Сборник историй Genshin Impact

-Г-господин Аято? Служанка неуверенно подошла к молодому господину. -Слушаю,- холодный, казалось, совсем безэмоциональный парень мрачно сидел в кабинете отца. -Госпожа Аяка… ее нет в комнате, мы не смогли найти ее и в саду. Всё обискали- ее нигде нет. Только сейчас на лице Аято проскользнули эмоции. Страх, это был всепоглощающий страх. Но служанка этого не видела, она обеспокоено смотрела на спину нового главы Клана Камисато, слишком молодого, чтобы занимать эту должность, слишком неопытного в глазах общества, чтобы одолеть акул, что желали нажиться на горе его семьи. -Я знаю где она, всё в порядке. Занимайтесь своими делами,- враньё. Сам Аято удивился тому, насколько легко далась ему эта ложь. В спокойном голосе не были слышно той бури, что подняла в его душе новость о пропаже сестры. Сообщив что он отправится на прогулку и изъявив желание прогуляться в одиночестве, Аято поспешил искать сестру. Обойдя окрестности имения Камисато и прочесав сверху донизу лес Тиндзю, Аято обреченно спустился к морю. В голове всё было вверх дном, а взгляд застилала пелена непрошеных слез. Брат и сестра недавно лишились отца, вслед за которым скончалась и их мать, Аято понимал что теперь в его жизни есть только Аяка. Если он потеряет и ее, то сломается окончательно, он старательно отгонял такие мысли, но сцены смерти сестренки так и лезли в голову, от этих навязчивых мыслей ему было просто некуда деться. Аято бродил по пляжу, когда ноги сами привели его к пещере. Это было любимое место Госпожи Камисато- их с Аякой почившей матери. Когда-то давно она нашла это укромное местечко, которое выглядело поистине волшебно. В самой глубине пещеры было озеро и на островке посреди воды росла сакура. Когда их матери было тяжело или просто нужно был побыть наедине с самой собой, она приходила сюда. Аято остановился у воды и в удивлении раскрыл глаза. На миг, всего лишь на долю секунды, ему показалось что у дерева лежит его мама. Подобно иллюзии этот образ рассеялся и Аято увидел свою младшую сестру, которая дремала облокатившись о ствол древа. Не в силах пошевелиться, он лишь тихо выдохнул с облегчением и шагнул в воду. С каждым его шагом по мелкому озеру белые шелковые полы траурного одеяния намокали всё сильнее, но Камисато Аято вовсе не обращал на это внимания. Старший брат тихо сел около своей сестры и молча наблюдал за ней. Брови Аято обеспокоено свелись у переносицы. Аяка почти не ела после смерти отца, а с уходом матери еда и вовсе стала ей противна. Лицо девочки сейчас было бледным и худеньким, синяки под заплаканными глазами, совсем тонкие от недоедания запястья- она сейчас так сильно была похожа на их ослабевшую после смерти своего мужа маму. Эта мысль очень волновала Аято. Он боялся, как бы его сестра совсем не ослабла и не ушла вслед за родителями. Сняв свою накидку, брат осторожно накрыл ей сестру. Потревоженная таким невесомым движением, Аяка медленно раскрыла сонные глаза. -Брат? -Ты очень устала за последние дни. -Тебя не должно быть здесь, я… не хочу чтобы ты видел меня такой. Иди домой, а я… -Аяка -Да? -Ты очень сильная, я знаю это. Но прошу- не скрывай от меня свою боль. -У нас общая боль, вот только ответственность, что легла на тебя- куда больше той, что несу я. Я не позволю тебе переживать за меня. -Ты поэтому пришла сюда одна? Чтобы не беспокоить меня? Аяка стыдливо опустила глаза. -Прости, братик…ты, должно быть, переживал. Увидев кристально чистую детскую слезинку, сердце Аято больно кольнуло и он порывисто прижал сестру к себе. -Тебе не за что извиняться. Ты так похожа на маму. Держишь все в себе, закрываешься, прячешь свои чувства под замок. Но это вредно для тебя, сестренка. Я обещаю тебе что справлюсь со всем, у нас все будет хорошо, но прошу, очень прошу тебя- будь рядом со мной. -Ну куда же я денусь, дурачок?