Обыкновенный вечер

Она шла гордо подняв голову, а стук ее любимых лодочек эхом отбивался от стен поместья . «Любимые лодочки»- Мерлин, до чего сильно эта фраза заставляла прошлую Гермиону внутри этой девушки встрепенуться. Неизменным оставалось одно: легкая улыбка на губах и сияние карамельных глаз, буквально заставляющий всех влюбляться в их обладательницу. Двери Мэнора распахивались перед хозяйкой поместья,будто дуновеньем ветра, девушка мысленно ухмыльнулась. Когда она перестала удивляться этому?

***

Она не сомневалась, что найдет его, как обычно, размышляющего над бумагами в своем кабинете в восточной части поместья. Шатенка знала, Малфой не любит, когда ему мешают, но могла ли помешать ему та, что сводила с ума одним взглядом? Она прекрасно понимала ответ, поэтому позволила дверям тихо отвориться и зашла, увидев знакомую блондинистую голову и нахмуренные брови, Гермиона улыбнулась. Драко знал, кто пришел, ее магия была слишком знакомой, чтобы не догадаться,она всегда чувствовалась, как теплый плед, окутывающий его плечи и поцелуй в лоб говорящий:«я рядом». С ее приходом, в кабинет влетел знакомый запах соленой карамели и уюта. Подняв глаза, он не смог сдержать улыбку. Девушка скинула туфли с ног и, призвав Тинки попросила ту, подать ее любимый фруктовый чаи и овсяное печенье. Какие то привычки не меняются с годами.Как будто,позабыв о существовании магии, его жена встала с кресла и принялась изучать корешки фолиантов,ровно стоявших в открытом стеллаже у камина, с таким интересом, будто видит их впервые. -Гренджер, мне казалось, ты перечитала здесь уже все - с привычной издевкой протянул Драко, не переставая улыбаться. -Если бы я могла, я бы не выходила из поместья, прячась в библиотеке с книгами, но боюсь, ты начнешь ревновать- возвращая улыбку блондину, сказала Гермиона. -И что привело тебя сюда, душа моя? Драко прекрасно знал, Гермиона просто соскучилась, но подразнить ее считал своим долгом. Решив сократить дистанцию, Малфой встал из за стола и обнял девушку за талию,проводя носом по волосам и вызывая волну мурашек. Шатенка упрямо делала вид, что продолжает выбирать книгу, но Драко знал,что она придумывала достойный ответ. Он буквально ощущал рой мыслей в ее голове, хоть и не видел выражения лица. Решив исправить это,Малфой быстрым движением развернул девушку, впечатав в стеллаж. Гермиона не успела ничего понять, как теплые губы мужа уже накрыли ее, успев, за несколько мгновений, подарить чувство эйфории. Драко улыбнулся сквозь поцелуй, когда девушка приподнялась на носочки и обняла его за шею, углубляя его. Хлопок аппарации заставил Гермиону в секунду оттолкнуть от себя мужа и быстро поправить одежду. Блондин издал громкий, почти детский, смешок, когда увидел одинаково краснеющих Тинки и Гренджер. -Ваш чай и печенье,миссис – протараторила любимая домовая Гермионы, опуская от смущения уши, будто прячась за ними, что выглядело весьма комично. -Спасибо Тинки, ты можешь идти- смущенно пролепетала девушка, заправляя локон за ухо, в попытках выглядеть естественно. Тинки тут же исчезла, а Малфой продолжил хохотать без капли стеснения. Гермиона кинула на него сердитый взгляд,а я ее щеки предательски пылали. -Серьезно, я подарю тебе гриффиндорский галстук на Рождество,он дополнит эту картину.- пытаясь унять смех, произнес Драко- Милая, мы женаты 2 год, а ты краснеешь так, будто старуха Макгонагалл застукала нас целующимися между стеллажами библиотеки в Хогвартсе. -Не напоминай! Я неделю избегала ее после этого,не представляю, как я тогда осмелилась поднять на нее глаза снова. В этом была вся Гермиона. Проигнорировав фразу жены, Малфой подхватил ее на руки и под возмущенные крики посадил на свой стол, наплевав на бумаги, лежащие там,продолжая поцелуй, что был прерван парой минут назад.Остановившись на секунду и практически утонув в глазах Гермионы, Драко ухмыльнулся. -Все же на счет галстука я не шутил, хотя, насколько я помню, мы выяснили, что изумрудный идет тебе больше- сказал мужчина, явно вспоминая что то из их школьного прошлого.

***

Гермиона вмиг покраснела, а Драко подумал, как благодарен судьбе за эту женщину. Она собирала все восхищенные взгляды гостей на приемах, а потом бегала по Мэнору босиком, вызывая возмущенный вздохи у всех картин, что она миновала. Она могла без стеснения осадить любого, кто скажет слово против нее и ее семьи, а потом краснела, как школьница,от поцелуя с ним при домовой. Она была разной и он любил ее любой, а она в свою очередь, наполняла его дом цветами, уютом, а главное- любовью.