План по обольщению кока

Нет. Он никогда не станет этого делать, но кто сказал, что он не сможет выбить из маримо все то дерьмо, о котором он думает, и забрать свои сигареты назад?! Раз плюнуть! Полный уверенности, Санджи вломился в воронье гнездо. В комнате висела мертвая тишина. Такая, что раздирала своим звоном уши и мешала сосредоточиться и понять, где находится маримо. Единственная горевшая свеча, что он увидел еще с палубы, сейчас пускала тонкие струйки дыма в распахнутое окно. Он здесь. Прячется. Санджи знал, что Зоро нарочно потушил свет. Он был готов, он слышал, как тот поднимался. Делая стойку и готовясь к западне с любой стороны, Санджи отступал назад к стене, сокращая количество возможных неожиданных выпадов мечника. - Что ты задумал, кустарник? Раздался непонятный свист. Кок сразу сматерился, шугаясь и отпрыгивая в сторону. Послышался смешок. - Маримо! Выходи, и устроим честный бой. Если я уложу тебя на лопатки, ты отдашь мне мои сигареты. Выпалил блондин, щемясь к доскам и прислушиваясь. Шаги, шум, потеря ориентации, и Санджи почувствовал накинутую на шею веревку, резво окутанные ей руки и вскоре уже оказался придавлен к полу. Мечник играться не желал. Глаза, свыкшиеся с мраком, легко отследили еле заметные тени повара. - Черт! Слезь с меня, недомерок! Отпусти, - брыкаясь, шипел блондин, задыхаясь от веревки, перетянувшей горло. Вскоре его грубой силой кинули на что-то мягкое - уже знакомые маты. - Что ты… - Помалкивай, кок, ты проиграл. В комнате загорелся свет, и блондин обнаружул Зоро со спичками в руках у свечи на тумбочке. Также парень держал те самые пять причин, почему кок здесь. - Смотри внимательно, бровастик. Вот то, что ты так хочешь, а вот то, что так хочу я… - Зоро указал сигаретами на свой пах. Губы кока дрогнули, и челка свалилась на глаза. Санджи раздувал щеки, гневаясь и тяжело дыша. Дергая перевязанными крепко руками и пытаясь освободиться, он только сильней стягивал петлю на шее. - Я не стану этого делать… не стану… - Упрямец, я же это сделал. Зоро стал подходить ближе, Санджи предпочел закрыть глаза и отвернуть голову в знак протеста. - Я не больной извращенец, как ты, мне вообще это не нужно. Ничего из того, что между нами было. Ясно тебе?! - Не обманывай себя, бровастик. На твоем лице написано, что ты лжец. Ладонь мечника легла на грудь повара, и пуговицы быстро оказались сняты с петель, рубашка распахнулась. Санджи вжался в стену, пытаясь отпихнуть Зоро стопами. Но острые коленки оказались сдавлены и прижаты грубой силой к мату. - Ксо, освободи меня… Не унимаясь и краснея, блондин все еще брыкался, пытаясь высвободиться из крепкой вязки, прокусив веревку зубами. - Не нужно так противиться, завитушка. Ты же скучал по мне, верно? Здесь... Рука мечника коснулась паха блондина и мягко стала массировать плоть под штанами. Зубы Санджи сильней впились в веревку, щеки горели изнутри, заставляя кока стыдливо смотреть мечнику в глаза. Засранец был прав. Тело отвечало на ласки самовольно, как бы кок не заглатывал это желание. - Не трогай меня. Хитрая ухмылка так и не покидала губ Зоро. Ему нравилось видеть, как на его глазах кок сам себя ломает. Сколько бы он не упирался, его реакция говорила сама за себя. Стопроцентная победа. Повар ударил сжатыми руками по кисти мечника, прерывая ласки, что уже сделали свое дело, и под тканью все безумно отвердело. Грудная клетка не успевала заполняться воздухом, дыхалки не хватало на глубокий вдох, сердце панически прыгало. Любые действия мечника и даже этот похотливый взгляд его возбуждали, от чего хотелось взвыть. Желание утягивало трясиной в небытие. "Ксо… Да плевать на все," - промелькнуло в голове. - Сделай мне приятно, бровастик, а потом и я постараюсь, - обольстительно зашептал зеленоволосый, вжимая худого парнишку в доски грудью и касаясь губами мочки красного уха. Послышался шорох ткани, вскоре фехтовальщик спустил штаны со своих бедер, вытаскивая наружу крепкий ствол и прижимая к нему ладони кока. - Извращенец хренов, ненавижу… - сквозь настойчивый поцелуй замычал кок, сжимая пальцами плоть между ладонями. - Мне неудобно, развяжи… - Не выйдет… давай так, а потом продолжишь этим… Пальцы Зоро скользнули в рот фыркающего блондина. И снова тонкие и влажные губы оказались смяты горячими и требовательными. Не давая толком двигаться повару, Зоро толкался членом в его руки. Санджи неуверенно сжимал разбухшую плоть, пытаясь делать приятно тому, кто вжал его в стену. Повинуясь возбуждению и словам мечника, кок сам не понял, как завелся, и руки охотно теребили орган. А то, что уперлось в тесные брюки повара, просило к себе внимания, пачкая трусы выделяющейся из головки смазкой. Когда мечник оторвался от губ, кок тяжело выдохнул, сглатывая и обращая свой взор на стоящий в его сторону в полном его размере орган. На губах фехтовальщика застыла ехидная улыбка. - Давай… Широкая ладонь надавила на светлую макушку, склоняя блондина носом к паху. Опираясь ладонями в маты, кок зажмурился, отдергивая голову и уже самостоятельно склоняясь к головке. Когда он