3 недели неприятностей макнэ

Сердце Кюхена билось... хотя очень слабо. Врачам удалось вернуть его сердцебиение, но Кю впал в глубокую кому. Он не подавал никаких признаков жизни. С каждым днем его состояние только ухудшалось. Рядом с Кюхеном множество аппаратов, хоть как-то поддерживающих его жизнь. В другом случае, его уже можно было считать мертвым. Но, как говорится, надежда умирает последней, не нужно терять ее. Вот и все пытались думать о хорошем, что Кюхен скоро проснется, что он просто спит, что у Кюхена просто крепкий сон. Но этим свое сердце не обмануть... В палату, где лежит Кю, заходят навещать только его родители, близкие, все мемберы SuJu, кроме Сонмина. В этой светлой комнате сквозь тишину слышались их тихие рыдания, молитвы, просьбы проснуться... «Кюхен все еще направляется к свету... Оно уже почти близко. В реальном мире прошло чуть больше месяца, а в этом мире, кажется, всего лишь несколько минут... В этом темном пространстве время живет собственной жизнью. Оно может растягиваться или сжиматься, но совсем незаметно для Кюхена.» _________________________________________________________________________________________________ Маленькая квартира. Свет в этом помещении, кажется, не включался целый месяц. Но включен телевизор на максимальную громкость. Вокруг разбитые вещи, полный разгром. Среди всего этого, в темном, еле освещаемом, уголке, сидел Сонмин. Рядом море пустых бутылок и разбитый бокал... Никто не знает, что Мин находится в этой квартире, он никому не говорил об этом. Он просто исчез из жизней сотни людей: Super Junior, фанатов, знакомых, близких. Мин, конечно, узнал об аварии, ведь телевизор только и делает, что твердит об этом с утра до ночи. Твердит уже нескончаемо пропитанную болью вечность... Но почему Сонмин не идет навестить Кюхена? Кажется, он боится... боится, что может сломаться, не сможет пережить... Сонмин просто боится, что если он пойдет в больницу, то своими глазами может увидеть смерть Кюхена... И да, он ведь обещал ему, что они больше не встретятся... И он не может не сдержать обещание... Сонмин вздрагивает, когда в телевизоре появляется лидер и несколько мемберов SuJu. «- Здравствуйте, я - лидер Super Junior, Итук. - Какое состояние у Чо Кюхена? - репортеры, им только копаться не в свои дела, но это они называют своей работой. - Кюхен в данное время находится в коме. Его состояние только ухудшается. Врачи думают над тем, чтобы отключить аппарат жизнеобеспечения, - все коротко и ясно, ничего лишнего. - А что насчет Ли Сонмина? Он ушел из группы? Почему? - Не слишком ли много вопросов? – Итук всеми силами пытается сохранять спокойствие, но репортеры только раздражают. Трудно быть лидером, даже в такие минуты должен иметь каменное сердце. Он делает глубокий вдох, - Сонмин... где ты? Если ты видишь это, пожалуйста, приезжай... Ты должен прийти... Слышишь? Ты должен... пока не поздно... Извините... – Итук скрывается от камер, пряча свои слезы...» - Но я не могу... не могу... – плачет Сонмин. – Боже, что мне делать...? – вдруг он перестает плакать, поднимается с пола, - Я пойду... я сильный... Да, я должен. Ноги ватные, а все тело дрожит. Сердце предательски волнуется, бьется сильнее. Сонмин в больнице. Да, он нашел в себе силы. Одна из врачей ведет его к палате Кюхена. - Сонмин-щщи, мы пришли, - говорит врач и указывает на дверь впереди. Мин даже не заметил, как они долго шли. Сейчас перед ним дверь - последняя трудность для него. Врач видит, что Сонмин стоит и медлит, поэтому сама открывает дверь. Врач слегка улыбнулась, даря