Чужая жизнь

Каждый год в конце весны проходит Выпускной, и совсем не важно, что выпускается лишь один поток, ведь окончание учебного года — праздник для всех. Прошло чуть больше трёх недель, а Кайл всё не может выкинуть дерзкую отличницу из головы. Он даже кидает многозначительные взгляды… Которые просто игнорируются! Это возмущает. А ещё раздражает то, что каждая последующая ночь проходит в сравнении с Той. Чужие руки на его теле, совсем другие движения. Полное подчинение его врождённому Обольщению. Мысли всё чаще возвращаться к тому, что это проклятие, а не дар. Сидит за барной стойкой и с ненавистью пялится на стакан сока в собственной руке. Если бы он мог, то давно испепелил его взглядом. — Виски, пожалуйста, — Айлин плюхается на свободный стул и облегченно выдыхает, отделавшись от слишком активных подруг. Парень недовольно морщится и уже собирается прогнать севшего рядом магика, как замирает на полуслове. — Привет, Кайл, — почувствовав на себе чужой взгляд, оборачивается и кивает, а после удивлённо выгибает бровь: — Сок? Детки в такое время уже спят. — Тут отвратительный алкоголь, — проигнорировав издёвку, фыркает он. А ведь даже напиться не получилось: стоило опрокинуть в себя стакан этой бурды, как его сразу стошнило. Айлин принюхивается к своему стакану, делает маленький глоток, а после пожимает плечами: — Виски, как виски. — Тогда и у тебя отвратительный вкус, — фыркает он, когда ловит себя на мысли, что девчонка ещё не ушла, а значит, можно попытаться. — Но, знаешь, это мнение можно изменить, — расплывается в обворожительной улыбке. Удивлённо моргает, когда отличница начинает смеяться. — Представь себе, далеко не всё в мире крутится вокруг твоего мнения, — наклонившись ближе, хватает за челюсть, не позволяя отстраниться. — А если тебе понравилось стонать подо мной до сорванного голоса, то стоит так и сказать. В голове крутится с десяток едких ответов, но тело реагирует совсем иначе, ведь от этого властного голоса тяжелеет в паху и он уверен, что если бы не сидел, то не удержался на подкосившихся ногах. Сквозь ткань брюк чувствует чужую ладонь, а стон не срывает с губ лишь потому, что магика затыкает его поцелуем. — Пожалуйста… — словно в бреду, шепчет он, толкаясь бедрами навстречу. — Явно не здесь, — хмыкает Айлин и стягивает парня со стула. — Думай, что творишь! — недовольно шипит, дёрнув за волосы в сторону, когда магик заваливается на неё, едва не роняя на пол. Боль отрезвляет и Кайл собирает себя в кучку, после чего на негнущихся ногах плетется за ней на второй этаж в одну из свободных комнат. * — Не в обед, и то радует, — открыв глаза, бубнит Кайл. С одной стороны он рад, что на этот раз обошлось хотя бы без сорванного голоса, но с другой стороны невероятно зол, что девчонка просто развернулась и ушла посреди ночи. Садясь на кровати, матерится сквозь сомкнутые зубы, когда зажимает рот рукой и уносится в ванную, наплевав даже на боль в пояснице. Обычное утро после пьянки, о котором он и не вспомнил, если бы и следующее утро не встречал над отхожим местом, как некстати вспомнив, что вообще-то так и не пил на выпускном. Внутри появляется смутное беспокойство и он, приведя себя в порядок, отправляется к целителю, которого отец обязал его посещать каждый месяц. — Джеймс, ты тут? — по обыкновению без стука, входит в кабинет. — Кайл? — раздаётся голос из приёмной. — Проходите. Вы рано. Что-то случилось? — Меня тошнит уже третий день, — войдя в приёмную, слышит, как мужчина уведомляет секретаря, чтобы его не беспокоили. — И не мудрено после выпускного. Только тебе стоило озаботиться зельем от похмелья заранее. — Я не пил на выпускном. Первая же стопка вернулась обратно, а после ещё два утра я встречал над унитазом. Целитель ставит зелье обратно на полку и указывает демону рукой на кушетку. Кайл ложится и с растущим беспокойством следит за целителем, что на этот раз задумчиво хмурится, проводя процедуру, которую демон проходит каждый месяц уже как два десятка лет