Бог любит троицу

Чистосердечие

Жизнь слишком коротка для постоянного притворства, искренность могла бы сэкономить людям время. — К слову, Ксиожи.. — Осторожно начала Мэи Лэи, перемешивая ложкой свой чай с лимоном и мятой, не торопясь его пить уже порядком минуты две, отдав предпочтение погрузиться в личные размышления.       Ксиожи неторопливо повернулась к сестре, держа губами трубочку, которой неторопливо попивала чай боба, пару раз моргнула, сосредоточившись на словах, обращенные к ней. Мысленно молила, чтобы Мэи не начала тот допрос с недо-аварии вновь. — Откуда ты знаешь ребят из фотоателье? Как ты с ними познакомилась? — Мэи продолжила, смотря в упор на сиреневые глаза напротив, что до этого смотрели с ожиданием, а после её вопроса заметила, как тонкие светлые брови Ксиожи слегка приподнялись, прежде чем легонько нахмурится, этим взглядом оглашая свой немой вопрос. — Чисто из любопытства, понимаешь? Я ведь знаю, какая ты антисоциальная.       Ксиожи фыркнула, закатив глаза от такого заявления, но все же решила ответить, отводя трубочку от губ. — Ну, ты же помнишь о моем решении провести последний год обучения на дому, верно? — Блондинка не могла не заметить, как старшая на момент поджала губы, вспомнив не самое приятное, но все же кивнула, призывая продолжить. — Так вот, Цяо Лин была одной из моих онлайн-репетиторов по нескольким предметам, а после учёбы мы так и разговорились о том да сем, как итог подружились. А после она меня и с Чэн Сяоши-даге и Лу Гуаном познакомила, стала общаться по-немногу и с ними. — И как итог сблизилась и с ними, верно? — Спросила Мэи с тонкой ухмылкой на губах, положив локти на поверхность стола и сложив руки в замок, уложила на них свою голову, не отрывая взгляда от Ксиожи. Та в свою очередь недобро нахмурилась, тихо выдохнув через нос. — Да, однако, моя дорогая сестра, не в том понятии близости, о котором ты могла бы подумать. Есть такой термин, называется "Платоническая привязанность", на основе которой образовывается межличностное доверие и держится дружба — Поучительным тоном объяснила Ксиожи в свою защиту, дабы на неё не навешали очередных подлинных рассуждений. Она сыта ими по горла. — Чтож, твоё мнение, осуждать не буду. И, коли ты с ними действительно держись, кхм, эмоциональную связь и доверие, то сможешь ответить и на мой вопрос? — Улыбка на розовых губах ни на секунду не дрогнула, Мэи Лэи с непоколибимым выражением продолжала смотреть на младшую, пока та искала подвоха в их диалоге.       Она слишком хорошо знает эту девушку, ничего не с проста. Однако, решив рискнуть, таки спросила. —..И в чем же заключается корень твоих любопытств в моем общении с Чэн Сяоши-даге и Лу Гуаном?       Сюин Мэи Лэи, к удивлению Ксиожи, как-то удовлетворительно хмыкнула, словно решила сложную математическую геометрию, с лёгкостью сложив два и два. Её изящная ладонь аккуратно скользнула по собственной шее от скулам вниз, переходя вены, соединяющие горло и плечи, и провела к левому плечу, с лёгкостью и показушным элегантством откинула длинную косу за спину. " Что за Мадонна...?" — растерянно подумала младшая Сюин, наблюдая за действиями сестрицы с нескрытым скептизмом. — Почему только Чэн Сяоши нарекается "-даге", оставляя Лу Гуана без почётного звания? Неужели он не достоин даже дружеского "-кун"?       Щёки Сюин Ксиожи тут же вспыхнули ярким румянцем, с губ вырвался удивлённый писк, а плечи дрогнули, выровнивая спину, смотря на сестру с замешательством и наступающим возмущением. Нет, она не смущалась, с чего бы? — А-а... А т-тебя с каких пор стал волновать мой лексикон?!.. — С внезапно тонким звуком, подходящий на пищание мышки, спросила Ксиожи и собственный голос предал её, дрогнув на секунду. — Не с каких. — Уверенно заключила розовоглазка, прикрыв веки и подняла руки вверх, словно перед судом, показывая свою "неповинность". Но после все же продолжила, открыв глаза, — Просто, отсутствие суффикса может указать на грубый тон, что весьма не похоже на тебя, сис. Ты не считаешь его близким к себе по духу?       Вопрос в лоб. Ксиожи неосознанно сглотнула, потупив взгляд на алый напиток внутри пластикового стакана, неловкими движениями тонких пальцев перемешивая трубкой содержание, отчего бобы в них начали крутится в своеобразном водовороте. Не сказать, что беловолосый мужчина не вызывал в ней смешанных чувств, и, по правде, порой к ней действительно подкрадывалась тревожная мысль о том, не является ли он скрытым маньяком со способностями манипуляции с нечитаемой мимикой. Однако, стоит лишь общаться с ним на тет-а-тет, дабы эти сомнения испарились, ибо в групповых разговорах он не так часто участвовал, как Чэн и Цяо, пуская лишь небольшие комментарии или замечания, что делало его практически нечитаемым и, в каком-то понятии далёким от их мира. В личных общениях она заметила, что на деле все переживания были на пустом месте, только лишь из-за визуального впечатления, не касающегося того, каким он был на самом деле. Умный. Терпеливый. Чуткий. Понимающий.       