Эмпатия.

Ли был очень сосредоточен на музыке. От появившегося чувства тревоги кончики пальцев начали покалывать чуть сильнее, чем обычно. Пусть он уже и привык к этим ощущениям, сейчас они были слишком яркие. Доктор Хван явно дал ему понять, что несмотря ни на что он должен сдерживаться. Любая мелочь может спровоцировать приступ и в таком случае мысли о «мальчишке-антидоте» вряд ли смогут помочь. Однако, если соблюдать все правила, проблем можно избежать. Эта мысль была самой яркой на фоне остальных. «Неудивительно, что человек, вынужденный быть в дали от социума, будет цепляться за самую малую надежду» До начала знакомства со студентами по обмену оставалось 20 минут, а Минхо не любил приходить на эти мероприятия раньше нужного, да и в целом приходить. Время пришлось коротать в беседке, бесконечно крутя дешёвую зажигалку между пальцами. Боль не утихала, поэтому Ли решил закурить. Делал он это крайне редко, но всё же едкий привкус табака заставлял мозг переключаться. Сделав пару затяжек, Минхо задумчиво посмотрел перед собой. Поодаль заметил Хана, который озадачено нарезал круги по периметру двора университета, поворачивая голову в разные стороны. «Не меня ли он ищет?» позабавился Ли и продолжил курить без прежних покалываний в подушечках. Табак ли подействовал или этот добродушный парень, но всё же Минхо успокоился. Пришёл он ровно в пять часов и уселся в самый дальний угол, не привлекая к себе внимания. Старшие студенты и второкурсники с потока знали, что Минхо не ходит на «знакомства». В тот вечер, когда очередь представляться дошла до Джисона, вместо рассказа о себе, он просто исполнил песню, которая, по его словам, должна была сказать всё за него. Ли переполняли эмоции в тот момент, потому что «Christina Perry - Human» в исполнении Хана была особенно прекрасна. Музыка часто спасала от приступов редкой болезни, но именно эта песня у Ли была одной из первых в арсенале, когда он пытался себя успокоить. Сейчас она зазвучала совсем по иному. Не обращая внимания ни на что вокруг, Минхо продолжал тонуть в мелодии и голосе. Даже после окончания песни в исполнении Джисона, его короткого «Хан Джисон, второй курс, языкознание» и громких аплодисментов в голове у Ли продолжал звучать голос парня. Окончательно задумавшись и совсем не следя за мероприятием Минхо не заметил, что кто-то нарушил его личное пространство. - Ты выглядишь так, как будто тебя кто-то очаровал. Не уж то Лиз? Она красотка, согласен. И голос просто невероятный, - Хан разговаривал вполголоса, что бы не мешать никому выступать дальше, однако делал он это слишком близко к уху Минхо, от чего у второго зашевелилась волосы на шее. - Вот и нет, - совершенно холодно, но беззлобно ответил Ли, - задумался над твоим выступлением. Я же больной, а эта песня не раз спасала меня. Достаточно странное совпадение, не считаешь так? - риторически для самого себя задал вопрос Минхо. Разумеется, это не совпадение. Джисон его соулмейт по своей сути. - Эй, не делай из себя ходячую болячку. Я только и слышу «монстр», «болен» и ничего хорошего после. Раз уж ты позволяешь мне с тобой общаться, я не разрешу тебе говорить так о себе. А насчёт песни, просто увидел её у тебя в плейлисте и понял, что представиться с помощью неё будет отличной идеей. Так что, это правда совпадение, - прищурился Хан, выжидая реакции, но ни одна мышца на лице у новоиспечённого друга не дрогнула. Даже не пошевелся, - да ну хватит! Если я скажу, что больше всего хотел привлечь твоё внимание, ты мне подаришь хотя бы взгляд? Минхо повернулся, пытаясь не выглядеть слишком угрожающе, однако, смотря на Джисона, так выглядеть и не получалось. У него смешно надулись щëки, а чëлка небрежно падала на