этим немного уверенности, кивнула в сторону палаты и ушла. В палате пока никого нет из навещающих. Сонмин заходит и видит Кюхена: на лице несколько не очень глубоких царапин, грудь слабо вздымается и опускается, руки и ноги загипсованы. Кажется, его Бог не пожалел. Мин неуверенно подходит ближе и присаживается на стул рядом с кроватью. - Привет, Кюхен... – Сонмин берет ладонь Кю двумя руками и нежно гладит ее большими пальцами. Всхлип. Мин не может просто так смотреть на полумертвого Кюхена. – Это я, Сонмин, - немного сжимает ладонь Кюхена, низкий голос дрожит, на глазах снова слезы, - Ты слышишь меня? Мне так жаль... Если бы я заранее знал, что все обернется так... я никогда бы не пришел на прослушивания, не стал бы частью Super Junior... я бы никогда не встретился с тобою... а ты со мною... Никогда бы не влюбился в тебя, не признался тебе... Я же первым признался... но почему ты ответил на мои чувства взаимностью? И до чего это довело? Этим мы только испортили нам обоим жизнь... Теперь ты тут... умираешь... Я так виноват перед тобой... Сможешь ли простить меня? Если я себя простить не могу... Может это мой последний приход к тебе... Я не могу смотреть на твою смерть... не могу смотреть, как ты страдаешь... Я хочу сохранить в сердце только те воспоминания, в которых мы были счастливы... «Кюхену осталось совсем немного до света. Вдруг Кю чувствует что-то теплое на ладони. Приближает ладонь ближе к лицу, чтоб посмотреть, но ничего не видно в темноте, ощущается только тепло. Опускает руку обратно и получает острую боль в голове, будто она раскололась на две части. Сквозь боль слышался голос... до боли знакомый голос: - Привет, Кюхен... Это я... - Кто ты? Это ты издеваешься так надо мной? Перестань! – кричит Кюхен беззвучно. - Сонмин... - Сонмин? Это ты, Сонмин? Где ты? - Ты слышишь меня? – голос Сонмина эхом проникает в голову Кю, сопровождаясь такой нестерпимой болью в голове и ушах, что из последних идет кровь. - Да, я слышу тебя! – Кюхен пытается закричать еще громче, но звука нет. Сонмина нигде не видно, только его голос сзади...» Сонмина отвлекает один из приборов в палате, который начал истерично пищать. Мина охватила паника. «Что такое?!» - крутилось в его голове, пока он бежал за врачом. - Там! Там! Кажется, Кюхену плохо! Быстрее! Пожалуйста, быстрее! – поторапливает и без того бегущих врачей. Вбегают в палату и первое, что слышит Сонмин: - О, Господи... – врачи остолбенели, посмотрев на пищащий аппарат. - Да делайте же что-нибудь! – плача, Сонмин кричит, умоляет - Вы врачи или кто?! - Ли Сонмин, - поворачивается к нему один из врачей, - это... я не знаю, как объяснить, но Кюхена участилось сердцебиение. - Что? – Мин поднял глаза, – Как? - Что вы сделали? Вы ведь были тут наедине с ним, - голос врача был до предела строгим. - Я... я ничего не делал, я просто сидел, говорил и плакал... – честно признался Мин. - Сейчас не время для шуток и лжи. Пожалуйста, скажите, что вы сделали? - Да не вру я! Я ничего не делал! – в это время остальные врачи что-то делали рядом с Кюхеном. – Что вы делаете?! Отойдите от него! – Мин бросился к Кюхену, толкая в сторону врачей. Схватив ладонь Кюхена, Сонмин, плача, начал умолять: - Кюхен, прошу, проснись! Вернись! Слышишь, Кюхен, проснись! Проснись! Вернись ко мне! – но вдруг Сонмин замер. – Кюхен...? «Боль. Боль. Боль. Ладонь, кажется, горит. Эхо голоса Сонмина, несущая в себе только боль. - Кюхен, прошу, проснись! Вернись! Слышишь, Кюхен, проснись! Проснись! Вернись ко мне! Пространство, мир, где сейчас был