Ксиожи никогда не нравились суждения, состоящий лишь из личных доводов без интереса к истине, не интересуясь глубью, осуждая лишь поверхность и печалилась, когда порой сама становилась жертвой таких мыслей, каждый раз ругая себя за поспешный ход мыслей. Ксиожи была искренне рада, что могла спокойно разговаривать с Лу Гуаном также, как общалась с остальными, вне зависимости от их разных темпераментов, чувствуя себя умиротворенно и надёжно в его обществе, где он мог слушать её и принять её, как личность с правом на свои мнения, которых не стоит отторгать из-за чужих взглядов.       Он успокоивал её, симпотизировал, давал ей комфорт, но она не спешила свести всё к смелым мыслям о "шансе". У младшей Сюин, возможно, нет романтического опыта, как у старшей, но был опыт из манг и сериалов, плюс, статьи об отношениях и половом созревании не раз были в списке её запросов поиска в интернете, храни Ками-сама её врача Зиан Жоу, который не раз вёл ей лекции на тему психологии, от которого она и заинтересовалась духовным самоанализом. И потому знала, что делать поспешные выводы лишь из-за стабильного общения и чувства комфорта часто сбивают людей с толку, что в нередких случаях приводят как к смуте, так и разводам.       Сюин Ксиожи считает, что ей пока достаточно и того, что они с Лу Гуаном друзья, и что они могут спокойно общаться, не вынужденные играть какие-либо роли и просто быть самими собой. —...Я уважаю его, конечно. Просто... — Тихо произнесла сиреневоглазка, не поднимая взгляда и продолжая неловко помешивать свой напиток, —..Мы не ровесники, чтобы я называла его "-кун", и как на старшего брата я как-то.. Не смотрю на него, вроде? — Чем больше букв выходило с её уст, тем тише становился тон её голоса, и она поспешила вновь занять свой рот тем, чтобы неспешно допить свой чай. — Мхм-м, теперь я все понимаю. — Кивнула самой себе русавласка, определённо не внушая к себе в уверенности в том, что действительно она поняла, — В таком случае, больше не буду вмешиваться в твои отношения... Со своим жени-       Однако, договорить Мэи Лэи не успела, ибо на неё через трубочку полили остатками чая, которое Ксиожи рефлекторно втянула в себя и вместо того, чтобы сглотнув, вылила все свое "возмущение" на сестру, после чего вытерла губы салфеткой и, молча встав из-за стола, пошла расплатиться за их заказ, оставив Мэи вытирать себя от чая. В этот раз обещание насчёт чая было сдержано.

***

      Попытка вытянуть из разговора с младшей сестрой какую-нибудь важную информацию или, по крайней мере, зацепку, объясняющую череду странных поведений её знакомых, не увенчались успехом. Максимум получилось только отомстить за себя за издевки в её влюблённости, оплатив той же монетой, хоть это и вывело за собой последствие в виде незапланированного "душа". Однако, видеть смущенную Ксиожи, отнекивающуюся от своих чувств, того стоило. Её наивная и добродушная младшая сестрёнка Сюин Ксиожи, которая была собой, а не фантомным призраком раскованного и улыбчивого Чэна Сяоши.       Сюин Мэи Лэи тяжёло вздохнула, закрыв ладонями свое лицо, опускаясь на свою мягкую постель и легла, проводя руками по макушке, приглаживая густые русые волосы, после чего откинула руки по разные стороны, приняв позу морской звезды, принявшись усталым взглядом сверлить дырку в потолке. Она уже смирилась с тем, что никто ей ничего нового о происходящем не скажет. Хорошо, пусть это будет лишь её личным помутнением, вызванный из-за шока от возможности ДТП инцидента, но что же тогда делать с давящим чувством под рёбрами, тянущее прямо вниз, колющее конечности до кончиков пальцев, и так и бьёт в сознание, подобно молоточек по колоколу, что что-то не так. Что что-то ускользывает из её взора, чего она объяснить не может, но точно нутром чувствует. Почему некоторые проблемы так сложно игнорировать?       Сюин Мэи очередной раз тяжело вздохнула, переворачиваясь на другой бок, спрятав лицо в подушку, мысленно концентрируясь на ликвидации нежелательных мыслей, которые она уже давным давно проклинала, недовольно мыча в тёплую ткань подушки, пока в один момент не провалилась в сон. К черту всё.

