Привыкание

      В дверь раздался стук. Родители Калеба и Кейт сразу же поняли, что случится что-то ужасное, ведь просто так никто не стал бы приходить к ним ночью. Отец подошёл к двери и затаив дыханье, остановился у самого входа, решив поразмыслить о том, стоит ли открывать названным гостям. Он прочистил горло и негромко спросил:       — Да?        Снаружи послышалось мешканье, а затем грубый хриплый мужской голос приказал открыть дверь. Отварив дверь, отец Калеба увидел мужчину, явно служившего в полиции, который смотрел на того с некой серьёзностью.        Представившись Войдом, полицейский ввёл обоих родителей в курс дела:       — Ваш сын, Калеб, видел то, что ему не следовало видеть. К сожалению, он ослушался меня и всё рассказал своей сестре. Сначала я пожалел его, ребёнок, не известно что с ним будет после стирания, но... Я вынужден забрать его и Кейт. Не волнуйтесь, они вернутся к вам, сразу же после процедуры стирания. — Войд не хотел этого делать, ему было отвратительно от такого ублюдства с его стороны, но империя... Он не мог ослушаться приказа, это всё делается на благо империи. Именно такими мыслями утешал себя мужчина.        Войд хотел было пройти внутрь дома и забрать детей, но мать перекрыла ему дорогу.        — Нет... Пошла к чёрту вся ваша империя, да и ты вместе с ней! — Стойко сказала женщина, не давая полицейскому пройти.        — Оскорбление империи и полицейского при исполнении, я вынужден... — Войд не договорил, так как увидел Калеба, смотрящего на него. Он оттолкнул женщину так, что та упала на пол, и поспешил к мальчику.        — Калеб, что же ты наделал!? Я же просил ничего не говорить Кейт. Мне придётся стереть тебя и твою сестру, ты понимаешь это, идиот? — очень зло говорил Войд, ведь понимал, что дети могут не пережить стирание.        — Нет, стойте... — захныкал Калеб. — Заберите меня, не трогайте Кейт!        Кейт, которая проснулась из-за криков, выглянула в дверной проём. Войд схватил брата и сестру за руки и потащил к выходу. Мать сидела на полу и навзрыд рыдала, закрывая лицо руками, а отец зло смотрел на уходящего мужчину, понимая как он ничтожен и беспомощен в подобной ситуации.

***

       В 15 лет Калебу присвоили бюрократический алгоритм и выделили собственную комнату для жилья. Он уже привык к Войду и спокойно воспринимал его, как своего наставника и даже немного отца. Парень не знал, что с его родителями и сестрой, но тайно в душе верил, что с ними всё в порядке.        Парнишка делал огромные успехи в карьере, но редко получал какую-либо похвалу от Войда. Мужчина был слишком холоден к мальчику, это замечали даже посторонние люди, например, другие полицейские, работавшие с Калебом и Войдом. Самого же парня почти всё устраивало.        Войд сидел в своём кабинете за большим дубовым столом, заваленным бумагами, как вдруг, в дверь постучали.        — Войдите. — сказал грубо мужчина, не отрываясь от бумаг.        В кабинет зашёл Калеб с пачкой бумаг и уставшим видом. Спустя столько лет их знакомства, парень только похорошел.        — Войд... — Смутился паренёк и опустил рассеянный взгляд в пол. — Я закончил с отчётом.        — Калеб... Неплохо. Ты закончил достаточно быстро, я даже не успел кое-что доделать. Может... Хочешь прогуляться, когда я закончу?        Калеб даже как-то поперхнулся от таких слов. Войд не только похвалил его, да ещё и предложил сделать, что-то помимо работы. Парень нахмурился и в шутку, с ноткой подозрения в голосе, спросил:        — С чего это вдруг такие предложения? Или хочешь убить меня без свидетелей? Хотя, сделай ты это хоть посреди офиса — никто и глазом не повёл бы. — Калеб поднял одну бровь вверх и сложил руки накрест, продолжая вглядываться в фиалковые глаза Войда. Он хоть ещё и не был инспектором, как и Калеб главным секретарём, но имел огромную власть и уважение.        Мужчина лишь хмыкнул, продолжая смотреть на своего подчинённого, поэтому Калеб вздохнул и согласился. Парню надо было подождать, пока Войд закончит с документами, поэтому он сел на диван, который стоял в кабинете, и стал просто наблюдать за полицейским.       