнулись в поцелуе. У Гермионы подогнулись коленки от его напора. Он будто брал, но отдавал взамен в тысячу раз больше, исследуя её рот своим языком. Это было грязно, мокро, и настолько возбуждающе, что Гермиона почти сразу же почувствовала, как её нижнее бельё стало влажным.       Грейнджер на себе ощущала, как с каждой секундой Драко по крупице терял контроль. Движения становились резче и развязней, а поцелуй глубже, хотя, казалось бы, куда ещё… Он одной рукой обхватил её затылок, а вторую переместил на подбородок, надавливая на него и побуждая раскрыться ему ещё шире. Гермионе оставалось лишь хвататься за него как можно крепче, чтобы не рухнуть на месте от переполняющих её чувств предвкушения и эйфории.       Всё закончилось так же быстро, как и началось. Оба тяжело хватали ртом воздух, дорвавшись до кислорода.       — Давайте притормозим. Иначе я не смогу остановиться, — сказал Драко, прислонившись своим лбом к её и закрыв глаза.       — Давай лучше ты перестанешь обращаться ко мне на «вы». А то у меня такое ощущение, что я тебя совращаю, — в шутку возмутилась Гермиона.       — Вообще-то, вы уже давно это сделали, профессор. Вы развращали студентов одним своим внешним видом, — прошептал ей на ухо Драко.       — Что? Каким образом? — опешила Гермиона.       — Например, длиной своей юбки.       — Она была приемлемой!       — Ровно до того момента, пока вы не начинали писать на верхней части доски…       Малфой продолжал говорить шёпотом, опаляя её ухо и часть лица жарким дыханием, от чего по коже не переставая бегали мурашки. Он убрал руку с её подбородка, и переместил на талию, оглаживая пояс халата.       — Вы приподнимались на носочки и тянулись рукой вверх, совершенно не замечая, как слегка оголялись ваши ноги. И всё бы ничего, если бы вы не носили чулки. Я видел всего кусочек бежевого кружева, но этого сполна хватало, чтобы всё оставшееся время сидеть с каменным стояком, — Драко прижался к её бёдрам, давая прочувствовать, о чём он говорил.       — Не может быть, — ахнула Гермиона, не веря, что студенты видели часть её нижнего белья.       — Не волнуйтесь, с первого же занятия я накладывал заклятие для отвода глаз, — успокоил её Малфой.       — Я… Я не знала, — отозвалась Грейнджер. Из-за его слов она пребывала в замешательстве и одновременно с этим испытывала растущее возбуждение.       — Думаете, я на каждом предмете занимал первую парту? Нет, — сладко протянул он. — Только на вашем. Чтобы обеспечить себе лучший доступ для просмотра.       Драко мучительно медленно начал вести рукой вниз, достигнув места, где начинались её чулки, которые она не успела снять.       — Кстати, они и сейчас на вас?       Гермиона кивнула, не в силах произнести вслух даже двух букв, означающих положительный ответ. Она неотрывно смотрела в лицо Драко, наблюдая, как его зрачки расширились ещё больше, почти полностью поглотив серую радужку. У неё перехватило дыхание от эмоций, отражающихся в глубине его глаз. Одержимость, которую она увидела, не испугала её, а только подхлестнула интерес.       — Ты можешь проверить сам, — шумно сглотнув, пересилила себя Гермиона.       Она почувствовала, как его рука дрогнула, а потом невесомо, будто боясь спугнуть, он провёл ею в сторону, раскрывая полы халата.       Драко крепко зажмурился, прежде чем опустить взгляд вниз, где его рука нащупала кружево в тон её кожи. Он с благоговением провёл по её чулкам подушечками пальцев, хрипло выдыхая:       — Я мечтал об этом с первого вашего рабочего дня… Когда вы пришли на второе занятие в мантии, мне пришлось наслать на весь кабинет согревающие чары, чтобы вы избавились от этого мешающего куска плотной ткани.       — Так это был ты… — ошеломлённо сказала Гермиона.       — Да, и каждое последующее занятие тоже был я, — ответил Драко таким низким тоном, что создавалось ощущение, если положить руку на его грудь, можно прочувствовать вибрацию. — А на одном из занятий последнего года моего обучения я стал настолько жадным, что зачаровал доску, чтобы она поднялась на пару сантиметров выше обычного.       Гермиона впитывала в себя его исповедь. Каждое сказанное им слово отпечатывалось в её душе точно так же, как узоры кружева оставляли свой след прямо сейчас на её ноге, куда Малфой надавливал пальцами.       — Но я сразу же пожалел о своём действии, потому что в тот день вы впервые надели чёрные чулки. Салазар, знали бы вы, из-за чего я настолько спешно был вынужден покинуть кабинет… Мне пришлось запереться в кабинке ближайшего туалета как гребаному третьекурснику в период полового созревания, — сквозь зубы прохрипел Драко, вспоминаю мучительное для него время.       Гермиона покраснела от таких подробностей, свалившихся на неё. В её голове с трудном складывалась целостная картина из-за того, что она оказалась непосредственной участницей таких откровенных фантазий и причиной импульсивных действий.       — Прошу вас… Позвольте мне дотронуться… — с каждой секундой Драко всё тяжелее давалось связно говорить.       Она задумалась, но была не в силах противиться соблазну. Особенно когда этот самый соблазн выглядел как чертов демон-искуситель. Три года назад она, конечно же, не рассматривала его в таком ключе, но сейчас… Даже танцуя с ним сегодняшним вечером, Гермиона чувствовала, насколько неплохо он был сложен.       — Можно? — вывел её из раздумий голос Драко. — Я остановлюсь сразу, как только вы мне скажите.       — Да, но перестань ко мне обращаться на вы, — всё-таки напомнила ему Грейнджер.       — Хорошо, Гермиона, — протянул Малфой её имя, словно сладкую патоку, от чего пустил новую армию мурашек по телу Гермионы.       Он развернул их так, чтобы она упиралась о спинку кресла, и начал осторожными прикосновениями знакомиться с её телом, ища чувствительные места. Драко провёл пальцем по её ключицам и спустился к животу, только вскользь задев грудь, которая уже изнывала от долгого отсутствия ласки.       Гермиона рефлекторно выгнулась, когда он прошёлся по каждому её ребру плавным движением руки. Драко припал к её шее, целуя и посасывая нежную кожу, вырывая из груди Гермионы тихие стоны.       — Ты так прекрасна, — тоном, полного обожания, произнёс он. — Не сравнима с моими фантазиями.       Грейнджер схватила его волосы, когда он принялся опускаться на колени, поспешно целуя каждый оголённый участок её тела.       — Что ты собираешься делать? — спросила она, переведя дыхание.       — Собираюсь воплотить в жизнь мою вторую мечту о тебе.       — Прямо сейчас? — пискнула Гермиона, не веря, что этот мужчина сейчас смотрит на неё снизу вверх и намеревается попробовать на вкус.       Уголок губы Драко дёрнулся в попытке ухмыльнуться. Но всё веселье спало, стоило ему вернуть внимание к её ногам. Он приник губами к внутренней стороне её бёдер и оставил вдоль чулок влажную дорожку языком. Его движения вновь стали более хаотичными, а руки обхватили задницу, впиваясь пальцами в мягкую плоть.       Гермиона не сдержала громкий стон, когда он широким движением языка прошёлся по клитору прямо через ластовицу трусиков.       — Боже… — всхлипнула она, так и не убрав руку с его головы.       Она сжала платиновые волосы и притянула ближе к себе, не в силах справиться с собственным телом, требующим разрядки. Гермиона уже готова была кончить прямо так, буквально от пары движений языком, но Драко отстранился. Он отодвинул её бельё в сторону и ещё больше развёл стройные ноги, снова ныряя между ними головой.       — Да, вот так… Пожалуйста — бессвязно просила Гермиона, когда он наконец-то сконцентрировался на сосредоточении её нервов. До этого он, казалось, вечность дразнил и изводил её, кружа языком только вокруг.       Внутри всё сжалось, достигнув пика, и она кончила, вцепившись в его плечи и волосы ещё крепче. Он не позволял ей отстраниться от себя, продолжая крепко держать за бёдра до тех пор, пока сладкая судорога не перестала бить её тело.       Драко оставил невесомый поцелуй у кромки кружева и поднялся с колен.       — Это было… Потрясающе, — пролепетала Гермиона, пока её пульс приходил в норму. — Дай мне минутку и мы…       — Не стоит. Я пришёл сюда не за этим, — перебил её Драко.       — А как же ты? — спросила Грейнджер, опустив взгляд на его ширинку, которая сильно топорщилась в данный момент.       — Я ждал пять лет, так что смогу еще немного потерпеть, — улыбнулся он. — Не хочу, чтобы ты думала, что я пришёл сюда только затем, чтобы притворить в жизнь юношеские фантазии.       — Так, хорошо. Тогда зачем ты пришёл? — растерянно произнесла она, пытаясь опуститься со спинки кресла, но подрагивающие ноги не сильно этому способствовали.       Малфой заметил её попытку и подхватил на руки, спровоцировав тем самым приглушённый писк. Он опустил её в кресло, запахнув обратно халат и потуже завязав пояс. Удовлетворённый результатом, он чуть отстранился.       — Вообще-то, я планировал сегодня только отдать подарок и попросить стать моей девушкой. Но всё как-то вышло из-под контроля, — сказал Драко, ничуть не смущаясь блестящего от её влаги подбородка и взлохмаченных волос.       Гермионе показалось, что перед ней сейчас стоит воплощение слова «сексуальность». Она настолько залюбовалась им, что не заметила, когда он достал из внутреннего кармана смокинга маленькую черную коробочку, обвязанную серебряным бантом.       — С Рождеством, профессор Грейнджер, — протянул подарок Драко, счастливо улыбаясь.       Гермиона не подозревала, что внутри, но была уверена, что на этот раз обязательно примет подарок, а также пустит в своё сердце мужчину, который стоял перед ней.