***

      На дисплее телефона высветилось уведомление о новом сообщении, издав тонкий лирический писк в сопровождении лёгкой дрожью и, не прошло и минуты, Чэн Сяоши взял гаджет в руки и принялся разблокировать его, дабы увидеть что ему прислали. Сообщение было от контакта "Ксиожи-тян", к тому же фото, а потому и интерес возрос, когда Чэн зашёл в контакты и было хотел посмотреть на фотку, как следом за ней пришло новое сообщение от той же девушки. "Спящая Красавица средь бело дня~ (ﾉ^ з ^)ノ♡"       А на фото была изображена старшая из сестёр Сюин, спящая в своей постели на боку, выглядя настолько умиротворенной, что невольно создавалось впечатление, будто та не спала где-то день или два. Её волосы русового цвета с переливом от тёмного к светлому беспорядочно, и в то же время идеально лежали на подушке, причудливо обрамляя нежное девчачье личико, её розоватые тонкие губы были немного приоткрыты, а на щеках и переносице был природный лёгкий румянец, делая её ещё более очаровательной на фото. Или только для одного вроде-не-влюблённого типа. — Удачный кадр. — преспокойно выдал свой комментарий Лу Гуан, заставив Чэн Сяоши вздрогнуть, невольно заставив его оторваться от лицезрения спящей девушки на фото, и будто бы непонимающим видом перевел взгляд на безмятежно попивающего чай партнёра, который даже не смотрел на него. — Как раз то, что можно без заминок отправить очень близким друзьям.       Последнее слово он выделил таким тузовым акцентом, что не понять подвоха было равносильно тому, чтобы самостоятельно выдернуть с корней глаза и попробовать видеть без них, с железной уверенностью убежденный что данная бредовая мысль обретёт успех. Но Чэн Сяоши этого не надо было, как и надевать очки или уж тем более проверить зрение, чтобы понять это. Тем не менее, он решил включить режим дурочка, натянув улыбку и фыркнул, закатив глаза. — Ну да, конечно, а как же иначе? Но, зная маленькую мисс Сюин Ксиожи, — краем глаза Чэн невольно заметил, как Лу Гуан на секунду направил свои вертикальные зрачки чуть ближе в его сторону, но взгляд так и не поднял, незыблимо оставаясь в своей маске дипломатического интереса, а не межличностного. — то она скорее отправила эту фотку в качестве замены своей персоны на мои рекомендации в модели со своей сестрой, уж меня-то не проведёшь!       Выразительное молчание беловолосого отлично дало понять, что ни в одно из сказанных брюнетом слов он не поверил, однако, корректности ради, решил уточнить одну деталь. —.. К слову, почему именно Сюин Ксиожи?       На секунду Чэн Сяоши удивился, что ему удалось свернуть тему, а потому охотно ответил на заданный ему вопрос чисто моменталистическим интересом. — По собранным мною известным фактам, блондинки собирают в себе большую аудиторию внимания, чем брюнетки, а Ксиожи может и не обладает высоким уровнем ума, но и в то же время не обделена чувством интуиции, её невинная моська и смазливые голубые глазки так и наровятся попасть под стоп-кадр фотоаппаратам. Её взгляды, жесты, походка - простое, гражданское, то, чего так и не хватает в нынешнее время у моделей! —.....Ясно.       Лу Гуан ответил коротко и ясно, решив оставить мнение о том, что у светловолосой гораздо больше хороших качеств, чем визуальные, при себе. Чэну Сяоши пока этого было достаточно, гордый тем, что доказал провату своих слов, кивнув себе и вновь вернул взгляд к сообщению, вновь пробегаясь глазами по изображению девы.       Пары секунд и его до этого приподнятые в привычной ухмылке губы начали по-немногу дрожать, немного кривясь, золотисто-карие радужки начали убегать от источника интереса, руки нервно стали теребить телефон, будто средство для релаксации. Заметив медленную перемену в настроении товарища, Лу поднял свободную руку, вытянув указательный, средний и безымянный пальцы, и первым делом опустил последний, потом второй, а затем секунды три с важностью держал указательный палец приподнятым, после чего со стороны послышались душераздирающий зой и поспешные топоты по кругу в сопровождении бессвязных бормотаний, и продолжалось это пару минут, пока в один момент Чэн просто не свалился на диван во весь рост, продолжая что-то мычать в отсутствии ушедшего за новой чашкой чая Лу и когда тот вернулся, он поднял голову и почти что взмолвился надломленным голосом. — Лу Гуааан..! Что же мне делааать?!..       И так каждая концовка их диалогов последние две недели. Честно, Лу уже устал слышать одну и ту же тираду, но и в то же время искренне жалел своего друга, не знающего как справиться с чужими, а то и своими, чувствами, таким внезапным грузом свалившие ему на голову, давя своим весом.       Одно дело мечтать о том, чтобы нравится кому-то и быть с этим человеком до конца своих дней, а другое найти эти чувства с самой неожиданной стороны и растеряться от незнания того, что делать теперь. И Чэну Сяоши, привыкшего добродушно относится к близким людям без задней мысли и скрытого мотива, это стало такой неожиданностью, ведь во первых, Мэи-Мэи была очень милой девушкой с забавной манерой и приятной личностью, во вторых, Мэи-Мэи девушка не из глупых, и уже говорила о своих предпочтениях ему, и он лишь на секунду заметил, что её вкусы совпадают с его кондидатурой, но никогда прямо она не говорила, что рассматривает его иначе, чем друга, и в третьих Мэи-Мэи... Была Мэи-Мэи!

