Рога и хвост

      Думал ли когда-нибудь Аратаки Итто, что однажды, в день фестиваля Иродори, его к стене гостиничного номера будет прижимать госпожа Хина? Возможно, фантазировал.

Около получаса назад

      О́ни беспомощно выставил ладони по обе стороны от горячего тела перед собой и огляделся, в надежде отыскать кого-то, кто мог бы ему помочь. Иронично, ведь помощь тут нужна была явно не краснорогому. Горо держал себя в руках из последних сил, притираясь к Итто как можно ближе и нервно дыша ему в грудь.       Шенли бежал как последний трус, но эффект от той дряни остался, а аромат стоял в носу и раздражал слизистую. Гон, который замедлили с помощью снадобья, был вызван так же - наперекор природе. Это сводило с ума сильнее, чем когда-либо. Горо чувствовал, как капли пота струятся по его спине, как нежнейший шёлк прилипает к телу, как подрагивают ноги, тяжелеет член. Он чувствовал, как сгорает. Его тело кипело так, словно шёл третий день его гона, когда ощущения достигали пика и ниспадали ещё трое суток после. Он был жадный до прикосновений, жадный до поцелуев и тепла тела под собой. Бездействие демона перед ним невероятно злило, однако Горо был не уверен, одобрил бы он поползновения рогатого в свою сторону или же нет.       Мысли об Аратаки в голове были отнюдь не ласковые, скорее наоборот - нецензурные. Пару минут назад хвостатый готов был целовать его за спасение, но сейчас он горел от желания растерзать его всего в клочья, но перед этим, всё же, расцеловать, расцарапать и осеменить.       Осеменить? — Слушайте, мисс Хина, вам бы прилечь, отдохнуть. Давайте я зарегистрирую вас в гостинице и вызову в вашу комнату целителя? Только не притирайтесь так... сильно.       Гостиница, целитель? У этого панка даже не было достаточной суммы с собой, Горо был уверен, да и целитель вряд ли пришёл бы в десятом часу вечера. Была бы тут госпожа Сангономия или хотя бы эта лисица Яэ Мико.       Они продолжали стоять в этом переулке; на генерале всё ещё было девичье одеяние, а заколка с длинными локонами всё так же украшала его голову. Горо издаёт только смешок, не отстраняясь ни на сантиметр от стройного тела напротив. Итто чувствует чужое возбуждение бедром и сглатывает, отводя глаза в сторону. Алеющая щеками мисс Хина выглядела такой хрупкой перед ним, такой уязвимой, что Итто чувствовал себя самым грязным демоном во всём Тэйвате, ибо эта картина не была пределом его мечтаний, скорее - прологом к ним. Наличие мужского полового органа у вышеупомянутой уводило ситуацию в интересное русло, от которого Итто пока не спешил отказываться хотя бы мысленно.       Вдыхая полной грудью, Горо задыхается в аромате Итто. Таком свежем, свободном, мужественном и сексуальном. Кажется, это становится последней каплей, когда Горо поднимается на носки, хватает оцепеневшего окончательно демона за волосы на затылке и тянет вниз, к себе. Больше. Ближе. Слаще.       Губы у Итто пухлые, язык длинный и юркий, да и клыки острые. Горо безумно нравится его целовать. Сам Аратаки, кажется, готов прямо сейчас отправиться к статуе электро-архонта и просить прощения за все грехи, не только совершённые когда-то, но и совершаемые в данный момент времени. Горо смотрит в едва приоткрытые глаза напротив, когда разрывает поцелуй и лижет кончиком языка чужой подбородок, скользит им медленно вверх и вновь находит чужие губы. Они такие вкусные и так туманят разум, что Горо готов испить их и опьянеть окончательно, забывшись в ощущениях. Итто сам склоняется ниже, чмокая переменно в нижнюю и верхнюю губы Хины, а затем вонзает клыки, обезумев от его прекрасной, самой лучшей, просто невыносимо милой... — Обними меня, чёртов О́ни.       Итто распахивает глаза, видя золотистые искры напротив и млея от властного тона его и только его госпожи. Её грубый, мужской голос, больше напоминающий рычание, не помешал воплотиться самым смелым фантазиям демона, и тот обнял генерала, прижимая к своему телу сильнее.

