Тот, кто стоит за спиной.

Когда Уэнсдей вошла в комнату, Энид сидела на полу ковыряясь с какой-то коробкой. Блондинка быстро убрала предмет за спину и взглянула на вошедшую. Аддамс тяжело дышала, словно только что бежала от хайда. Сделав шаг вперед, она пнула розовый карандаш, который прокатился по полу и врезался в колено Синклер, девушка нервно перевела взгляд с карандаша на девушку и обратно. - Что-то случилось, Уэнс? - Она вновь подняла глаза. - Я обещала не делать глупостей. - Так… - Руки ее все еще были за спиной. - Но… если эта глупость во благо, могу ли я совершить ее? Энид глупо похлопала глазами, затем резким движением отправила коробку под кровать, да так быстро, что Аддамс даже не успела уловить что же это было. Девушка поднялась на ноги, подошва ее розовых кед скрипнула. Она была одета так странно уютно: в домашних клетчатых шортах и в радужную футболку, что была больше ее самой раза в два. - Что ты имеешь ввиду? - Казалось, ее губы всегда были в этой глупой улыбке. - У Луки странное открытие, которое до конца не понятно даже мне. - Уэнсдей оттянула горло свитера, в комнате было душно. - Мне интересно твое мнение. Энид взглянула на Вещь. Тот постучал по столу в знак согласия, словно понял немой вопрос Энид. - Что за открытие…? - Она покачалась на ногах сводя руки за спиной. Уэнсдей перевела глаза на девушку, затем на пол и обратно. Как она отреагирует? Девушка не уверена, что Энид до сих пор полностью переварила все то, что сотворил с ней Нил. - Тебе нужно это увидеть. И Аддамс первая потянулась к ней. Взяла за руку и потянула за собой. Но не успела она дойти до двери, как ее голова откинулась назад, а ладонь крепко сжала запястье блондинки. Энид подставила вторую руку под спину девушки, да бы та не упала, но Уэнсдей и не собиралась падать. Она стояла так крепко, как только могла. Тепло. Аддамс стояла на зеленой траве, слушая пение птиц. Здесь было спокойно и по своему уютно. Деревья кругом окутаны в листве, а легкий ветерок гонял пряди волос в разные стороны, девушка поправила челку. Она огляделась, кругом лишь зелень и небольшие клумбы цветов: здесь и розы и тюльпаны, ирисы и астры. Пахло до жути приятно. Лишь сейчас она заметила каменную дорожку, которая вела вглубь деревьев, она пошла по ней вперед. Вскоре перед глазами открылся двухэтажный дом, он не был маленьким или до жути большим. Он был таким… таким подходящим: без сотни комнат и окон, без массивных дверей и сотни балконов. Он был идеальным. Уэнсдей услышала смех, она повернула голову левее и увидела собственных родителей. Отец и мать выглядели старше, словно прошло около пяти лет. Странно. Разве ведения не откидывали ее в прошлое? - Привет, милая! - Радостно произнесла ее мать, словно сквозь толщу воды. Что-то не так. Девушка всегда слышала Гуди четко и понятно. А здесь, словно слова были сказаны вовсе и не ей. - Мам. - Уже более четко послышалось за спиной и девушка обернулась. Казалось, Уэнсдей не удивлялась так даже тогда, когда впервые увидела хайда. - Вы приехали. Перед ней стояла она. Только на пару сантиметров выше, все с таким же непоколебимым лицом, а волосы заплетены в неряшливый пучок, словно она проснулась пару минут назад. - Два месяца скитаний! - Заговорил отец. - Твоего дядюшку снова закинуло на другой континент, невыносимо! - Горжусь. - Девушка ухмыльнулась сама себе, и заправила выбившееся пряди за ухо. - Где же Энид? - Поинтересовалась женщина со своей привычной доброй улыбкой. - На часах восемь утра, вы же ее знаете, проснется к двенадцати минимум. - Девушка развернулась и пошла в сторону дома. Уэнсдей наблюдала за этим с такими странными ощущениями внутри. Казалось, бабочки сначала просыпались затем умирали и вновь просыпались. В желудке были американские горки, очевидно. Что было еще очевидней, так это то, что в этом видении она была второстепенным героем: ее не видели и не слышали. Поэтому она вошла в дом за ними и огляделась. Какой кошмар. Как же все глупо. На темных вешалках, помимо черно-белых вещей, висели и выжигающий-яркие. С небольшой, серой люстры свисали непонятные оранжевые флажки, словно их случайно туда закинули. Ее взрослая версия оставила родителей на кухне, а сама девушка поплелась на верх, за ней последовала и Уэнсдей. Темные стены коридоров были в ярких фотографиях. Взрослая Аддамс вошла в темную дверь и младшая скользнула за ней. Она