успел сломаться, он так и не понял. Весь его мужской стержень – гордость, самообладание, ненависть к маримо, крошилось под диким возбуждением, которое стало сильней отвращения к самому себе. Рот несмело приоткрылся и закрылся. Кок зажмурился еще сильней и стал дышать через рот. Горячее дыхание опаляло головку и мечник не спешил к принуждениям. - Я заберу их все… - заключил кок и через стыд приоткрыл глаза и вобрал бережно плоть в рот. Губы обхватили плотный ствол и проехались по всей длине к яичкам. Зоро удовлетворенно застонал и прихватил светлые прядки пальцами. Санджи толкался языком в уздечку и скользил губами по органу, желая довести мечника до оргазма как можно скорей. С каждым таким старанием в паху тянуло все слаще. Кто бы мог подумать, что сей процесс, столь грязный и извращенный, может завести блондина. Член казался ему слишком крупным, даже не верилось, как он мог влезть в его задницу. Уголки губ порой сильно тянуло. Глаза слезились, когда Зоро дергался вперед, пытаясь вбить свой каменный стояк ему в глотку. Кок шмыгал носом и терял равновесие, но продолжал стараться. Мечник узрев возбужденность поварешки, сжал пальцами его пах. - Какие мы все же извращенные… нравится такой размер? Кок протестующие замычал, и головку сжало горлом, отдавая по всей плоти гортанной вибрацией. Санджи стал задыхаться и брыкаться, глотку обожгло горячее семя, противно стекая прямиком в желудок блондина. - Кха… ксо…. – глотая слюну и кашляя, кок отпрянул к стене и стал ровнять дыхание, дыша ртом. Зоро сразу же припал к опухшим губам слизывая влагу и путаясь с языком парня. Пальцы сжали вставшие соски, и кок возбужденно громко застонал, податливо подставляясь под ласки и прогибая спину. Ему еще никогда так дурно от возбуждения не было. Вместе с громким стуком сердца, казалось, колотило все тело. Дышать выходило через раз и слишком тяжело, все внутри дрожало, и дикое желание за тканью трусов давило на мозг. Головка покрылась влагой от близости мечника. Его поцелуй забирал все силы двигаться, хотелось подчиниться этим рукам, остаться в них и получить удовольствие. - Хочу… - томно прошипел блондин. - Что, поварешка? Не слышу… - Зоро закусил его губу, утягивая ее за собой и сдергивая штаны вместе с трусами парня со стройных и крепких ног. Вставший член путался в одежде, и мечнику это нравилось. Таким мокрым и вожделенным завитушка не был даже под бутылкой сакэ. Чем чаще они это делали, тем сильней его тело просило еще. Облизывая покрытую мурашками тонкую шейку повара, мечник потерся своим уже окрепшим стволом о головку члена парня. - Чертовски сексуален… черт… бровастик… - Мнх… - прогибаясь и выдергивая руки, что были наконец-то освобождены от заточения одним рывком мечника, Санджи сам прижался к крупному телу, пальцами исследуя мышцы. Столько крепких сухожилий, рельефные вены и обнаженная смуглая грудь. Тонкий шрам... горячий. Все это кружило голову. Мечник лежал на спине, гладя бедра блондина, который смело уселся на живот мечника и терся задницей об стояк позади. Притянув к себе за шею обезумевшего повара, Зоро вцепился в его губы с очередным похабным и мокрым поцелуем, от которого кок непроизвольно застонал, сжимая плечи парня. Влажные пальцы мечника уже тянули промежность повара. Сначала один, потом второй вошли слишком легко, и кок не издавал никаких протестующих звуков, кроме того, что просил сделать это скорей. Зоро терял голову от такого бровастика. Стоило все это пережить, чтобы увидеть его таким, и совесть за украденные сигареты его уже не мучила. Еще немного, и во влажную растянутую дырочку уже стремился пульсирующий орган, пробираясь по стенкам в нутро горячего парня. Выгибаясь со стоном, кок кончил от пары толчков в него, сжимая плечи так, будто бы сейчас потеряет сознание, пока пальцы не онемели. Нутро горело, казалось, туда залили кипяток, от десятка резвых и замашистых толчков, таких, что член, начиная с головки, вырвался, беспощадно надавливая на простату. Член кока быстро встал по новой. Второй оргазм обоих был сногсшибательный, а следующий заставил стонать в унисон и пылко терзать губы друг друга, исследуя рот любовника в беспорядочном движении. Парни трахались до самого рассвета, пока бровастик не иссяк и не обмяк, как губка, теряя сознание. Зоро со своей выносливостью был готов еще ни раз удовлетворить тело завитушки, но физическое истощение и совесть не позволили. Укрыв отвернувшегося к стене повара одеялом, мечник подошел к стене и, отодвинув прибитую гвоздем доску, достал запас сигарет кока на несколько месяцев вперед. Сложив ровным рядом дюжину пачек над головой спящего, Зоро уполз под одеяло и довольно улыбнулся. Обняв своего любовника, он был уверен в том, что на утро это неживое тело его прибьет. Разнесет все гнездо за такую ложь, за вытрепанные нервы и издевательства. Возможно, Чопперу будет много лишних хлопот, потому что зеленоволосый сопротивляться не собирался. Но также парень был уверен, что завитушка теперь целиком и полностью принадлежит только ему, и он его обязательно когда-нибудь простит.