Искуситель

Часть первая. Сегодня все небо было затянуто тучами.. Светловолосая девушка уныло ковыряла тарелку с густой кашей. Сейчас ей казалось, что если она решит перевернуть ее вниз головой, то содержимое ни в коем случае не захочет расставаться с поверхностью и останется в ней. Она улыбнулась этой глупой мысли и направила взор в деревянное окно напротив. Из него можно было заметить маковки церквей над рекой, которая очень хорошо справлялась со своей главной задачей - спрятать пансион от нежданных гостей. Старые постройки, находившиеся во дворе, а дальше непроглядный могучий хвойный лес. На удивление это первое хмурое утро в Канаде за три года ее здешнего прибывания. Учеба в пансионе давалась ей тяжело, каждый день обязательные работы, невкусные обеды да завтраки, а на ужин стакан забродившего яблочного компота! Очень иронично. Вообщем, ничего иного ожидать и не стоило, но раз уважаемые родители решили, что она обязательно должна пойти по стопам бабки Люси, пускай будет так. Опустив свой взгляд, в голове невольно покручивались события той ночи, а точнее ее сна, который повторялся каждую ночь, уже на протяжении месяца, потому уж его то она смогла выучить наизусть, в отличии от никому ненужного почвоведения или академического часа по завязываю платков. Платков, твою мать! Она усмехнулась своей мысли, когда представила, как тот самый парень с волосами цвета самого наичернейшего угля и ярко-красными глазами, которые бы даже смогли осветить самый темный переулок, взялся бы зататуированными руками от кончика пальцев до плеча за концы черной шелковой ткани и сделал бы на ее затылке узел, хотя, извините, несколько часов назад он ими же ее душил, вдабливая хрупкое тело своими быстрыми рваными толчками все глубже и глубже в матрас. На ее же удивление после таких снов на ее лопатках оставались красные полосы, как будто ее и правда с нечеловеческой силой туда прижимали. — Вики! Скоро завтрак закончится, а ты все будешь сидеть и ковыряться! — Улыбнулась ее соседка по комнате и по совместительству Мими. Девушка вздрогнула от ее яркого появления, но тут же съежилась обратно — А можно быть потише? — Уокер нахмурилась, откидывая куда подальше эту вязкую жидкость, — Мне снова приснился он. — Он? — Темноволосая улыбнулась, наклоняя голову в бок, — ты понимаешь, что если эти твои сны не прекратятся, то твое прибывание здесь бессмысленно? Тебя просто не пропустят через Святую дверь. Да ты даже пройти там не сможешь! — Мими, это абсурд! И вы сами наделили это «проклятье» силой. Когда уже до тебя дойдет? Голубоглазая фыркнула на такое обвинение от подруги, отворачивая взгляд. Она ни в коем случае не разделяла мнение этой «неверующий» в законы и порядки их пансиона. Ей, конечно, тоже не особо грезили мысли о том, кем придется стать, но она принимала все плюсы и минусы своего будущего и понимала, что это лучший для нее вариант. Мими - сирота, она никогда не знала своих маму и папу. Ведь когда ей было около трех лет на пороге пансиона ее нашла одна из наставниц, девочка росла в любви и достатке всю свою жизни и благодарна этим Надежде. Она согласна пойти по ее стопам, чтобы не быть обузой всем до самой старости, ведь хоть та и не на что не жаловалась, но с проблемами по коммуникации навряд ли куда-то можно поддаться, кроме как принять обет. В школу девушка никогда не ходила, с ней дома занималась ее новоиспеченная матушка. Она никогда не ходила в детский сад, не гуляла со сверстниками во дворе. Только тайком от матери наблюдала за ними через окно своей комнаты. — Прости, я не хотела… — Уокер сочувственно опустила взгляд, поглаживая собеседницу по руке, — это я какая-то неправильная Туфекси кивнула на ее раскаяния и удалилась со столовой вся в своих размышлениях. Теперь на душе стало еще паршивее, нежели до этого разговора, потому единственное место где она могла выдохнуть и отпустить все мысли - стадион с лошадьми. Потому уже через четверть часа девушка стояла напротив конюшни. Нашла свою любимую среди других и подошла к ней, поглаживая ее белый нос, но стоило ей заглянуть в ее глазах, она почувствовала легкое недомогание в ногах, а все тело стало будто ватным, в ушах послышались голоса, в голове представилась следующая картина: — Господин, у нас проблемы. Из тюрьмы сбежал еще один заключенный. — Промолвил незнакомый ей задрюченный старик уже с седой бородой. Его всего трясло и он даже невольно сгорбился, было видно, что намного больше, чем обычно. В его черных глазах сверкнула искра, от которой даже Вики стало не по себе. — Что ты сказал? — Перед ней предстал мужчина. Уже до боли знакомый мужчина. Мужчина, заставляющий кричать от сладкого удовольствия на весь пансион, да что уж там на всю Канаду. Мужчина, от которого она каждое утро просыпается с насквозь мокрой тканью трусов. Мужчина, испортивший ее нежную розовую кожу сосков своими зубами. Он. Тот самый. — И.. и…звините… — Старик и вовсе весь скрючился, подметая пол своей длинной бородой. Уокер сделала глубокий вдох, падая на пол, и сильно ударяясь об деревянную стенку конюшни. — Вики! Вики! С тобой все в порядке? — Где-то будто на фоне раздался незнакомый голос, чьи-то руки попытались ее поднять, но та уже ничего не замечала.