- она трясущимися руками обняла брата в ответ. -Я всегда буду рядом. Мы со всем справимся, ты со всем справишься. Я понимаю что нам нельзя проявлять слабость. Никогда нельзя было, но сейчас в особенности. Я не хотела чтобы кто-то из слуг видел мои слёзы и слышал рыдания, а держать это в себе больше не могла. Вот и пришла сюда, ведь… -Ведь маме это помогало,- закончил он за нее. -…да. Маме это помогало. Брат с удивлением смотрел на свою сестру. И когда она только успела так вырасти? В таком возрасте она уже все прекрасно понимала. Это и радовало и огорчало. Аято хотел уберечь сестру от всего в этом мире, хотел бы чтобы она никогда не знала боли и горя, но судьба распорядилась иначе. Им обоим было суждено слишком рано повзрослеть. -Ты уже такая взрослая, Аяка. Я горжусь тобой. -А я тобой. Мы сильные, я верю в нас. Эта маленькая девочка со слезами в красных от рыданий глазах так твердо верила в их с братом светлое будущее, что ему не оставалось ничего кроме как довериться ее чистой вере. -Я верю в тебя, брат. Аято ещё крепче прижал сестру к себе. -У нас все будет хорошо, Аяка. Я всё ради этого сделаю. Рядом с сестрой та тьма и сомнения что одолевали Аято отступали. Он знал что боль от потери родителей никогда не уйдёт, но вот со страхом он мог бороться. Страх будущего больше не одолевал новоиспеченного главу Комиссии Ясиро. Ради сестры и в память о родителях Аято продолжит их дело. В тот момент он поклялся себе что клан Камисато не падет под натиском постигшего их горя, он возродится и станет ещё могущественнее. Год спустя -И почему я не удивлен что вновь нашел тебя здесь?- раздался голос Аято в той самой пещере. -Брат! Что ты здесь делаешь? У тебя ведь столько работы! Злость и удивление отразились на лице Аяки. Хоть она и старалась себя вести хладнокровно и быть взрослой, но тринадцатилетняя девочка всё же иногда просыпалась в младшей сестре Аято и в таких редкие моменты он не мог сдержать улыбки. -Что? Что ты улыбаешься?- запыхавшаяся, красная от тренировки, она стояла с катаной наперевес, недовольно косясь на брата. -Иногда я забываю что тебе лишь тринадцать лет. -А тебе девятнадцать, и что это меняет? Аято не сдержал удивленного смешка. Да уж, похоже фехтование сегодня конкретно вывело Аяку из себя. Он делал вид, будто не замечает ее страданий, что она испытывала при отрабатывании всё тех же ударов изо дня в день, дабы не задеть ее гордость, ведь знал что она хочет сделать всё сама и обременять его ещё и своим обучением сестра не хотела. Откинув эти мысли, Аято подошел к Аяке и капли воды потянулись к его руке, образуя меч, что идеально ложился в руку своего хозяина. -Спарринг? -Ты же не будешь смеяться? -Над тобой? Никогда. Аято был предельно серьезен в своих словах и молодая девушка даже неловко повела плечами, поняв что задала глупый вопрос. Аято бы никогда не стал высмеивать ее. Спустя час тяжелой тренировки Аяка обессилено опустила руку с мечом. Она не могла себе позволить совсем расслабиться и упасть на землю, но руки уже просто не могли держать оружие, а вот Аято, казалось, не устал вовсе. -Этот меч тебе не подходит. Я распоряжусь чтобы тебе изготовили новый. -Нет! Это…подарок мамы. -Я знаю, но ты больше не можешь с ним тренироваться. Нужен новый, ты ведь растёшь. -Я…совсем не хочу оставлять его, Аято. Из долгих раздумий, в которые он погрузился, глядя на меч сестры, его выдернул обеспокоенный голос Аяки. -Ты почему замолчал? -Думал. Давай так,- он осторожно взял меч из рук сестры. -Я попрошу чтобы основу рукоятки этого меча использовали при изготовлении нового меча. -Но… разве так можно? -Даже если ни один мастер Инадзумы не возьмется за этот заказ, я лично выкую для тебе этот меч. Договорились? Аяка радостно кинулась на шею старшего брата, тараторя слова благодарности. Три года спустя -Госпожа Аяка? Тома тихо вошёл в комнату чайного дома, где сидела Аяка. -Тома? Проходи, присаживайся. Рада видеть тебя. -С этой суетой в городе мы стали совсем редко видеться. -Верно. Я даже совсем почти не вижу брата в последнее время. Как обстановка в городе? -Слухи об охоте на глаза бога пугают людей. Я навестил несколько знакомых и сомнений быть не может- в