***

— Чэн Сяоши, а почему ты называешь меня "Мэи-Мэи"? — как-то раз спросила у него Сюин, в очередной раз испытав, как сердце совершило кульбит, стоило парню вновь назвать её таким прозвищем. — А тебе что, не нравится? — с искренним непониманием спросил её он, уставившись в глаза цвета вишнёвого цветка, то прячущие от него взгляд, то украдкой разглядывают его. — Нет-нет, вовсе нет! Просто... Интересно, понимаешь? — с лёгким волнением в голосе ответила русая, заправив выбившую прядь за ухо и тихо кашлянула, пытаясь избавить голос от хрипоты. — Хм... Потому что это мило! — Недолго думая ответил ей брюнет, прижав указательный палец к подбородку, с интересом разглядывая вечернее небо, за которым они с девицей наблюдали за окном. — Твоё имя само по себе прекрасно во всех смыслах, а потому очень тебе подходит. Его приятно произносить и легко запоминается. А ещё, в виду нашего возраста, я думаю, что имею полное право называть тебя так. К тому же согласись, приятно было бы иметь такого клёвого старшего брата как я, верно? Сяоши с озорной улыбкой повернулся к Мэи, полностью уверенный в том, что та согласиться с его мнением или, по крайней мере, вновь смущённо будет отнекиваться, однако, выражение лица, с которым на него посмотрела девушка, на секунду сбило его с толку. Темно-русые брови свелись к переносице, веки приняли полузакрытый вид, отчего глаза цвета маджента угрожающе зыркали на него, а губы сжались в тонкую линию и, если приглядеться, можно ещё заметить, что уголки её губ подрагивают. — Мэи-Мэи?.. — осторожно окликнул Сяоши подругу, принявшей вид лисы, у которой нагло стырили с трудом добыденный кусок мяса. И не успел парень и рот открыть, чтобы ещё что-то сказать, как девушка внезапно встала и прежде, чем с тяжёлым шагом покинуть комнату, прошипела ему с недобрым огоньком в глазах: — Я тебе не младшая сестрёнка!

***

— Я ведь тебе уже говорил в тот день, балбес, — Подходя к поникшему от своей "проблемы катастрофического масштаба" другу, Лу Гуан ответил, по-дружески похлопав его по плечу, — расскажи ей все как есть. Ты ответил, что не уверен в своих чувствах и решил понаблюдать за ней, а заодно приглядывать, чтобы она больше ни во что не вляпалась и я согласился. И теперь вынужден слушать тебя каждый день с того самого момента и все, что я слышу, так это "Что делать?". — Ну не хочу я ей сердце разбивааать! — с новой волной жалобы промолвил Сяоши, спрятав лицо в диванной подушке. — Тогда продолжай относится к ней так же, как раньше? — вновь спросил его беловолосый, хотя в тоне его вопросительности слышно не было. — У меня такое чувство, что я подло обманываю её, скрывая, что знаю о её чувствах ко мне!.. —..И коришь себя за то, что не осознаешь собственных по отношению к ней.       Лу Гуан, честное слово, устал от этого бесполезного нытья и Санты Барбары, но чувство ответственности и сочувствия к Чэн Сяоши и Сюин Мэи Лэи не давали ему оставлять все на самотёк. Хотя бы потому что Мэи Лэи упрямая, а Сяоши дурак. "Бака", как сказала бы Ксиожи. И чертовски права.       Чэн Сяоши вновь что-то невнятно промычал в подушку, поворачиваясь то на левый бок, то на правый, и так и не найдя подходящей удобной позы, с тяжёлым кряхтением встал с дивана и присев, провел руками по лицу, массируя глаза, дабы убрать с глаз плывущие красно-розовые образы с причудливыми линиями. — После того их диалога, где я узнал эту проклятую правду, я уже не знаю как смотреть на Мэи. Нет, я все ещё хочу общаться с ней, но эти слова ни на секунду не выходят из моего мозга и как снайперы бьют прямо по слуховым барабанам! А стоит посмотреть на неё каждый раз, мне хочется просто застрелиться на месте, а лучше сгореть заживо, лишь бы... Ну...       Сяоши не закончил, ибо сам не гадавал, чего хотел. Да, Мэи стала частью его круга общения и, очень невольно, сердца, но... Он не мог понять в чем собственно проблема. Точно не возраст, ибо Мэи совершеннолетняя, и точно не какие либо её отрицательные качества, которых было очень мало. Ну, может порой колко пошутить или по-цундерски обижаться, но все это вызывало столько умиления и упоение, что держать на неё обиду было равносильно невозможному! В его глазах она очень милая в любых проявлениях эмоций, ну прям милашка! Красавица. Каваи. Мэи.