Кюхен, сотрясся. Мгновение, и бездонную пустоту прорезала гигантская трещина. Свет исчез. Опять эти страшные руки, но теперь их стало еще больше. Боль была страшная. Кюхен, думал, что сейчас потеряет сознание, но нет, пытка продолжалась. Он хотел бы, чтоб он лучше б умер, чем ощущать такую боль. Но он не умирает. Он попытался сбросить с себя эти руки, но не смог, и его потащили назад. Назад, откуда доносился голос Сонмина...» - Кюхен...? – Сонмин не мог поверить своим глазам и чувствам. Он с испуганными глазами посмотрел на Кюхена, но тот все еще лежал спокойно. Мин опустил взгляд на свои руки, крепко сжимающие ладонь Кюхена. Кюхен так слабо, еле ощутимо сжал ладонь Сонмина, как бы в ответ. – Кюхен? – Мин повторял имя Кю. Он больше ничего другого не мог говорить. - Что случилось? – спросили врачи. А Мин взглядом указал на свою руку. - Этого не может быть... – врачи были удивлены не меньше самого Мина. – Продолжайте, может вам удастся, - сказал врач. - Кюхен, ты ведь слышишь меня... вернись ко мне... пожалуйста... – шептал, наклонившись к Кю, Мин. «Кажется, Кюхена тащат назад со скоростью света. Но куда? К Сонмину, который сам не виден, а просит вернуться? Кюхену казалось, что его эти руки с острыми когтями разорвут на части...» Прибор пищит. В палате тишина, разрушаемая шепотом и всхлипами Сонмина, перешептываниями врачей. Кажется, глаза Кюхена бешено двигаются, т.к. его веки двигаются так же. Еще несколько мучительных минут и все останавливается. Кюхен совершенно спокоен, ладонь разжалась. Сонмин в разочаровании закрывает глаза и опускает голову на грудь Кю. Сонмин думал, что Кюхен проснется, хотя это практически невозможно. Его душа прыгала от счастья... но теперь опять ей больно. И опять мысли... мысли... Но мысли в голове Сонмина обрывает голос. Хриплый, низкий, такой родной голос, но чуть ли не забытый: - Где я? Сонмин боится, что он уснул и это ему только снится, но резко поднимает голову и сталкивается с не менее родными глазами. Кюхен эти слова выдавливает из себя с трудом, т.к. все тело немного болит, и в горле пересохло. «Мир встречает Кюхена слишком жестоко и неприветливо. Он никогда не забудет эту боль...» Кюхен щурится, в комнате слишком светло, а ведь его глаза не видели света больше месяца, и пока медленно привыкают. ______________________________________________________________________________________________ Несмотря на предположения врачей о том, что человек находящийся в коме не воспринимает происходящего вокруг, он способен ощущать и чувствовать. Пока человек жив, он что-то воспринимает и связан с окружающим миром посредством ощущений и движений. Он даже способен подавать некие, едва заметные окружающим, сигналы. Организм отвечает на внешние раздражители учащенным сердцебиением. Подобные реакции видны лучше всего, когда рядом с пациентом находятся его близкие и родственники, а также во время специальных стимуляций. Если такие реакции присутствуют, то повышается вероятность того, что пациент справится с комой. В этом случае причиной раздражения и такой реакции, т.е. спасителем, стал Сонмин – жизнь и любовь Кюхена. _______________________________________________________________________________________________ - Кюхен? – спрашивает Сонмин, а на щеке слезы, но теперь это слезы счастья. Мин хочет обнять Кюхена, но вдруг останавливает свой порыв счастья. Он опускает глаза вниз, судорожно вытирая слезы. – Ты проснулся... – говорит он таким низким бесчувственным голосом. - Ты... кто? - спрашивает Кюхен Сонмина. А сердце Сонмина разбивается на тысячи осколков.