Всё будет хорошо

Отец в последнее время был в каком-то взвинченном состоянии. Постоянно пропадал на работе, и возвращался домой с горящими от азарта глазами. Было видно что он получает, от своей работы массу удовольствия. Как-то раз он пришел с работы с двумя невыразимцами, они сидели в кабинете где-то час. А после к нам пришли Абрахас Малфой и Корвус Лестрейндж, вместе с Басти. Старшие заперлись в кабинете, а Басти остался со мной. Мы с Басти пошли в мою комнату. — Барти, что происходит? Лорд Малфой пришел к нам как ошпаренный, долго о чем-то с отцом в кабинете спорил, и потащил нас к вам. Отец сказал, что можно отделаться малой кровью запрыгнув в уходящий Хогвартс-экспресс. Я так и не понял к чему он это. Всё ясно, отец решил с главами родов связаться, ну и невыразимцев подключить. И они узнав о крестражах отреклись от Лорда. И себе конечно преференции выторговывают. Политика грязное дело. — Не знаю, Басти, я сам не в курсе. — открестился я. Нас позвали в кабинет через час. В кабинете нас ждали невыразимцы, лорд Малфой и наши отцы. — Так, парни, у нас есть для вас задание. Мы конечно могли бы сделать это сами официально, но некоторые из нас, — тут мой отец покосился на Лестрейнджа и Малфоя. — не верят директору, а потому вам надо найти в Хогвартсе выручай-комнату. И они уставились на нас в ожидании вопросов. — Но мы знаем где она, мы там в библиотеке сидим. — вскочил Басти. — Барти нам показал. Вот тут отец опять включил начальника ДМП, и стал спрашивать откуда я знаю о комнате. Пришлось сказать что узнал о ней от домовиков на кухне, когда проголодался и ходил туда. — Ладно, об этом после. Вам нужна комната где все спрятано. Там найти вот эту диадему. — и показал нам книгу, где была изображена диадема Рейвенкло. — Я был там, — признался я. — там много чего есть. Там можно годами копаться. Я могу поделиться воспоминаниями. Я там ножи нашел. — И показал кобуру с ножами на руке. Слил им воспоминания по комнате в омут, вылезли они из омута впечатленными. А невыразимцы аж чуть ли не слюной капали. Столько всего, неизученного. Решили от нас быстрых результатов не ждать. Невыразимцы дали нам перчатки, чтобы можно было хватать руками артефакты. Так же контейнер, и научили нескольким заклинаниям на распознания проклятий. Лорд Лестрейндж и мой отец, волей глав родов запретили, нам говорить кому-либо о задании. И выпнули нас за дверь. Мы с Басти ошарашенно переглянулись, и пошли в мою комнату, обсуждать наших отцов. Я конечно о письме промолчал. Наобщавшись все разошлись по домам. Дальше уже каникулы прошли спокойней, и ничего интересного не было. А вот по прибытию в Хогвартс, на следующий день, после уроков, Басти потащил меня в выручайку. Он был полон энтузиазма, как же, ему что-то доверили. Но когда он увидел горы хлама, как-то даже сник. Я же утешил его тем, что после того, как найдём диадему, мы сможем сами здесь порыскать, ещё и Регулуса подключить. Но долго рыскать не пришлось, сработали чары Акцио. Упаковали диадему в контейнер, и Басти написал письмо, о исполненной работе. Как потом он признался, был даже слегка разочарован. На следующий день в школу явился председатель Совета Попечителей, Абрахас Малфой. Потрепал нервы директору, поговорил с нами, похвалил за проделанную работу, забрал контейнер, и ушел по своим важным делам. Отец мне отписался, сказав, что посылка получена. И я вдруг понял, что скоро финишная черта. Во мне вдруг взыграли русские корни и я написал письмо на русском языке. «Возьми свою семью, и отдохни в Альпах, на пару месяцев. Если не мы, то кто?» И отправил это письмо Долохову, школьной совой. В Хогсмид я, Басти и Рег не выходили, по совету родителей. Мы в троём были погружены в разграбление выручай-комнаты. Конечно в первую очередь брали книги. Каждый род старается приумножить свою библиотеку. Всё остальное для нас не было столь ценно, и нас особо не интересовало. Разве что клинки, ну, это все мальчишки ценят. Свою добычу мы отправляли домой с помощью домовиков. Решили что после, копии друг у друга поснимаем. Мы чувствовали себя настоящими добытчиками, наши отцы были в полном восторге от некоторых экземпляров. Может это и было учебниками, но шестисотлетний учебник, это уже раритет. Артефакты старались не трогать, судя по реакции невыразимцев, это была их добыча.