*       И как она могла подумать, что он называл её "сестрёнка Мэи", когда имел в виду её красоту? — У тебя прямо на лице написано, что она тебе нравится. — констатировал Лу Гуан, завидев, как лыбиться его лучший друг при мыслях о подруге-в-которую-вроде-не-влюблен. — Я не могу тебя понять. Обычно, когда тебе что-то взбредет в голову, ты тут же спешишь сделать это, а теперь сидишь тут, как мученик. — Наверное потому что я не хочу стать возможной причиной смерти своей дорогой подруги?.. — осторожно произнёс Сяоши, старательно вкладывая в каждое слово смысл и, судя по тому, как плечи Лу Гуана дрогнули, а взгляд на секунду потерял ту точку, за которую держался, ему это удалось. — Ксиожи возненавидет меня за это, а я так тем более!       Лу Гуан промолчал, по несколько раз делая глубоких вдохов и выдохов, о чем-то раздумывая, о чем Чэн Сяоши знать не знал, а хотел бы, но понимал, что в такие моменты людей лучше не трогать и в конечном итоге сами всё расскажут, если надо. К счастью, долго беловолосый не заставил ждать и встав с дивана, похлопал своего друга по плечу и направился в сторону лестницы, по пути вынеся вердикт: — Тогда не дури и поскорее признайся ей во всем.       И только Чэн Сяоши хотел высказать этому гению море "благодарности", как его прервали, не дав даже рот открыть. — И к слову, у Сюин Ксиожи фиолетовые глаза. — Уж тебе ли этого не знать! — в сердцах крикнул в вдогонку уходящему кареглазый, не получив ни ответа, ни реакции на свои слова, недовольно цокнул языком, закатив глаза и тихо пробубнил обиженным голосом. — Будто я не вижу, как рачительно ты смотришь ей в глаза, когда вы общаетесь..       При встрече с сёстрами Сюин, Чэн Сяоши отметил для себя, что обе из девушек имеют глаза цвета цветов, что было подстать их фамилии. У младшей глаза были цвета фиалки, а вот у старшей цвета сакуры, и несмотря на это, любили они совершенно другие цветы. Ксиожи любила календулы, объясняя это тем, что ей нравятся полевые цветы и что их цвет напоминают ей закат, за которым она любит следить по вечерам. А вот Мэи любит маки, чей цвет невольно напоминал Сяоши кровь, и свой выбор девушка объяснила следующим образом: — Не знаю, в какой момент они запали мне в душу, но однажды я читала, что их символика это "красота", "молодость" и "мечтательность". Это показалось мне очень милым фактом.       Мило. Да, этот цветок идеально символизировал её не только положительным, но и своим отрицательным значением. Забвение. Вечный сон. Утрата.       Её лепестки сразу опадают, стоит только её сорвать, и это, как ни странно, объясняло опасение Чэна Сяоши лучше, чем слова. Мэи-Мэи умная, но её бестрепетность могло выйти ей боком и, как бы горько не было это признавать, понимал он это на собственном опыте, а потому был уверен, и опасался. Но вот она стоит перед ним, ярко сверкая прекрасными розовыми глазами и нежной улыбкой, и она жива, в порядке и здорова, будто ничего ей не может угрожать. И стоит только подумать об этом, представить, что перед Мэи угроза, сердце спешит выйти перед ней, стоять лицом к опасности, дабы оградить её от всего того плохого, что есть в этом грешном мире, лишь бы её сердце трепетало, глаза сияли, а губы тянулись в той улыбке, которую он... И вот внезапно, на этих мыслях в сознании что-то щёлкнуло. Защитить... Вечно видеть улыбку... А не это ли знак того, что искренне любишь?       Наверное, до Чэн Сяоши дошло архимедское озарение, если судить по тому, как он резко встал и понёсся было к выходу из фотостудии, но внезапно остановился и вернулся в изначальное местонахождение, дабы взять телефон и найдя в контактах Сюин Мэи Лэи, быстро напечатал ей сообщение и отправив, стал смиренно ждать ответа. "Ты сейчас свободна? Хочу встретиться."       Да, сообщение странное, неуместное, в котором не содержится даже вежливых слов по типу "Привет" или "Как дела?", но думать на это не было времени. Ответ пришёл в течение трех минут и сорока семи секунд, которые брюнет отсчитывал, пока ждал, в упор смотря в экран телефона. "Да, конечно..? Во сколько хочешь встретиться?"       Казалось, смятение и непонимание отправителя Сяоши смог ощутить через написанные ею строки, и от этого он почувствовал вину наряду с неловкостю, пока писал ответ по дороге к выходу и уже не дожидаясь ответа, стремительно выбежал на улицу. "Прямо сейчас, в ближайшем парке."