глаза. Выглядел он гораздо младше своих лет, отчего был похож на взбалмошного подростка, только сбежавшего с уроков. Ли непроизвольно улыбнулся, отчего почувствовал покалывание в груди. Пришлось сразу же оставить это чувство до лучших времён. - Вот видишь! Я заставлю тебя улыбаться чаще. Ты уже делаешь успехи. Значит всё не так страшно. - Я умру быстрее, чем смогу улыбаться без задних мыслей, - всё так же без каких-либо эмоций произнëс Минхо, чем вызвал у Джисона короткий, почти обречëнный вздох. После недолгой беседы Хан попрощался и убежал к другим студентам, а Минхо осторожно ушёл. Обещание он своё выполнил, а значит смысла сидеть там больше не было. Сегодня на злобу дня была «Jour de pluie - Louane». Хрустя опавшими листьями, которые ещё не успели убрать дворники и которые прилипали к обуви из-за образовавшейся слякоти, Минхо думал о своём. О том, как его жизнь разделилась на «до» и «после», о том что «после» ужасно несправедливо к нему, а в «до» даже при появившейся возможности, он никогда не сможет вернуться полностью, как бы сильно не хотел. Хан не должен брать на себя ответственность, ведь по сути он просто случайным образом, по велению вселенной стал лекарством для Минхо. На его месте мог быть кто угодно. Да и он не обязан дружить с Минхо только из-за того, что Ли не такой как обычные люди. Поэтому Минхо не должен привязываться к нему, пока не поймëт, что это обычная вежливость, синдром спасателя, неумение выбирать себе друзей, личный интерес или, что маловероятно, искреннее желание дружить. - Сынок, ты дома! - обдумывая каждое слово, прозвучавшее в голове, Ли не заметил, как дошёл, - не буду утомлять тебя расспросами, но звонил доктор Хван и просил поговорить с тобой. Дорогой, я искренне рада, что у тебя нашёлся такой человек, но не беги вперёд поезда. Ты из-за него же сегодня задержался? Можешь не отвечать, я знаю, что из-за него. Я понимаю, что ты уже взрослый, но будь осторожнее. В твоём случае любое импульсивное решение может обрести необратимый исход. Я люблю тебя и не хочу терять, понимаешь? - Мам, ну ты чего, - протянул Минхо. В груди начало сильно жечь из-за ужасного чувства вины. Это жжение Ли чувствовал всегда, находясь в обществе матери, - я не позволяю себе многого и не собираюсь подпускать этого парня близко слишком быстро. Я не позволю страдать из-за меня ещё больше кому-то, кроме себя самого. Всё будет хорошо, - спокойно и даже с теплом говорил Ли, чувствуя как боль накатывает с новой силой. Смотреть на опечаленное лицо матери всегда было для него невыносимой пыткой, но сегодня это было особенно тяжело. После недолгих объятий, парень направился к себе в комнату, не подавая даже малейшего вида того, что боль уже распространилась по всему телу. Закрывшись на замок, Минхо рухнул на пол стараясь дышать как можно ровнее и глубже. Жгло всё тело, конечности сводило, а слëзы подступали к глазам. Сильных приступов у Ли не было последние пять лет. Звонок. Пересиливая себя, Минхо всё же смог ответить. Номер был неизвестен. - Привет! Это Джисон. Не представляешь каких усилий мне стоило достать твой номер телефона. Ты ушёл по английски и я немного расстроился. Звоню спросить как ты добрался до дома? Вечером погода сильно испортилась. Прости, болтаю без умолку. Ты тут? - Да, - хрипло ответил Минхо, но боль начала отступать, - кажется, ты только что спас мне жизнь. Спасибо за звонок. Доброй ночи, - и Ли сбросил, не услышав ещё тысячу и один вопрос о своём состоянии. Перебравшись на кровать, он мгновенно уснул, как всегда бывает после не самого лучшего проявления болезни. Уснул, к слову, под вибрирующий от сообщений телефон. Зная отправителя, спалось гораздо легче. Он обязательно прочтëт их наутро.