ближайшие дни всё подтвердиться. -Я поняла. От прежней девочки, которой плохо давался контроль эмоций, которой совсем не давалась каллиграфия и разучивание стихов не осталось ничего. За три года Аяка превратилась в настоящую принцессу клана Камисато, что по праву стала носить титул Сирасаги Химэгими. О красоте младшей сестры главы комиссии Ясиро ходили легенды, все без исключения жители Инадзумы мечтали хоть одним глазком посмотреть на нее, а те счастливцы, которым таки выпадала возможность поговорить с госпожой Камисато, оставались покоренными ее манерами и чистой, чарующей красотой. Каждое ее изящное движение говорило о неустанных тренировках и о железной выдержке. Ее красоту подчеркивала величественность, что читалась в каждом взмахе ее ресниц. Год назад Аяка одолела соперника одним лишь взмахом меча и получила глаз бога. По всей Инадзуме стали с благоговением обсуждать благословенных богами брата и сестру, которые вернули клану былое величие. Аято работал эти годы дни о ночи напролет, совсем не щадя себя, Аяка же в свою очередь, не переставала совершенствоваться и стала всё чаще появляться на людях в качестве представителя главы клана Камисато, тем самым ещё сильнее укрепляя их позиции. -Госпожа Аяка? -Сегодня годовщина смерти отца. -Я помню, госпожа,- после недолгой паузы ответил блондин. -Уверена, Аято нелегко сегодня, где бы он ни был. Мы всегда были вместе в этот день. -Он должен на днях вернуться из деловой поездки. Уверен, он с нетерпением ждёт воссоединения с Вами. Лицо Аяки озарила лёгкая, тёплая, но такая уставшая улыбка. -Как и я. Год спустя -Очередная бессонная ночь. Ты совсем не щадишь себя, братик,- она уже давно так по-детски не называла Аято, это заставило его поднять на сестру взгляд. Оторвавшись от бумаг, Аято потер уставшие глаза, пытаясь хоть как-то взбодриться. -Я принесла тебе чай с молоком. -Бобу?- с надеждой спросил он. -Ты же знаешь что сейчас ночь и твоя любимая чайная закрыта, да? -А как же -И Тома уже давно спит. Не беспокой его, он тоже устал. Аято спокойно усмехнулся, выдыхая, и с благодарностью принял поднос с чаем из рук сестры, однако понял что на столе совсем нет для него места. -Сколько раз я тебе говорила навести здесь порядок? Как вообще можно работать посреди такого хаоса? -Это не хаос, а рабочая обстановка. Если бы всё всегда по линеечке лежало и пылилось на столе, наш клан бы пал ещё пять лет назад. Неловкая тишина повисла в тёмной комнате на некоторое время. -Сиди. Я приду. -Что? Я… но Аяка, забери поднос! Мне некуда его ставить!-он неловко держал поднос в руках, не зная куда его деть. Через несколько минут Аяка вернулась в комнату, волоча за собой стол. -Боже, ты что удумала? Не без труда, Аяка поставила ещё один стол, чуть меньше того, за которым работал Аято, рядом с братом. -Ставь. -Ты меня иногда пугаешь, ты же понимаешь это?- он послушно поставил поднос на стол, с опаской поглядывая на сестру. -Теперь будет куда ставить чай бессонными ночами. -Спасибо, сестрёнка. Но всё же сказала бы мне принести его, тяжелый ведь. -Не могла отказать себе в удовольствии посмотреть на твоё растерянные лицо когда ты пытался найти место для этого подноса. -Злодейка,- тихим, бархатным голосом, с долей озорства в нем, ответил он сестре. Соперники и те, кому приходилось работать с главой комиссии Ясиро, думали что у него и вовсе не было сердца. Его эмоции и истинные мысли были тайной, решения беспощадны, а методы достижения желаемого всегда удивляли окружающих своей изящной оригинальностью. Камисато Аято был оплотом стойкости, главой самого могущественного клана Инадзумы и все по праву считали его выдающимся человеком. Молодой человек с ранних лет привык что проявление истинных эмоций для него- непозволительная роскошь, и только рядом с сестрой, за закрытыми дверьми их дома, где никто бы не смог его увидеть, он мог позволить себя быть самим собой. Аяка была его сердцем и душой, каким бы сложным не был день, для сестры у него всегда была припасена теплая, искренняя улыбка.