Ты - тот, я - та

А, может, мы с тобою с крыльями и можем летать?

***

Она стоит у окна, наблюдая за ночным городом. В душе томящееся беспокойство за человека, что стал до потери пульса близким. Она искала его так долго среди тысяч, так упорно, что до сих пор не верит, что он - тот, а она - та. И сейчас тот самый человек, от прикосновений которого табун мурашек пробегает по коже, исчез в неизвестном направлении, заставив солнце внутри потухнуть, а мир так неожиданно перевернуться с ног на голову.

Сколько тысяч миль, сколько сотен раз пересекались с миллионами похожих опять, но только с ним она чувствовала то самое единство души и безграничное счастье, что отдавалось гулким биением сердца где-то под ребрами. Только с ним она осознала, что такое любовь, граничащее с безудержной страстью. Только с ним она может не скрывать свои настоящие чувства, срывая маску, которую она натягивала ежедневно, теряясь в будничной суете. Ей холодно. Она обнимает себя за плечи, продолжая наблюдать за передвижениями людей, думая об одном единственном человеке. В голове нескончаемый поток мыслей, упорно твердящий, что ты не просто плоть и кровь, а ты - тот, а я - та…

Найти тебя среди мелкого, средь пустот. И вновь, во всеуслышание кричать, что я - та, а ты - тот…

Он подходит к заветной двери, попутно подбирая слова. Он скучал. Понял, что медленно умирает, находясь за сотни миль, считая, что то, что под ними происходит - это так далеко. Чувство одиночества сжирало его изнутри, схватило намертво, возглавив эту бессмысленную игру, затеянную одним игроком. Он не понимал, что творит, когда уходил. Но считал, что поступает правильно. Ему хорошо с ней. Нет, не так. В своей, как он считал, никчемной жизни, он, наконец, нашёл смысл. С того момента, как они сдались в плен чувствам, мужчина понял, что с того самого дня он уже не сможет думать только о себе. Эгоизм Павла Рыкова окончательно покинул его, как только она улыбнулась ему однажды утром, прижавшись к разгоряченному телу, оставляя на шее невесомые поцелуи. Но вернулся спустя время, защищая хозяина от собственной супруги, вновь заманивая в свои сети… Дверь поддалась его напору, впуская мужчину в кромешную темноту. В квартире было тихо. Он только слышал удары своего сердца, что с каждым шагом только усиливались, напоминая ему, что он все еще живой. Он ищет ее, чтобы отправиться в то измерение, в котором они с ней вдвоем. И находит ее…

А люди не знали, что мы поднимали их в небеса. Кого мы искали, откуда бежали... К чему возвращались опять, и опять, и опять…

Она знает, что он рядом. Сжимает холодные ладони в кулаки, стараясь не задохнуться от переизбытка эмоций. Слышит тихие шаги. Но они отдавались громким эхом, разрушая выстроенную стену. Ей хотелось кричать, но в горле моментально пересохло, а внутри все судорожно сжалось. Чувствует его руки, обнявшие ее тонкую талию. Слышит тяжелый выдох в области своей шеи и короткое: «Прости», сорвавшееся с его уст. Она слабо улыбнулась, спиной прижимаясь к его груди. Шум в голове прекратился, женщина прикрыла глаза, отдаваясь новым ощущениям.

Он крепче прижимает ее дрожащее тело к себе, пытаясь отогреть, поделиться своим теплом, что переполняло его. Оставляя нежные поцелуи на шее, он забирал ее дрожь себе, освобождая от оков, мысленно напоминая себе просто дышать. Представить другую на ее месте невозможно. Представить прежнего себя - тем более. Он не решится снова оставить ее. Больше не позволит себе убежать от проблем. Снова. Наступая на одни и те же грабли, мужчина только сильнее терялся, мысленно проклиная себя. Думал, что какие же люди до ужаса глупые: вечно усложняют, а потом вечно страдают от своих же поступков. Черная полоса не бывает вечной, но если постоянно думать о ней, то она проглотит тебя, искалечит, а потом выплюнет, как никчемную, никому ненужную, игрушку. Это жизнь. Она сложная. Так зачем усложнять еще сильнее, придумывая немыслимые сюжеты, считая, что они идеально вписываются в наши судьбы. Он знает, о чем она думает. За то время, что они вместе, он изучил ее до мельчайших деталей. Так он думал. Но в его голове невольно всплывает мысль о том, что он до сих пор заблуждается. Она - нежный бутон, что не спешит раскрывать свои стебли. Любое, причиняющее боль, движение, и лепестки становятся прозрачными льдинами, хрупкими, но одновременно устрашающими. Он - скала с острым концом, беспощадно режущая, медленно убивающая. Он привык, что те, кто рядом с ним, - страдают. Он предпочитает спрятаться в громадных сооружениях, внутри которого лишь промозглый холод, в одночасье превращаясь в одинокого волка, с надрывом воющий в пустоту. Он боится причинить ей боль, поэтому убегает, в первую очередь, от самого себя…

Она чувствует его томное дыхание, от которого дыхание сперло, а ноги подкосились. Поворачивается к нему, боясь, что он вновь исчезнет, бросая в черную, беспросветную мглу. Смотрит в голубые глаза, видя своё отражение. Руки сами тянутся к отросшей щетине. Его лицо оказалось непозволительно близко, меж ее холодных ладоней, большим пальцем поглаживая его губы. Она тянется к нему, чувствуя, как сильные руки смыкаются на пояснице, прижимая к своей груди. Ты - тот, я - та…

«Прости меня», - едва слышно шепчут его губы, преодолевая расстояние. Чувствует, что ее тело расслабилось, позволяя делать все, что ему захочется. Она тяжело дышит, а он ловит каждый вздох, мягко касаясь ее губ. Руки обвили его шею, а тонкие пальцы коснулись затылка, притягивая мужчину еще ближе, желая стать единым целым. Он углубляет поцелуй, окончательно преодолевая преграду в виде непонимания. Чувствует, что нужен ей. Чувствует, что простила. Чувствует, что точно также готов отдаться ей полностью, поделиться любовью, нежностью, что томилась в задворках его души. Он шепчет ее имя, забываясь в страстных поцелуях, ласкает ее тело, ловит едва слышные стоны, вырывающиеся наружу. Мужчина и сам забывается, сминая простыни, чувствуя под собой извивающееся тело любимой женщины. Слова любви сами срываются с его уст, закрепляя их своими действиями, мягкими касаниями, чувственными поцелуями, после которых губы заметно опухают. Но в голове вертится одно: Что я - тот, а ты - та…