***

      Улыбчивая госпожа за стойкой отдала ключи и пожелала доброй ночи, но колючий взгляд её хитрых глаз Итто чувствовал спиной достаточно ощутимо. Горо вёл себя тише воды, волоча своё существование под боком у О́ни, однако стоило двери в их комнату закрыться, как ураган с золотистыми искрами вместо глаз вскружил голову краснорогому "бандиту". Горо лизал, кусал, посасывал и вкушал Итто так сильно, что у последнего болели губы и язык, но слова против он сказать не мог. Не хотел. Его плащ уже грустно покоился на полу рядом с покоцаной тумбой времён предыдущего электро-архонта, а подсохший одинокий кровоцвет в вычурной вазочке на ней смотрелся так же нелепо, как и большой Итто, который до конца не осознавал, как первая встреча с кумиром могла обернуться подобным. — Госпожа Хина, - губы с причмокиванием разъединяются, и Итто смотрит в глаза напротив. — Хватит называть меня девичьим именем, - с рычанием Горо толкает демона в сторону кровати, виляя грозно хвостом. — Но, госпожа Хина, как же?.. — Вот же-       На дне янтарных глаз плескалась дикость. Итто видел это и распалялся только сильнее, позабыв значение слова "страх" рядом с этим человеком и трактуя его теперь не иначе как "вожделение". Сейчас рядом с дамой своего сердца, переживающей период течки (это гон, глупый демон), Аратаки сам чувствовал себя заведённым псом, но боялся сделать что-то не так. Потому О́ни падает грузно на кровать, отводя руки за спину и наблюдая за прекрасным созданием перед собой.       Горящие глаза, слегка растрёпанные локоны, стоящие ушки, отъехавший в сторону вырез кимоно, открывающий странный кусочек ткани телесного цвета на груди, и влажное пятнышко чуть ниже широкого пояса... Оу. Очертания члена становились заметнее по мере того как долго Итто смотрел на него. В его собственных широких штанах явно тяжелел красный, налитый, крупноватый у головки- У мисс Хины точно такой же?       Итто облизывает губы и прикусывает нижнюю, стоит чужому колену упереться в матрац меж разведённых ног краснорогого. Пальчики с острыми коготками развязывают сзади бант, и пояс перестаёт стягивать узкую талию. Он ниспадает и путается где-то в ногах, туда же летят нижнее бельё и две телесные подушечки, несколько часов изображавшие молодые груди. Горо содрогается всем телом, раскрывая его для демона напротив. И оба, кажется, забывают как дышать.       Член зверочеловека наклоняется в сторону, стоит ткани кимоно отодвинуться, но тут же возвращается в исходное положение; он немного меньше, чем у Итто, но внушительный относительно невысокого и худощавого тела, а ещё прилично толстоват у основания, и демону нужно какое-то время для осознания, что это набухает узел. — Примешь ли ты такую мисс Хину, глупый О́ни?       Итто, может, глупый, однако достаточно честный О́ни. В первую очередь с самим собой, затем - с окружающими. Его ни разу не посетила мысль, что какой-то извращенец мог просто изображать Хину на фестивале, что всё происходящее было неправильным, противоречащим природе. И отрицать влечение к мисс Хине, представшей перед ним в подобном обличие, - слишком нечестно и не по-мужски. А Итто в первую очередь мужчина, пускай и глупый. — Мисс Хина, - Аратаки поднимает глаза и тонет в янтаре, - прекрасна в любом обличие.       Зрачки расширяются у обоих. Небольшие ладони ложатся на плечи демона и толкают его на кровать. Горо забирается на бёдра Итто, скидывает с головы заколку и наклоняется, касаясь губ остервенело. Его ведёт как никогда, он горит всем телом и готов сгореть дотла, лишь бы это горячее тело рядом было с ним до последнего выдоха. Итто неуверенно ведёт пальцами по спине генерала, не успевая отвечать на колючие поцелуи, и Горо опускает его ладонь на свои ягодицы, сжимая свою поверх чужой и стеная в чужой рот. Его красный член трётся об оголённый торс демона, когда он скользит задницей по внушительному возбуждению в чужих штанах.       Это на закуску, лёгкая поблажка для шипящего от удовольствия чёрта под ним. Горо седлать его не собирался. Пока большие когтистые ладони сжимаются на мягких, упругих ягодицах генерала, проворные пальчики пролезают под ремешки на груди и сжимают соски, потирая и оттягивая. Аратаки стонет, задыхаясь в поцелуе и приподнимая бёдра навстречу тесноте, скрытой небесным шёлком.       