Без причин

      Их отношения уже давно находились на грани. Однако, если раньше, эта грань казалась невидимой, то сейчас не заметить её мог только слепой. Как-то внезапно изменилось всё.       Взгляды стали дольше, случайные прикосновения - жарче, а в какой-то момент притяжение между ними и вовсе настолько окрепло, что потряхивать от ожидания начало уже обоих. Но каждый из них искал причину в чём-то другом.       Павел Аркадьевич был уверен в том, его просто раздражал её вид и поведение. И ещё карие глаза, смотревшие на него с хитрецой и оттенком нескрываемого превосходства. Да и вообще казалось, что в девушке как-то разом исчезли все намёки на робость и стыдливость. И теперь врач был точно уверен, что с самого начала ошибся в выводах.

Никакая она не тихоня.

В этом омуте пляшут такие черти, что другим даже и не снилось.

      Нет. Она не соблазняла его как Лена, не лезла со своей назойливостью и, в целом, не мешала работать, однако, несмотря на это, мысли мужчины упорно возвращались именно к ней. Хотя и подливать масла в огонь Злата не забывала.        - Скоро тебя выпишут, - бегло заметил Павел Аркадьевич, записывая что-то на бумаге. - Через неделю, скорее всего.       Он выглядел максимально отстранённым. Говорил сухо и совершенно безэмоционально, на Злату же и вовсе практически и не смотрел, видимо, рассчитывая максимально быстро уйти. - Доктор, а можно вопрос? - всё же уточнила Злата, сверкая искорками идеи в глазах. - Можно. - Пренебрежительно ответил мужчина, абсолютно уверенный в том, что сейчас она снова озвучит какой-нибудь бред. - Что-то болит? - Нет, - пациентка пожала плечами, а потом в излюбленном жесте наклонила голову вбок и прищурилась. - Может хотя бы посмотрите на меня? Я не кусаюсь, доктор.       Павел Аркадьевич выдохнул, раздражённо поднял голову и посмотрел ей в глаза. А Злата только в очередной раз улыбнулась. Просто так, без особой причины. Мужчина в ответ на это закатил глаза. Впрочем, этот обмен жестами стал для них уже своего рода традицией. - Что за детский сад? - высокомерно поинтересовался Павел Аркадьевич, но взгляд не отвёл. - Или ты думаешь, что мне заняться больше нечем?       Злата покачала головой. - Не думаю, но вас же всё равно не переубедить, да? - Девушка на минуту задумалась, замолчала, а потом продолжила. - А протяните-ка руку. Не смотрите на меня так, гадать не буду.       Скепсис на лице мужчины говорил сам за себя. Он понимал, что вестись на этот жест не стоит, но всё равно с высокомерным видом протянул ей руку. Но не потому что хотел, а чтоб не думала, что он её боится, или что-то вроде этого.       Пациентка удивлённо кивнула, вытянула свою руку и вдруг... просто сплела его ладонь своей. Павел Аркадьевич, не особо понимая, что происходит, вопросительно приподнял брови вверх, а Злата только чуть сжала мужскую ладонь. - Восстанавливаю вашу энергию, - не дав врачу снова возмутиться, перебила пациентка. - Энергообмен: у меня энергии много, а у вас мало. Вот восстанавливаю баланс. - Скорее, занимаешься ерундой, - саркастично заметил Павел Аркадьевич, собираясь отстраниться от этой ереси, но Злата удержала его рядом. - Может быть, - девушка не стала спорить, но внезапно прикрыла глаза, как бы пытаясь на что-то настроиться. На минуту пациентка замерла в таком состоянии, выдохнула, а потом внезапно отпустила его ладонь. Тепло прикосновения тут же рассеялось, как дым. - Не задерживаю вас больше, товарищ доктор. Надеюсь, вы всё-таки почувствуете прилив сил. - Чувствую я пока лишь идиотизм, - Павел Аркадьевич хмыкнул, поднялся на ноги, чтобы уйти. Его тон сквозил иронией, но в его глазах Злата уловила всё-таки кое-что ещё. - Отдыхай, вечером зайду. - Хорошо, доктор...       Расслабленная, сидевшая на больничной кровати по-турецки, она выглядела привычно довольной и чересчур хитрющей.       Впрочем, мужчина понимал, что весь этот концерт уже постепенно подходит к концу, потому что выписывать девушку он собирался через четыре дня. Её состояние пришло в норму, и смысла держать её здесь больше не было. Всё, что мог Павел Аркадьевич сделал, а остальное уже не в его компетенции.

***

      Её выписка с освобождением мужчины отчаянно близились. Оставалось три дня. Всего лишь три дня, после которых жизнь Павла Аркадьевича должна была вернуться в нужное русло. Он ждал этого момента с самого первого дня её появления.       А теперь, несмотря на сбывшееся желание, что-то внутри противно вопило. Наверное, поэтому врач даже не разозлился, когда в его ночное дежурство, в ординаторскую тихо зашла Злата. Он просто, словно бы, наконец, нашёл повод для претензии, которым мог задушить противное чувство внутри.       Мужчина устало подумал, что постепенно служебное помещение почему-то превращается в дом свидании: то Лена придёт, то Злата. Повезло ещё, что никакого из коллег сегодня здесь не было, становится посмешищем в очередной раз не хотелось.       Павел Аркадьевич с усилием выдохнул, собираясь отчитать приставучую пациентку на чём свет стоит, но не успел. Девушка подошла к рабочему столу и, опередив его, просто спросила: - Будете чай?       Он не любил чай. Совсем. Но почему-то в привычно-равнодушной манере ответил: - Буду.       Злата кивнула, качнулась на пятках, а потом тихо подошла к небольшому шкафчику, чтобы взять кружки. Включила чайник, тут же почувствовав себя полной дурой. Ситуация в глазах любой здравомыслящего человека сейчас была слишком глупой. И пациентка это знала, но при этом...