не понимала в тот момент: пожалела ли она о своих действиях. Темные глаза бегали то по комнате, то по двум девушкам в этой самой комнате. На серых стенах фотографии в красных рамках, которые так и кричали — посмотри на нас. Большое окно заволокло бежевыми шторами, в белых горшках зеленые растения и цветы. Всего так мало, все так одновременно идеально и нет. Но глаза перешли к девушкам. Ее взрослая версия тихо позвала спящую девушку. Светлые волосы Энид с радужными концами, рассыпались по подушке. Это выглядело безумно. Стоило руке взрослой Уэнсдей коснутся щеки Энид, как младшую Аддамс словно пробило током. Ей знакомо это чувство, оно приятное и щекочущее. Уэнсдей открыла глаза и взглянула на Энид, что придерживала ее. - Господи, как ты? Что ты видела? Это странно, это… - Энид. - Блондинка притихла. - Нам нужно к Луке. Уэнсдей не хотела говорить о том что видела — сейчас. Ей нужно было подумать. И как можно дольше. Что это было? Это такое странное чувство. Обычно ведения происходили не так. Но вопросы сами затихли в голове, как перед глазами открылся кабинет биологии. Лука все еще стоял там, перед ним потускневший цветок: лепестки его так и намеревались опасть. Парень покрутил в руках колбу с, уже знакомой для Уэнсдей, жидкостью. Затем он вылил немного в землю и цветок ожил на глазах. - Вау… - Не сдержалась Энид. Лука довольно сложил руки на груди. Аддамс не верила глазам. Неужели все так просто? Вот так, за месяц создать то, что люди не могли создать десятилетиями! - Не верю глазам. - Тихо призналась Уэнсдей. - Это работает, работает! - Парень вернул пробирку на стол. - И на животных тоже! Он указал на крысу в клетке, что мирно спала. - Так и… что вы собираетесь делать? - Энид осмотрела друзей. Уэнсдей глазами показала, что говорить не желает. Поэтому Лука скинул перчатки и провел руками по волосам. - Возможно, я не уверен, но! - Он кивнул в сторону пробирки. - Это может воскресить директрису. В кабинете повисла тишина. Энид нервно теребила края шорт, а Аддамс не могла отвести глаз. Двойной удар. Нет. Изобретение Луки ударило, а ведение добило. - В каком смысле… - В самом настоящем. - Уэнсдей подошла ближе к девушке и заглянула ей в глаза. - Стоит попробовать, понимаешь? Мне просто нужно… раскопать могилу. Вновь тишина, а затем, режущий уши крик. - НЕТ! - Энид сама себе зажала рот, выдохнула и продолжила. - Не будем мы выкапывать трупы, ясно?! - Но Энид, нам стоит попробовать! - Вмешался Лука, он умоляюще взглянул на девушку. - Разве ты не скучаешь по ней? - Я то скучаю, но тебе это зачем? - Спросила блондинка сложив руки. И тут Аддамс как пробило. Она даже не задумалась. А действительно, зачем ему это? Он даже не знает эту женщину, в лицо ее не видел! Она ему никто. Почему Лука вдруг так загорелся этой идеей? - Я… - Он отвернулся, облокотился руками в стол и тяжело выдохнул. И только сейчас девушка заметила, что его волосы слегка вились. Особенно небольшие кудри можно было увидеть на висках. - Это подарок… - Подарок? - Энид опустила руки. - Для Уэнсдей. - Закончил он. - Что? Зачем мне… - Девушка похлопала глазами не зная что сказать. Такое не дарят. - Какой еще подарок? - Понимаешь… ты смогла. - Он не поворачивался к ним. Видимо это было у него в привычке, говорить правду стоя спиной. Так он не видит лица. - Я бы в жизни не остановил брата. Я слаб, я трус. А ты… ты с голыми руками полетела на Нила! Горло резало осколками. Уэнсдей понимала, что скажет правду сразу двум людям. Для него это будет больной правдой, для другой — волнующей. Для нее самой — невыносимой. Ей казалось, что она стоит на сцене и поет толпе, внутри все сжалось. Но если бы она стояла на сцене, она бы спрыгнула с нее. Прыжок со сцены это временный суицид. - Я делала это не ради тебя. - Произнесла девушка тихо, и парень замолчал. - Я делала это ради Энид. - Я знаю. - И девушка замерла. Не такой реакции она ждала. - Но я и не просил что бы ты делала это ради меня. Я благодарен лишь за то, что ты его остановила. Аддамс кивнула. Короткого кивка хватило им обоим. Лука понимал ее без слов. Он был тем кто проникал в ее разум и запугивал собственными страхами. Он уже выучил все ее движения бровями, и понимал что, где обозначает. Уэнсдей повернулась к Энид, девушка смотрела в пол, перебирая руками край футболки. Девушка не стала комментировать сказанное Аддамс. - Так что, Энид. Ты