Парень давно замечал за собой, что может часами разглядывать Войда. Внешность мужчины очень притягивала взгляд юноши, да так, что тот не мог оторваться. Да и вообще, подросток очень любил проводить время со своим наставником, просто находясь рядом с ним, или же выполняя какие-либо поручения. И даже сейчас, он сидел и жадно всматривался в Войда, боясь упустить малейшую деталь в его внешности, по типу морщинки или родинки, хотя после стольких часов рассматривания мужчины, он знал его всего наизусть.       Калеб понимал, что скорее всего Войд замечает его постоянные томные взгляды, но ничего не мог поделать с собой. Парень не знал, почему его так тянет к полицейскому, он считал, что это просто некая сильная привязанность, как между наставником и учеником или отцом и сыном.       Наконец, Войд закончил с работой и посмотрел на парня. Они пересеклись взглядами и Калеб, опомнившись, что Войд смотрит на него, смущённо отвёл взгляд.       — Калеб?.. — Вопросительно позвал мужчина. Он конечно же видел всё: как паренёк засматривается на него, как краснеет и отводит взгляд. Войд понимал, что значат эти знаки, но всё никак не мог поговорить об этом с Калебом. Слишком тяжёлый разговор, учитывая то, что он его «отец», поэтому Войд откладывал эту тему на потом.       — А... Д-да? — Как ни в чём не бывало спрашивает Калеб.       — Мгх... Ладно, ничего. —Шипит Войд, так и не сумев начать «тот самый» разговор.       Парень поняв, что мужчина заметил то, как он пялится на на него, решает попытаться оправдаться:       — Если ты про то, что я смотрел на тебя, то я просто... — Парень на секунду замолчал, придумывая причину — Смотрел как ты работаешь...       — Калеб... — Войд встал, подошёл к парню и сел рядом с ним на диван. — Я хочу поговорить с тобой не как начальник и подчинённый, а как отец и сын. Тебе шестнадцать лет, ты меняешься и...       — Ближе к делу. — Перебил его Калеб, понимая о чём зайдёт речь. Но он думал, что речь зайдёт о девушках, о том, что важно предохраняться и тд., но никак не ожидал, что речь пойдёт о них.       — Понимаешь, я всё вижу. То как ты смотришь на меня, краснеешь. Это... Это ненормально. Мы мужчины, ты мой... «сын»... — Войд замялся, ведь практически никогда не называл так Калеба.       — Что?.. Я не... — Парень был в замешательстве, ведь он и сам не знал, что чувствует к полицейскому.       — Надеюсь на это Калеб, очень надеюсь. — Войд не верил в это, он просто надеялся, что это ошибка. — Я приду через пол часа.        Мужчина вышел из своего кабинета, оставив Калеба наедине со своими мыслями. Он пошёл в туалет, чтобы умыться и подумать над этой ситуацией. Несмотря на то, что в кабинете был его собственный туалет, Войд решил освежить голову и прогуляться до другой уборной.       В это время Калеб тоже обдумывал эту ситуацию. Он понимал, что это так. Хотя и отрицал это. Его сердце было готово выпрыгнуть из груди, лицо было залито алой краской, а в штанах становилось теснее.       — О нет, только не сейчас... — Прошипел парень, ведь мысли о Войде не давали ему покоя. Калеб схватился за голову и начал судорожно думать, что можно с этим сделать.       «Он всё заметит, и тогда я точно не отговорюсь» — Подумал паренёк про себя. — «А что если... Его же не будет пол часа, я должен успеть».       Калеб побежал в туалет Войда, чтобы спустить пар. Он не придумал ничего лучше, чем мастурбировать прямо тут.       — Это уж лучше, чем он придёт и заметит мой стояк в штанах. — Прошептал себе под нос парень.       Войд не видел надобности в отдельном замке на двери в уборную, потому что кабинет и так закрывался. А Калебу не помешала бы дверь с замком в такой ситуации.       Парень с вишнёво-коричневыми волосами сел на закрытую крышку унитаза и приспустил штаны. Трусы обтягивали его вставший от возбуждения член. Он опустил бельё к штанам и потянул руки к набухшему стволу. Как только юноша коснулся его, то сразу же получил волну удовольствия. Он начал водить тонкими пальцами по всей длине, тихонько скуля от наслаждения. Возможно это было из-за того, что он очень долгое время не самоудовлетворялся, а возможно из-за того, что его очень возбуждал тот факт, что Войд может спалить его за таким грязным делом.       