и, кажется, может повторить с закрытыми глазами. Разве что ничего не поймёт. «Проклятие или… Нет, точно нет. Невозможно!» — мысленно прикидывает демон. Закончив, ещё с минуту целитель стоит над ним, а потом уходит в кабинет, чтобы вскоре вернуться с толстым пыльным талмудом: — Прости. Можешь сесть. Садится и наблюдает за мужчиной, что с задумчивым видом и многозначительным хмыканьем листает пожелтевшие страницы. Кивает своей мысли, относит книгу и приступает к варке зелья: — Пол часа. Можешь остаться тут или пойти погулять. — Я останусь, — спокойно произносит демон, не замечая, как руками сильнее сжимает край кушетки. Будь это проклятие — эльф бы уже порхал вокруг него с такой скоростью, что можно было подумать, что у него появился как минимум один двойник. Кайл следит за действиями целителя, что готовит зелье, снимает его с огня и ставит настаиваться, наблюдает, как пар с красного становится фиолетовым. Тогда Джеймс подходит к нему с кинжалом и маленьким фиалом, в который набирает его кровь и после этого тонкой струйкой сразу выливает в зелье. Минута, вторая и третья… Демону кажется, что он даже забыл дышать, когда дым над котелком становится белым, а целитель по-детски хлопает в ладоши: — Поздравляю, ваше величество, вы ждёте ребёнка! Срок около трёх-четырёх недель. Конечно, достаточно рано для тебя, но… — Только не это!.. — Кайл стонет, пряча лицо в ладонях. — Что ты такое говоришь? — эльф садится рядом и гладит мальчика по голове: — Ты ведь так хотел встретить свою судьбу. Только и щебетал об этом. — Джеймс, скажи, что ты ошибся. Ну, или пошутил. Или ещё что-то… — бубнит парень, убирает руки от лица и с надеждой во взгляде оборачивается к целителю. — Малыш, надеюсь, ты не думаешь о том, чтобы избавиться от ребёнка? — Что? Н-нет… Я н-не… Целитель видит, как юный демон дрожащей ладонью касается ещё плоского живота и обнимает подопечного: — Расскажи мне, что случилось. Мы вместе подумаем, как быть, и что сказать твоему отцу. Ты знаешь, от кого это дитя? — Да. Она учится со мной и целитель. — Целитель, значит уже не тёмный. Беременность будет труднее, чем, если бы это был демон или другой тёмный. Подожди, она? Надеюсь, ты оговорился! Кайл мотает головой. Как в детстве, цепляется пальцами за халат целителя и, уткнувшись носом где-то на уровни ключицы, вдыхает запах трав, пытаясь успокоиться. — Кайл, ты в своём уме?! Как так вышло, что ты позволил девушке быть сверху?! — схватив за плечи, отстраняет парня от себя, и вглядывается в его лицо, словно сможет прочитать ответ. Видит, как дрожат руки демона, а его самого бьёт мелкая дрожь и снова обнимает: — Успокойся, ребёнок. Что-то придумаем. Ты знаешь, какой она расы? Парнишка снова мотает головой, а целитель гладит его по спине: — Ничего. Целитель, значит уже не человек. Хоть это радует. — Она единственная в школе, кроме кураторов, кто не поддаётся моему Обольщению, — чуть успокоившись, произносит Кайл. — Правда что ли? Как интересно это врождённый блок, приобретенный или чары защиты? В любом случае её силы выше среднего, раз она в состоянии противостоять твоей, ваше величество. Что же тебя так расстроило? Не похоже, чтобы ты не хотел этого ребёнка или был этим напуган, — отстраняется, чтобы видеть подопечного. — Ты сам сказал, что целители светлые. Я ей не нужен, а ребёнок тем более. — Почему ты так думаешь? — Она говорила подругам, что ей не нужны отношения, а тем более дети. Она отличница, что хочет строить карьеру, как и ты, — вытирает рукавом предательскую влагу с глаз, не понимая, почему с этим эльфом ведёт себя, как маленький ребёнок. — Кайл, говорить просто так — это одно. Но, если она узнает, что кто-то уже носит под сердцем её дитя — её мнение может кардинально измениться. Пообещай мне, что обязательно скажешь ей! — подцепив пальцами за подбородок, заставляет посмотреть в глаза. Демон хочет отвернуться, но потом замирает: — Отец потребует увидеть её. — И это тоже. Кайл прикрывает глаза и кивает. У него нет выбора.