Она захотела прийти и пришла.

      Они молчали и даже не смотрели друг на друга, пока не закипел чайник. - Не спится что-то, - непонятно кому пояснила девушка и инстинктивно обняла себя руками, собираясь через пару минут разлить кипяток по кружкам. - Можно я тут немного посижу? - Посиди, чай только налей уже, - безразлично пояснил Павел Аркадьевич, откидываясь на спинку стула. Пациентка кивнула.       Она спокойно налила им кипяток, достала чайные пакетики и села напротив мужчины, обхватив кружку сразу двумя руками. Если говорить честно, то она ни на что и не рассчитывала, поэтому даже просто находиться рядом с понравившимся врачом в последние здесь дни, было уже немало. Да и он как-то не стремился её выгнать. - Я так понял, что ты просто не хочешь ехать домой? - прервав затянувшееся молчание, неожиданно спросил Павел Аркадьевич. - Всё настолько плохо? - Нет, просто снова перейду на домашнее обучение, - поникнув ответила пациентка, устало усмехаясь. - При твоём диагнозе в этом нет необходимости, - заметил мужчина. - Если будешь вовремя принимать нужные препараты и систематически обследоваться, то сможешь спокойно учиться, работать и всё в таком духе.       Злата улыбнулась и пожала плечами. Всё это она прекрасно знала, но навещавшие её родители свой вердикт объявили довольно чётко: дистанционное обучение и жизнь под постоянным надзором. Они не могли допустить, чтобы с ней что-то произошло. - Родители не дадут, они даже уже забрали документы из университета, - Злата не хотела жаловаться и ныть, но слова почему-то лились сами собой. А мужчина, вопреки его обычному пренебрежению не перебивал. - Они хорошие, заботятся обо мне. Правда, им со мной совсем не повезло.       Паве Аркадьевич непонимающе прищурился, видимо, ожидая ответа. Девушка выдохнула, минуту подумала и снова заговорила. Только в этот раз голос её звучал намного тише, не напоминая звенящий ручей. - У меня была старшая сестра: её звали Злата, - начала девушка и прикрыла глаза, окунаясь в тяжёлые воспоминания. - Она сильно болела, и ей требовалась пересадка костного мозга, но, к несчастью, родители нигде не могли найти донора, который мог бы спасти мою сестру. Они надеялись, что, если у них появится другой ребёнок, то он сможет стать донором, но... - Не вышло, - Павел Аркадьевич не заставил её договаривать и озвучил всё сам. Подобные случаи встречались в его практике часто, и он научился относиться к ним достаточно хладнокровно, но в этот момент девушку ему стало по-настоящему жаль. - Вот, видите как... А они, несмотря на это меня любят, заботятся, разве я могу их винить? - Тихо добавила Злата и посмотрела на мужчину, словно бы пытаясь отыскать в его глазах какую-то поддержку. - Жить с ребёнком, который не смог спасти того, кого ты так сильно любил смог бы, наверное, не каждый. - Это просто природа или генетика, так бывает, и здесь никто не виноват. - Ответил Павел Аркадьевич, стараясь удержать на лице привычную невозмутимость. - А игрушка эта от сестры досталась? - Нет, - Злата опустила голову, понимая, что сейчас дошла до одного из своих самых тяжёлых воспоминаний. - В школе, когда я была на домашнем обучении, ко мне иногда разрешали приходить одной девочке, дочке знакомых моих родителей. Она была замечательной, и мы с ней быстро подружились. Играли, рисовали, делали уроки, ей всегда было дело до того, как я. Знаете, мы даже хотели поступать в один университет.       Девушка горько усмехнулась и до боли закусила щёку изнутри, чувствуя, как в уголках глаз собираются предательские слёзы. Она же уже научилась говорить об этом почти равнодушно. Говорить как об истории, произошедшей с кем-то другим, а совсем не с ней, но сейчас почему-то подзабытые эмоции накатывали волной. - Этого медвежонка она подарила мне этого медвежонка незадолго до смерти, - Злата обняла себя руками, собираясь с силами, но мужчина снова закончил за неё. - Онкология? - Пациентка кивнула. - Мне жаль.       Просто. Почти одно слово без множества добавлении. Но, кажется, по-настоящему искренне. Ведь в его глаза Злата, действительно, увидела неподдельное сожаление. Не давая себе времени подумать, девушка встала со стула, спешно сократила расстояние между ними и осторожно села к мужчине на колени.       Пациентка как-то по-детски обняла его за шею и тут же уткнулась в неё носом. Глупый жест и в их ситуации совершенно недопустимый, но почему-то, находясь в такой позе, ей казалось, что она спряталась от всего мира, где её больше никто не найдёт. - Я сейчас уйду, - пояснила девушка, прижавшись к нему максимально тесно. - Просто посижу так немного       Мужчина хмыкнул. В последнее время он слишком часто чувствовал себя психологом. Павел Аркадьевич в очередной раз шумно выдохнул, он был уверен, что очень скоро пожалеет об этом, но в моменте мужчина, действительно, этого хотел. - На меня посмотри, - попросил Павел Аркадьевич, проводя ладонью по её волосам.       Злата испуганно отстранилась от его шеи и посмотрела в мужские глаза. Особо она ничего не ожидала, разве что думала, что Павел Аркадьевич как любой адекватный человек на его месте её прогонит.

      Но вместо этого он просто её поцеловал...