***

      Сказать, что Сюин Мэи Лэи чувствует себя капец как встревоженно из-за встречи с парнем, о котором думала в последнее время чаще обычного(не то чтобы она совсем не думала о нем), который и пригласил её на встречу с не пойми какой причиной - это просто промолчать. Сообщение пришло ровно в тот же момент, как Мэи подняла руку в качестве замаха кулаком, который хотела нанести на хохочущую сестрёнку, без разрешения сфоткавшую её в спящем положении и явно кому-то отправила, удивлённая такой неожиданностю и, вот уж честно, подозрительному диалогу, девушка окончательно забыла все то, что было до этого момента и ближайшие десять минут припарадилась только ради встречи с Чэн Сяоши, прямо сейчас не вызывающий ни каплю доверия.       Нет, ну не то чтобы Мэи не было интересно, но опасения никто не отменял.       Выбор одежды пал на тонкую светлую рубашку без рукавов, чёрные брюки клеш, поверх накинула вязаную салатовую кофту, а на ноги надела белые лоферы. Волосы Мэи плавно расчесала и слегка завила, подолгу рассмотривая себя в зеркале, не зная, стоит ли убрать чёлку, закрывающий глаз или оставить как есть. — В чем бы ты не пошла, у него челюсть на землю спадёт при виде тебя, горе-невеста~ — безвинно уверяла свою сестру Ксиожи, операясь плечом об стену со скрещенными руками и целомудренно осмотривая прикид копающуюся девушку, решившая оставить чёлку в покое, лишь немного причесав её в бок. — Это не свидание, ми хаттацуна имоуто!** А просто глупая встреча, в котором Чэн Сяоши хочет сказать мне что-то нечто важное, раз хочет встретиться в таком скором времени. — отнекивалась от той Мэи, рассмотривая свое отражение с разных сторон и кивнув самой себе, вышла из своей комнаты по направлению к выходу и остонавилась прямо у двери, стоило сомнениям вновь охватить девичье тельце. —..Или же нет? Вдруг это именно то, о чем я сейчас думаю? А может быть даже.. Может быть даже кто-то украл телефон Чэн Сяоши или он по рассеянности потерял его и кто-то пишет мне нечто подобное, чтобы потом что-то сделать со мной?! — Или же вернуть "потерянный" телефон владельцу? — Неудивленно опровергла предположения старшей сиреневоглазка, удержавшись от желания закатить глаза и подошла к ней, осторожно положив руки на плечи той. — Слушай, Лэй-цзе, по какой бы причине Чэн Сяоши-даге не позвал тебя на эту "подозрительную" встречу, просто помни, что он ничего плохого тебе в жизни не сделает. Он самый преданный и добрый мужчина из всех, которых я видела за свою короткую и неопытную жизнь. Да даже если сделает, будь уверена, я вырежу его и брошу в канаву!       Мэи-Мэи тихо прыснула, слушая подбодривающую речь сестрёнки, чувствуя себя немного лучше после этих слов и выдохнула, кивнув себе. И впрямь, это ведь Сяоши, который всегда бывает рядом, когда кто-то нуждается в помощи, а не маньяк какой-то! С чего же так переживать?       Напоследок обнявшись с сестрой на прощание и пожелав удачи, старшая Сюин вышла из квартиры и миновав подъезд, поспешным шагом направилась к парку, в котором и состоялась эта встреча, авантюрика которой пронизывало в глубь костей, но теперь, Мэи шла с высоко поднятой головой и гордым лицом, с каждым пройденным шагом чувствуя себя более уверенно, чем до этого.       Пусть что будет, она знает с каким человеком идёт свидаться и назад не повернёт! Сюин Мэи Лэи ничегошеньки не боится! Серьёзно, что может с ней случится?       До парка, к счастью, было не так уж и далеко, всего-то двадцать минут пешком от их жилого подъезда, а потому уже с имеющегося расстояния Мэи могла заприметить небольшие ворота и, ещё немного прищурившись, заметила шагающегося по небольшому кругу Сяоши, каждые несколько секунд смотря на время по телефону и запуская пальцы в свои угольного цвета волосы, слегка ерошил их, глубоко вздыхая от возможной нетерпеливости встречи, поднимая взгляд на небосвод. В тот же самый момент Мэи ощутила приступ аритмии, на ватных ногах поворачиваясь в обратном положении, желая стремительно понестись домой и завизжать в подушку. А может, ну его, эту встречу? —..Мэи-Мэи? — послышался за спиной голос Сяоши, разглядевший неподалёку за железными воротами знакомый силуэт. Дерьмо!       Со скоростью улитки поворачивая обратно, Сюин увидела, как парень, стоило поймать взглядом свою "добычу", уверенно направился навстречу к ней, зародив в душе девушки вполне себе таки обоснованное желание убежать без оглядки, нырнуть в океан, доплыть до Гавайских островов и там начать новую жизнь, где нет ни проблем подростоковых, ни бед сердечных. Но, словно назло, Сяоши шёл быстро, за считанные миллисекунды добравшись до Мэи и вдохнув в грудь побольше воздуха, наконец заговорил. — Здравствуй.. Ты нормально добралась? Ничего не приключилось по дороге? — сначала спокойно, а уже потом с лёгким волнением начал расспрашивать Чэн, осмотривая подругу со всех сторон, невольно любуясь её прикидом и Мэи-Мэи с позором призналась самой себе, что в глубине души, ей это нравится.       