Парень до этого не дрочил на Войда, хотя такое желание у его развращённого разума появлялось очень часто. Парню было за это стыдно, поэтому он старался не вспоминать такие случаи. Сейчас же он представлял, как Войд снимает с себя одежду, оголяя своё красивое, подтянутое тело, как подходит к Калебу и начинает раздевать его, попутно опуская руку на пах парня...       Калеб сидит с закрытыми глазами и периодически томно стонет, ведь не может сдерживаться, слишком уж чётко стояла картинка в его голове. Он не в силах больше терпеть, шепчет: «Войд», и резко открывает глаза из-за какого-то шороха.       Возле него стоит ошарашенный Войд, чьё появление он не заметил из-за своих фантазий. Калеб в панике прикрывается и пытается одеться, при этом не смотря на мужчину.       — Сука. — В отчаянии ругается кареглазый, не зная, что теперь делать.       — Я... Я ничего не видел. — Хрипло говорит Войд, быстро закрывая дверь в уборную.       — Стой, Войд, подожди! — Резко выкрикивает парень, открывая дверь и хватая полицейского за руку. — Ты и в правду... нравишься мне. Не как отец, а как мужчина.       — Калеб, это неправильно. Я готов закрыть на это глаза, если такого больше не повторится.       Войд абсолютно растерян, потому что не знает, как вести себя в таких ситуациях. А Калеб наоборот пытается исправить ситуацию, поэтому решает доказать искренность своих чувств.       Юноша молча становиться на колени, тянется к ширинке Войда, растягивает её и залазит пальцами под резинку трусов.       — Калеб, стой!       — Я и вправду люблю тебя. — говорит парень, вытаскивая член полицейского, при этом восхищённо рассматривая его. Затем он нежно целует розовую головку и проводит по ней мокрым язычком. — И я готов показать тебе всю свою любовь.       После этих слов Калеб накрывает член брюнета губами, начиная посасывать и обводить его языком. Войд тихо шипит и зарывается рукой в волосы парнишки, немного надавливая на затылок и заставляя глубже вобрать член. Юноша с карими глазами, не сумев взять ствол полностью, стал помогать себе рукой. Раскрасневшийся Войд кривится и жмурится, сдерживая стоны, ведь не хочет показаться уязвимым Калебу, но через пару минут он, содрогнувшись, кончает в рот парню.       — Войд, у тебя такой восхитительный член. — Соблазнительно улыбается секретарь, рассчитывая на продолжение, но полицейский его останавливает:       — Нет, Калеб. Я конечно последний ублюдок, но дальше этим я заниматься не собираюсь. Я проявил слабость, а ты...       Парень с карими глазами не даёт ему договорить и в плотную подходит к нему. Калеб дотрагивается губами до чужих, и полицейского словно током прошибает. Ласкающие движения губ и языка младшего так приятны, хотя он и понимает, что этот парень его «сын». Войд начинает посасывать и покусывать губы секретаря, потому что и сам очень хочет этого, хотя и отрицает это желание, потому что оно не соответствует его моральным принципам. Его рука зарывается в волосы парнишки, а другая поглаживает щеку. Глаза обоих давно закрыты от удовольствия. Через мгновение стон срывается с губ Калеба, и Войд, воспользовавшись этим, проталкивает ему в рот свой горячий язык, вынуждая парня с тёмно-вишнёвыми волосами неумело отвечать на его поцелуй.       Не отрываясь друг от друга, они направляются в сторону дивана, но Калеб останавливает полицейского и шепчет ему на ухо: «Пожалуйста, выеби меня на своём столе», чем ещё больше будоражит и возбуждает мужчину.       Полицейский грубо толкает парня к столу, а затем, хватая его за бёдра, помогает тому разместится на плоской поверхности. Войд наваливается на густо раскрасневшегося юношу и снимает верх одежды парня, оголяя его острые ключицы и плечи. Он неожиданно кусает шею Калеба, оставляя мелкие отпечатки зубов и влажный слюнявый след, из-за чего у парня с карими глазами звенит в ушах от опьяняющих ощущений… Мужчина всё продолжает вылизывать шею юноши, вызывая новые мурашки.       