Увесистая пряжка быстро поддаётся проворным пальцам, и те рывком стаскивают брюки до самых лодыжек, от чего по ногам Итто пробегает дрожь. Прохладный воздух в комнате немного остудил его разгорячённую кожу, но от взгляда, с которым на него смотрели сверху, О́ни распалился лишь сильнее. Он приподнял бровь, потянувшись рукой к стройному телу, но Горо отпрянул, медленно скидывая кимоно и ероша волосы на затылке. Капельки пота струились от линии челюсти до самого пупка, обходили его стороной и терялись в ворохе кудрявых волос. Светло-коричневые соски, лёгкая россыпь веснушек на плечах (Итто их едва разглядел в неярком свете лампы), просвечивающие сквозь фарфоровую кожу рёбра и аккуратный пупок - Итто готов был созерцать это вечно. Единственное, что отвлекало и вводило в краску - взгляд, пригвоздивший его к кровати. — Со мной что-то не так? — Ну, знаешь, - Горо продолжал смотреть, почти не моргая. Его хвост покачивался из стороны в сторону, и Итто готов был соврать, что опустил глаза, чтобы взглянуть именно на это, но чужая эрекция перебила все его мысли. А следующие слова и вовсе отрезали связь с миром на доли секунд. - Ты не особо похож на течную самку.       Горо держался стойко, храня в себе последние крохи рассудка. Возможно, его немного сдерживал всё ещё не рассосавшийся окончательно подавитель, но хотелось верить, что его человеческое "Я" пыталось контролировать тело. Физически ему с О́ни никак не потягаться, а вставить до безумия хотелось. Его колени дрожали, член прижимался к животу и болезненно просил, чтобы к нему прикоснулись. Стоило выгнать рогатого и справиться как обычно, одной левой (или правой), да и забыть об этом всём, но- — А как я могу... попробовать стать? - Горо замирает, возвращаясь в реальность, в маленькую гостиничную комнату, где были лишь они вдвоём и лампа на тумбе. Он смотрит бешено в рубиновые глаза напротив, в них находит дрожащие зрачки и не может оторваться. - Не течной самкой, но хотя бы... Я могу попробовать побыть, ну, не знаю... — Хочешь побыть снизу? — Я, - Итто запинается, отворачивает голову, но чужие пальцы сжимают его подбородок и возвращают на место. Великий Аратаки Итто ещё никогда не был таким уязвимым и кротким. - Если так я смогу помочь ми- тебе.       Последние капли подавителя таят на кончике пересохшего языка, когда Горо вгрызается в чужие губы, ловя бархатный стон в ответ. Он стягивает с раскрасневшейся широкой груди последний элемент одежды и наваливается сверху, ощущая электрический ток, пробивающий тело до кончиков пальцев ног. Горо перестаёт осознавать, что происходит, когда Итто приглашающе разводит бёдра и притягивает к себе ближе, путаясь в коротких волосах генерала длинными пальцами.       Горо отстраняется, ведёт ладонью по крупному мускулистому телу под собой и едва успевает коснуться налитого крупного члена, как демон развязно стонет, надеясь на большее, и Горо готов дать ему это. Он размазывает крупные капли смазки по головке, оттягивая крайнюю плоть и давит на дырочку уретры, от чего у Итто поджимаются пальцы ног и выгибается поясница едва ли не до хруста. Пальцев генерала не хватает в обхвате, и он помогает себе второй рукой, быстро и с оттяжкой надрачивая краснорогому, доводя того до иступления. От каждого мокрого движения ладоней красная головка эротично выглядывала и пряталась вновь, а Горо наблюдал как заворожённый, высунув язык и дрожа всем телом. Он ускорился, отсев немного дальше и склоняясь над готовым взорваться членом, обдавая его горячим дыханием. Итто стонет как заведённый, сжимая пальцами простынь и едва ли не задыхается, когда тёплый язык касается головки.       Вязкое, жемчужное и горячее семя пачкает мышцы живота, сокращающиеся от каждой судороги. Влажный и податливый, Итто поддаётся рукам Горо и переворачивается на живот, упираясь логтями в кровать. Ладонь генерала аккуратно собирает семя с чужого живота и мажет им между ягодиц, вызывая дрожь в теле О́ни.       Горо смотрит, как пульсирует розоватая дырочка и растирает пальцами смазку по ней, иногда случайно царапая когтями. Второй рукой он касался себя снизу, собирая выделения и размазывая их по всей длине. Итто вздрагивает и обеспокоено оборачивается: — Когти? — Точно.       