Коснувшись подбородка указательным и большим пальцеми, будто придерживая его, Мэи с наглядной задумчивостю хмыкнула. Нормально ли она добралась от своего подъезда к парку, дорога которой была прямее прямых и ни одного булыжника по пути не попадалось под ноги? А что, всякое может приключится в такие ситуации! —.. Я руку случайно поцарапала, когда приходила. — спокойным тоном ответила русая, прикрыв одну ладонь другой и театральным видом опустила голову, слегка отворачиваясь от брюнета, что поверил в каждое её слово. — Как так случилось? Погоди, дай-ка я посмотрю! — с бережностю и осторожностю протянул ей руки тот, и когда она, вместо того, чтобы вложить свою "пострадавшую" ладонь в его руки, поднесла к его лицу и дала лёгкий щелбан в его лоб, заставив парня откинуться назад. — Ай! За что?! — Купился! — озорно засмеялась Мэи, прикрыв рот ладонью, пока её друг сверлил в ней дыру обиженным взором, потирая лоб. — Ну что за ведьма ты, Мэи-Мэи? Я тут беспокоюсь за тебя, а ты..! — надулся на неё брюнет, после чего хмыкнул и скрестив руки на груди, демонстративно отвернулся, показывая свою обиду. — Ой, ну ладно-ладно, прости. Мне жаль, окей? Мир? — наконец отсмеявшись, вытирая с края глаз миниатюрную слезинку, она посмотрела на него, такого закрывшегося и надутого, вызывая в ней ещё больше желания посмеяться, но в этот раз она себя сдержала. — Хм... Скажи "спасибо" своим красивым глазёнкам, ради которых я всегда тебя и прощаю. — якобы забив на обиду, Сяоши повернулся обратно к девушке, посмотрев на неё несколько секунд, после чего на его губах растянулась та самая его добрая улыбка, а рука осела на русую девичью макушку, мягко проводя вниз, перебирая между пальцев её шёлковые волосы.       Казалось бы, Мэи-Мэи и так смутил комплимент Чэн Сяоши по поводу её глаз, а вот с внезапным действием в виде погладушек по головке так тем более добили, вызвав на её лице густой румянец. Сердце, орган перекачивающий кровь в лёгкие, плоть родная, почему ты так нагло ускорило свою работадеятельность, послав пару миллилитров крови в физиономию?       Прокашлявшись, избавив горло от кома, Сюин Мэи Лэи отвернула лицо, невольно избавив присутствие мужской руки от своей макушки и ответила по делу. — Ну так, зачем ты звал-то? Что за важность?       Словно опомнившись, взгляд Чэн Сяоши изменился с позитивного на более менее серьёзный, а уголки губ немножко опустились, придав ему вид того, кто решил задачу Вселенской сложности и если расскажет об этом хоть кому-то, то миру конец. Он начал вспоминать все те разные варианты слов и фраз, которые хотел сказать Мэи при встрече, меняя по местам диалоги и речи и, решив не усложнять чего-либо, а просто сказать как есть, мотнул головой, избавив последние намёки на сомнения и глубоко вдохнув, резко положил на маленькие плечи Мэи-Мэи свои руки, вызвав у последней лёгкий шок и непонимание, прежде чем Сяоши наконец начал говорить. — Сюин Мэи Лэи, пожалуйста, выслушай очень внимательно то, что мне придётся тебе рассказать прямо сейчас. — твёрдым тоном начал брюнет, подняв смуту в сердце юной девушка, что понимает все меньше и меньше из того, что сейчас происходит. Но она решает таки выслушать его и кивнула, давая ему продолжить. Тот в ответ, почему-то, тоже кивает и вновь вобрав в лёгкие побольше кислорода, неожиданно выкрикывает. — Мэи-Мэи, ты дура! ... Окееей, её назвали дурой. Класс. Просто супер. Отлично! "Мэи-Мэи, ты дура! — прикрикивает на неё её младшая сестрёнка, чьё лицо исказилось в страхе и злости на ту, что чуть не поставила крест на себе, дрожащими пальцами сжимая её плечи, чуть ли не впиваясь ногтями сквозь тонкий ткань одежды." Хах, интересно, интонация одного и того же слова с уст разных людей удивительным образом совпала. — Порой до тебя может не доходить смысл слов, что я говорю в иной форме и корчишь такое любопытное лицо, что мне хочется постоянно говорить на не понятном для тебя языке и объяснять их понятия! — тем временем продолжает Сяоши, уверенно смотря в розовые глаза Мэи, решившая не задавать лишних вопросов и выслушать. В этом совсем нет его вины, это у неё привычка искать между строк что-то другое и потом тыкать это в глаза оппонента. — Твоя внимательность в нередких случаях обескураживает меня. Ты так остро берёшь во внимание каждый жест и фразу, как первоклассный тайный агент, что уже жутко само по себе! Но и в то же время, вызывает интригу, до чего же доведут твои игры в "гляделки" и дедукции, что не могу устоять и сделать что-то самодурное! Нет-нет, все совсем не так, это опять таки её привычка быть дотошной. Данную скрупулезность у неё заметили ещё в детстве и со стороны