Горячая волна удовольствия пробегает по всему телу секретаря, когда Войд кладёт руку на его возбужденный член, который уже давно болезненно пульсирует.       — Войд, просто войди в меня, прошу... — Облизнувшись, умоляет юноша, ведь он уже не мог здраво мыслить, всё что он хотел - так это утолить свою жажду.       На это полицейский просто издал смешок и потянул Калеба в очередной поцелуй. Войд касается кончиками пальцев сосков парня, пощипывая их и вызывая ощущение боли и наслаждения одновременно, заставляя юношу выгнуться и приглушённо застонать.             Другой рукой мужчина вновь задевает член Калеба сквозь ткань штанов, чем приносит тому ощущения острого удовольствия, из-за которого секретарь закатывает глаза и протяжно стонет...       Брюнет быстрым движением снимает штаны с парня, на что, тот краснеет ещё сильнее. Войд растерянно смотрит на юношу и так же растерянно спрашивает у него:       — Калеб, я же у тебя первый?       — Кхм, да... — тихо лепечет секретарь, ожидая более активных действий со стороны мужчины.       — Просто я никогда не делал это именно с мужчиной, Калеб, я постараюсь быть нежным. — произносит полицейский, а затем берёт парня с тёмно-вишнёвыми волосами за подбородок и целует в щёку. Он тянется губами к уху, кусает мочку юноши и шепчет:       — Но я могу и не сдержаться... — В ухмылке рычит Войд и после этого резко раздвигает ноги шатена так, что тот ойкает. — Постарайся вести себя потише, мы всё-таки здесь не одни...       Калеб кивает и мужчина плюёт себе на руку, а затем смазывает его вход. Из-за этих движений по всему телу парня пробегают мурашки, заставляя юношу тяжелее дышать.       Полицейский с фиалковыми глазами подносит член к бёдрам паренька и аккуратно вводит его внутрь.       — Так горячо и узко. — хрипло говорит он и делает первый толчок. Калеб кривится из-за боли, ощущая глубоко в себе движения горячего члена. Войд делает ещё несколько медленных плавных толчков, и меняет угол вхождения. По телу секретаря проходит дрожь от очередного его движения, и возбуждение нарастает с новой силой. Это не остается не замеченным.       – Значит здесь?.. – говорит он и, почти выйдя из юноши, делает сильный толчок, снова задевая то место. Наслаждение разливается по всему телу парня, и он глухо стонет, поддаваясь на встречу Войду. Мужчина тоже стонет, и, придерживая бедра секретаря, начинает сильно и резко вколачиваться в него.       — О, Боже… — Полицейский кусает плечо юноши с карими глазами, тут же зализывает, отчего он вскидывает голову и, снова, непонятный звук вырывается его горла…       Калеб обхватывает ногами его талию, сильнее прижимая к себе. Войд наклоняется и нежно целует парня в шею, посасывая кожу, не прекращая ритмичных движений в нём. Огонь внутри кареглазого нарастает, скапливаясь внизу живота.             Облизнув пересохшие губы, полицейский склоняется к юному лицу, порывисто прижимаясь своими губами к его. Парень сразу же отвечает на поцелуй и мужчина проводит языком по его губам, раздвигая их и пробираясь внутрь. Он ласкает язык шатена, покусывая и посасывая его. Калеб понимает, что ему нравится подчиняться Войду... Рука полицейского запутывается в тёмно-вишнёвые волосы, приподнимая голову и углубляя поцелуй.       Другая рука мужчины перехватывает ногу юноши в колене, закидывая ее ему на плечо. Движения полицейского становятся более глубокими и мощными, отдаваясь удовольствием во всем теле парнишки, и он стонет ему в рот.       – Дааа… Войд… сильнее…— умоляет Калеб, и мужчина с фиалковыми глазами начинает вколачиваться в него более грубо, темп нарастает… И секретарь не выдерживая, кончает с пронзительным криком, забрызгивая спермой свой и его живот. Войд рычит, его тело немного вздрагивает, и юноша ощущает, как пульсирующими точками в нём выплескивается его горячее семя. В глазах все темнеет, и Калеб на грани сознания отмечает, как мужчина выходит из него и садится рядом.       — Я тоже люблю тебя, малыш. — еле слышно шепчет Войд и уходит, оставляя Калеба одного в комнате.