согласна? - Парень взглянул на нее. - Да. Короткий ответ был зеленым светом. Они обсудили весь план за малые десять минут. Ведь план был прост до безумия и одновременно невыносимо сложным. Им нужен школьный автобус что бы доехать до Джерико, но к автобусу нужны ключи. Вся связка ключей сейчас находится у старой уборщицы. Эта была работа для Вещи. Аддамс аккуратно взломала старую дверь, а рука проникла в комнату и выкрала связку. Лука был самым старшим среди них, он сел за руль. Энид видела как Бьянка смотрела на них через окно, девушка провожала их глазами. - Она видела. - Блондинка упала на сиденье рядом с девушкой. - Она не скажет. - Уэнсдей взглянула на нее. - Бьянка умеет молчать. - Да, я знаю. Дорога до города была короткой. Лука объезжал все машины, вел аккуратно, но так быстро, что иногда сердце замирало. Автобус был оставлен среди деревьев. Они не показывались на главной площади, Аддамс повела их через лес, где когда-то ее сначала напугал, а затем обрадовал дядя Фестер. Они пробежали по вытоптанной тропинке. Лука нес лопату в руках, а затем передал ее девушке, когда они приближались к кладбищу. - Это немного жутко… - Пробормотала Энид, когда они встали возле могилы старой директрисы. - Замерзла? - Словно попытка переключится на другую тему, но Уэнсдей действительно волновалась, пусть не признается в этом самой себе. Энид накинула лишь свитер и легкие брюки перед отъездом. - Я в порядке. Лопата врезалась в землю. Уэнсдей не смотрела куда она кидала грязь. Ей было не важно, она лишь копала и копала. Вскоре лопата врезалась в крышку гроба. - Черт. - Подпрыгнула блондинка. - Это так странно… - Лука наблюдал как брюнетка со слабой улыбкой откапывала гроб. Вскоре крышка была видна всем. - Это жутко… - Давай, вперед. - Прямо здесь?! - Ошарашено взглянул на нее парень. - Ну хочешь, увезем его с собой! - Аддамс откинула лопату и уперла руки в бока. Она действительно была ошарашена таким вопросом. - Давайте уйдем… а если полиция!? - Энид. - Уэнсдей повернулась к ней и подозвала. - Успокойся, mia cara. Лука встал над гробом. Его руки тряслись, когда он поднес их к крышке. Он действительно не мог открыть ее, даже прикоснуться. Аддамс слегка оттолкнула его и одним движением крышку упала на землю, открывая жуткую картину для двоих за ее спиной. Энид с криком отпрянула назад и отвернулась. Лука с ужасом смотрел на бледное тело. - Черт, я… не уверен. Я не так себе это представлял. - Ты ожидал что она будет в рассвете сил, или как? Делай, что хотел, пока нас не поймали. Но Лука не мог даже пошевелится, его ладони потели и он обтирал их об рубашку. Уэнсдей достала пробирку из его кармана, открыла крышку и поднесла ко рту директора. - Нет стой! - Он перехватил пробирку и упал на колени, тяжело выдохнув. - Я сам. Жидкости в пробирке не осталось. Стекляшка отправилась в карман, а Лука с интересом наблюдал за мертвым телом. Ничего. Минута, две, три. И Аддамс наблюдала вместе с ним, пока не перевела глаза на дрожащую девушку в дали. Она встала на ноги и подошла к ней. - Энид? Mia cara, как ты? - Она обхватила ее плечи и девушка подняла заплаканные глаза на нее. - lupacchiotto… - Это страшно, это противно… мне не нравится. - Все зря, ничего не происходит. - Выдохнула брюнетка. Только сейчас она заметила, что ее пальцы в грязи, теперь в грязи и свитер девушки. Аддамс растрепанная после тяжелой работы, если это так можно назвать. Челка прилипла ко лбу, щеки слегка розовые из-за ветра, как и у блондинки. Аддамс знала что парень скорей всего смотрит на них, видит, стоит за спиной. Но она быстро чмокнула девушку в уголок губ, смазано и нелепо. А затем уткнулась носом в шею. Руки спрятались за чужой спиной. Энид обняла ее в ответ, крепко и так, словно боялась отпустить. Они обнимаются на кладбище. Как же глупо. - Девочки, я не хочу вас отвлекать, но… Но Уэнсдей даже не повернулась. Ей было сейчас все равно, что хотел сказать Лука. Было, до определенного момента. За спиной послышался знакомый женский кашель, а затем ладони Энид сжали ее свитер так сильно, что намеревались порвать ткань. - Уэнс… Девушка обернулась и сердце замерло. Холодный ветер гонял сухую листву которая осталась еще с прошлой осени. В воздухе был запах мертвых цветов. Здесь даже Энид не окрашивала все красками. Это место было ей не подвластно. Здесь серо и мрачно. Как странно… Аддамс это уже не так нравилось.