сверстников не один раз подвергалась насмешкам. — Твоя обидчивость и нежелание выставить себя виновной в чем-то до смешного очаровательна, как на это ни посмотри. Твоё изменчивое поведение, когда ты можешь вести себя зрело рядом со своей сестрой и друзьями, или капризничать как пятилетка рядом со мной, это... Не поддаётся объяснению! О да, диссоциативное расстройство идентичности у неё не наблюдается, но жизненные ситуации вынуждают её вести себя всякий раз по-разному, выставляя на свет как приятные черты, так и отвратительные, по её мнению, стороны её характера, которые волей-неволей могут увидеть люди. — Твоя сообразительность это одна из тех черт твоего характера, которые мне приятно наблюдать, а когда ты счастлива из-за результата своих актов, то ты так светишься, что мне кажется, будто Солнце - ничто, по сравнению с тобой! Ох, бедный дружок, где это доказано, что гордыня, одна из семи смертных грехов, есть добрый поступок? — Твоя улыбка настолько очаровательная, настолько чарующуя, что я ощущая себя загнанным в ловушку, как крыса в мышеловке, добровольно идущая на уловку, дабы спастись от голодной смерти! Ооо, ну тут он уже льстит ей, ибо пленительность женской красоты - априори матушки природы. А сравнение себя с крысой это уже чересчур, он скорее милый щеночек золотистого ретривера или даже сиба-ину. — Твои глаза, которые так сильно напоминают мне цветы вишни, гипнотизируют меня настолько ловко, так коварно, что будь ты даже злобной ведьмой, я бы так или иначе поддался бы тебе! Чэн Сяоши, миленький, предостережения Лу Гуана и Цяо Лин для тебя ничего не значат? — Твой голос, нежнее и бархатнее самой сирены, и без заклинания внушает во мне послушание, да я готов прибежать к тебе, что только не проси, стоит мне услышать твой голос, чувствую, что подрываюсь с места! Ты же не собака, в конце концов, зачем заходить так далеко, долбак? — За все то, что ты имеешь, все то, что делает тебя тобой. Все то хорошое и плохое. Милое и противное. Весёлое и грустное. Большое и маленькое. Я хочу оберегать до конца своих дней, подобно рыцарю в сияющих доспехах и на белом коне, ну или что вы там, девушки, любите!.. Только видеть тебя рядом, любимую, здоровую и улыбающуюся, видеть рядом со мной - этого достаточно. Мне большего и не надо, чтобы любить тебя. Чтож, про рыцарей и принцесс Сюин Мэи уже лет с семи не верит, так что... Минутку. Любимую? — Что... Ты сейчас сказал? — Неверящим тоном прошептала Мэи, бегая глазами по разным сторонам, старательно избегая зрительного контакта с Сяоши, дабы здраво осмыслить происходящее и понять, что... — Я люблю тебя, Мэи-Мэи. — Легко отвечает ей Чэн, не спуская рук с плечи девушки, смиренно ожидая и не торопя её, пока её разум понемногу переработывает полученную информацию, выдавая на лицо разные выражения лица, приписывая аспекты разных эмоций. Удивление. Неверие. Шок. Сомнение. — Ты... Т-ты шутишь.. — С губ Сюин слетает лёгкий смешок, когда она поматала головой, определенно не собираясь верить в тот факт, что её до абсурда наивная и глупая влюбленность в нового друга, который как раз таки в её вкусе, которого хитроумно ей подсунили с желанием "развеять", и который с лёгкостью вошёл в самое ядро её души... Оказалась взаимна? — Нет, не шучу. Прости, что заставил тебя ждать так долго, — Неловко хихикает Чэн Сяоши, неуклюжо отводя взгляд, безуспешно стараясь скрыть свое смущение сие ситуацией, пока не ощутил слабый толчок в ребра, вызванный из-за слабого тумака Мэи-Мэи, выглядя так, словно находилась на грани срыва, плотно стиснув губы, пряча застекленелый взгляд за чёлкой. — Чэн Сяоши... Ты дурак! — в ход пошёл ещё один удар, в этот раз чуть сильнее предыдущего и, как неудивительно, но сдвинуть парня с места ей не удалось и она начала наносить ещё серию кулаков по его груди, тихо хныча себе под нос с лёгкой обидой и огорчухой. — Дурак! Дурак! Дурак! Дурак! Дурак!       Однако, Чэн Сяоши оставался стоять твёрдо на ногах, несмотря на все те жалкие попытки Мэи-Мэи нанести на ему хоть какой-то ущерб, кротко наблюдая за её лёгкой истерикой, прежде чем раскрыть руки и обвить ими дрожащее тельце девушки, что, ощутив внезапное тепло мужского тела, замерло, прежде чем окончательно растаять под его натиском, тихо всхлипнув, уперевшись лицом к его груди. — Люблю тебя, Мэи-Мэи.. — вновь повторяет парень с нежной улыбкой, одной рукой обнимая свою новоиспеченную возлюбленную, а второй нежно провел от её макушки до кончиков волос, запутываясь пальцеми в её русые локоны и играясь с ними, прижавшись губами к её лбу. — И я тебя... Дурак. — послышался в ответ хриплый голос Сюин, прежде чем её розовенькие губы изогнулись в счастливой улыбке, в которой она расплылась с приятным, тёплым и нежным чувством.

В кои-то веки можно было ощутить, что искренность неподдельна.