Генералу хватает пары секунд, чтобы отломить три ногтя на правой руке, но Итто это настораживает даже больше, чем перспектива быть исцарапанным изнутри донельзя. От Горо исходил приятный мускусный аромат, который становился только сильнее, и Аратаки был не совсем уверен, так ли чувствует самка запах своего самца, но возбуждается снова. Итто пытается расслабиться и даже преуспевает, но только ровно до третьего пальца внутри. Горо делает это быстро, вроде и пытается аккуратно, но его взбудораженность льётся через край и выдаёт его с потрохами. Горо хотел вставить свой член в чёртову задницу и держался из последних сил. Итто стоило бы благодарить Архонтов за то, что его не трахает сейчас на Сэйрае какой-нибудь Золотой Вожак, с другой стороны, как такое сравнение вообще можно было привести? Но только так, через подобные мысли он мог успокоиться в сложившейся ситуации. Одно дело, когда парень дрочит тебе, другое - когда он твою задницу лижет-       Лижет? — П-погоди, какого!.. — Пожалуй, готово. — Готово?!       Член входит едва ли наполовину, и Итто сжимается, задыхаясь от противоречивых чувств. Пальцы далеко не заходили - просто не хватало длины, но даже половина члена оказалась длиннее и протолкнулась куда дальше. Горячее дыхание на загривке и ладони на ягодицах немного успокаивали, но никак не отменяли горячий член с чёртовым узлом в заднице. — Не сжимай так сильно, ха-а, - Горо пытается толкнуться глубже, но Итто продолжает сжиматься, не пропуская его дальше. В голове возникает неопрятная мысль схватить из вазы кровоцвет, подбежать к окну и махать им, прося о помощи. — Итто. — Ах! - краснорогий расслабляется от такого неожиданного обращения и тут же получает полную дозу своей новой зависимости.       Горо входит до упора вместе с расширяющимся постепенно узлом да так сильно, что яйца бьют по бледным ягодицам краснорогого. Он начинает размеренно толкаться, слыша протестное шипение и последующие влюблённые вздохи. Этот придурок и правда согласился быть снизу, Архонты, Вы слышите? И такой Аратаки Итто только для мисс Хины. Только для Горо.       Толчки становятся всё сильнее, а Итто, кажется, уже капает слюнями на подушку, стеная в неё слишком высоко для мужчины. Шлепки тел звенят в ушах, ягодицы горят, и член так болезненно трётся головкой о простынь, чёрт- — Помед- лен- а-ах! Нгх.. М-м!       В голове у Горо, кажется, взрываются вселенные. Его сердце никогда так не колотилось, ни в один из гонов. Он царапает левой рукой спину Итто, вдалбливается в его горячее нутро и не может думать ни о чём кроме того удушающего удовольствия, что красными пятнами покрывает его тело. Он старался быть нежнее, пытался не спешить, но чёрт, этот О́ни с этими его красными рогами. — Ха, перевернись на спину.       И Итто переворачивается, облегчённо сжимаясь вокруг пустоты и боясь даже глаза поднять. Горо пристраивается и входит снова, не сводя глаз с лица демона, искажённого в гримасе боли. Неужели это так неприятно? Но почему? Ведь Горо так хорошо. Или же Горо не так хорош?       А, может- — Что ты- Ох! - искры из глаз летят в ту же секунду. Закинутая на плечо нога давит сильно, но сменившийся угол проникновения явно стоил того. Итто закусывал губу и держался из последних сил, чтобы постыдно не разразиться громкими стонами на всю гостиницу. Горо же только этого и желал. Он вкалачивался в мягкую дырочку и ласкал взглядом красное от пятен тело под собой. Краснее были только острые рога на голове, которые ещё в первую встрече приковали внимание Горо к себе.       Толчки замедлились, когда узел расширился до конца; Горо тяжело дышал и не отрывал глаз от Итто. Тот ласкал себя снизу, шепча что-то себе под нос, чем неимоверно забавлял генерала. Такой большой малыш. Двигаться стало тяжелее, но последние толчки помогли Горо кончить глубоко внутрь и упасть на демона, скинув его ногу со своего плеча. Итто кончил, пачкая свой и чужой животы в семени, и замер. Горо не вышел, его член всё ещё был внутри и будто пульсировал в месте, где был узел.       Горо шепчет разморено, что он спадёт через время, тычется носом в грудь Итто и целует её, прикрывая глаза. Тяжело дышащий и горячий демон станет его подушкой на сегодняшнюю ночь.