***
На следующий день Лена всё же решила зайти в клуб к Мику. И в дверях чуть не столкнулась с выходящим оттуда физруком. — Ой, извините, Борис Александрович! — быстро сказала Лена и прошмыгнула внутрь. При этом она ещё успела заметить, что физрук был с фотоаппаратом. — Ой, привет, Лена, ты всё-таки пришла! ̶ радостно защебетала Мику. — А тут сейчас Борис Саныч заходил, меня с инструментами фотографировал. Он, знаешь, всё-всё фотографирует. И на линейке, и на танцах, и на пляже. Вроде незаметно, а он всегда стоит где-нибудь в сторонке со своим фотоаппаратом. Зато потом фотографий получается на целый альбом. Я вот видела альбомы за предыдущие смены… Тут Мику вдруг что-то вспомнила. — Слушай, я же тебя видела на снимке! Ты была очень испугана и в каком-то… бункере, что-ли… Лена слегка удивилась. — Не знала, что он меня и там сфотографировал. — Ой, а где это было? И как ты туда попала, расскажешь? Это где-то в нашем лагере? — Это было пару лет назад. Ульянка и трое мальчишек уговорили меня пойти с ними в старый лагерь. — Старый лагерь? Это же там, где вожатая повесилась? — Ну, вроде бы… Ульяна утверждала, что она всё ещё там висит. В общем, уговорила сбежать с танцев. А я по лесу много тогда гуляла, хорошо знала окрестности. — Только внутри, разумеется, никого уже нет, ̶ продолжила Лена. — Там только пыль, грязь, обломки валяются. А я ещё туда в красивом платье пошла, дура! И в одном месте умудрилась провалиться под пол. Оказалась в каком-то туннеле. Решила, что если пойду по нему, то выберусь. Шла-шла, пока не упёрлась в дверь с вентилем. Я сначала думала, что она не открывается, но затем попробовала, и вентиль повернулся. За дверью была какая-то комната, похожа на бомбоубежище. Кровати, какое-то оборудование… Но дальше тупик. Хорошо хоть лампочка под потолком горела. Там я и оставалась, пока меня Борис Александрович не нашёл. — Какой ужас, Лена! Тебе, наверное, жутко страшно там было. У меня даже здесь мурашки бегут. Давай я тебе лучше приятную мелодию сыграю. Мику села за фортепиано и начала играть, напевая песню. Лена заслушалась. Ей казалось, что мелодия проникает прямо душу. — Какая красивая песня! А ты… можешь меня научить? — Ты хочешь, её спеть, да? А может быть, ещё и сыграть? О, я придумала, давай ты с ней на концерте выступишь! — Ну, я не знаю насчёт концерта… — Там всё очень просто. Только слова на английском языке. Я тут разбирала старые партитуры и вдруг нашла её. Давай, Лен, попробуй, у тебя красивый голос! Лена быстро выучила слова песни. Английский язык она изучала в школе, да и текст был не слишком сложным. Так что уже к вечеру она уверенно пела, аккомпанируя себе на рояле. Чем вызвала бурные аплодисменты Мику. — Молодец, Лена! У тебя очень красиво получается. Ты обязательно должна выступить на концерте!***
Лене опять снился сон про серый город. И внезапно она почувствовала, что парень обращается к ней, говоря что-то вроде: «Почему я не могу тебя увидеть? Почему я не могу прикоснуться к тебе?» Лене захотелось что-то сказать в ответ, но вот что? «А хочешь, я тебе свою фотографию подарю?» — спросила она. Откуда-то возникла фотокарточка, затем ещё одна. Лене казалось, что на снимках парень точно сможет её увидеть. Но девочке хотелось сделать что-то ещё. «Я сегодня песню новую выучила. Хочешь, спою?» — спросила Лена, и во сне ей не показалось это странным или неловким.***
Семёну опять снился всё тот же сон. Там была девочка, которую он никак не мог разглядеть. Но сегодня что-то изменилось. Она показывала ему фотографии, где она была в самых разных местах. Что-то в её внешности показалось странным. Может быть, причёска или цвет волос. А потом она запела. Семён услышал очень красивый голос и различил слова «Let’s be friends…» Когда Семён проснулся, то уже почти ничего не помнил из сна. Но внутри было очень приятное ощущение, как будто случилось что-то хорошее. Он вспомнил, что нечто подобное он чувствовал когда-то давно в окружении друзей. «Надо будет сегодня всё-таки пойти на встречу однокурсников», — подумал Семён.